On-line: гостей 1. Всего: 1 [подробнее..]
АвторСообщение
администратор




Сообщение: 375
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.07.13 22:28. Заголовок: Из истории России




Тематические и аналитически публикации, статьи, обзоры, эссе и комментарии

Из истории России



Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Ответов - 90 , стр: 1 2 3 All [только новые]


администратор




Сообщение: 376
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.07.13 22:38. Заголовок: Свободная Пресса — С. Беляков. Страшная победа страшного генерала


25 мая 2013 года | Сергей Беляков

Страшная победа страшного генерала

В мае 1864 года закончилась Кавказская война

«Свободная пресса» продолжает серию публикаций военно—исторических очерков «Русская победа». Серия посвящена знаменательным сражениям отечественной армии.
■■
Кавказская война. (1885—1895). Франц Рубо
Считается, будто Кавказская война окончилась в 1859 году, когда в дагестанском ауле Гуниб сдался в плен имам Шамиль. Между тем, имам уже жил в Калуге, в почетном и комфортном плену, когда на Западном Кавказе происходили последние, самые страшные и трагические события Кавказской войны.
■ Запад Северного Кавказа вплоть до черноморского побережья был заселен многочисленными, воинственными племенами черкесов (адыгов). Родственные адыгам абхазы проникли даже в Закавказье, где против них мегрелы еще в XVII веке выстроили стену.
■ У черкесов «всякий свободный человек мог иметь рабов, а дворянин не мог существовать без них, потому что личный труд считался для него стыдом и клал пятно на весь его род. Богатство значительных фамилий мерилось исключительно числом рабов», — писал генерал Ростислав Фадеев, участник и один из первых историографов Кавказской войны.
■ Образ жизни черкесов доставлял массу беспокойства как продвигавшимся с севера кубанским казакам и русским, так и грузинам.
■ А поскольку и Восточная, и Западная Грузия перешли под власть России, то ей пришлось защищать своих подданных—христиан от полуязыческих, полумусульманских народов.
■ Русские использовали для покорения черкесских племен привычные методы: кнут и пряник. Мирные князья и дворяне пользовались всеми привилегиями, какие только были предусмотрены для высшего сословия царской России. Простые горцы оставались свободными людьми, на них не распространялась рекрутчина, они не платили податей. Прав и свобод у них было больше, чем у большинства русских. Но горцы не хотели оставить привычный образ жизни, который русские офицеры и чиновники небезосновательно считали «хищническим».
■ XIX век был, наверное, самым гуманистическим в истории человечества. Войны тогда вели благородно, мирное население не истребляли и, по возможности, старались не грабить. После проигранного сражения раненых оставляли на попечение неприятеля — не сомневались, что их не станут добивать, а, напротив, поместят в госпиталь наравне со своими. Во всей Европе было, однако, два региона, где гуманизма не допускали: Балканы и Кавказ.
■ Русские быстро приноровились к особенностям войны с отважным, сильным, жестоким и вероломным противником, а потому не знали жалости. Пушкин в 1829 году застал войну уже в полном разгаре: «Черкесы нас ненавидят. Мы вытеснили их из привольных пастбищ; аулы их разорены, целые племена уничтожены. Они час от часу далее углубляются в горы и оттуда направляют свои набеги. Дружба мирных черкесов ненадежна: они всегда готовы помочь буйным своим единоплеменникам Кинжал и шашка суть члены их тела, и младенец начинает владеть ими прежде, нежели лепетать. У них убийство — простое телодвижение…».
■ Русские разрушали аулы и строили на их месте свои крепости. Но через год—другой черкесы брали крепости штурмом, разрушали их, а свои аулы восстанавливали. Несколько десятилетий кровопролитной войны кончились ничем.
■ После Крымской войны Россия лишилась военного флота на Черном море, поэтому турки, англичане, французы, тогда враждебные России, могли легко поставлять черкесам ружья, порох, пушки и даже добровольцев, которые хотели воевать против России (в основном это были поляки).
■ В России опасались, что земли адыгов станут плацдармом для будущей войны. Поэтому с горцами Западного Кавказа решили поступить намного жестче, чем с лезгинами и чеченцами. В покорность черкесов давно никто не верил. Восстание на Западном Кавказе было так же опасно, «как пожар на пороховом складе», — писал русский генерал, участник войны.
■ Было решено выселить адыгов либо в Турцию, либо — на кубанскую равнину, где поселения горцев окружались казачьими станицами.
■ Разумеется, адыгские народы — абадзехи, убыхи, шапсуги, абхазы — сопротивлялись всеми силами.
■ Последний этап войны занял менее четырех лет: с 1861—го по май 1864—го. Князь Барятинский, принимавший капитуляцию у Шамиля, из—за болезни покинул Кавказ. Новым главнокомандующим стал великий князь Михаил Николаевич. А разработал и осуществил план разгрома черкесов — граф Николай Евдокимов.
■ Евдокимов — покоритель Чечни, человек на Кавказе легендарный. Русские его почти не помнят, кроме, разумеется, тех, кто интересуется Кавказской войной. Его подвиги были слишком кровавыми, а сам генерал не соответствовал идеалу доброго и великодушного русского воина.
■ Ему приписывают слова, которые так не нравятся имперцам, евразийцам и всем, кто любит поговорить об «исторической миссии» русского народа: «Первая филантропия — своим, горцам же я считаю вправе предоставить лишь то, что останется на их долю после удовлетворения последнего из русских интересов».
■ Поэтому школьные учебники о нем молчат, писатели и кинематографисты не спешат рассказать о его жизни, намного более интересной, чем любой приключенческий роман.
■ Евдокимов — сын солдата и казачки дослужился до генерала—от—инфантерии и даже получил графский титул. Он родился и почти всю жизнь провел на Кавказе и почти всю жизнь (не считая детских лет и счастливой старости, которую провел в курортном Железноводске) воевал.
■ Евдокимов много раз был ранен. Однажды пуля прошла у него под глазом и вышла через затылок. Но он выжил, а за шрам под глазом получил свое знаменитое у кавказцев прозвище: «Уч гез» (Трехглазый).
■ Кавказцы считали Евдокимова «прозревающим сердца и мысли». Едва грамотный, он хорошо знал многие кавказские языки, изучил и психологию горцев, и все способы ведения войны на Кавказе. Безжалостный к врагам, он всегда берег жизни своих солдат, а его воинское искусство приносило победы и в Чечне, и в землях черкесов: «…горцам никогда не удавалось дать графу Евдокимову настоящего упорного боя в заранее избранной позиции; он всегда успевал упасть им, как снег на голову, с той стороны, откуда его не ждали». Своими искусными маневрами Евдокимов ставил черкесов в безвыходное положение, когда им оставалось только умереть, или подчиниться. Многие предпочитали умереть: горные дороги были завалены трупами. Когда племя абадзехов согласилось переселиться частью в Турцию, частью на равнину, по пятам у них шли русские батальоны — подгоняли отстающих и сжигали аулы. Убыхам и шапсугам пришлось еще хуже.
■ 21 мая 1864 года на Красной Поляне встретились командиры четырех русских отрядов, наступавших на черкесов с четырех сторон. Великий князь Михаил Николаевич телеграфировал императору: поздравил его «с окончанием славной Кавказской войны».
■ В отличие от Чечни и Дагестана, земли черкесов были зачищены радикально. Погибла или ушла в Турцию самая энергичная, пассионарная часть горцев. Остались те, кто был готов подчиниться, ведь русские все—таки не убивали черкеса за то, что он черкес.
■ Пройдет несколько десятилетий. На местах былых сражений появятся бальнеологические курорты. Гиблые, Богом забытые поселения, вроде Гагры или Пицунды, станут райскими уголками, а потомки оставшихся в живых абхазов будут богатеть за счет туристов.
■ Мы живем великим мифом — мифом о добром русском народе, мифом о миролюбивом российском государстве. Вот американцы—де истребили множество индейских племен, а мы никого не истребляли.
■ Этот миф не укреплял народное единство, потому что татары всегда помнили о взятии Казани, аварцы складывали песни о героической обороне аула Ахульго, а черкесы и теперь помнят о своих махаджирах (переселенцах, изгнанниках).
■ В счастливом неведении о собственной жестокости, но также и о собственном мужестве, храбрости, героизме пребывали только русские. Когда—то этот миф врачевал нам душу, сейчас он растлевает нацию. Мы не помнили о жестокости, но нам напоминают о ней потомки выживших адыгов. А кто нам напомнит о мужестве русских солдат (кубанских, донских и терских казаков), которые выиграли Кавказскую войну — войну с противником сильным, умелым и жестоким? Не оправдывая преступления Ермолова, Барятинского, Засса, Бакланова, Евдокимова, вспомним, что именно эти люди делали историю. Плодами кровавой победы генерала Евдокимова мы пользуемся и по сей день.

Первая публикация 28.05.2013

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 377
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.07.13 22:47. Заголовок: Красная звезда — В. Герасимов. Великий полководец и дипломат


25—04—2013

Великий полководец и дипломат

Валерий Герасимов, начальник Генерального штаба Вооружённых Сил РФ — первый заместитель министра обороны Российской Федерации

28 (по старому стилю — 16) апреля исполняется 200 лет со дня смерти «всеславного» полководца России Михаила Илларионовича Кутузова (Голенищева—Кутузова), генерал—фельдмаршала, светлейшего князя Смоленского, первого в отечественной истории полного кавалера Военного ордена Святого Великомученика и Победоносца Георгия всех четырёх степеней. С его именем в истории нашего государства связаны блестящая победа в Отечественной войне 1812 года, изгнание из российских пределов императора-завоевателя Наполеона I и уничтожение его Великой армии.
■■

У Михаила Илларионовича Кутузова была сложная судьба, со взлётами и высочайшими опалами. По стезе воителя к её вершине он шёл долго, многотрудно, пройдя не одну войну. Полководческий талант особо ярко раскрылся в конце жизни, в «грозу 12—го года», когда ему довелось стать не просто достойным соперником французского императора Наполеона, а его победителем.
■ Полководец мог гордиться своей родословной, уходившей корнями в далёкий XIII век. Столетиями род Кутузовых служил Отечеству. Его отцом был И.М. Голенищев—Кутузов, начинавший армейскую службу военным инженером и закончивший её сенатором и генерал—поручиком инженерных войск. Он получил от современников за ум и образованность прозвище Разумная Книга. Михаил родился в Санкт—Петербурге 5 сентября 1747 года. В 1761 году 14—летний Михайло Кутузов, «примерно» усвоив полную программу обучения, получает первый офицерский чин инженер—прапорщика. В 15 лет производится в капитаны и назначается командиром роты в Астраханский пехотный полк, командиром которого был 32—летний А.В. Суворов. Боевое крещение 16—летний пехотный капитан Кутузов получил в 1764 году в Польше, куда отправился волонтёром.
■ В рядах армии полководца П.А. Румянцева 22—летний офицер отличается в сражениях у Рябой Могилы, на реках Ларге и Кагуле в русско—турецкой войне 1768—1774 годов. Именно тогда проявились его несомненные командирские качества: смелость и решительность, находчивость и инициативность, хладнокровие в критических ситуациях боя. Молодой офицер продемонстрировал завидное умение обращаться с солдатами, которые своей кровью добывали славу русскому оружию: он оказался способен в бою вести за собой людей.
■ По окончании войны подполковник М.И. Кутузов принимает участие в отражении турецкого десанта в Крым, у Алушты. В бою у деревни Шумы (ныне Кутузовка) получил тяжёлое сквозное ранение в голову. Врачи считали рану смертельной, но раненый выжил. В 1774 году он был награждён первым орденом Георгия Победоносца 4—го класса. Тогда искушённая в людях императрица Екатерина II сказала: «Надобно беречь Кутузова. Он у меня будет великим генералом».
■ В 30 лет М.И. Кутузова произвели в полковники и назначили командиром полка. В этой должности он проявил себя блестяще: продуманно расставлял офицерские кадры, верно подбирал ближайших помощников. Умел поощрять ревностно служащих, строго относился к нерадивым, вплоть до их отчисления из полкового состава. Полк стал одним из образцовых, и в 1782 году его командир получил чин бригадира.
■ В 1785 году генерал—майору М.И. Кутузову поручают формирование Бугского егерского корпуса. Он быстро провёл «боевое сколачивание» в духе суворовской «Науки побеждать». Лично проводил отбор людей, обучал молодых солдат, пришедших из мушкетёрских полков, и новобранцев меткой стрельбе, умелому владению приёмами штыкового боя, учил не теряться в рукопашных схватках, легко ориентироваться и передвигаться в лесу, поле, горах, летом и зимой. Прививал умение самостоятельно действовать в рассыпном строю.
Становление М.И. Кутузова как военачальника происходило в годы русско—турецкой войны 1787—1791 годов. Бугский егерский корпус участвует в осаде крепости Очаков, Кутузов получает второе сквозное пулевое ранение в голову, лишается правого глаза. Наградой за мужество ему стал орден Святой Анны сразу высшей, 1—й степени. В 1790 году он участвует в штурме крепости Измаил. Командует шестой штурмовой колонной, которая атаковала Новую крепость. После победного приступа А.В. Суворов назначает генерал—майора комендантом Измаила. За доблесть при его штурме Михаил Илларионович удостаивается сразу поощрения и боевой награды — чина генерал—поручика и ордена Святого Георгия 3—го класса. В 1791 году за отличие в Мачинском сражении пожалован орденом Георгия Победоносца 2—го класса. Это была уже признанная всеми награда полководческого ранга.
■■
Бородино, 1812 г.
■■
■ В 1792 году генерал—поручика М.И. Кутузова направили Чрезвычайным и Полномочным Послом в Турцию, где он показал себя не только большим дипломатом, но и блестящим военным разведчиком. «Как государственный человек он принёс России в области военной политики такую огромную пользу, которую не затмевает и не должна затмевать даже яркая слава полководца», — говорил один из его современников.
■ По возвращении в Россию М.И. Кутузов в 1794 году назначается главным директором Сухопутного шляхетского (кадетского) корпуса: многие его воспитанники станут участниками Отечественной войны 1812 года, известными военачальниками.
■ Ставший императором в 1796 году Павел I отправляет Кутузова с дипломатической миссией в Берлин, столицу Пруссии, и производит его в генералы от инфантерии. После поездки М.И. Кутузов вступает в командование Финляндской инспекцией и начинает готовить её войска на случай войны против Швеции. Следуют награждения орденами Иоанна Иерусалимского и Святого Андрея Первозванного. В 1799 году М.И. Кутузов назначается литовским военным губернатором.
■ В мае 1800 года на Волыни Михаил Илларионович начинает формирование армии, одной из двух, которые предназначались для действий против Франции. Командует войсками на больших манёврах под Гатчиной. На западной границе М.И. Кутузову подчиняются войска Украинской, Брестской и Днестровской инспекций.

Новый император Александр I назначает генерала от инфантерии М.И. Кутузова военным губернатором Санкт—Петербурга. Но вскоре монарх, недовольный действиями городской полиции, отстраняет его от должности. Опала длилась три года.
■ В 1805 году началась русско—австро—французская война: имперские устремления Наполеона Бонапарта не могли не встретить противодействия ведущих держав Европы. Опытный генерал М.И. Кутузов назначается командующим Подольской армией, которой предписывалось первой прийти на помощь союзникам и вступить в прямое подчинение императору Австрии.
■ Однако самоуверенные австрийцы начали войну, не дожидаясь подхода союзников. Решительно действовавший Наполеон у Ульма заставил армию генерала К. Макка капитулировать. Стратегия Наполеона заключалась в достижении крупных политических целей путём проведения молниеносных походов и кампаний, сосредоточения основных усилий для разгрома противника в одном или двух генеральных сражениях. Эта стратегия обеспечила тогда наполеоновской армии победу над армиями западноевропейских государств.
Так, 32—тысячная Подольская армия (с остатками австрийских войск — 50 тысяч) оказалась одна против более чем 200—тысячной французской армии. Наполеон предпринял новое наступление. М.И. Кутузов, разгадав его план, начал отход, не связывая себя с защитой Вены. Он стремился измотать неприятеля, после чего самому нужно было перейти к активным действиям на левом берегу Дуная.
■ Под Кремсом 11 ноября Наполеон впервые встретился с достойным соперником, назвав проигранное сражение «побоищем». Потери французов в два с лишним раза превысили урон русских.
■ Вскоре австрийцы без боя отдают французам Вену. Над Подольской армией нависает угроза окружения. Армия, прикрывшись арьергардным отрядом генерал—майора П.И. Багратиона, начинает отход. У Шёнграбена происходит упорнейший бой, в котором французам одержать верх не удалось.
■ Все планы Наполеона на окружение и уничтожение кутузовской армии рушатся. Впоследствии А.П. Ермолов, герой антинаполеоновских войн, скажет: «Сия ретирада по справедливости поставляется в число знаменитых военных событий нынешнего времени».
■ Умело оторвавшись от преследователей, Подольская армия у Ольмюца соединяется с подкреплениями. На военном совете М.И. Кутузов обоснованно высказался за дальнейший отход в Моравию для сбора сил. Против выступили австрийские генералы, которых поддержали императоры Александр I и Франц I. Соединённая армия во главе с двумя монархами двинулась к Аустерлицу, где её уже поджидал Наполеон.
■ 02 декабря 1805 года состоялось Аустерлицкое сражение, после которого М.И. Кутузов был фактически отстранён от главного командования, а союзная армия разбита.
■ Австрия подписала с Францией унизительный мир. Царский двор возложил всю ответственность за поражение в сражении у Аустерлица на полководца, лишённого власти.
■ На поля брани М.И. Кутузов вернётся только в самом конце русско—турецкой войны 1806—1812 годов. Однако после неудачного штурма Браилова из—за конфликта с главнокомандующим генерал—фельдмаршалом князем А.А. Прозоровским он весной 1809 года отправляется в новую «почётную ссылку», получив назначение виленским генерал—губернатором.
■ Война затягивалась. В марте 1811 года император Александр I был вынужден назначить М.И. Кутузова главнокомандующим Молдавской армией.
■ Русская армия переходит через Дунай. 4 июля состоялось ожесточённое Рущукское сражение. Оно длилось 12 часов, и в итоге армия великого визиря Ахмет—паши, обладавшая четырёхкратным превосходством в силах, была разбита и отступила. После этого М.И. Кутузов пошёл на военную хитрость с целью заманить разгромленную турецкую армию на противоположный, левый берег Дуная. Он принимает решение оставить крепость Рущук и после победы… отступить на противоположный берег. Так великий визирь оказался в умело расставленной ловушке.
■ Турецкая армия, бросившись за русскими, была блокирована. М.И Кутузов отправил Ахмет—паше письмо и «решительно потребовал» от вражеского полководца заключить бессрочное перемирие и отдать ему остатки турецкой армии и её вооружение «на сохранение». Турки, считавшиеся не военнопленными, а «гостями» русской армии, получили от неё провиант. В ходе переговоров 27 мая в Бухаресте был подписан мир с Турцией.
■ Мир стал подлинным триумфом военно—дипломатической деятельности М.И. Кутузова. За 27 дней до начала наполеоновского Русского похода полководец сумел разрушить стратегические замыслы Бонапарта: Россия не только обезопасила свой южный фланг, но и стала придунайской державой, а Франция лишилась союзника, на участие которого в войне с Россией делалась большая ставка.
■ Академик Е.В. Тарле писал: «Таким образом, Кутузов—дипломат нанёс Наполеону в 1812 году тяжкий удар ещё раньше, чем Кутузов—военачальник». Император Александр I, получив известие о ратификации «полезного» Бухарестского мира, возвёл полководца вместе с его потомством «в княжеское Всероссийской империи достоинство» с присвоением ему титула светлости.

С началом вторжения армии Наполеона в Россию генерал от инфантерии М.И. Кутузов находился не у дел в Санкт—Петербурге. Но вскоре он получает под командование Нарвский корпус для защиты столицы. Дворянское собрание Московской губернии, на котором присутствовал сам император, избирает полководца на должность начальника Московского ополчения. На следующий день такое же решение единодушно принимает дворянство столичной губернии. Получив сообщение о первом таком назначении, Михаил Илларионович воскликнул: «Вот лучшая награда для меня в моей жизни!»
■ Тем временем 1—я и 2—я Западные армии продолжали отступление в глубь России. Стратегическая оборона русской армии носила активный характер. Её цель состояла в том, чтобы выиграть время и создать благоприятные условия для разгрома и изгнания противника. Встал вопрос о едином главнокомандующем. Император Александр I поручил специально созданному Особому комитету рассмотреть вопрос о кандидатуре главнокомандующего всеми действующими армиями. Комитет заседал вечером 5 августа, в день оставления горящего Смоленска. Решение было принято единогласно — Кутузов: «Вся Россия желает назначения его». Государь утвердил решение только 8—го числа — при дворе продолжали считать полководца «виновником» Аустерлицкой катастрофы.
■ Главнокомандующий прибыл к войскам в Царево—Займище 17 августа, что вызвало великое воодушевление нижних чинов и офицеров. Заговорили о генеральном сражение, поле для которого нашлось только близ города Можайска при селе Бородино. 26 августа здесь состоялась «битва гигантов». Кутузов доносил императору: «…Как бы то ни было, Москву защищать должно».
■ Прологом Бородинского сражения стал Шевардинский бой. Через день состоялась сама генеральная баталия. Наполеон надеялся на блестящую викторию, равную «солнцу Аустерлица». Русские войска были готовы постоять за Отечество, за Москву в «смертном бою».
■ Офицер 12—й лёгкой артиллерийской бригады Н.Е. Митаревский, находившийся при Бородине рядом с полководцем, писал о Кутузове: «Из престарелого вождя как будто исходила какая—то сила, воодушевлявшая смотревших на него. Полагаю, что это обстоятельство отчасти входило в число причин, почему армия наша, меньшая числом, потерявшая уверенность в успехе при беспрестанном отступлении, могла со славою выдержать битву с непобедимым до того неприятелем».
■ Бородинское сражение не выявило победителя. В официальном кутузовском донесении говорилось, что «войска сражались с неимоверною храбростию. Батареи переходили из рук в руки и кончилось тем, что неприятель нигде не выиграл ни на шаг земли с превосходными своими силами». Британский писатель Вальтер Скотт в книге «Жизнь Наполеона» пишет: «…Французы после сражения отступили на прежние места свои, оставив русским во владение окровавленное поле битвы».
■ После битвы на Москве—реке (так французская историография называет Бородинское сражение) Наполеон был вынужден признать, что из пятидесяти данных им сражений в этой генеральной баталии его войска проявили наибольшую доблесть и добились наименьшего успеха. Бородинское сражение выявило кризис наполеоновской стратегии генерального сражения. Русская армия продолжала сражаться.
В ходе Бородинского сражения рельефно проявилось характерное для полководческого искусства М.И. Кутузова умелое маневрирование на поле боя. Манёвр применялся им для того, чтобы поставить свои войска в наиболее выгодное положение по отношению к противнику, создать условия для нанесения по нему удара и отражения его атак. Хорошо известно, что в Бородинском сражении большую роль сыграл рейд казачьих полков М.И. Платова и кавалерийского корпуса Ф.П. Уварова, проведённый в кризисный момент. Он расстроил подготовленную противником атаку, вынудил Наполеона перебросить к участку прорыва часть своих сил.
■ За Бородино великий полководец России М.И. Кутузов был пожалован в генерал—фельдмаршалы. В храмах в честь Бородина прошли благодарственные молебны. Тем временем кутузовская армия оставила первопрестольную Москву. Полководец проехал по её улицам в карете с зашторенными окнами: он понимал всю тяжесть принятого на военном совете в Филях решения. Сделано это было во имя сохранения армии для грядущих побед. Дальнейший ход Отечественной войны показал, что это было верное решение.

Совершив блестяще исполненный Тарутинский фланговый марш—манёвр, русская армия, которую Наполеон на несколько дней потерял (!) из виду, встала укреплённым лагерем за рекой Чернишней. Под руководством М.И. Кутузова русская армия была реорганизована, доукомплектована, снабжена оружием, боеприпасами, продовольствием и подготовлена к активным боевым действиям. Заслуга М.И. Кутузова состоит в том, что ему удалось успешно решить основную стратегическую задачу — изменить коренным образом соотношение сил в пользу русской армии. Её численность была доведена до 130 тысяч человек. С учётом более 100 тысяч человек подготовленного и обученного пополнения, непосредственно участвовавшего в боевых действиях, превосходство над противником возросло более чем вдвое.
■ В Тарутино М.И. Кутузов закончил разработку плана окружения и разгрома армии Наполеона с участием армии адмирала П.В. Чичагова и корпуса генерала П.Х. Витгенштейна. М.И. Кутузов отверг предложения Наполеона о мире или перемирии, присланные в лагерь с французским генералом Ж.А. Лоринстоном.
■ Официальный историограф Отечественной войны 1812 года генерал А.И. Михайловский—Данилевский писал: «Пребывание в Тарутино было для Кутузова одною из блистательных эпох его достославной жизни. Со времён Пожарского никто не стоял так высоко в виду России…
■ В Тарутино в неимоверно краткое время Кутузов привёл в самое стройное положение армию, утомлённую тысячевёрстным отступлением и кровавыми сражениями, вручил народу оружие, осадил Наполеона в Москве и… извлекал все выгоды из нового рода войны».
■ Удачно реализовав в ходе Тарутинского флангового марш—манёвра часть своего стратегического плана ведения войны и изменив операционную линию главной русской армии, М.И. Кутузов перешёл к новому тактическому решению — «малой войне» — действиям на коммуникациях и в тылу противника с помощью армейских партизанских и крестьянских отрядов. В результате Великая армия императора французов стала каждодневно таять от нападений русских летучих отрядов. «Малая война» фактически лишила французов подкреплений, продовольствия и фуража.
■ После поражения в Тарутинском сражении Наполеон начал отступление. Уход из Москвы давал ему шанс спасти Великую армию, вернее то, что от неё ещё оставалось. Покидая город, он отдал варварский приказ — взорвать Московский Кремль. Но дождь потушил часть фитилей, а появление казачьих разъездов не позволило минёрам выполнить приказ императора.
■ Армейские партизаны стерегли французов по всем дорогам. Получив известие, что Бонапарт движется на Калугу, Кутузов решительно и оперативно преградил ему путь у Малоярославца. В кровопролитном сражении французы заняли выгоревший городок на реке Луже, но пробиваться дальше не отважились. Наполеон повернул армию на разорённую его воинством Смоленскую дорогу, по которой захватчик шёл к Москве.
■ Кутузов перешёл к параллельному преследованию Великой армии. По пятам отступающих шли казачьи полки донского атамана М.И. Платова и армейский авангард генерала от инфантерии М.А. Милорадовича. Каждодневно происходили боевые столкновения.
Великая армия в ходе кутузовской «малой войны» таяла на глазах. Русский полководец требовал от войск главного: не давать наполеоновским войскам ни дня отдыха, не позволять им изменять путь бегства из России. Отдавая распоряжения начальнику своего штаба генерал—майору А.П. Ермолову, главнокомандующий указывал: «Армии нужна скорость!»
■ За освобождение древнего города—крепости на Днепре император Александр I пожаловал светлейшему князю М.И. Кутузову титул Смоленский.
■ Переправа через Березину стала подлинной трагедией для французской армии. Те её остатки, что смогли избежать здесь гибели, окончательно растаяли на последнем пути к государственной границе. Великая армия перестала существовать как военная сила. Прибыв в Вильно, Кутузов с полным на то правом смог известить народ России, армию и императора Александра I: «Война закончилась за полным истреблением неприятеля».

В ходе войны М.И. Кутузов обогатил военное искусство новыми способами действий. М.И. Кутузов умело применял наступление по внешним операционным линиям путём нанесения концентрических ударов в целях окружения и уничтожения вражеских войск. Этот способ показал свою эффективность в сражении на Березине. Наполеон в отличие от М.И. Кутузова предпочитал действовать по внутренним операционным линиям и стремился добиться успеха путём нанесения сильных ударов по разобщённым отдельным частям противника. Такой способ ведения наступления приносил успех в войнах, в которых на ограниченной территории участвовали небольшие армии. В Отечественной войне 1812 года военные действия велись численно выросшими армиями на театре шириной по фронту более 600 километров и глубиной до 1.000 километров. В этих условиях ведение наступления по внутренним операционным линиям было уже неэффективным.
■ Наградой за победу для главнокомандующего главной действующей армией генерал—фельдмаршала светлейшего князя Смоленского М.И. Кутузова стала высшая воинская награда Отечества — орден Святого Георгия 1—й степени. Он стал первым из четырёх человек в 148—летней истории существования российского императорского военного ордена, заслужившим все четыре его степени. Такой чести после него удостоятся полководцы в фельдмаршальском чине М.Б. Барклай—де—Толли, И.И. Дибич—Забалканский и И.Ф. Паскевич—Эриванский. Великий Суворов не возглавил эту славную когорту только по той причине, что своего первого Георгия Победоносца он получил сразу 3—го класса, минуя низшую степень.
■ Михаил Илларионович Кутузов своим полководческим подвигом навечно вошёл в российскую историю как спаситель Отечества. Выражая общие чувства народа и армии, великий русский поэт А.С. Пушкин писал:
Когда народной веры глас
Воззвал к святой твоей седине:
«Иди спасай!» Ты встал и спас.
■ С именем полководца М.И. Кутузова связано начало освободительных Заграничных походов русской армии 1813—1814 годов, которые закончились взятием Парижа. Её главнокомандующий прекрасно понимал, что истребление Великой армии ещё не означало крушения наполеоновской Французской империи. Руководя боевыми действиями русско—прусских войск, Кутузов, кроме того, «употребляет все способы, дабы привлечь народ» Варшавского герцогства на сторону России. Успехом увенчались его дипломатические усилия по выведению из войны Австрии. Прусский монарх Фридрих—Вильгельм III жалует полководца сразу двумя высшими орденами союзного теперь королевства — Чёрного Орла и Белого Орла. В своём предпоследнем письме семье М.И. Кутузов писал: «Мне столько забот, столько хлопотать должно, что дай бог остаться живу». Он чувствовал, что силы, подорванные напряжением войны, оставляют его.
■ Союзные войска России и Пруссии наступали по земле Саксонии, подступая к её столице городу Дрездену. Последней остановкой стал городок Бунцлау. Здесь Михаил Илларионович слёг, хотя, превозмогая болезнь, продолжал руководить войсками, подписывая приказы и предписания. В Бунцлау ему привезли ключи от капитулировавшей перед русскими войсками крепости Торн.
■■
Штурм Измаила, 1790 г.
■■
■ Великий полководец России ушёл из жизни в среду, 28 апреля, в 21 час 30 минут. Известие о его смерти пришло в действующую армию накануне сражения с французами под Люценом. Император Александр I приказал это горестное известие пока хранить в тайне, чтобы не подорвать дух войск перед битвой.
■ «Спаситель Отечества» в «грозу 12—го года» генерал—фельдмаршал Михаил Илларионович Кутузов был похоронен со всеми почестями 11 июня в Казанском соборе Санкт—Петербурга. Когда траурный поезд из силезского Бунцлау прибыл в город Нарву, простой люд выпряг лошадей из повозки и катил её на руках в столицу России при большом стечении опечаленного народа.
■ Светлая память о великом воителе Отечестве жива уже двести лет. Она в памятниках, названиях улиц, площадей, населённых пунктов, станций метро, в книгах, кинофильмах, полотнах картин, для воинов России, начиная с Великой Отечественной войны 1941—1945 годов, — в полководческом ордене Кутузова трёх степеней.

Полководческое искусство М.И. Кутузова бережно сохраняется и творчески используется в наше время. Генералы и офицеры Вооружённых Сил России изучают боевое наследие полководца. Интересные и поучительные уроки извлекаются ими из того, как, например, блестяще решил М.И. Кутузов проблему взаимодействия войск. Его практическое осуществление затруднялось крайне ограниченными возможностями быстрого передвижения войск, несовершенством средств связи того времени. Несмотря на это, в ходе войны 1812 года удалось добиться согласованных действий войск. Непосредственными организаторами этого взаимодействия были главнокомандующий русской армией М.И. Кутузов и Главный штаб, который был создан в соответствии с «Учреждением для управления большой действующей армией». Главнокомандующий и Главный штаб согласовывали действия армии, корпусов и партизанских отрядов по цели, месту и времени путём постановки конкретных задач и отдачи распоряжений. Основным документом, определявшим задачи войск и характер их взаимодействия, была введённая Кутузовым «Таблица движений армий». Основным методом управления, применявшимся главнокомандующим, была постановка задач путём отдачи письменных приказов и распоряжений, через офицеров и генералов Главного штаба, устно при личном общении.
■ М.И. Кутузов, сохраняя за собой общее руководство военными действиями, умело опирался в своей деятельности на Главный штаб, предоставлял командующим армиями и командирам корпусов широкую инициативу и самостоятельность. В ходе войны роль штабов как органов управления значительно возросла, что способствовало повышению эффективности действий войск. Наполеон, не доверяя своему штабу и командирам корпусов, стремился решать все вопросы лично, подменяя подчинённых ему генералов. Такой метод управления оказался малоэффективным в войне, отличавшейся возросшим пространственным размахом и участием в ней массовых армий.
■ Для полководческого искусства М.И. Кутузова характерно умелое применение резервов. Например, в Бородинском сражении он выделил в свой главный резерв один пехотный корпус, кирасирскую дивизию и артиллерию в количестве 306 орудий. Кроме того, каждое крыло имело особые резервы: правое крыло — 9 казачьих полков и кавалерийский корпус, левое крыло — гренадёрскую и кирасирскую дивизии, две артиллерийские бригады. По своей силе и составу эти резервы были способны решать ответственные тактические задачи в ходе боя и сражения. В обороне на резервы возлагались задачи по восстановлению положения на одном из участков позиции, по проведению контратак и нанесению внезапных ударов по противнику. В наступлении резервы использовались для развития успеха, закрепления достигнутых рубежей и ведения преследования отходящего противника.
■ В достижении успеха в бою М.И. Кутузов большое значение придавал умелому применению всех войск. Пехота в наступательных и оборонительных боях умело сочетала огонь, манёвр и штыковой удар и во взаимодействии с кавалерией и артиллерией решала исход боя и сражения.
■ Михаил Илларионович Кутузов, своим мужеством и ратным трудом поставивший себя в ряд великих полководцев Отечества, был и остаётся примером для подражания для генералов, офицеров современной Российской армии.

Первая публикация 28.04.2013

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 445
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.08.13 20:31. Заголовок: Военно—промышленный курьер — И. Ходаков. Рыцарь на троне


История

Рыцарь на троне

Военная деятельность Павла I — правда и мифы
■■
Игорь Ходаков
■■
Император Павел I. Трудно найти более оклеветанного монарха в русской истории. Долгое время в нем видели лишь самодура и тирана, запретившего ношение фраков и круглых шляп, модных в революционной Франции с ее массовым развратом и столь же массовым кровавым террором. Парадоксально, но негативный образ императора создавался главным образом его убийцами—аристократами, более думавшими о собственных привилегиях, нежели о служении Отечеству.
■■

Так что же за человек был император Павел? Правы ли считавшие его деспотом и самодуром?
■ Постараемся нарисовать исторический портрет императора сквозь призму его военной деятельности. Тем более что она, особенно в бытность Павла цесаревичем, и породила немало мифов о нем. Пожалуй, самый нелепый из них — приказ наследника отправить конногвардейский полк в Сибирь.

Под гнетом матери

■ Ключ к пониманию тех или иных поступков и решений Павла — в обстоятельствах его жизни, большую часть которой он провел практически в ссылке, заняв трон в возрасте 42 лет только после смерти матери — императрицы Екатерины II. Важно подчеркнуть, что она была узурпатором, ибо свергла одного законного монарха — Петра III, не пожелала передать трон по достижении совершеннолетия своему сыну Павлу, наконец, при ней и по сути по ее приказу был убит другой законный претендент на престол — Иоанн IV.
■ Юного Павла потрясла смерть отца — он так и не смог простить ее матери, хотя прямых доказательств убийства Петра III и тем более по приказу Екатерины II нет. В молодости наследнику, чувствовавшему нелюбовь матери, приходилось сносить обиды со стороны екатерининских вельмож. Да и императрица часто несправедливо обижала сына, который в ее присутствии терялся. Все это, конечно, негативным образом сказывалось на душевном состоянии цесаревича и, как сейчас принято говорить, расшатывало его нервы.
■ Личная его жизнь сначала также не отличалась благополучием. Первая жена умерла при родах. Второй супругой Павла стала вюртембергская принцесса София Доротея, получившая при принятии православия имя Мария Федоровна. Молодые люди полюбили друг друга и в семье Павел обрел наконец покой.
■ Екатерина II подарила молодоженам усадьбу в Павловске, где часто устраивались балы и домашние спектакли, в которых участвовал и сам наследник. Еще одной усадьбой Павла, подаренной императрицей сыну, стала знаменитая Гатчина.
■ В скором времени Мария Федоровна родила сыновей — Александра и Константина, но радость супругов была омрачена решением императрицы забрать детей у родителей. Позже Екатерина II разрешала Павлу, но довольно редко видеть сыновей, лишив их отцовского воспитания. Душевное равновесие цесаревича вновь было нарушено. Превратило ли это Павла в человека недалекого, взбалмошного и капризного? Нет, чему есть свидетельства многих людей, лично общавшихся с наследником. Так, французский посланник в России Сегюр писал о Павле: «Он был образован, в нем замечалась большая живость ума и благородная возвышенность характера…»
■ Цесаревич жаждал подвигов и ратной славы: неоднократно он просился на войны, столь частые в правление Екатерины II, но постоянно получал отказ за исключением одного случая, о котором пойдет речь чуть ниже.

Фридрихомания

■ Императрица понимала — участие наследника в боевых действиях принесет ему популярность в армии и позволит более решительно говорить о своих законных правах на престол. Поэтому Павлу пришлось направить свою огромную энергию на небольшую гатчинскую армию, которую мать позволила ему создать. К 1796 году было сформировано шесть батальонов пехоты, одна рота егерей, три кавалерийских полка, один казачий эскадрон и, наконец, одна рота артиллерии.
■ В сущности Павел занимался тем же, чем и Петр I в годы своей юности, — формированием «потешных» полков. Только Петр был тогда значительно моложе, а достигши совершеннолетия, проявил большую решительность в борьбе за престол. К слову, можно было бы добавить, что в битве за власть Петр оказался жесток, Павел же не являлся жестоким человеком.
■ Всем известно, что сын Екатерины II с огромным уважением относился к прусскому королю и полководцу Фридриху II. Поэтому неудивительно, что гатчинские войска были облачены в мундиры по прусскому образцу, равно как и служили они также по прусскому уставу.
■ Оправдана ли была столь свойственная цесаревичу фридрихомания? На первый взгляд ответ отрицательный. Недоброжелатели и последующие исследователи обвиняли Павла в низкопоклонстве перед прусским королем, к тому же не раз битому русскими войсками.
■ Однако любая армия, сколь бы прекрасно обучена и вооружена она ни была и сколь бы талантливый полководец ее ни возглавлял, может терпеть поражения. История знает много таких примеров. Но неудачи на полях сражений отнюдь не обесценивают ни военный опыт высококлассной армии, ни ее предводителя. Да и рассуждения о том, будто Павел слепо копировал и бездумно пересаживал на русскую почву прусский опыт, не более чем миф.
■ Другое дело — стоило ли вообще обращаться к военному наследию Фридриха II? Основания для этого были. Рассуждая более широко, отметим, что само геополитическое положение России и потрясавшие ее войны неизбежно приводили к заимствованиям всего лучшего в военном деле, что было у соседей. Примеров множество. Обратимся хотя бы к XVII веку. Он вошел в военную историю России и полками нового строя, сформированными по голландско-шведскому образцу, и рейтарскими полками, сформированными на базе шведской модели, а князь Иван Хованский даже создал по польскому образцу полк крылатых гусар.
■ Наши предки брали у европейцев только все самое с военной точки зрения эффективное. В том же XVII веке шведская и голландская пехоты слыли наиболее боеспособными в Европе, равно как и шведские рейтары и польские гусары — лучшей в Старом Свете кавалерией.
■ Во второй половине следующего столетия созданная Фридрихом II прусская армия, с точки зрения устава, организации и тактики (знаменитый косой порядок), многими по праву считалась самой передовой в Европе.
■ Не были в подобных оценках исключением и наши соотечественники. Даже генералиссимус Александр Суворов полагал нужным изучать военный опыт прусского короля. Подобного мнения придерживался и другой знаменитый русский полководец — генерал—фельдмаршал Петр Румянцев—Задунайский, благодаря которому пруссаки были разбиты при Гросс—Егерсдорфе, а стойкость его дивизии позволила одержать победу при Кунерсдорфе. Но это не мешало Румянцеву брать на вооружение все лучшее у пруссаков, а поучиться у них можно было многому.
■ Достаточно сказать, что именно в их армии была увеличена скорость стрельбы: с использованием железного шомпола она возрастала от одного до трех выстрелов в минуту. И если прусские солдаты оказывались в кольце интенсивного огня противника, то были в состоянии ответить залпами в ритме, буквально ошеломляющем неприятеля.
■ Да и общепринятое мнение о прусских воинах как о бездушных машинах тоже нельзя признать справедливым. Прусские солдаты чуть ли не ежедневно видели своего короля Фридриха II, который многих из них знал лично и не раз снимал перед ними шляпу. Это ли не пример для подражания?
■ Теперь пару слов о внешнем облике павловской армии. Императора критиковали за слепое копирование прусской военной формы. Критиковали во многом справедливо. Впрочем, во все времена и в любой армии нововведения в области обмундирования имели как плюсы, так и минусы. Та же потемкинская форма, столь часто противопоставляемая мундиру гатчинской армии, также имела свои недостатки: каска, например, была неудобна.
■ Новшества же Павла носили практический смысл. В частности, пресловутая коса — якобы ненужное украшение. Суворов в свойственной ему ироничной манере так и говорил: «Сабля — не букли, коса — не тесак», добавляя к этому: «А я не немец, а природный русак».
■ Так вот как раз завитая вокруг железного прута, оплетенного черной кожей, коса служила не украшением, а защищала шею и спину воина от сабельных ударов. Парик приходилось салить и пудрить. Однако вопреки распространенному мнению пруссаки салили и пудрили прическу только перед богослужениями и высочайшими смотрами. То же самое и в русской армии. Да и прежде чем утвердить новые образцы мундиров, Павел примерял их на себе.
■ Теперь несколько слов о так называемой павловской муштре, будто бы заменявшей солдатам настоящую боевую учебу. Начнем с того, что в разумных пределах она дисциплинирует воинов и учит их слаженным действиям в строю. А на фоне распущенной екатерининской гвардии муштра была просто необходима.

Новатор в артиллерии

■ Но только ли муштрой занималась маленькая гатчинская армия? Совсем нет. Проводились Павлом и маневры с форсированием рек и отработкой залпового огня, приемы штыкового боя и отражение морского десанта противника.
■ Все это не должно вызывать удивления: Павел хорошо разбирался в военном деле, причем изучил его благодаря самообразованию – специально военные науки ему не преподавали. Чему отдавал предпочтение цесаревич в военной сфере? Он любил и знал флот. Но, пожалуй, в центре его внимания была артиллерия. Документов, об этом свидетельствующих, достаточно.
■ В качестве примера приведем несколько фактов. В 1793 году в гатчинской армии благодаря стараниям цесаревича появились орудия с более совершенными лафетами, более легкие и мобильные, нежели в армии Екатерины II. По инициативе Павла впервые были опробованы придуманные им мишени для картечной стрельбы, позже применявшиеся во всей русской артиллерии.
■ Процитируем некоторые документы, свидетельствующие о новаторской деятельности цесаревича в области артиллерии и опубликованные в одной из статей, посвященных гатчинской армии, кандидата исторических наук, старшего научного сотрудника Военно—исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи Евгения Юркевича: «Начала полного и разнообразного развития стрельбы в цель и артиллерийских маневров положены были Павлом I в артиллерии гатчинских войск, она предварительно обучалась стрельбе в цель по щитам, а потом устраивали городки, в которых артиллерия взрывала фугасы, зажигала приготовленные горючие вещества гранатами, бомбами и брандскугелями и, наконец, самые городки разбивала ядрами».
■ Заслуга Павла I в обучении гатчинских артиллеристов «цельной» стрельбе исключительно велика — ведь в то время «…артиллеристы наши считали меткую стрельбу из орудий делом невозможным». Цесаревичу на примере своих артиллеристов удалось доказать ошибочность этого мнения.
■ «Основания, выработанные в гатчинской артиллерии, послужили почвой, на которой развились дальнейшие организационные преобразования во всей русской артиллерии, начавшиеся со вступлением на престол Павла I», — писал генерал—лейтенант Бранденбург. Опыт организации, обучения и устройства материальной части артиллерии гатчинских войск был широко использован в русской артиллерии не только в царствование императора Павла, но и при разработке в начале XIX века артиллерийских орудий системы 1805 года, часто называемой аракчеевской.
■ Красноречивые строки, свидетельствующие, что не только на плац-парадах проводили время и цесаревич, и его маленькая гатчинская армия. Вопреки расхожему мнению показала она себя и в настоящем боевом деле, приняв участие в Русско—шведской войне 1788—1790 годов. Правда, Екатерина II разрешила сыну отправить на театр военных действий только один кирасирский полк и четыре пеших орудия. Последние прибыли под Выборг, но в боях не участвовали и вскоре вернулись в Гатчину.
■ Павел же во главе кирасир в августе 1788—го подошел к крепости Фридрихсгам, у стен которой он приобрел свой первый боевой опыт: провел рекогносцировку местности под огнем противника. К сожалению, для храброго цесаревича этот опыт оказался последним. Ни русское, ни шведское командование не проявляло активности и Павел вернулся домой. Но его гренадеры в составе Военно—морского флота приняли участие в победоносном сражении при Роченсальме в августе 1789 года…

С заботой о солдате

■ Нужно также отметить: критики военных реформ Павла, заостряя внимание на некоторых его перегибах, не хотят принимать во внимание то, что без преувеличения императора отличала забота о русском солдате. В чем это выражалось? В том, что впервые в России началось строительство казарм, было увеличено жалованье солдатам и офицерам, организован военно—сиротский дом, возросло количество солдатских школ.
■ В войсках были введены шинели, заменившие епанчу, внешне напоминавшую плащ—палатку и совершенно не согревавшую в мороз. Кстати, по поводу мороза: благодаря распоряжению императора в зимний период солдаты заступали в караул в тулупах и валенках.
■ Заботился Павел и о повышении образовательного уровня офицеров: по инициативе полковника Алексея Аракчеева в 1794 году были учреждены в Гатчине классы для младших офицеров, подпрапорщиков и юнкеров. Учителями стали артиллерийские офицеры. Учеба в этих классах шла вечерами (с 4 до 6 часов), дабы не мешать строевым занятиям, проводившимся днем.
■ Солдатам, находившимся на службе до вступления Павла на престол, было объявлено, что по окончании срока их службы они станут однодворцами и получат 15 десятин земли в Саратовской губернии и по 100 рублей на обзаведение домашним хозяйством. Кроме того, именно Павел ввел для солдат отпуска — 28 дней в году.
■ Полковники при новом императоре не могли более присваивать себе то, что принадлежало нижним чинам, которые получили право подавать жалобы на офицеров, это уменьшило произвол многих из них, особенно тех, кто жил праздной жизнью в столице. Более того, офицерам, присваивавшим себе солдатские деньги, грозила каторга.
■ К слову, маловероятно, чтобы подобный указ мог бы быть инициирован, скажем, генерал—фельдмаршалом Григорием Потемкиным или выйти из—под пера Екатерины II. Ведь офицерами в армии были дворяне, а ущемлять их интересы императрица никогда не решалась за все долгие годы своего правления. Потемкина же более интересовал внешний облик солдат, нежели их внутренняя жизнь.
■ Орденами, которыми ранее награждали только офицеров, стали жаловать и солдат — это орден Святой Анны. Причем Россия первая в Европе страна, где нижние чины получали такую награду. Примечательно, что пожалованные этим орденом солдаты освобождались от телесных наказаний, которые при Павле вопреки распространенному мнению практиковались не столь часто.
■ Государь запретил использование нижних чинов в услужении по личным домам, дачам, деревням начальства — недуг, которым, что греха таить, была поражена Советская армия. Не изжит он и в современных российских войсках.
■ Павел уволил из армии всех недорослей и младенцев, записанных в полки с пеленок. Дворянин теперь не мог выбрать гражданскую службу вместо военной по своему желанию — на это требовалось личное разрешение императора.
■ При Павле стали награждать за заслуги не только солдат и офицеров, но и полки, при нем было поднято значение знамен.

Исключительно идея служения России

■ Теперь немного поговорим об отношении к людям, которое столь часто ставят Павлу в упрек и судят об этой теме нередко по таким примитивным штампам советского агитпропа, как фильм 1940 года «Суворов». Нельзя не отметить, что именно при Павле тот же Суворов был удостоен высшего чина в императорской армии — генералиссимуса. А старший сын императора — Константин принял участие в знаменитых суворовских походах: итальянском и швейцарском. За участие в них Павел наградил многих офицеров, отличившихся в сражениях, а всем нижним чинам по его указу выдали по два рубля серебром.
■ Общепринятое мнение о чрезмерно натянутых отношениях Суворова и Павла несколько преувеличено. В массовом сознании довольно своеобразная личность Александра Васильевича вообще сильно мифологизирована. И что интересно: те, кто любит говорить и писать о миролюбивом характере русского народа и его внешней политике, весьма почитают Суворова, победы которого, за исключением битвы на Кинбурнской косе, были одержаны в ходе завоевательных войн.
■ В самом деле, что делал Александр Васильевич со своими чудо—богатырями в тех же Италии и Швейцарии? От кого защищал на Апеннинах и в Альпах Россию? Все проще: Суворов сражался за освобождение Италии от Франции для… Австрии. Ради этой цели и проливалась русская кровь… Но это так, к слову, ибо внешняя политика Павла — тема отдельного разговора.
■ В своей государственной деятельности Павел руководствовался исключительно идеей служения: он сам служил России и считал, что таков долг и дворянства. Однако всем известные «Манифест о вольности дворянства» и «Жалованная грамота дворянству», как и внутренняя политика Екатерины II в целом, изменили моральный облик этого привилегированного сословия и далеко не в лучшую сторону.
■ Довольно быстро оно стало вести паразитирующий образ жизни и деградировать. Буквально в течение столетия значительная часть дворянства превратилась в собакевичей, маниловых, ноздревых, гаевых, потомки которых в большинстве своем даже не пожелали встать на защиту гибнувшей в 1917 году империи. И попытка Павла остановить этот пагубный для России процесс была обречена на неудачу и стоила ему жизни.
■ Император чувствовал приближение смерти, ждал покушений на свою жизнь. Вечером 10 марта 1801 года после ужина за несколько часов до гибели, поднимаясь из—за стола, Павел произнес: «Чему быть, того не миновать». Он был злодейски убит в ночь на 11 марта 1811 года, процарствовав четыре года, четыре месяца и четыре дня…
■ В то утро, когда свершилось страшное злодеяние, на балконе Михайловского замка, резиденции самодержца, появился сын Павла — Александр, перед лицом которого предстали безмолвные шеренги плачущих гренадер: последние уж точно не видели в злодейски убитом императоре самодура. Как не видел его в императоре и русский народ, о чем очень метко и точно написал немецкий драматург Август Коцебу: «Из 36 миллионов людей по крайней мере 33 миллиона имели повод благословлять императора, хотя и не все сознавали это».
■ В заключение отмечу, что я умышленно не упоминал о негативных сторонах военной деятельности Павла — об этом сказано достаточно. Увы, многие исследователи правления этого императора стремились надеть на себя мантии судей, причем судей пристрастных. Ибо они готовы были приходить в восторг от деяний Петра I, не обращая должного внимания на цену, за них уплаченную, закрывать глаза на разврат и оскудение нравственности в эпоху Екатерины II, восторгаясь ее «просвещенностью». Благородный же Павел подвергался шельмованию. Поистине, умом Россию не понять.

Опубликовано в выпуске № 23 (491) за 19 июня 2013 года

Первая публикация 03.07.2013

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 448
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.08.13 20:40. Заголовок: Свободная пресса — В. Милитарев. Политический режим дома Романовых


23 июня 2013 года | Виктор Милитарев

Политический режим дома Романовых

Виктор Милитарев о русских царях и русском крестьянстве

Репродукция Фотохроники ТАСС
После развала Золотой Орды в конце XV века обретшая независимость Русь оказалась в ситуации осажденной крепости. Ей пришлось вести длительную войну на два фронта — против Польши и Крыма. Польша была региональной сверхдержавой, а за разбойным работорговым Крымом стояла одна из сверхдержав того времени — Османская империя. Перед страной со всей серьезностью встал вопрос о выборе модели развития, гарантирующей выживание в такой ситуации. Два важнейших региональных центра Руси сделали свой выбор. Новгород выбрал польскую модель, а потом и предпринял попытку вступления в состав польско—литовской унии. Москва выбрала турецкую модель. «Европейский» Новгород на всех парах шел к крепостному праву. «Азиатская» Москва учредила поместную систему, то есть не допустила закрепощения крестьян на своей территории.
■ Польша уже к моменту обретения Русью независимости была страной развитого крепостного права. Постепенно она стала страной с наибольшими свободами для правящего класса и с тотальным порабощением всех остальных. Когда Польша стала вписываться в мировой рынок, она стала первой в мире страной с колониальной экономикой, где тотальное крепостническое рабство большей части народа обеспечивало правящую элиту товарами престижного потребления из тогдашних «развитых» стран, то есть Англии и Голландии.
■ Наоборот, тогдашняя османская Турция — это вовсе не Турция XIX века, славящаяся тотальной коррупцией и жестоким угнетением этнических и религиозных меньшинств. Османская империя XV—XVI веков была могущественной державой, ориентированной на социальную справедливость, с которой брал пример Иран, и на которую с надеждой оглядывались угнетенные массы в Европе.
■ После захвата турками любой территории там отменялось крепостное право. 90% земли принадлежало государству, турецкий султан позиционировал себя как защитник бедных, цитируя обещания иранского шаха Хосроя Ануширвана: «Я буду защищать овец и ягнят против волков». Такой порядок поддерживался жесточайшими репрессиями против коррумпированного чиновничества. Ежедневно к султану приносили на блюде несколько десятков отрубленных чиновничьих голов. На фоне Селима Грозного или Мурада Второго Сталин выглядит очень гуманным и демократичным правителем.
■ Турецкий выбор Иоанна Третьего — это прежде всего создание поместной системы, в точности копировавшей турецкую. Каждый офицер получал для своего содержания не менее 10 крестьянских дворов, находившихся на государственной земле. Крестьяне были юридически свободны и могли жаловаться на дворянина в суд.
■ При внуке Иоанна Третьего, Иоанне Четвертом, на Руси была внедрена турецкая система разделения «дворцовых» и «государственных» земель — знаменитая опричнина. Целью всех этих культурных заимствований было, с одной стороны, поддержание высокой обороноспособности, а с другой — постепенная конфискация земель у родовой аристократии и перевод ее на положение поместного служилого дворянства.
■ Я подозреваю, что даже важнейшие идеологические лозунги эпохи поздних Рюриковичей были «боевым плагиатом» у турок. В идее Третьего Рима явно видно соперничество с турецкими султанами, объявившими себя римскими императорами — «кайсар аль руми». А в идее самодержавия, так как его понимали оба Иоанна и Василий, отчетливо слышится турецкая «адалет», то есть справедливость. Именно идея царя как защитника справедливости отличала самодержавие старой династии от более позднего российского абсолютизма.
■ Выбор турецкой модели был, на мой взгляд, для нашей страны крайне удачен. Об этом говорит и то, что клевета на Иоанна Четвертого Грозного, сочиненная его врагами из боярской олигархии, бытует и по сей день, хотя этот царь был в своих репрессиях гораздо менее жесток по сравнению с государями и социалистической Турции, и капиталистической Англии.
■ В ситуации острейшего социально—экономического кризиса Борис Годунов под влиянием мелкопоместного дворянства попытался ввести крепостное право. Ответом на это стала первая великая российская гражданская война — смута.
■ И когда после смуты к власти пришли Романовы, то в течение 35—40 лет действовал очень напоминающий современные российские нравы порядок — официально крепостное право действовало, но реально на его массовые нарушения власть смотрела сквозь пальцы. А когда в 1648 году массовое восстание московского дворянства принудило царя Алексия официально принять крепостное право на земском соборе, то через 10 лет, по мере того, как крепостное право вводилось в жизнь, наш народ ответил на попытки закрепощения второй великой гражданской войной — восстанием Степана Разина. После этого опять восстановился действовавший раньше порядок «формального крепостничества».
■ Петр Первый во многом пытался продолжить линию старой династии. Однако это вышло у него гораздо хуже, чем у грозных царей. С одной стороны, Петр Первый провел такую же удачную военную реформу, как и Иоанн Третий и Иоанн Четвертый. Но, с другой стороны, издержки петровских реформ были гораздо выше издержек реформ иоанновских. Не говоря уже о дурацком подростковом экстремизме Петра, выразившемся в указах о бритье бород и смене одежды, главным недостатком петровских реформ была мобилизация ресурсов помимо военной реформы на крайне неудачный проект северной столицы. Уже и до победы над шведами Россия имела полноценное «окно в Европу» в виде Архангельска, но после выигрыша шведской войны Россия получила такие полноценные морские порты, как Ревель и Рига. В этих условиях строительство Петербурга, приведшее к гибели не менее чем трехсот тысяч человек, было очевидной преступной авантюрой.
■ Но, самое главное, крайне вредной для России была инспирируемая голландскими друзьями Петра политика «прорубания окна в Европу». В ситуации, когда другие великие державы Востока закрывались от мирового рынка, не желая становиться полуколониями, и открывались только под превосходящим военным давлением Запада, Россия добровольно последовала примеру Польши, начав обменивать кровь и пот русского крестьянина на товары престижного потребления из Англии и Голландии.
■ Правда, эта модель имела объективные ограничения по логистике. Значительная часть товаров не могла быть реализована на экспорт в связи с отсутствием подходящих путей сообщения. Массовое железнодорожное строительство после 1861 года сняло эти ограничения. Колониальный сектор российской экономики чрезвычайно расширился. Экспорт хлеба был настолько велик, что в голодные годы часто ставил под угрозу формирование резервных страховых фондов. При этом на развитие промышленности и инфраструктуры тратилось не более 10—15% доходов от сельскохозяйственного экспорта. Остальное же приблизительно пополам тратилось на товары престижного потребления и проживание «русских путешественников» за границей.
■ Другое дело, что политика Петра на фоне политики Екатериной Второй может быть признана прогрессивной и народолюбивой. Потому что Екатерина Вторая осуществила переворот, приведший к массовому порабощению нашего народа.
■ Екатерина Вторая не просто подтвердила освобождение дворян от государственной службы, сделанное ее покойным мужем, она передала дворянам в собственность всю землю, которой они владели. Фактически в собственность дворянству были переданы все находившиеся на их землях крестьяне. Дворяне получили право самостоятельно определять крестьянские повинности, право суда над крестьянами и право продажи крестьян как с землей, так и без земли. Дворянам также было подарено около миллиона государственных крестьян. Кроме земли, находившейся у дворян во владении, им была подарена значительная часть государственных земель. Наконец, дворяне были освобождены от всех налогов. При этом крестьяне, помимо произвольно назначаемых им дворянами повинностей, оказались обязанными платить государству налоги, причем достаточно высокие.
■ Таким образом Екатерина Вторая провела одну из самых масштабных приватизаций в истории человечества. Результатом «жалованной грамоты дворянству» и других мероприятий Екатерины оказалось приравнивание статуса большинства жителей России к статусу плантационных рабов в Северной Америке. Практически Екатерина реализовала в России польскую модель крепостного рабства и всевластия дворянской элиты, за исключением права дворян на выборность монарха.
■ Екатерининская приватизация породила глубочайший социальный раскол. Русские крестьяне, вплоть до революции 1917 года, отказывались признать законность приватизации дворянством земли и крестьян. Следовательно, признать ее легитимной никак невозможно, поскольку подавляющее большинство нашего народа в течение полутора веков считало ее незаконной и преступной.
■ На екатерининское порабощение наш народ ответил третьей великой гражданской войной — восстанием Емельяна Пугачева. Однако, в отличие как от смуты, так и от восстания Разина, после победы в гражданской войне романовский режим не ослабил тягость крепостного рабства. Причиной этого было то, что к этому времени организованное дворянство настолько превосходило крестьянство в военно—техническом отношении, что ни о какой победе крестьян в гражданской войне более не могло быть речи.
■ Освобождение крестьян не разрешило всех проблем, связанных с екатерининской приватизацией земли и крестьян. Система выкупных платежей так и не была признана русским крестьянством, то есть большей частью нашего народа законной. Мало того, что крестьяне должны были выкупать у дворян землю, которую они считали своей. Крестьяне также должны были выкупать у дворян так называемые «повинности». Говоря сегодняшним юридическим языком, под повинностями подразумевалась упущенная выгода в связи с освобождением крестьян. Таким образом крестьяне были вынуждены выкупать не только свою землю, но и фактически свою личную свободу. То есть государство, назначив выкупные платежи такого рода, признало законной не только частную собственность дворян на крестьянскую землю, но и частную собственность дворян на самих крестьян.
■ Выкупные платежи как за землю, так и за повинности должны были платить не только бывшие «дворянские крестьяне», но и бывшие государственные крестьяне.
■ Выкупные платежи были столь велики, что платились крестьянами в течение нескольких поколений, почти полвека. И освобождение крестьянства от выкупных платежей в 1905 году было связано не с тем, что эти платежи были наконец полностью выплачены. Это было чисто политическое решение, связанное с боязнью массового крестьянского восстания.
■ Когда польские повстанцы попытались привлечь к своему делу крестьян, обещав им освобождение от выкупных платежей, то Александр Второй немедленно освободил от выкупных платежей всех крестьян не только Царства Польского, но и правобережной Украины.
■ Хотя после освобождения крестьян дворяне и стали платить небольшой земский налог, но налоговое обложение крестьянства было значительно большим. Вместе с выкупными платежами крестьяне платили с одной десятины земли в семь раз больше, чем дворяне, а без учета выкупных платежей — в три с половиной раза.
■ Подавляющее большинство крестьян в условиях малоземелья и высокого налогово—выкупного бремени не могло прокормить себя с собственных земельных участков, и вынуждено было брать у дворян землю в аренду. С учетом арендной платы, крестьянин с одной десятины земли платил суммарно в 10 раз больше дворянина.
■ Романовский режим вынужден был финансировать все свои войны в XIX и XX веках при помощи иностранных займов. Это было связано с нежеланием нарушить пожалованный дворянам Екатериной налоговый иммунитет. Поэтому подоходный налог в России так и не был введен вплоть до 1916 года.
■ Не следует удивляться тому, что та земля, которая после освобождения крестьян бесплатно осталась в собственности дворянства, считалась крестьянами захваченной незаконно, и борьба за возвращение этой земли стала основным требованием русского крестьянства, начиная от освобождения крестьян и вплоть до революции 1917 года.
■ Возникшая после 1861 года ситуация массового крестьянского малоземелья, вкупе с высоким налогово—платежным обременением, привела к массовой бедности на грани нищеты и голода большую часть русского крестьянства, то есть большую часть всего нашего народа.
■ К сожалению, среди русских царей из династии Романовых не нашлось ни одного, который, пойдя по пути Иоанна Грозного, смог бы решить «крестьянский вопрос» в пользу большинства населения страны.
■ При необходимости сделать выбор между интересами дворянского меньшинства и крестьянского большинства, российские императоры регулярно выбирали сторону дворянства. Еще в окружении Николая Первого были популярны мнения о том, что не следует поощрять распространение грамотности среди крестьян, поскольку это приведет к росту антимонархических настроений. И, кстати, всеобщее начальное образование было введено у нас только к 1914 году. Также было распространено мнение, что строительство железных дорог вредно, поскольку, «вызвав большую подвижность населения, приведет к излишнему уравниванию сословий».
■ Но главное, дворянство и все монархи династии Романовых настаивали на том, что екатерининские «реформы» абсолютно законны, что земля, а до 1861 года и сами крестьяне, принадлежат дворянству по праву священной и неприкосновенной частной собственности. Мало кто из окружения последних русских царей придерживался противоположного взгляда, считая, что для спасения монархии царь должен передать крестьянам дворянскую землю.
■ Такой точки зрения придерживались, в частности, Сергей Витте, Дмитрий Трепов, Константин Победоносцев, Николай Кутлер и Григорий Распутин. Все они, кроме Распутина, вынуждены были уйти в отставку в 1905 году. Эти произошло после передачи царю предложений отдать дворянскую землю крестьянам за выкуп. Николай Второй поставил на этом документе резолюцию «Не одобряю. Неприкосновенность частной собственности должна уважаться».
■ Как впоследствии сформулировал в беседе с Николаем Вторым выдающийся русский философ, впоследствии идеолог белого движения князь Евгений Трубецкой: «Недальновидность властей превратила аграрный вопрос в вопрос о форме правления». Витте в своих мемуарах выражался более энергично. Русское дворянство, писал он, есть «кучка дегенератов, не интересующаяся ничем, кроме своих похотей».
■ В качестве альтернативы передачи земли крестьянам Николаем Вторым были выбраны так называемые «столыпинские реформы». «Так называемые», поскольку проект этих реформ гораздо старше. Еще в 1905 году, сразу после крестьянского восстания, подобный проект был выдвинут Советом объединенного дворянства. В первый же раз эти реформы были предложены в 1862 году Тверским дворянством, возмущенным «незаконным» освобождением крестьян. Основным мотивом этих реформ был мотив эгоистический — нежелание передавать дворянские земли крестьянам.
■ А потом, как известно, была революция.
■ Я сожалею, что Николай Второй не прислушался к советам Распутина и Витте, и не передал землю крестьянам. Но я считаю злодейским его бессудное убийство, а тем более, убийство его жены, детей и служащих. Более того, я уверен в том, что это убийство носило ритуальный характер и вместе со всей Православной Церковью признаю царскую семью святыми мучениками.
■ Тем не менее, я категорически не могу согласиться с тем, что мученическая кончина Николая Второго и его семьи была «искуплением грехов русского народа перед своим царем». Мне кажется гораздо более вероятным, что мученическая кончина царской семьи искупила грехи династии Романовых перед нашим народом.

Первая публикация 24.06.2013

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 449
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.08.13 20:42. Заголовок: Ностальгия?


Родом из СССР

■ Думаю, что те, кто родом из СССР, ещё не забыли такую картину из многообразия советской торговли.
■■


Первая публикация 23.06.2013

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 535
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.08.13 10:01. Заголовок: Истоки Карибского кризиса


История

Операция «Анадырь»: как это было

Истоки Карибского кризиса

Виктор Есин, генерал—полковник в отставке, кандидат военных наук, профессор АВН РФ

В этом году исполняется 50 лет проведенной в 1962 году Вооруженными Силами СССР операции по передислокации и размещению на Кубе группы советских войск с ядерным оружием. О ситуации, предшествовавшей этому решению, а также о ходе подготовки мероприятия рассказывает непосредственный участник тех драматических событий, поставивших мир на грань ядерной войны.

Принятию руководством СССР решения о проведении операции «Анадырь» предшествовали действия правящих кругов США по свержению революционного правительства Республики Куба.
В начале 1961 года Фидель Кастро выступил с заявлением, что Куба пойдет по социалистическому пути. Соединенные Штаты подготовили и поддержали вторжение 17 апреля 1961 года на Кубу (в районе Плайа—Хирон) бригады наемников из числа кубинских контрреволюционеров—эмигрантов — более 1500 человек. Помимо легкого стрелкового вооружения бригада была оснащена минометами, огнеметами и пятью танками М—41. Высадку десанта поддерживала американская авиация, сбрасывая бомбы и напалм. Революционные вооруженные силы (РВС) Кубы смогли отразить вторжение, разгромив наемников менее чем за трое суток и взяв часть из них в плен.

Не вползая в войну с США

Потерпев фиаско, правительство США 29 апреля 1961 года принимает решение о проведении военной операции по плану «Мангуст». Цель — вторжение на остров Куба и свержение правительства Фиделя Кастро. Министр обороны США Роберт Макнамара во исполнение указаний президента Джона Кеннеди отдает распоряжение Объединенной группе начальников штабов (так тогда назывался нынешний Объединенный комитет начальников штабов) о подготовке вооруженных сил к выполнению плана «Мангуст». В свою очередь кубинское правительство начало готовиться к отражению американской агрессии, подписав Соглашение с СССР о поставках вооружения и военной техники.
В середине мая 1962 года вооруженные силы США провели в Карибском море учение по отработке плана вторжения на Кубу. Это послужило своеобразным спусковым крючком для принятия руководством Советского Союза решения по передислокации и размещению на Кубе группы советских войск с целью предотвратить агрессию США. У Хрущева возникло стойкое убеждение, что «обеспечить оборону Кубы обычными вооружениями не представляется возможным. Только ракеты с ядерными боеголовками могли стать надежным средством сдерживания военной агрессии США». Об этом он писал в своих мемуарах.
20 мая 1962 года состоялось расширенное заседание Совета обороны СССР, на котором по инициативе Хрущева принято решение о размещении на Кубе группы советских войск с ядерными ракетами. Сопутствующим обстоятельством послужило развертывание Соединенными Штатами ядерных ракет средней дальности «Юпитер» и «Тор» вблизи границ СССР — в Турции и Италии. Но главной целью оставалось предотвращение американской агрессии против Республики Куба, ставшей союзницей СССР. Как считал Хрущев, надо не допустить разгрома Кубы войсками США и при этом не вползти в войну с ними.
План операции по передислокации и размещению на Кубе группы советских войск было поручено подготовить Министерству обороны СССР с участием Министерства морского флота СССР.

Общей численностью 44 тысячи

Разработка операции была возложена на начальника Главного оперативного управления Генерального штаба Вооруженных Сил (ГОУ ГШ ВС) СССР генерал—полковника С.П. Иванова, который являлся секретарем Совета обороны СССР. Для работы он привлек крайне узкий круг офицеров ГОУ ГШ ВС: начальника одного из управлений генерал—майора А.И. Грибкова и двух его подчиненных — генерал—майора Г.Г. Елисеева и полковника В.Н. Котова. Все проходило в строгой секретности, документы исполнялись от руки.
Предусматривалось размещение на острове Куба группы советских войск, состоящей из всех видов Вооруженных Сил СССР общей численностью 44 тысячи. Группировка включала: от РВСН — ракетную дивизию пятиполкового состава с ядерными ракетами средней дальности Р—12 и Р—14 (максимальная дальность стрельбы — 2000 и 4500 км соответственно); от Сухопутных войск — четыре отдельных мотострелковых полка с усилением каждого из них танковым батальоном, а трех, кроме того, и отдельным дивизионом тактических ракет «Луна»; от ВВС — отдельную авиаэскадрилью бомбардировщиков Ил—28, авиаполк истребителей МиГ—21, вертолетный полк с вертолетами Ми—4, два полка фронтовых крылатых ракет ФКР—1; от Войск ПВО — две дивизии ПВО трехполкового состава с зенитными ракетными комплексами С—75, но без авиационных частей; от ВМФ — отдельную эскадру дизельных подводных лодок, бригаду ракетных катеров с противокорабельными ракетами П—15, отдельный минно—торпедный авиаполк бомбардировщиков Ил—28, береговой ракетный полк с крылатыми ракетами «Сопка». На тыловые части возлагалась задача обеспечения группировки войск трехмесячными запасами материальных средств, включая горючее и продовольствие. Для доставки на остров Куба личного состава группы советских войск с вооружением, военной техникой, запасами материальных средств и имущества предусматривалось задействовать 70—80 судов Министерства морского флота СССР.
23 мая 1962 года замысел операции был доложен министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Р.Я. Малиновскому, а спустя сутки представлен руководству страны и одобрен. Именно в тот день плану операции с целью дезинформации было присвоено условное наименование «Анадырь».
28 мая на Кубу для переговоров с Фиделем Кастро вылетела советская делегация во главе с членом Президиума ЦК КПСС Ш.Р. Рашидовым, от военных — главнокомандующий РВСН Маршал Советского Союза С.С. Бирюзов. Делегация получила от Фиделя Кастро и других руководителей республики согласие на размещение на острове группы советских войск с ядерным оружием.

Руководящий состав ГСВК

По возвращении советской делегации в Москву 10 июня 1962 года состоялось заседание Президиума ЦК КПСС, посвященное мероприятию «Анадырь». После выступлений Рашидова и Бирюзова принимается решение поручить Министерству обороны СССР разработать план операции, а другим заинтересованным ведомствам способствовать его осуществлению.
В начале июля в Москву для встречи с Хрущевым и Малиновским прибыл Рауль Кастро, министр РВС Кубы. По результатам состоявшихся переговоров решено подготовить межправительственный договор о военном сотрудничестве СССР и Республики Куба для защиты ее территории в случае агрессии.
Работа над проектом договора завершилась в середине августа 1962 года. Для его подписания в Москву 27 августа прибыла кубинская делегация во главе с членом правительства Эрнесто Че Геварой. Однако в последний момент советская сторона предпочла ограничиться парафированием договора и протокола к нему. Сам документ решили подписать в Гаване в начале ноября (к этому времени должно было завершиться развертывание на Кубе группы советских войск). Ожидалось, что событие произойдет в ходе намеченного официального визита Хрущева на Кубу. Тогда же он должен был объявить о нахождении советских ядерных ракет на Кубе с единственной целью — сдержать США от агрессии. Но этот визит так и не состоялся.
Отсрочка с подписанием межправительственного договора никак не повлияла на ход подготовки и проведение операции «Анадырь», утвержденные министром обороны СССР Маршалом Советского Союза Р.Я. Малиновским еще 12 июня 1962 года. Список руководящего состава группы советских войск на Кубе (ГСВК) подписал 7 июля 1962—го лично Хрущев. Командующим ГСВК назначен генерал армии И.А. Плиев (до этого он командовал войсками Закавказского военного округа), а его первым заместителем — генерал—лейтенант П.Б. Данкевич, который до назначения на эту должность командовал 43—й ракетной армией. Начальником политуправления стал генерал—майор П.М. Петренко, начальником штаба — генерал—лейтенант П.В. Акиндинов, заместителем командующего по вооружению — генерал—майор В.П. Слизнев, заместителем командующего по боевой подготовке — генерал—майор Л.С. Гарбуз, заместителем командующего по частям ВВС — генерал—полковник авиации В.И. Давидков, заместителем командующего по частям ПВО — генерал—лейтенант авиации С.Н. Гречко, заместителем командующего по частям ВМФ — вице—адмирал Г.С. Абашвили, заместителем командующего по тылу — генерал—майор Н.Р. Пилипенко. Старший группы советских военных специалистов на Кубе генерал-майор танковых войск А.А. Дементьев стал заместителем командующего ГСВК.

«Учения на отдаленной территории»

13 июня 1962 года вышла директива министра обороны СССР о подготовке к «учениям на отдаленной территории» тех воинских частей и соединений, которые привлекались к участию в мероприятии «Анадырь». При этом в директиве район проведения «учений» указан не был.
В то время я, инженер—лейтенант выпуска 1961 года Военной инженерной артиллерийской академии имени Ф.Э. Дзержинского, служил в РВСН. Наш 79—й ракетный полк дислоцировался в Литве, в маленьком городке Плунге. Я исполнял обязанности начальника электроогневого отделения пятой стартовой батареи второго ракетного дивизиона. Всего в дивизионе было четыре стартовые батареи, вооруженные подвижным ракетным комплексом с ракетой Р—12. Полк включал три дивизиона: два с подвижным ракетным комплексом и один с шахтным.
Ритм нашей повседневной деятельности определяли занятия по боевой и политической подготовке, обслуживание вооружения и военной техники и несение боевого дежурства, на котором одновременно находились две стартовые батареи, чередуясь через неделю. Казалось, ничто не может нарушить этот порядок.
16 или 17 июня 1962 года (точную дату не помню) всех офицеров нашего полка, за исключением офицеров дивизиона с шахтным ракетным комплексом и тех, кто находился на боевом дежурстве или в суточном наряде, собрал в клубе полка генерал—майор А.А. Колесов, командир нашей 29—й ракетной дивизии, штаб которой располагался в городе Шауляе (в 100 км от нашего полка). Колесов довел до офицеров директиву Главного штаба РВСН о привлечении нашего полка в составе двух ракетных дивизионов с подвижным ракетным комплексом к «учениям на отдаленной территории». Поставил задачу по переформированию полка на новый штат и в общих чертах определил направленность подготовки к предстоящим «учениям», указав на их значимость для совершенствования тактики боевого применения полков, вооруженных подвижным ракетным комплексом.
Ни я, ни другие офицеры полка не могли и предположить, что нам вскоре предстоит убыть на остров Куба. На тот момент мне даже не было известно, что после переформирования наш полк будет передан в состав 51—й ракетной дивизии.

Войска к отправке готовы

51—я ракетная дивизия формировалась на базе 43—й ракетной дивизии (город Ромны Сумской области). В ее состав вошли 664, 665 и 668—й ракетные полки 43—й дивизии, 181—й полк 50—й дивизии (город Белокоровичи Черниговской области) и наш полк, а также пять подвижных ремонтно—технических баз, предназначенных для ядерно—технического обеспечения полка, части и подразделения боевого и тылового обеспечения. Три полка (664, 181, 79—й) имели на вооружении подвижный ракетный комплекс с ракетой Р—12 и два (665, 668—й) — подвижный ракетный комплекс с ракетой Р—14.
Формирование 51—й дивизии с переходом на новые штаты было завершено 01 июля 1962 года. Командиром назначен генерал—майор И.Д. Стаценко (до этого назначения он командовал 43—й ракетной дивизией). Командирами полков — полковники Н.Ф. Бандиловский (181—й ракетный полк), А.А. Коваленко (665—й), И.С. Сидоров (79—й) и подполковники Ю.А. Соловьев (664—й), Н.А. Черкесов (668—й). Начальниками подвижных ремонтно—технических баз — полковники Р.Ф. Коринец, П.Ф. Кривцов, С.К. Романов и подполковники В.Е. Компанец, И.В. Шищенко. Я был назначен помощником заместителя командира дивизиона по ракетному вооружению — до переформирования полка на новый штат этой должности в ракетном дивизионе не существовало.
05 июля директивой Главного штаба РВСН определены конкретные мероприятия по подготовке 51—й ракетной дивизии к участию в «учениях» с передислокацией в новый позиционный район. Местоположение района названо не было.
В дивизионе на меня была возложена ответственность за проверку на технической позиции и подготовку к транспортировке боезапаса из расчета на каждую стартовую батарею полтора боекомплекта ракет Р—12 и дополнительно одной учебно—боевой ракеты Р—12 (она предназначалась для проведения комплексных тактико—специальных занятий со стартовыми батареями). Но после того как 19 июля 1962 года заместитель командира дивизиона по ракетному вооружению инженер—капитан В. Гецелев в составе рекогносцировочной группы полка убыл к месту проведения «учений», на меня возложили временное исполнение его обязанностей. Честно говоря, голова пошла кругом: мне не хватало практического опыта. Пришлось отвечать за подготовку не только боезапаса, но и всей ракетной техники дивизиона к участию в «учениях». Успешно справиться с этой сложной задачей помогли старшие товарищи — главный инженер полка инженер—капитан И.Г. Алипченков и командиры стартовых батарей. Очень признателен им за это. Этот приобретенный в начале офицерской судьбы опыт дал мне колоссальную закалку.
10 июля 1962 года Хрущеву доложили о готовности Министерства обороны СССР к реализации мероприятия «Анадырь». В докладной записке отмечалось: «Все войска, предусмотренные по перечню боевого состава, отобраны, укомплектованы и готовы к отправке. Произведено планирование всех мероприятий по доставке советских войск на Кубу в течение четырех месяцев (июль, август, сентябрь, октябрь). Первым днем погрузки назначено 12 июля 1962 года».
Так руководитель Советского Союза дал согласие на проведение операции «Анадырь», чуть не ставшей началом третьей мировой войны, а в итоге оказавшейся первым примером реально осуществленного СССР ядерного сдерживания.

Опубликовано в выпуске № 41 (458) за 17 октября 2012 года

Первая публикация — 28.10.2012

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 536
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.08.13 10:13. Заголовок: Военно—промышленный курьер — В. Есин. На краю ядерной пропасти


История

На краю ядерной пропасти

Сосредоточение группы советских войск на острове Куба

Виктор Есин, генерал—полковник в отставке, кандидат военных наук, профессор АВН РФ

Решение о проведении Вооруженными Силами СССР операции по передислокации и размещению на Кубе группы советских войск с ядерным оружием стало ответом на действия правящих кругов США по свержению революционного правительства Республики Куба. 12 июля 1962 года началась погрузка войск с вооружением, военной техникой, запасами материальных средств и имущества на железнодорожные платформы для отправки воинских эшелонов для проведения так называемых учений на отдаленной территории. Район проведения «учений» не назывался. Рассказывает непосредственный участник этой операции, получившей название «Анадырь».

В первоочередном порядке отправлялись дивизии ПВО и мотострелковые полки. Они должны были успеть передислоцироваться и развернуться в намеченных местах до прибытия туда ракетных полков и организовать их противоздушное и противодиверсионное прикрытие. Передислокация 51—й ракетной дивизии началась 10 августа 1962 года, когда первый воинский эшелон 79—го ракетного полка отправился с железнодорожной станции Шатейкяй (Прибалтийская железная дорога) в порт Севастополь.

Ракеты, тулупы и лыжи

В ночь с 11 на 12 августа на этой станции под руководством автора этих строк осуществлялась погрузка в спецвагоны боезапаса ракет нашего ракетного дивизиона, а днем был полностью сформирован второй воинский эшелон 79—го ракетного полка, в составе которого я и убыл в Севастополь. Спустя трое суток мы прибыли на железнодорожную станцию Мекензеевы Горы, расположенную неподалеку от порта Севастополь. Там выгрузили военную технику и запасы материальных средств и имущества, которые перевезли на территорию Черноморского военно—морского училища имени П.С. Нахимова. Спецвагоны с ракетами маневровый паровоз отвез непосредственно в порт, где их временно оставили в железнодорожном тупике под охраной воинского караула. Весь личный состав прибывшего воинского эшелона разместился в курсантской казарме училища. Стало понятно, что предстоит переход морем к месту проведения «учений», но не было никакой ясности в отношении того, куда мы отправимся из Севастополя.
17 августа всем офицерам, сержантам и солдатам ракетного дивизиона выдали по комплекту гражданской одежды, приказав переодеться в нее, а военное обмундирование убрать в чемоданы и вещевые мешки. Мы насторожились, поняв, что предстоят необычные «учения», поскольку принимаются такие неординарные меры для обеспечения скрытности участия в них военнослужащих.
На следующий день мы приступили к погрузке вооружения, военной техники, запасов материальных средств и имущества на сухогрузное судно «Кимовск». Строго соблюдались меры по обеспечению скрытности погрузки в трюмы судна ракет на транспортных тележках и крупногабаритной техники, по внешнему виду которой можно идентифицировать ее принадлежность к РВСН. Работы проводились в темное время суток с соблюдением светомаскировки. На верхнюю палубу судна грузились техника народнохозяйственного предназначения и кое—что из специального технологического оборудования, которое маскировалось под типовые контейнеры, перевозимые морским транспортом. Для размещения личного состава ракетного дивизиона в твиндеках судна были сооружены двухъярусные деревянные нары. Большое удивление у нас вызвала погрузка на судно тулупов и лыж. Это породило слух, что нас отправляют в такой район «учений», где скоро наступит зима. Как мне потом стало известно, демонстративная погрузка на судно тулупов и лыж была одним из мероприятий разработанного в ГОУ ГШ ВС плана по дезинформации тех, кто попытается выяснить, куда направляется судно.
Утром 19 августа началась посадка на судно личного состава нашего ракетного дивизиона. Стоявшие у трапа пограничники изъяли у всех без исключения военнослужащих документы, удостоверяющие их личность, включая партийные и комсомольские билеты. Куда предстоит следовать судну, никто из находившихся на его борту не знал.

Куба далека

Начальник воинского эшелона, которым был назначен командир нашего ракетного дивизиона инженер—капитан В.Д. Алпеев, и капитан судна получили перед отплытием судна (в полдень 19 августа) от представителей Министерства обороны СССР и Министерства морского флота СССР задание следовать в определенный пункт Атлантического океана. По прибытии судна 23 августа в этот пункт, который, как оказалось, находился в 100 километрах восточнее островов Мадейра, начальник воинского эшелона и капитан судна в присутствии представителя Комитета государственной безопасности СССР, сопровождавшего воинский эшелон, вскрыли специальный пакет с сургучными печатями, который хранился в сейфе капитана судна. В нем содержались указания следовать судну в кубинский порт Касильда и разрешение объявить об этом личному составу воинского эшелона и экипажу судна. Под документами стояли подписи министра обороны СССР Маршала Советского Союза Р.Я. Малиновского и министра морского флота СССР В.Г. Бакаева. Так мы узнали, где находится тот таинственный район проведения «учений на отдаленной территории».
Переход через Атлантический океан (каждый морской транспорт совершал его за 15—20 суток) потребовал от личного состава ГСВК напряжения всех физических и моральных сил. Если даже на пассажирских судах такое плавание переносится довольно тяжело, то на сухогрузах, где личный состав располагался в твиндеках, оно было в высшей степени изнурительным. Выход людей на верхнюю палубу судна в целях скрытности строго ограничивался, а при подходе к острову Куба, когда начались облеты морских транспортов патрульными самолетами американских ВВС и появились корабли сопровождения ВМС США, нахождение людей на верхней палубе вообще запрещалось. Температура воздуха в твиндеках порой доходила до 50 градусов и люди изнывали от жары и духоты. Положение усугублялось еще и тем, что многие военнослужащие страдали морской болезнью, их укачивало и они не могли принимать пищу. В пути следования приходилось трижды в сутки, а то и чаще спускаться по металлическим трапам в нижние трюмы для проверки надежности закрепления военной техники на судне и при необходимости устанавливать дополнительные крепления. К концу рейса люди измотались. Но личный состав ГСВК стойко преодолевал доставшиеся на его долю испытания при переходе через Атлантику. Не обошлось без потерь. Несколько человек, испытывавших проблемы со здоровьем, не вынесли тягот и умерли. По морскому обычаю они были захоронены в водах океана.

К моменту объявления блокады

Наше судно «Кимовск» прибыло в порт Касильда 12 сентября вслед за судном «Омск», которое 09 сентября доставило в этот же порт первый воинский эшелон 79—го ракетного полка. С того дня и началось сосредоточение 51—й рд на острове Куба, которое продолжалось до 22 октября включительно. В этот день президент США Джон Кеннеди, выступая по телевидению и радио с обращением к американскому народу, объявил о введении «карантина» (по сути морской блокады) вокруг острова Куба.
К этому решению Джона Кеннеди подвигнуло установление американской разведкой факта развертывания на острове Куба советских стратегических ракет. 14 октября американский разведывательный самолет U—2, пролетая над районом Сан—Кристобаль (западная часть острова Куба), произвел аэрофотосъемку одного из полевых позиционных районов 664—го рп. Проявив фотопленку, дешифровщики Пентагона смогли сделать заключение, что в этом районе развертывается ракетное подразделение со стратегическими ракетами. Руководством США было принято решение нарастить усилия по выявлению других районов дислокации ракетных подразделений на острове Куба. И эти усилия увенчались определенным успехом — выявлено местоположение еще нескольких ракетных подразделений. Способствовали «вскрытию» местоположения ракетных подразделений крайне скудная маскировочная емкость ландшафта острова Куба, а также несоблюдение мер маскировки личным составом ряда ракетных подразделений.
К моменту объявления морской блокады острова Куба в кубинские порты прибыло и было выгружено 86 советских судов с воинскими эшелонами, доставлены свыше 41 тысячи военнослужащих ГСВК. Другие советские суда с воинскими эшелонами, которые на утро 23 октября находились в Атлантическом океане, в большинстве своем по приказу из Москвы повернули назад и направились в порты Советского Союза. В их числе оказались суда, перевозившие личный состав, вооружение, военную технику, запасы материальных средств и имущество 665 и 668—го ракетных полков.
К 23 октября 51—я рд была сосредоточена на острове Куба в следующем составе:
управление дивизии, батальон связи и отдельный инженерно—саперный батальон;
три ракетных полка (79, 181, 664—й) и обслуживающие их пртб;
часть управления 665—го рп во главе с командиром полка, батарея боевого обеспечения, одна стартовая батарея и обслуживающая этот полк пртб в полном составе.
Всего на остров Куба в составе 51—й рд прибыли 7956 человек, 42 ракеты Р—12 (из них шесть учебно—боевых), 60 ядерных головных частей мегатонной мощности (36 для ракет Р—12 и 24 для ракет Р—14) и полторы заправки компонентов ракетного топлива.
Помимо ядерных головных частей для 51—й рд на остров Куба было доставлено и тактическое ядерное оружие: 80 ядерных головных частей для фронтовых крылатых ракет ФКР—1, шесть атомных бомб для бомбардировщиков Ил—28 и шесть ядерных боезарядов для тактических ракет «Луна». Кроме того, на каждой из четырех дизельных подводных лодок проекта 641, которые 23 октября преодолевали рубежи американской противолодочной обороны в районе Багамских островов, в составе боекомплекта имелось по одной торпеде с ядерным боезарядом. Здесь замечу, что о наличии у ГСВК тактического ядерного оружия американцам стало известно лишь в 1992—м, когда в Гаване проходила международная конференция, посвященная событиям октября 1962 года.

Готовность к применению

Прибывающие на остров Куба советские войска незамедлительно занимали предназначенные для них районы и приводили вооружение и военную технику в готовность к применению. Выполнение этих работ осложнялось сильными тропическими ливнями (в сентябре—октябре на Кубе сезон дождей). Параллельно личный состав занимался и обустройством быта.
Решением командующего ГСВК (принятым в начале сентября) 51—я ракетная дивизия приводилась в боевую готовность в следующие сроки:
ракетный полк, вооруженный ракетами Р—12, — к 1 ноября 1962—го;
ракетный полк, вооруженный ракетами Р—14, — к 1 января 1963—го;
79—й ракетный полк был головным полком в 51—й рд и решением командира дивизии должен был привести себя в боевую готовность к 25 октября 1962—го.
Наш ракетный дивизион, заняв 14 сентября полевой позиционный район вблизи города Сагуа—ла—Гранде (центральная часть острова Куба), приступил к оборудованию стартовых позиций и проверке боезапаса ракет и военной техники на функционирование с устранением появившихся после передислокации неисправностей и отказов. Я вместе с личным составом технической батареи занялся проверкой боезапаса ракет. Непрекращающиеся дожди, высокая температура воздуха и испарение, а также необходимость соблюдать меры маскировки существенно осложняли проведение работ. Приходилось работать по 16—18 часов в сутки без выходных дней. С поставленной задачей мы справились до 10 октября и после этого я переключился на работы, связанные с приведением техники стартовых батарей в готовность к применению.
19 октября мы полностью завершили работы по приведению рдн в боевую готовность, а спустя сутки в боевую готовность был приведен и весь 79—й ракетный полк. В этот же день было завершено развертывание и опробование проводной, радио— и радиорелейной связи для управления частями и подразделениями 51—й рд с командных пунктов (КП) дивизии, полков и дивизионов. КП ракетной дивизии располагался в окрестностях Гаваны (н.п. Бехукаль). Расстояние от него до КП ракетного полка составляло от 80 до 250 километров.

На военном положении

В ответ на установление американцами морской блокады острова Куба, которое правительством Республики Куба было расценено как предвестье агрессии, рано утром 23 октября Фидель Кастро объявил о вводе в стране военного положения. По приказу командующего ГСВК к 08 часам 23 октября 51—я рд была приведена в повышенную боевую готовность (правда, к выполнению боевой задачи на тот момент был готов только 79—й рп). Остальные части и соединения ГСВК в течение наступившего дня были приведены в полную боевую готовность. Но при этом ядерные боеприпасы из группового склада в войска не были поставлены.
С полудня 23 октября начались систематические полеты над боевыми порядками 51—й рд боевых самолетов ВВС США, которые продолжались до 27 октября. В этот день по приказу заместителя командующего ГСВК генерал—лейтенанта авиации С.Н. Гречко боевой расчет 307—го зенитного ракетного полка (командир — полковник М.С. Гусейнов) двумя ракетами зенитного ракетного комплекса С—75 сбил американский разведывательный самолет U—2 над островом Куба (в районе города Банеса). Пилот самолета погиб. Обстановка накалилась до предела, и руководство США решило приостановить полеты самолетов над островом Куба.
27 октября и два других ракетных полка 51—й ракетной дивизии были приведены в боевую готовность, а штабы ракетных полков организовали практически взаимодействие с мотострелковыми полками ГСВК по обороне полевых позиционных районов. С целью сокращения времени на подготовку к первому ракетному залпу нашего 79—го ракетного полка, который располагался на большом удалении от группового склада ядерных боеприпасов, в ночь с 26 на 27 октября в полевые позиционные районы ракетного дивизиона доставлены ядерные головные части.
Таким образом, 51—я ракетная дивизия (правда, в сокращенном составе) сосредоточилась и была приведена в боевую готовность на острове Куба за 48 суток с момента прибытия первого судна с воинским эшелоном в порт Касильда. К исходу 27 октября она могла нанести ракетно—ядерный удар с 24 пусковых установок.
В свою очередь к этому времени Пентагон в рамках операции по плану «Мангуст» довел группировку войск для вторжения на остров Куба до 250 тысяч человек. Помимо пяти армейских и одной дивизии морской пехоты, готовившихся к десантированию, 16 тысяч морских пехотинцев находились на военно—морской базе «Гуантанамо» (восточная часть острова Куба). Военно—морские силы, осуществлявшие блокаду острова Куба, насчитывали 238 кораблей, из них восемь авианосцев. Привлекаемая к операции авиационная группировка состояла из 430 истребителей—бомбардировщиков и палубных штурмовиков. Следовательно, на стороне американцев было явное военное превосходство.
Что касается ядерных триад США и СССР, то и здесь соотношение также было в пользу Соединенных Штатов. Они превосходили Советский Союз по межконтинентальным баллистическим ракетам в 3,1 раза (у США — 151 единица, у СССР — 48), по баллистическим ракетам средней дальности, достигающим территории друг друга, — в 2,9 раза (у США в Турции и Италии — 105 единиц, у СССР на острове Куба — 36), по стратегическим бомбардировщикам — почти в 3 раза (у США — 615 единиц, у СССР — 208). Лишь по баллистическим ракетам на подводных лодках было примерное равенство: у США — 96 единиц, у СССР — 80.
И вся эта ядерная армада была приведена в готовность к немедленному применению. Мир замер на краю ядерной пропасти...

Опубликовано в выпуске № 42 (459) за 24 октября 2012 года

Первая публикация — 30.10.2012

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 551
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.08.13 20:53. Заголовок: Ежедневный журнал — И. Харичев. О национальных полках в войне 1812 года и национализме




В народе | Дорогие россияне

О национальных полках в войне 1812 года и национализме

Игорь Харичев

17 мая 2013 г.

Отгремели торжественные мероприятия, связанные с двухсотлетием Отечественной войны 1812 года. Правда, еще предстоят юбилеи Заграничных походов 1813—1814 годов, но им почему—то придают гораздо меньшее значение, так что можно расслабиться на ближайшие пятьдесят лет.
■■
Александр I представляет Наполеону калмыков, казаков и башкир. 9 июля 1807 года. (Тильзит) Художник П.Н. Бержере. 1810. Версаль.
■■
■ В нескончаемом множестве статей, выступлений, книг, телепередач, посвященных двухсотлетию, были затронуты самые разные темы, связанные с войной 1812 года. Между тем, осталась неосвещенной очень важная для России тема национальных воинских формирований в период той войны. Тема, важная, прежде всего, с точки зрения межнациональных отношений в современной России. Она оказалась не представленной даже в открытой специально к юбилею постоянной экспозиции Государственного исторического музея — музее Отечественной войны 1812 года.
■ Многие даже не задумывались над тем, что на стороне России в кровопролитные боях участвовали не только христиане, но и мусульмане, буддисты. Все мы знаем о Храме Христа Спасителя, построенном в память воинов—христиан, погибших в войне 1812 года. Но многие ли знают, что в Москве на Татарской улице стоит мечеть, возведенная в память воинов—мусульман, отдавших свою жизнь за родину в той войне? Потому что российские мусульмане защищали Россию с первого дня Отечественной войны и до последнего дня Заграничных походов, которые лучше было бы назвать Освобождением Европы. (В отличие от Храма Христа Спасителя, который был снесен большевиками, а потом восстановлен, мечеть не пострадала, но долгие годы служила прибежищем военкомату.)
■ Всего в войне 1812 года и в Заграничных походах принимало участие 20 башкирских полков плюс 6 так называемых ремонтных полков, для пополнения выбывших из номерных воинов (набранных в основном в Оренбургской губернии, куда в то время входили территории, исстари населяемые башкирами), 3 тептярских полка (тептяри — близкий к татарам субэтнос, живший на территории Казанской губернии. Тептяри относились к служилому сословию и имели сходную с казачьей военную организацию), 2 мишарских полка (мишари — субэтнос татар Среднего Поволжья и Приуралья), 4 полка крымских татар, 2 калмыцких полка.*
■ Вдумайтесь: мусульмане имели свои полки, возглавляемые командирами—мусульманами. Разве позволили бы создавать такие крупные воинские формирования народам, не вызывающим доверия? Доверие было, причем, абсолютное, и национальные полки сполна оправдали его той храбростью, которую демонстрировали мусульманские воины.
■ 1—й и 2—й Башкирские полки, а также 1—й Тептярский казачий полк воевали с первых дней вторжения Наполеоновских войск. В первые же недели войны по инициативе башкир были сформированы 3—й, 4—й, 5—й Башкирские полки из добровольцев. И 25 июля 1812 года, в первый день доставки манифеста Александра I в Оренбург, эти полки под общим командованием капитана Верхнеуральского гарнизонного батальона И.Г. Тихановского выступили в поход.
■ Более того, полковник Углицкий не забыл боевое содружество с башкирами времен 1807 года и, будучи Оренбургским войсковым атаманом, подал в начале войны в Санкт—Петербурге управляющему военным министерством Российской империи рапорт с предложением быстро организовать от 10 до 30 башкиро—мишарских казачьих полков для войны с Наполеоном. Предложение было поддержано на всех уровнях, и уже 8 августа 1812 года, в день своего утверждения Александром I главнокомандующим армиями, Кутузов получил именной указ о формировании башкирских казачьих полков.
■ Любопытны свидетельства того, как эти полки шли на войну, с каким настроением. Эрик Густав Эрстрём, швед, преподававший в Московском университете, в своих воспоминаниях «Путешествие из Москвы в Нижний Новгород», рассказывающих об эвакуации университета в 1812 году, приводит такой случай: «На мосту у деревни Новой нам встретился полк конных башкир. Несмотря на то, что проделали они, вероятно, немалый путь, они были бодры и, казалось, не чувствовали усталости. Смеясь, они разговаривали промеж себя и обратились к нам на ломаном русском, спросив:
— Куда путь держите?
— В Нижний Новгород.
— А вы лучше поворачивайте обратно и поедем с нами искать французов!
— Не бойтесь, ребята, — говорили они. — Французам здесь не бывать. Мы же идем теснить их восвояси.
— Что, французы—то далеко? — спрашивали башкиры. — Вот мы им ужо зададим!
■ И они принялись потрясать своими пиками и луками».
■ Глазами непредвзятого наблюдателя Эрстрём увидел российскую жизнь в период нашествия Наполеона, и башкиры отнюдь не выглядели в ней бесправным народом, слепо исполняющим чужую волю. Они вполне осознанно защищали свою родину, коей была Россия.
■ Легендарный Денис Давыдов доносил о подвиге конников 1—го Тептярского полка: «18 числа (сентября) посланный мной в партию майор Тимиров с вверенным ему 1—м Тептярским полком атаковал неприятеля, взял 125 человек в плен и одну фуру с артиллерийскими снарядами». (Кстати, сам Денис Васильевич Давыдов происходил из известного рода Давыдовых, начало которому положил еще в XV веке выходец из Золотой Орды знатный мурза Минчак.)
■ Национальные полки, участвовавшие в боевых действиях как на территории России, так и за ее пределами, отличились во многих крупных сражениях русской армии. Известно, что 2—й Тептярский и 2—й Мишарский полки победоносно вступили в Париж. Воины этих полков получили медали «За взятие Парижа 19 марта 1814 года» и другие знаки отличия.
■ Почему всё это важно знать и помнить сейчас, двести лет спустя? Не только потому, что это славные страницы общей для народов России истории. В Татарстане и в Башкортостане есть представители титульной национальности, которые мечтают о создании мононациональных государств. Есть и в некоторых общественных организациях, и за их пределами. Помню, как весной 1992 года, когда представители разных республик пытались провести в Казани конференцию Конгресса демократических организаций России, татарские националисты сорвали это мероприятие. Они были настроены очень агрессивно, несколько участников конференции подверглись избиению. Попытка выяснить причину агрессии обернулась тем, что два молодых парня заявили о намерении изгнать русских из Татарстана и готовности пролить для этого кровь. Когда им напомнили, что за пределами республики живет больше татар, и высказали опасение, что после резни русских в Татарстане могут начаться татарские погромы по всей России, один из них возбужденно выкрикнул: «Прекрасно. Татары соберутся на исторической родине». То есть кровь, скорее всего, большая, не является преградой для осуществления идеи собирания всех татар на исторической родине. Подобные националисты до сих пор проявляют активность и в Татарстане, и в Башкортостане. Для них жизнь тысяч татар или башкир менее ценна, чем идея мононационального государства.
■ Но чем обернется осуществление этой идеи? Что ждет народы национальных республик, если намерения националистов воплотятся в жизнь? История уже дала нам яркий пример — это судьба среднеазиатских государств, бывших республик СССР. Получив самостоятельность, коренное население начало активно и жестко вытеснять всех некоренных жителей, среди которых были не только русские и которых проще назвать русскоговорящим населением. Значительную их часть изгнали из Средней Азии, где недоброжелательным отношением, а где и насилием. И что, республики процветают? Вовсе нет! Тотальная бедность и полное бесправие — вот что имеют простые жители независимых ныне государств. Они вынуждены выживать. И где они находят возможность подзаработать? Прежде всего, в России. По сведениям, обнародованным в начале апреля заместителем главы Федеральной миграционной службы РФ Анатолием Фоменко, в нашей стране сейчас находятся 2,5 миллиона граждан Узбекистана, 1,1 миллиона граждан Таджикистана, более 500 тысяч граждан Киргизии. В Туркменистане ситуация не лучше, хотя там есть нефть, просто тамошние власти не позволяют своим гражданам выезжать на заработки за границу. Серьезная проблема с приезжающими на заработки в Россию не только в том, что большинство не знает русского языка и наших законов — они, как правило, не имеют никакого образования, многие из них больны. То есть в этих независимых ныне и практически мононациональных государствах разрушены не только экономика, но и системы образования и здравоохранения. В советское время, которое я вовсе не собираюсь хвалить, такое было просто невозможно.
■ Заметно благоприятнее лишь ситуация в Казахстане. Хотя это тоже далеко не демократическое государство, экономические показатели там лучше, чем в России. Но тут необходимо трижды подчеркнуть: президент Назарбаев проявил мудрость и пресек вытеснение некоренного населения в 1990—е годы, постарался создать условия, побуждающие русскоговорящих граждан республики не чувствовать себя чужими, активно участвовать в экономике и социальной жизни Казахстана.
■ Да, жителям российских республик есть над чем задуматься, слушая посулы националистов. К сожалению, контрагитации, умной, взвешенной, содержащей убедительные доказательства, они не слышат. И, скорее всего, не знают об участии представителей своей национальности в войне, двухсотая годовщина которой отмечалась так широко и громогласно.
■ О национальных полках и том, как они участвовали в войне 1812—1814 годов, необходимо знать русским. Чтобы они понимали роль других народов, населяющих Россию, в истории нашей страны. Тогда станут терять почву русские националисты, сохраняющие свое влияние на определенную часть общества именно за счет незнания значительной частью населения того, как развивались межнациональные отношения в нашей стране.
■ Администрация президента России — наш главный центр внутренней политики — давно упустила национальную составляющую. Как бы всем нам не пришлось за это расплачиваться в какой—то момент. Мы не знаем собственную историю, которая дает разные примеры, в том числе, пример тесного сотрудничества народов, населявших Россию, в трудную военную пору 1812—1814 годов. Похожее было во время Великой отечественной войны, с той только разницей, что в Советской Армии уже не существовало национальных полков. Более того, башкиры и татары участвовали в ополчении Минина и Пожарского, освободившего Москву в 1612 году. И совершенно глупо забывать обо всем этом, отдавая поле битвы за умы националистическим силам.

*Сведения о национальных полках русской армии в войне 1812—1814 гг. автору предоставил историк и писатель Салават Асфатуллин

Первая публикация — 22.05.2013

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 552
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.08.13 21:00. Заголовок: Новая газета — В. Лавров. Суд в мавзолее. Обвиняемый — Ленин


Правда ГУЛАГа / Выпуск № 70 от 27 июня 2012

Суд в мавзолее. Обвиняемый — Ленин

Вождь должен быть осужден за не имеющие срока давности преступления против человечности, измену Родине, экстремизм и терроризм


Краеугольным камнем ленинизма (марксизма—ленинизма) является возбуждение социальной розни и пропаганда неполноценности людей по признаку их социальной принадлежности. Ленинизм есть идеология допустимости использования крайних мер для получения желаемого эффекта (аморальный принцип: цель оправдывает средства).
■ Более того, в работах Ленина нашей стране навязывался социальный расизм и социальный геноцид — уничтожение, в том числе физическое, буржуазии и дворянства, духовенства и старой русской интеллигенции, трудовых крепких крестьян («кулаков») и казаков. Если национал-социалистическая рабочая партия Гитлера проповедовала национальный расизм и геноцид, то Ленин проповедовал социальный расизм и геноцид; но в обоих случаях — расизм и геноцид, в обоих случаях миллионы погибших в результате политической деятельности этих вождей, в обоих случаях преступления против человечности, не имеющие срока давности.
■ Ленин постоянно звал к насильственному изменению основ законного строя, возглавил Октябрьский государственный переворот 1917 года и разогнал законный российский парламент — Учредительное собрание. Последним Ленин воспрепятствовал законной деятельности государственных органов, осуществлению гражданами их избирательных прав в соединении с насилием (насильственный разгон Собрания, сопровождавшийся расстрелом мирной демонстрации в его поддержку). Октябрьский вооруженный захват власти и разгон парламента повлекли за собой Гражданскую войну — наиболее безнравственную из всех войн, в которой русский шел против русского, брат против брата, сын против отца и т.д. Ленин открыто призывал к развязыванию Гражданской войны (см. документ № 4).
■ Ленин не только публично оправдывал терроризм, но руководил конкретной террористической деятельностью и разрабатывал методы партизанской войны, например, в октябре 1905 года (см. документ № 1).
■ Ленин создал страшные концлагеря и проводил политику Красного террора, т.е. государственного терроризма.
■ Ленин нарушал права, свободы и законные интересы человека и гражданина в зависимости от его отношения к религии, возбуждал религиозную рознь своими оскорблениями чувств верующих, их дискриминацией в общественно—политической и других сферах жизни им созданного богоборческого режима. А ленинские распоряжения убить как можно больше духовенства являются человеконенавистническими, преступными и экстремистскими (см. документы № 2, 3, 10, 17, 20, 22).
■ Всё это нашло отражение, воплотилось во множестве работ Ленина, в полусотне томов его Полного собрания сочинений, которое в действительности не является полным, поскольку последователи Ленина побоялись опубликовать ряд откровенно террористических документов. А выделенное выше курсивом есть юридические определения того, что является экстремистской деятельностью, согласно Закону «О противодействии экстремистской деятельности».
■ Работы Ленина воспитывают новые поколения леваков, экстремистов, готовых и жаждущих спровоцировать кровопролитие. И не дай бог — они снова захватят власть: что тогда? А то, что предстает и оправдывается в работах Ленина: расправа со всеми инакомыслящими, реки крови.
■ 01 февраля 1918 г. святой патриарх Тихон обратился к большевикам во главе с Лениным: «Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые расправы. Ведь то, что творите вы, не только жестокое дело: это поистине дело сатанинское, за которое подлежите вы огню геенскому в жизни будущей — загробной и страшному проклятию потомства в жизни настоящей — земной. Властью, данной Нам от Бога, запрещаем вам приступать к Тайнам Христовым, анафематствуем вас…»
■ Безумцы не опомнились.
■ В качестве примеров ленинского экстремизма, подпадающего под несколько уголовных статей, приводим следующие.

Лейте на головы кислоту и грабьте банки!
(Документ № 1)
«Я с ужасом, ей—богу с ужасом, вижу, что о бомбах говорят больше полгода и ни одной не сделали!.. Пусть тотчас же организуются отряды от 3—х до 10, до 30 и т.д. человек. Пусть тотчас же вооружаются они сами, кто как может, кто револьвером, кто ножом, кто тряпкой с керосином для поджога…
Одни сейчас же предпримут убийство шпика, взрыв полицейского участка, другие — нападение на банк для конфискации средств… Пусть каждый отряд сам учится хотя бы на избиении городовых: десятки жертв окупятся с лихвой тем, что дадут сотни опытных борцов…
Даже и без оружия отряды могут сыграть серьезнейшую роль… забираясь на верх домов, в верхние этажи и т.д., и осыпая войско камнями, обливая кипятком…
Убийство шпионов, полицейских, жандармов, взрывы полицейских участков, освобождение арестованных, отнятие правительственных денежных средств… такие операции уже ведутся везде…»
Ленин
Октябрь (16—го и позднее) 1905 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.11. С. 336—337, 338, 340, 343.)

Религия — опиум и сивуха
(Документ № 2)
«Религия есть один из видов духовного гнета… Религия есть опиум народа. Религия — род духовной сивухи, в которой рабы капитала топят свой человеческий образ…»
Ленин
3 декабря 1905 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 12. С. 142, 143.)

Бог есть труположство
(Документ № 3)
«…всякий боженька есть труположство… всякая религиозная идея, всякая идея о всяком боженьке, всякое кокетничанье с боженькой есть невыразимейшая мерзость… самая опасная мерзость, самая гнусная «зараза».
Ваш В.И.
13 или 14 ноября 1913 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 48. С. 226, 227, 228. — Из ленинского письма М. Горькому. Отчитав выдающегося писателя за богоискательство, Ленин заканчивает письмо: «Зачем Вы это делаете? Обидно дьявольски».)

Пусть Германия победит Россию! Даешь Гражданскую войну!
(Документ № 4)
«…нельзя великороссам «защищать отечество» иначе, чем желая поражения во всякой войне царизму»; «неверен лозунг «мира», лозунгом должно быть превращение национальной войны в гражданскую войну»; «наименьшим злом было бы поражение царской монархии и ее войск».
Ленин
Сентябрь—декабрь 1914 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 26. С. 108—109, 6; Ленинский сборник. Т. 2. С. 195. Налицо измена Родине: написанное Лениным направлено против интересов государства Российского. Отметим, что в Первую мировую войну погибло около 1 миллиона наших соотечественников, в Гражданскую — от 12 миллионов до 14 миллионов человек, а голод, спровоцированный Гражданской войной, унес 3—5 миллионов (по другим данным, опубликованным при Сталине, — 15 миллионов); в целом политическая деятельность Ленина повлекла за собой гибель 15—19 миллионов граждан России.)

Полоумному Николаю II отрубить голову!
(Документ № 5)
«… надо отрубить головы по меньшей мере сотне Романовых» (8 декабря 1911 г.); «в других странах… нет таких полоумных, как Николай» (14 мая 1917 г.); «слабоумный Николай Романов» (22 мая 1917 г.); «идиот Романов» (12 марта, 13 и 29 апреля 1918 г.); «изверг—идиот Романов» (22 мая 1918 г.) и т.д. и т.п.
Ленин
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 21. С. 17; Т. 32. С. 97, 186; Т. 36. С. 85, 215, 269, 362. Члены партии Ленина в ночь на 12 июня 1918 г. расстреляли первого Романова; в ночь на 17 июля 1918 г. расстреляли и зарезали семь Романовых, в ночь на 18 июля того же года сбросили умирать в шахту и расстреляли шесть Романовых, ночью 24 января 1919 г. расстреляли пять Романовых.)

Расстрелять интеллигентов!
(Документ № 6)
«Война не на жизнь, а на смерть богатым и прихлебателям, буржуазным интеллигентам… с ними надо расправляться, при малейшем нарушении… В одном месте посадят в тюрьму… В другом — поставят их чистить сортиры. В третьем — снабдят их, по отбытии карцера, желтыми билетами… В четвертом — расстреляют на месте… Чем разнообразнее, тем лучше, тем богаче будет общий опыт…»
Ленин
24—27 декабря 1917 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35. С. 200, 201, 204. — Из работы «Как организовать соревнование?»)

Трупный запах парламентаризма
(Документ № 7)
«Это ужасно! Из среды живых людей попасть в общество трупов, дышать трупным запахом…
Тяжелый, скучный и нудный день в изящных помещениях Таврического дворца, который и видом своим отличается от Смольного приблизительно так, как изящный, но мертвый буржуазный парламентаризм отличается от пролетарского, простого, во многом еще беспорядочного и недоделанного, но живого и жизненного советского аппарата».
Ленин
6 января 1918 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35. С. 229, 230—231. Ленинская статья «Люди с того света» о Всероссийском Учредительном собрании — первом российском парламенте, непосредственном предшественнике Федерального собрания РФ. Ленин разогнал парламент 5 января 1918 года, что сопровождалось расстрелом мирных демонстраций в его поддержку в Петрограде и других городах.)

Сожжем Баку полностью!
(Документ № 8)
«…Можете ли вы еще передать Теру, чтобы он всё приготовил для сожжения Баку полностью, в случае нашествия, и чтобы печатно объявил это в Баку».
Ленин
3 июня 1918 г.
(Волкогонов Д.А. Ленин. Политический портрет. Кн. I. М., 1994. С. 357; РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 2. Д. 109. Ленинское рукописное распоряжение председателю Бакинской ЧК С. Тер—Габриэляну; через кого передано — неизвестно.)

Смерть кулакам!
(Документ № 9)
«…Эти вампиры подбирали и подбирают себе в руки помещичьи земли, они снова и снова кабалят бедных крестьян. Беспощадная война против этих кулаков! Смерть им!»
Ленин
Первая половина августа (позднее 6-го) 1918 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 37. С. 41.)

Беспощадный террор против попов
(Документ № 10)
«Пенза
Губисполком
…провести беспощадный массовый террор против кулаков, попов и белогвардейцев; сомнительных запереть в концентрационный лагерь вне города».
Ленин
9 августа 1918 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 50. С. 143—144.)

Образцово повесить и отнять весь хлеб
(Документ № 11)
«В Пензу. 11/VIII—1918 г.
Товарищам Кураеву, Бош, Минкину и другим пензенским коммунистам.
Товарищи! Восстание пяти волостей кулачья должно повести к беспощадному подавлению. Этого требует интерес всей революции, ибо теперь взят «последний решит[ельный] бой» с кулачьем. Образец надо дать.
Повесить (непременно повесить, дабы народ видел) не меньше 100 заведомых кулаков, богатеев, кровопийц.
Опубликовать их имена.
Отнять у них весь хлеб.
Назначить заложников — согласно вчерашней телеграмме.
Сделать так, чтобы на сотни верст кругом народ видел, трепетал, знал, кричал: душат и задушат кровопийц кулаков.
Телеграфируйте получение и исполнение.
Ваш Ленин».
(Латышев А.Г. Рассекреченный Ленин. М., 1996. С. 57. Вешательная телеграмма впервые опубликована в ноябре 1991 г. РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 6898.)

Расстреливать, никого не спрашивая!
(Документ № 12)
«Саратов, [уполномоченному Наркомпрода] Пайкесу
…советую назначать своих начальников и расстреливать заговорщиков и колеблющихся, никого не спрашивая и не допуская идиотской волокиты».
Ленин
22 августа 1918 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 50. С. 165. Следует обратить внимание: Красный террор объявлен 2 сентября 1918 г., а в действительности он развязан до объявления, до покушения на Ленина 30 августа 1918 г. и не являлся ответом на покушение.)

Беспощадное истребление и не жалеть Казань!
(Документ № 13)
«Свияжск, Троцкому
Удивлен и встревожен замедлением операции против Казани, особенно если верно сообщенное мне, что вы имеете полную возможность артиллерией уничтожить противника. По—моему, нельзя жалеть города и откладывать дольше, ибо необходимо беспощадное истребление…»
Ленин
10 сентября 1918 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.50. С. 178. Ленин понимал преступный характер того, о чем настаивал, и заметал следы, приписав к телеграмме: «Секретно Ш и ф р о м (оригинал мне вернуть.) (Прислать мне копию шифра.)».)

Добить казаков!
(Документ № 14)
«Киев
Раковскому, Антонову, Подвойскому, Каменеву
Во что бы то ни стало, изо всех сил и как можно быстрее помочь нам добить казаков…»
Ленин
24 апреля 1919 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 50. С. 290.)

Иностранцев — в концлагерь!
(Документ № 15)
«Н а с ч е т и н о с т р а н ц е в советую не спешить высылкой. Не лучше ли в концентрлагерь…»
Ленин
3 июня 1919 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 50. С. 335. Ленинская телеграмма адресована Сталину в Петроград. При этом Ленин подписал постановление возглавляемого им правительства, в котором: «Всех, проживающих на территории РСФСР иностранных поданных из рядов буржуазии тех государств, которые ведут против нас враждебные и военные действия, в возрасте от 17 до 55 лет заключить в концентрационные лагеря…» См.: Латышев А.Г. Указ. соч. С. 56.)

Крестьяне — государственные преступники
(Документ № 16)
«…крестьяне далеко не все понимают, что свободная торговля хлебом есть государственное преступление. «Я хлеб произвел, это мой продукт, и я имею право им торговать» — так рассуждает крестьянин, по привычке, по старине. А мы говорим, что это государственное преступление».
Ленин
19 ноября 1919 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 39. С. 315.)

Расстрелять почитающих святителя Николая
(Документ № 17)
«…мириться с «Николой» глупо, надо поставить на ноги все Чека, чтобы расстреливать не явившихся на работу из—за «Николы».
Ленин
Декабрь (не ранее 23-го) 1919 г.
(Латышев А.Г. Указ. соч. С. 156; РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 12176. — Ленинское письменное распоряжение сделано особоуполномоченному Совета Обороны А.В. Эйдуку в связи с неявкой верующих на работу в православный праздник — День памяти святителя Николая—чудотворца, 19 декабря 1919 г.)

Наказать Латвию и Эстонию!
(Документ № 18)
«…Принять военные меры, т.е. постараться наказать Латвию и Эстляндию военным образом (например, «на плечах» Балаховича перейти где-либо границу на 1 версту и повесить там 100—1000 их чиновников и богачей)».
Ленин
Август 1920 г.
(Латышев А.Г. Указ. соч. С. 31; РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 2. Д. 447; Волкогонов Д.А. Указ. соч. Кн. II. С. 457. Ленинское рукописное распоряжение.)

Общечеловеческую нравственность отрицаем
(Документ № 19)
«В каком смысле отрицаем мы мораль, отрицаем нравственность? В том смысле, в каком проповедовала ее буржуазия, которая выводила эту нравственность из велений бога…
Всякую такую нравственность, взятую из внечеловеческого, внеклассового понятия, мы отрицаем. Мы говорим, что это обман, что это надувательство и забивание умов…
Ленин
2 октября 1920 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 41. С. 309, 311, 313. — «Задачи союзов молодежи» (речь Ленина на III съезде комсомола). У Гитлера: «Я освобождаю вас от химеры совести».)

Премии 100 000 руб. за повешенного
(Документ № 20)
«…Прекрасный план. Доканчивайте его вместе с Дзержинским. Под видом «зеленых» (мы потом на них и свалим) пройдем на 10—20 верст и перевешаем кулаков, попов, помещиков. Премии 100 000 руб. за повешенного».
Ленин
Конец октября — ноябрь 1920 г.
(Латышев А.Г. Указ. соч. С. 31; РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 2. Д. 380. Ленинское рукописное распоряжение.)

Театры — в гроб!
(Документ № 21)
«Т. Луначарскому
… Все театры советую положить в гроб.
Наркому просвещения надлежит заниматься не театром, а обучением грамоте».
Ленин
26 августа 1921 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 53. С. 142.)

Чем больше духовенства и буржуазии удастся расстрелять, тем лучше!
(Документ № 22)
«Строго секретно.
Просьба ни в коем случае копий не снимать, а каждому члену Политбюро (тов. Калинину тоже) делать свои заметки на самом документе.
…если необходимо для осуществления известной политической цели пойти на ряд жестокостей, то надо осуществлять их самым энергичным образом и в самый кратчайший срок, ибо длительного применения жестокостей народные массы не вынесут. <…> Кроме того, главной части наших заграничных противников среди русских эмигрантов за границей, т.е. эсерам и милюковцам, борьба против нас будет затруднена, если мы, именно в данный момент, именно в связи с голодом, проведем с максимальной быстротой и беспощадностью подавление реакционного духовенства.
Поэтому я прихожу к безусловному выводу, что мы должны именно теперь дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий…
Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше».
Ленин
19 марта 1922 г.
(Известия ЦК КПСС. 1990. № 4. С. 190—193. Текст письма Ленина, свидетельствующего о проведении им политики государственного терроризма, скрывался от советских людей до наступления горбачевской гласности. Однако о самом факте написания письма членам Политбюро ЦК РКП(б) от 19 марта 1922 года упоминалось в 45—м томе 5—го издания Полного собрания сочинений Ленина. Причем воистину по Промыслу Божиему — упоминалось на 666—й странице!)

Террористический суд!
(Документ № 23)
«…Суд должен не устранить террор; обещать это было бы самообманом или обманом, а обосновать и узаконить его принципиально, ясно, без фальши и без прикрас».
Ленин
17 мая 1922 г.
(Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 45. С. 190.)

Автор: Владимир Лавров, доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института российской истории РАН

Первая публикация — 09.04.2013

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 553
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.08.13 21:06. Заголовок: Свободная Пресса — С. Орлов. Наследство «проклятых оккупантов»


02 мая 2013 года | Сергей Орлов

Наследство «проклятых оккупантов»

Судьба знаменитых латвийских брендов сложилась печально. Выжили немногие

Фото: Андрей Стенин/ РИА Новости
Ностальгия не ностальгия, а микроавтобусы «Латвия», точнее, «РАФ—2203», радиоприемники «Спидола», рижские духи «Дзинтарс» действительно славились на весь Советский Союз и были любимы в народе. И в те времена являлись примером очень даже высоких технологий.
■ «Рафики» бегали по всей стране. Владеть «Спидолой», носить ее, обхватив рукой перед грудью, было особым шиком. Ну и, конечно, беззлобно слушать «голоса». Умельцы внедрялись в радиоприемник, расширяли его коротковолновый диапазон и ловили западные радиотрансляции.
■ А рижские духи «Дзинтарс», которые воспринимались как советские «Шанель», помните? Так вот. Эти духи — пожалуй, единственные, выжившие в жесткой рыночной, отчасти идеологической борьбе, а от заводов «РАФ» и «ВЭФ» только запах ностальгии и остался.
■ «РАФ» — Рижская автобусная фабрика, а по—латышски «Rīgas Autobusu Fabrika». В 1949—м это был никому не известный Рижский авторемонтный завод № 2, что—то типа автосервиса. «Проклятые оккупанты» после объединения с еще одним производством стали выпускать на нем автобусы. Это было в 1953—м. А в 1957—м, присмотревшись к микроавтобусам «Фольксваген», заводчане взялись выпускать знаменитые «рафики». В 1958—м началось массовое производство знаменитых «Латвий». Их стали делать не только в Риге. По всеми Союзу разъехалось производство «оккупационных» микроавтобусов — в Ереване их варганили, в Луганске.
■ В 1976—м «проклятые оккупанты» построили в Елгаве под Ригой филиал, рассчитанный на производство 17 тысяч микроавтобусов в год. Колесили они по всему Советскому Союзу, пока не наступили милые сердцу латвийских политиков, но ужасные для экономики времена.
■ На предприятии началась приватизационная и производственная чехарда. Стали разрушаться производственные связи с бывшим СССР. Пытались выпускать другие автомобили.
■ А в милом сердцу националистов независимом 1996 году в России, на ГАЗе, началось масштабное производство микроавтобусов «ГАЗель», положившее начало концу знаменитых «рафиков». Может быть, они бы спаслись — были планы совместных действий с ГАЗом, но власти независимой от экономики Латвии пресекли такие планы.
■ Обозреватели с иронией напоминают: последним достижением местных автомобилестроителей стало в 1997 году производство машин для перевозки трупов. Кстати, по заказу московской службы «скорой помощи». Символично. Сейчас производственные корпуса пустуют либо арендованы торговцами.
■ Похожая судьба — у Рижского государственного электротехнического завода «ВЭФ» («ВЭФ» — по латышски — «Valsts Elektrotehniskā Fabrika», то есть «государственная», а далее понятно). Давно нет «Спидол», названных так в честь персонажа латышского эпоса. Спидола — героиня, которую описывали как ведьму, колдунью, олицетворение темных сил. Вот и наколдовала с помощью местных политиков.
■ Погубили—то они фактически родное предприятие, корни которого уходят в милые годы независимости от Российской империи — в 1919—й. В милом 1924—м там уже выпускали детекторные приемники. С 1935—го производили телефонные станции, миниаютные фотоаппараты «Minox» и даже... самолеты.
■ Современные по тем временам радиоприемники экспортировали по всему миру. Но в 1944—м милые гитлеровцы вывезли оборудование, а корпуса взорвали. А проклятые «советские оккупанты» восстановили завод, он стал знаменитым, одной из опор латвийской экономики. А они взяли, да еще наградили его орденом Ленина, а потом — о ужас! — присвоили предприятию его имя.
■ Короче: когда наступили милые 90—е, все развалилось. Пробовали реструктурировать производство, создали на основе завода мелкие фирмы, но выдержать конкуренцию не смогли. Многие помещения сегодня просто сдаются в аренду.
■ Остался пшик по сравнению с советским или довоенным предприятием. Отчасти выручило объединение с бывшим Рижским радиозаводом им. А.С. Попова, выпускавшим знаменитый радиоприемник «Селга». Сейчас это предприятие — «VEFRadiotehnikaRRR» (RRR расшифровывается как « Rīgas Radio Rūpnīca» — Рижский радиозавод). Выпускает приличные акустические системы. Но с былой славой не сравнить.
■ Ну а «Дзинтарс» («Янтарь») сохранился благодаря энтузиазму своего главы — Ильи Герчикова. В Москве, правда, фирму потеснили, но ее парфюрмерную и косметическую продукцию все равно можно найти, а интересы предприятия простираются вплоть до Китая.
■ Парфюмерия и косметика — это хорошо, но что же погубило крупнейшие в СССР знаменитые производства? Конкуренция и глупость. Глава рижского Института европейских исследований, доктор экономических наук Александр Гапоненко считает, что пришедшие к власти после распада СССР бюрократы не разбирались ни в экономике, ни в государственном устройстве, и растащили государственную собственность. Кроме того, он полагает, что у национальной элиты был страх перед крупными рабочими коллективами. Она боялась социального взрыва. Резонно. Перед распадом СССР на том же заводе «ВЭФ» работали 20 тысяч человек...
■ По мнению мэра Риги Нила Ушакова, потеря огромного экономического потенциала стала самой большой ошибкой, а при поддержке государства многое можно было бы сохранить. Круглый стол по проблемам экономики Латвии, прошедший в Риге с участием ведущих экспертов и бизнесменов, показал: после 1990 года республика бездарно погубила экономический потенциал, который оставили ей «оккупанты». А восполнить потери хотят претензиями — пытаются выставить счет за ущерб от «советской оккупации». Но такая идея не конкурирует даже с труповозками «РАФа»...

■ Рига

Первая публикация — 05.05.2013

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 555
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.08.13 21:15. Заголовок: ВВС • Русская служба — О. Антоненко. Что стало с советской промышленностью в Латвии


13 октября 2011 г.

Что стало с советской промышленностью в Латвии

Оксана Антоненко (Для bbcrussian.com, Рига)

Тридцать лет назад товары латвийской промышленности гремели на весь СССР — телефоны ВЭФ, духи «Кокетка» парфюмерной фабрики «Дзинтарс» и радио «Спидола» рижской «Радиотехники».
Некоторые заводы и фабрики живы по сей день, до сих пор выпускают продукцию под теми же названиями. Только работают там не десятки тысяч человек, а сотни.

■■

Почему вместо расцвета за годы независимости латвийская промышленность зачахла — этим вопросом сегодня задаются многие. Людей, жалеющих о развале СССР, в Латвии было бы в разы меньше, если бы не потерянное производство.
■ Самой большой утратой здесь считают крах легендарного завода ВЭФ, который обеспечивал работой 20 тысяч человек (при общей численности населения республики 2,6 миллионов человек), занимал площадь, равную территории небольшого микрорайона, и делал практически все — от телефонов до военных изделий.
■ Когда—то ВЭФ благополучно пережил Вторую мировую войну, а вот встроиться в капитализм не смог. Почему — на эту тему в Латвии спорят до сих пор.

От «шпионской» техники до подводных лодок

В отличие от других гигантов латвийского производства, Государственная фабрика электротехники (Valsts elektrotehnikas fabrika VEF) со дня основания в 1919 году принадлежала государству. Через десять лет работы ВЭФ довел объем производства до 42 тысяч телефонных аппаратов в год, а помимо них были еще радиоприемники, кабели, электрохимия, лампочки и многое другое.

■ В 30—х годах к списку прибавился легендарный «шпионский» фотоаппарат Minox — самая маленькая камера в мире. К концу 30—х годов на фабрике работало 3000 человек, а концу 1980—х, когда ВЭФ стал легендой советской промышленности, на нем было занято уже 20 тысяч человек.
■ Однако для того, чтобы производство могло развиваться в новых условиях капитализма, нужны были инвестиции. У государства денег не было.
■ «Знаете, что там — телефоны, радиоаппараты — это не самая большая часть продукции, по сути, это был военный завод. А когда рухнуло государство, военные закупки прекратились», — говорит Русской службе Би—б—си Айвар Бернанс. В свое время он возглавлял департамент приватизации министерства экономики.
■ «Не могу сказать, что завод по большей части был военным, но, насколько мне известно, помимо бытовых телефонных аппаратов, там производили еще и телефонные станции для подводных лодок», — признается Русской службе Би—би—си бывший глава департамента электроники министерства промышленности и энергетики Латвии Инар Клявиньш.
■ «Когда все говорят о приватизации, забывают, что СССР обанкротился — были деньги, чтобы купить зерно в Канаде, но не было денег на то, чтобы его привезти. СССР был банкрот, люди по полгода не получали зарплаты, и в результате они просто не могли купить то, что в Латвии умели производить. Так что разговоры о том, что приватизаторы ликвидировали экономику Латвии — ерунда. Большие заводы ликвидировал сам СССР, который стал банкротом», — считает Айвар Бернанс.
■ В этом есть доля правды — до 1991 года оплата экспортных услуг ВЭФа осуществлялась при посредничестве московских банков. Ни в 1991 году, ни в 1992 счета оплачены не были, все 16 миллионов долларов осели за границей, а сам ВЭФ остался без оборотных средств. У завода начали накапливаться долги по налогам, которые очень быстро обрастали штрафными процентами.
■ Торговые организации не могли найти партнеров, в результате склады заполнялись никому не нужными товарами. Продукция завода оказалась ненужной даже национальной телекоммуникационной компании Lattelekom, которая почему—то решила закупать оборудование не у местного производителя, а у концерна Alcatel. По сути, уже тогда заводу надо было сокращать штаты, однако чисто по—человечески на это никто не решался. В итоге дотянули до того момента, когда людей уже нельзя было даже нормально уволить — из—за долгов перед социальным бюджетом.
■ Это еще больше усугубляло ситуацию, налоговые долги продолжали расти. Теоретически, госбюджет мог бы их погасить в счет собственных задолженностей перед предприятием, однако этого сделано не было. В итоге за считанные годы количество сотрудников ВЭФа сократилось на 70%.
■ «У нас тогда было молодое государство, и премьер—министры — как Ивар Годманис, так и Валдис Биркавс — руководствовались убеждением, что государство не должно заниматься бизнесом. Потом они эту ошибку признали: свободного рынка в полном смысле этого слова нет нигде», — говорит Инар Клявиньш.

Приватизация и 90 осколков завода ВЭФ

Еще одна проблема заключалась в том, что на конец 1980—х завод работал по принципу натурального хозяйства: все, что было нужно, производилось тут же на месте — от военных заказов до обычных домашних телефонов. Учитывая, что весомую часть производства — ту, что уходила на нужды армии — восстановить было невозможно, нарушенной оказалась вся производственная цепочка.

■ Плюс ко всему сразу после распада СССР завод потерял единое руководство, на месте ВЭФа начали формироваться отдельные структурные единицы, количество которых за год доросло до 26. Параллельно от ВЭФа отваливались мелкие части: тут кто—то приватизирует поликлинику, там — спортивный клуб.
■ В итоге было выделено шесть основных акционерных обществ, которые по разным причинам не смогли сохранить прежние объемы производства: что—то раскололось на мелкие части, что-то было приватизировано, что—то — вовсе исчезло.
■ «ВЭФ оказался слишком громоздким предприятием для Латвии. После развала единого советского рынка стало ясно, что его надо разделить на несколько частей, чтобы те нашли новые рынки, выжили и развивались. Не получилось. Руководители предприятий в те времена не знали элементарных законов свободного рынка, они даже языков иностранных не знали», — говорит Инар Клявиньш.
■ Самая весомая часть ВЭФа — «VEF—KT» — в свое время производила коммутационную технику, именно в этой сфере при СССР было занято больше всего рабочих — 14 тысяч из 20 тысяч. А в начале 90—х осталось 400 человек. В один прекрасный момент, выполнив государственный заказ, АО не получило от бюджета причитающуюся оплату — более трех миллионов долларов, начали накапливаться долги по налогам, которые вместе со штрафными процентами составили около 15 миллионов долларов.
■ Дошло до того, что из—за долгов перед социальным бюджетом предприятие даже не могло уволить сотрудников. Тысяча рабочих смогли цивилизованно покинуть завод только через несколько лет, когда предприятие получило деньги от Агентства приватизации. В итоге часть VEF—KT перешла в собственность компании PK Investments, дочернего предприятия концерна «Pro Kapital», принадлежащего итальянскому предпринимателю Эрнесто Преатони. На месте бывшего завода он открыл один из крупнейших в Риге торговых центров — «Domina».
■ Еще одна часть завода — «VEF—REC» — на момент приватизации производила сельскохозяйственную продукцию, средства механизации, оборудование для лесопилок и даже гидротурбины для малых ГЭС. 130 человек умудрялись работать без воды и отопления, под протекающими крышами. Пройдя через процесс неплатежеспособности, предприятие перешло в собственность американской компании Harvey International Ltd. Кстати, под названием «VEF—REC» оно существует до сих пор, располагается на территории старого ВЭФа и занимается производством.
■ То же самое случилось с «VEF Instrumentu rūpnīca» и «VEF—Tranzistors» — компании были приватизированы, поменяли название на ОАО «Tehprojekts» и ОАО «VEF—Telekom», остались в помещениях старого завода и продолжают существовать до сих пор. А вот АО VEF, которое тоже было приватизировано, сменило профиль — вместо производства оно занимается в основном тем, что сдает в аренду заводские помещения.
■ В общем и целом регистр предприятий Латвии содержит информацию о более чем 90 фирмах, всевозможных обществах и организациях, в названии которых встречается аббревиатура VEF, однако к профилю работы самого завода отношение имеют единицы. Располагаются они все там же — на территории старого ВЭФа, рядом с заброшенными корпусами, модными офисными «лофтами» и даже ночным клубом.

«Радиотехника»: Hi—Fi и надежды на Россию

Одна из компаний, которой достался бренд VEF — «VEF Radiotehnika RRR», преемница рижской !Радиотехники». В свое время это был один из крупнейших заводов радиоэлектроники в СССР, на его долю приходилось 35% всей выпускаемой в СССР бытовой аудиотехники. Некоторые виды продуктов производили только здесь, многое шло на нужды военно—производственного комплекса.

■ Кстати, основанный в 1927 году завод работал на армию не только в советское время, но и в годы германской оккупации — говорят, тут производили запчасти для крылатых ракет V—1. Перед капитуляцией Германии руководство завода получило приказ отправить в Германию все ценное производственное оборудование. Но вместо этого директор «Радиотехники» Александр Апситис набил коробки камнями, за что, кстати, в Германии был приговорен к смертной казни.
■ Немцы до него не добрались, и Апситис остался в Риге — продолжил руководить заводом в советские годы. Как ему это удалось, непонятно, но даже будучи на самой верхушке промышленной иерархии, этот человек запросто игнорировал партийную линию и с удовольствием набирал на работу бывших легионеров латышского легиона СС. До войны некоторые из них успели проявить себя как выдающиеся инженеры, но в университеты по понятным причинам их не брали. Осев на радиозаводе, они создали радиолы, которыми восхищался весь СССР.
■ С конвейера завода только за год сходил миллион экземпляров радиоприемных усилительных и звуковоспроизводящих устройств и около 1,3 миллиона акустических систем. В золотые времена на заводе работали 10 тысяч человек, а в начале 90—х их количество сократилось до 1 800 человек.
■ Как и в случае с ВЭФом, проблемы начались отчасти из—за несостоятельности латвийского бюджета. В 1992—1993 году завод передал государству заказ почти на пять миллионов долларов, но денег не получил. Потом, как и в случае с ВЭФом, «Радиотехнику» поделили на шесть частей, которые по отдельности доходили до банкротства: сначала завод микроэлектроники «Эльмира», потом — конструкторское бюро, затем — Рижский электромеханический завод (РЭМЗ). Далее отделилась служба реализации и гарантийного обслуживания, которая задолжала заводу 2,5 миллионов долларов.
■ «Думаю, подход разделения был правильным, — считает экс—глава департамента электроники министерства промышленности и энергетики Инар Клявиньш. — Это делали для того, чтобы была самостоятельность, свобода действий. К сожалению, этим шансом не воспользовались».
■ В середине 90—х ситуация была настолько удручающей, что у руководства предприятия не хватало денег даже на оплату коммунальных счетов. Развивать конкурентоспособное производство в таких условиях было невозможно. «Когда—то «Радиотехника» для полумира производила приемники, но оказалось, что Сингапур и Тайвань делали это дешевле. А ведь в те времена у людей даже на еду денег не было, — рассказывает экс—глава департамента приватизации министерства экономики Латвии Айвар Бернанс. — Имущество тогда распродавали, потому что сам завод не мог производить».
■ В итоге предприятие было приватизировано. «Мы получили завод в таком состоянии, в каком его оставил Советский Союз — старое здание, устаревшее оборудование, миллионные долги перед государством. При этом предприятие было продано на аукционе, в ходе которого цена поднялась с двух почти до шести миллионов долларов», — рассказывает Русской службе Би—би—си председатель правления «VEF Radiotehnika RRR» Эдуард Малеев.
■ Затем к активам завода прибавился осколок ВЭФа и производство печатных плат. «Радиотехника» производит их до сих пор. Однако основным видом производства остается акустика — по большому счету, это все, что осталось от многопрофильного завода. Тем не менее, завод и сегодня считается одним из ведущих производителей систем Hi—Fi в Восточной Европе. Сегодня от десяти тысяч работников на «Радиотехнике» осталось 200 человек, до последнего кризиса было 350. «Политика Латвии заключалась в том, чтобы тут было поменьше «оккупантов» и «иммигрантов». Поэтому большие предприятия закрывались в надежде на то, что уедут все русскоязычные. На мой взгляд, эти надежды частично оправдались», — продолжает Малеев.
■ «Теперь у Латвии другая проблема — производство нужно возрождать, но те объемы, которые когда—то производились в СССР, сейчас производятся в Китае. И возродить в том виде — исключено, но возрождением производства в Латвии сейчас занимаются все — от меня до премьер—министра. Но думаю, тенденции позитивные, и рентабельное производство с высокой добавочной стоимостью у нас появится», — считает Малеев.
■ Кстати, сейчас завод планирует не только восстанавливаться после кризиса, но и на полном серьезе готовится к завоеванию мировых рынков посредством внедрения в производство российского ноу—хау — контрапертурной акустики. Авторы этой системы успели запатентовать ее практически во всех индустриальных странах мира, и уже готовы передать разработку в руки рижского завода.

Теперь «Дзинтарс» любят в США и Европе

Переориентацией производства сегодня занята и парфюмерная фабрика «Дзинтарс», известная советским покупателям и декоративной косметикой, и духами «Кредо», «Кокетка», «Рижанка».

■ «Люди их помнят, до сих пор спрашивают, даже пишут нам письма. Это парфюмерия и декоративная косметика, лучше которой на постсоветском пространстве сделать не смогли, — рассказывает Русской службе Би—би—си президент АО «Дзинтарс» Илья Герчиков. — Мы сейчас ориентированы на западный рынок, перестраиваем производство туда. «Дзинтарс» перешел от производства массовой продукции к средней и высшей категориям товаров. Мы тоже перестроились, выпускаем продукцию для среднего класса, он существует везде и имеет другую покупательную способность».
■ Именно «Дзинтарс» в Латвии считается самым ярким примером успешного перехода от плановой экономики к рыночной: предприятие работает до сих пор, продает продукцию по всему миру, строит планы на будущее. По словам Герчикова, с советских времен объемы производства не сократились, а наоборот — выросли.
■ А вот количество сотрудников сократилось весьма драматично: были времена, когда на «Дзинтарсе» работали более 101 тысячи человек, а сейчас — только 417. В начале 90—х работа у них была не всегда, во избежание финансовых провалов завод почти полностью перешел на выполнение крупных заказов, вот и получалось, что в один день конвейер стоит, в другой рабочие работают в две смены. Тем не менее, предприятие выжило.
■ «У нас изначально не было задачи разваливать, мы не воровали, когда воровали другие. У нас была профессиональная команда, которую нам удалось сохранить, — говорит Герчиков. — Когда разваливается империя, нужно сохранить экономические связи — для этого нужен профессионализм. В конце 80—х — начале 90—х среди руководителей было очень много партийных кадров, потому что культивировалось понятие, что директор ничего не должен знать, что он должен быть идеологическим».
■ Сегодня, по его словам, «Дзинтарс» ориентируется не на Восток, а на Запад. В Европе и США давно начался бум увлечения экологической косметикой, которая еще не так популярна на постсоветском пространстве. Именно это заинтересовало латвийских производителей.
■ «Мы ушли от дешевого советского производства к другой продукции, у нас производится высшая ступень экологической косметики — органическая. И спрос на нее оказался выше на Западе, у нас очень много предложений оттуда, — уверяет Герчиков. — В отличие от многих западных предприятий, «Дзинтарс» имеет высокую технологию, контроль за качеством, есть сертификат качества GMP, которым обладают далеко не все западные производители».

Первая публикация — 24.05.2013

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 557
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.08.13 14:00. Заголовок: Красная звезда — Известный флаг неизвестной страны


01—08—2013

Известный флаг неизвестной страны

Любители отечественной истории уже давно знают о существовании географических карт XVII—XVIII веков, на которых восточнее Волги изображена некая страна под названием Grande Tartarie (Великая Тартария, на русских картах — Татариа). Академические учёные стараются не комментировать этот факт. Но сторонники альтернативных версий находят всё новые подтверждения ошибочности наших привычных представлений о прошлом Отечества. На эту тему интересный материал распространил в Интернете наш современник, выступающий в «Живом журнале» под учётной записью yuri_ost. Уже ни для кого не секрет, что на картах былых времён на просторах Евразии вольно раскинулась загадочная Тартария. Практически в этих же границах впоследствии появилась Российская империя, а затем и Советский Союз. Многие также знают, что постепенно подменялись такие понятия, как Сибирь, татары, русские, монголы, которые раньше имели совсем не те значения, какими мы привыкли оперировать сегодня.
■■
Западноевропейская карта середины XVII века
Уже ни для кого не секрет, что на картах былых времён на просторах Евразии вольно раскинулась загадочная Тартария. Практически в этих же границах впоследствии появилась Российская империя, а затем и Советский Союз. Многие также знают, что постепенно подменялись такие понятия, как Сибирь, татары, русские, монголы, которые раньше имели совсем не те значения, какими мы привыкли оперировать сегодня.
■ На различных картах Тартария изображалась как страна с границами и городами. Но почему же в отечественных учебниках истории Тартария как государство не упоминается?
■■

■■
■ Возможно, из—за того, что Тартария не является самоназванием. Хотя есть русское название — Татария (русская карта 1737 года). Так почему бы не рассказать о ней и бытовавших ранее в мире наименованиях этой страны?
■ Символами государства традиционно являются герб, флаг и гимн. Можно предположить, что Татария—Тартария была государством и у неё, возможно, был свой гимн, но, думаю, мы уже никогда не узнаем, как он звучал.
■ Что же касается герба и флага, то теоретически всегда есть шанс их обнаружить. И это случилось! В книге «Всемирная география», изданной в Париже в 1676 году, статье о Тартарии предшествует изображение совы на щите, которое многим специалистам известно (на рис. 1). Можно предположить, что это и есть герб Тартарии.
■ Аналогичное изображение мы находим на часто встречающейся иллюстрации к книге Марко Поло, который описал своё путешествие по Азии и пребывание у «монгольского» хана Хубилая (рис. 2). Империю, кстати, Марко Поло находил хорошо организованной и гостеприимной.
■ Итак, что мы имеем? Мы имеем два изображения совы на щите в двух разных книгах, которые можно рассматривать, правда, только гипотетически, как герб Тартарии.
■ Но, может быть, у Татарии—Тартарии был флаг? Давайте поищем в хранилищах библиотек.
■ Если заглянуть в собрание морских флагов мира, составленное в начале XVIII века, по всей видимости, во Франции, то мы увидим не один флаг Тартарии, а целых два. При этом наряду с её флагами есть и флаги России, и флаги Великих Моголов (заметим, некоторые изображения склеенные, т.к. приходилось копировать по частям).
■ Первый тартарский флаг — флаг императора Тартарии, а второй — просто Тартарии. Только вот беда, изображения флагов практически стёрлись (возможности газетной полиграфии, к сожалению, не позволяют воспроизвести изображения этих флагов, их смогут увидеть лишь пользователи Интернета в электронной версии статьи. — Ред.). Толком и определить нельзя, что же там нарисовано (вроде бы сова). Но для нас важно то, что флаги Тартарии приводятся на старинном рисунке наряду с флагами других стран, и один из них императорский. То есть ни у кого в Западной Европе в начале XVIII века нет сомнений, что империя Тартария существует и обладает своим флотом.
■ Посмотрим теперь ещё одну — на этот раз голландскую таблицу начала XVIII века, где тоже собраны морские флаги мира. И опять мы находим два флага Тартарии, но уже не столь вытершиеся, изображение на них можно, хотя и с трудом, разобрать (фотография в интернет—версии).
■ И что же мы видим: на императорском флаге (здесь он фигурирует как флаг кайзера Тартарии) изображён дракон, а на другом флаге — сова! Да, та самая сова, что во французской «Всемирной географии» и на иллюстрации к книге Марко Поло. Российские флаги тоже есть, но в таблице они приводятся как флаги Московии.
■ Теперь мы знаем, что флаги у Тартарии были, значит, она была государством, а не просто территорией на карте. Нам стало также известно, что один из флагов Тартарии — императорский. Следовательно, речь идёт об империи!
■ Осталось выяснить, какие же цвета использовались на тартарских флагах. Ответ на этот вопрос нашёлся в «Изъявлении морских флагов всех государств вселенныя», изданном в Киеве в 1709 году при личном участии Петра I.
■ К сожалению, в Интернете найдена только одна копия «Изъявления...» со слабым разрешением, что делает подписи к флагам трудными для прочтения. Тем не менее мы видим, что на флагах Тартарии использовались чёрный и жёлтый цвета.
■ Подтверждение этому мы находим в «Книге о флагах» голландского картографа Карла Алларда (издана в Амстердаме в 1705 году и переиздана в Москве в 1709 году): «Флаг царя Татарии жёлтый, с чёрным лежащим и к наружью смотрящим драконом с василисковым хвостом. Другой татарский флаг, жёлтый с чёрной совою, у которой перси желтоваты».
■■

■■
■ Кстати, здесь, среди российских флагов, появляется жёлтый флаг с черным двуглавым орлом.
■ В русскоязычной «Книге о флагах» голландца Алларда неплохо различимы изображения флагов Татарии—Тартарии с русскими надписями. Но здесь самодержец Татарии именуется цесарем (рис. 1).
■ В Интернете удалось найти ещё несколько таблиц с тартарскими флагами — английская таблица 1783 года и пара других таблиц всё того же XVIII века. Что самое удивительное, обнаружилась таблица с императорским флагом Татарии, изданная аж в 1865 году в США!
■ В английской таблице 1783 года первые три российских флага указаны как флаги царя Московии (в то время, по академической версии истории, правила императрица Екатерина II), следом идёт имперский флаг России (Russia Imperial), потом торговый триколор, следом адмиральский и другие морские флаги России. А перед флагами царя Московии в этой таблице почему—то расположен флаг вице—короля Московии.
■ Этот флаг присутствует и в книге Алларда, но он там не идентифицирован и считается современными экспертами ошибкой.
■ Вместе с тем известно, что ещё в 1972 году московский вексиллолог А.А. Усачёв (вексиллология — историческая дисциплина, занимающаяся изучением флагов, знамён, штандартов, вымпелов и т.п. — Ред.) предположил, что это флаг Исраэля Ори, одного из деятелей армянского освободительного движения. Находившийся в России Ори по поручению Петра I направился в Нидерланды, где производил набор офицеров, солдат и мастеров от имени царя, обладая большими полномочиями. Отсюда, дескать, и именование его «вице—королём Московии».
■■

■■
■ Однако нельзя забывать, что Ори умер в 1711 году, а таблица издана англичанами в 1783 году. Флаг вице—короля Московии располагается перед флагом царя, то есть получается, что он главнее. Флаги же России, в том числе имперский (императорский), приведены после флагов царя Московии.
■ Можно предположить, что кутерьма с флагами Московии и Российской империи объясняется политической необходимостью формирования династией Романовых новой геральдики.
■■

■■
■ И всё—таки то, что флаг какого—то непонятного вице—короля Московии помещён на первое место, не может не вызывать вопросов у дотошных исследователей. А вдруг в 1770—х годах происходило что-то такое, о чём не рассказывают нам на уроках по истории? Да и сами учителя об этом не ведают…
■ Но вернёмся к империи Тартарии. Если у этой страны были флаги (это, как мы видим, подтверждается и отечественными, и зарубежными источниками того времени), значит, можно уже с достаточной уверенностью полагать, что щит с изображением совы всё—таки и есть герб (или один из гербов) этой державы.
■ Поскольку в перечисленных выше источниках речь шла о морских флагах, следовательно, в Тартарии было развито мореходство…
■ И всё же странно, что история не оставила нам ни одного имени императора (кайзера, цесаря) Тартарии. Или они нам известны, но под другими именами и с другими титулами?

■ (Окончание следует.)

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 649
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.08.13 13:00. Заголовок: Красная звезда — Известный флаг неизвестной страны


08—08—2013

Известный флаг неизвестной страны

Окончание. Начало в № 136
■■
Завершаем публикацию материала о флагах Тартарии, которые были обнаружены в таблицах морских флагов, изданных несколько веков назад в Западной Европе и США.
■■
Немецкая таблица флагов. Нюрнберг, 1750 г.
На флаге императора Тартарии, наверное, есть смысл остановиться подробнее. На последней имеющейся у нас таблице 1865 года (издана в США) флаг этот уже не называется императорским, да и другого флага (с совой) рядом нет. Наверное, время империи уже в прошлом.
■ Если приглядеться к этому изображению тартарского дракона, то можно обнаружить, что к драконам Чайны—Чины (ныне — Китай) или к легендарному змею Зиланту на гербе Казани императорский дракон Тартарии непосредственного отношения, видимо, не имеет (см. рисунок в интернет—версии).
■ Как ни странно, дракона на императорском флаге Татарии отдалённо напоминает дракон на флаге Уэльса, хотя цвета совсем другие. Но это уже тема для специалистов по геральдике…
■ Жаль, что в тех документах, в которых удалось найти только изображения флагов империи Тартарии, отсутствуют хотя бы минимальные подробности о странах, которым принадлежал тот или иной флаг, за исключением «Книги флагов» Алларда. Но и там о Тартарии ничего нет — только описание её флагов и их цвета.
■ Однако самое важное, что флаги Татарии нашлись в таблицах, изданных разными странами и в разное время. Досужий читатель может, конечно, сказать: «Разве можно только по нескольким рисункам флагов сделать вывод о существовании империи».
■ По—своему он прав. Действительно, мы здесь рассмотрели только символику.
■ Но теперь мы точно знаем, что на картах и в книгах тех далёких времён были упоминания Московской Тартарии (со столицей в Тобольске), Вольной или Независимой Тартарии (со столицей в Самарканде), Китайской Тартарии (не путайте с Чайной—Чиной, которая на картах — другое государство), и, собственно, Великой империи Тартарии.
■ Мы нашли документальное подтверждение существования государственной символики империи на северо—востоке Евразии. Мы не знаем, к какой Тартарии эти флаги относились: ко всей империи или какой—то её части. Однако главное, что флаги нашлись.

* * *
■ В поиске флагов Татарии обнаружилось ещё два не укладывающихся в каноническую историю факта.
■ Факт 1. В XVIII—XIX веках среди современных на тот момент флагов изображаются флаги Иерусалимского королевства (на фотографии).
Согласно традиционной версии истории это королевство прекратило своё существование ещё в XIII веке. Но флаги, подписанные Jerusalem, есть практически во всех упомянутых выше сборниках морских флагов. Информации о возможном использовании этого флага после поражения крестоносцев обнаружить не удалось. Да и вряд ли захватившие Иерусалим мусульмане оставили бы городу флаг с христианскими символами.
■ К тому же если бы этот флаг использовался в XVIII—XIX веках каким—либо орденом (типа иезуитов), то, скорее всего, авторы так бы и написали в документах.
■ Может быть, есть какие—то факты на этот счёт, которые известны только узкому кругу посвящённых?
■ Но и это ещё не всё. В записке члена Особого совещания по вопросам о русских национальных цветах капитан—лейтенанта П.И. Белавенеца «Цвета русского государственного национального флага», изданной в 1911 году, вдруг обнаруживается нечто удивительное.
■■
Человек с филином, картина Константина Васильева
■■
И это «нечто» заставляет задуматься, не поместили ли Иерусалим в Палестину по недоразумению?
■ Вдумайтесь: Пётр Иванович Белавенец пишет, что он по высочайшему повелению привёз в Санкт—Петербург флаг, пожалованный царём Петром Алексеевичем архангельскому архиепископу Афанасию в 1693 году.
■ На иллюстрации с подписью «Флаги, хранившиеся в соборе г. Архангельска» мы видим три флага, два из которых — флаги Иерусалимского королевства, при этом к одному из них приторочен бело—сине—красный триколор. Не иначе Святой Град Иерусалим следует поискать где—нибудь на Восточно—Европейской равнине и, скорее всего, не в XII—XIII веках.
■ Факт 2. В переизданной в 1904 года рукописи XVII века «О зачинании знак и знамён или прапоров» мы читаем: «...Цесаряне свой знак двоеглавого орла стали иметь, от такого случая как здесь обявлено будет. От создания мира в 3840—м году, тако же от зачала строения Рима града в 648 году и от Рождества Христа Бога нашего за 102 года, был бой у Римлян с Цысарскими людьми, а в то время был у Римлян бурмистром и полковой воевода именем Каиюс Мариюс. И он Каиюс для особливого знаку, вместо головнаго знамя у всякаго легиона построил одноглавого орла, и Римляне держали тот знак до десятого года после Рождества Христа Бога нашего, во время государствования Цесаря Августа. И в то же время учинилося ещё между Римлян и Цесарями великие бои, и цесари троижды побили Римлян и взяли у них два знамя, сиречь два орла. И с того числа начали Цысаряне у себя иметь в знаме, в знаке и в печате двоеглавого орла».
■ И что же мы узнаём из источника? «Цысаряне» и «римляне» — не одно и то же. «Цысаряне» стали иметь знак в виде двуглавого орла, а значит они — царьгородцы, то есть византийцы.
■ «Восточная римская империя» воевала с «Западной». Император Октавиан Август (он умер через 4 года после описываемых событий) был «цесарем» и, если исходить из логики изложения текста, воевал на стороне «цысарцев», т.е. византийцев, против «римлян»!
■ Однако, согласно канонической истории, Византия начинает свой отсчёт с 330 года, т.е. через 320 лет после описываемых событий! Тогда римский император Константин Великий (который, кстати носил титул «Август») перенёс столицу в город Византий, переименовав его в Константинополь.
■ Не очень понятную трактовку появления двуглавого орла у Византии мы видим и в упомянутой «Книге о флагах» Алларда 1709 года: «Один орёл бысть во время старых римских ЦЕСАРЕЙ; выображающ их силы, в котором последствии последние ЦЕСАРИ даже и доднесь (после покоренна и соединения двух цесарств сиречь которые от востока и от запада) двоеглавый орёл в то место изабрали».
■ То есть оба цесарства, по версии Алларда, существовали одновременно и независимо, а потом были соединены.
■ «Эх, простота, — подмигнув, скажет тот же досужий читатель, нашёл какие—то сомнительные источники и наводит тень на плетень. Это, небось, авторы всё поперепутали или навыдумывали».
■ Может быть, и так. Но переиздание рукописи «О зачинании знак и знамён или прапоров» было осуществлено Императорским обществом истории и древностей Российских при Московском университете. Это не абы какая контора. Да и издатели собраний флагов в XVIII—XIX веках при относительно высокой стоимости изготовления документов, как мне представляется, вряд ли бы выпускали в свет заведомо недостоверные сборники.
■ Почему пришлось остановиться на этих двух, казалось бы, не связанных между собой, фактах? Вроде бы они и не имеют никакого отношения к империи Тартарии…
■■
Дракон и сова на флагах Тартарии
■■
■ Давайте подумаем. Пётр I, лично редактировавший «Изъявление морских флагов всех государств вселенныя» в 1709 году (это факт из канонической истории), признаёт существование Тартарии во главе с цесарем.
■ В русскоязычной версии «Книги о флагах» того же 1709 года есть только три вида цесарей: «старые римские цесари», цесари Священной Римской империи и Татарский цесарь.
■ В «Изъявлении» имперский флаг России — жёлтый с чёрным двуглавым орлом, «цесарский» флаг Священной Римской империи — тоже жёлтый с чёрным двуглавым орлом, флаг Татарского цесаря — жёлтый с чёрным драконом.
■ На монетах Золотой Орды при правлении ханов Узбека, Джанибека и вроде бы Азиз—Шейха изображён двуглавый орёл. Герб Византии — также двуглавый орёл.
■ Появление двуглавого орла у Византии произошло, по одной версии, после побед (победы) над Римом, по другой — после «соединения двух цесарств».
■■
Флаги Иерусалимского королевства
■■
■ Судя по всему, Пётр I примеривался к флагу Иерусалима (Иерусалимского королевства). Может быть, он имел на него право. Флаг Иерусалимского королевства, повторимся, имел хождение в XVIII—XIX веках!
■ Да, вопросов в нашем исследовании возникло больше, чем нашлось ответов. Каждый пусть решает сам, существовала ли империя Тартария—Татария как государство или нет.
■ История — как религия: где есть канонические книги, там есть и апокрифы, которые подвергаются анафеме ревностными служителями культа.
■ Но когда у паствы возникает много вопросов, а проповедник не даёт на них исчерпывающих и понятных ответов, вера слабеет и религия постепенно угасает, а потом умирает. И на её обломках... Задуматься бы об этом академической науке.
■■
Флаги Тартарии и Чайны, таблица 1865 г. (США)
■■
■ Краткие выводы автора:
• помимо изображения на картах территории империи Тартарии в документах XVIII—XIX веков есть достаточно изображений её флагов;
• флаг — символ государства, а не территории, значит, империя Тартария существовала как государство;
• это государство существовало независимо от государства Великих Моголов и Чины (современного Китая);
• несмотря на наличие императорского флага Тартарии, мы пока не можем с уверенностью сказать, были ли эти флаги символами всей Тартарии или какой—то её части;
• в ряде рассмотренных источников есть натяжки, нестыковки и противоречия (Иерусалимское королевство и Рим—Византия), которые порождают сомнение в истинности канонической версии, требуют дополнительного исследования нашего прошлого; есть и сомнение, дракон ли должен быть на флаге империи Тартарии или другой символ;
• флаг с совой автору просто нравится, потому что флагов с орлами много, а с совой один. Совы — красивые и полезные птицы. У славянских и тюркских народов, живущих на территории прежней Тартарии, а также у греков совы почитаются. Но у многих других народов совы олицетворяют тёмные силы, что наводит на некоторые размышления. Хотелось, чтобы развеялись все сомнения и флагом евразийской Великой империи был бы признан жёлтый флаг с чёрной совой.

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 650
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.08.13 13:36. Заголовок: Красная звезда — С. Порохов. «Война газетная» генерала Милютина


09—08—2013

«Война газетная» генерала Милютина

Сергей Порохов
■■
Д.А. Милютин

— Ваше высокопревосходительство, от князя Василия Андреевича Долгорукова пакет.
■ Военный министр генерал—фельдмаршал граф Дмитрий Алексеевич Милютин оторвал взгляд от разложенных на столе бумаг, махнул рукой — давай—ка его сюда. Адъютант, застывший было у дверей, поспешил к огромному красного дерева столу, за которым сидел министр.
■ Официальное послание от шефа жандармов и начальника III отделения канцелярии его императорского величества доброе вряд ли предвещало. Несколькими днями ранее при встрече они холодно раскланялись. Не было произнесено ни слова.
■ С любопытством распечатывал военный министр послание шефа жандармов. Оно могло открыть причину перемены благосклонного прежде отношения князя Долгорукова к Милютину.
■ Письмом военный министр уведомлялся о том, что резкий тон статей по остзейскому вопросу в «Русском инвалиде» вызывает недовольство императора Александра II. Газете военного ведомства предписывалось прекратить нападки на немцев.
■■

■■
■ «Ах, вот о ком печётся милейший князь Василий Андреевич», — улыбнулся военный министр. Он встал из—за стола, чтобы размять затёкшие от почти трёхчасового сидения ноги. Адъютант, внимательно ожидавший дальнейших распоряжений, сделал два шага в сторону, продолжая сохранять на лице маску ожидания.
— Благодарю вас, — отпустил Милютин офицера из своего кабинета.
■ Когда дверь за ним неслышно закрылась, Милютин подошёл к окну. Cмеркалось. Мысли вновь возвращались к письму князя Долгорукова, к интриге, с ним связанной.

■ Суть так называемого остзейского вопроса, который в последнее время то и дело поднимался в русском обществе, заключался в следующем: немецкая аристократия, занимавшая господствующее положение в Прибалтике, всячески противилась проведению там реформ, пытаясь сохранить чуть ли не средневековые порядки.
■ Борьбу с этими стремлениями немецких аристократов возглавили газеты «Русский инвалид» и «Московские ведомости». Но если газета Михаила Никифоровича Каткова обвиняла прибалтийское дворянство в «немецком сепаратизме», рассматривая дело с позиций великодержавного шовинизма, то в «Русском инвалиде» на ситуацию смотрели иначе.
■ Недавний номер, от 10 апреля 1865 года, ещё лежал на столе военного министра. Дмитрий Алексеевич взял газету в руки, пробежал глазами по хорошо знакомому тексту, в котором как бы подводился итог дискуссии, длившейся уже несколько месяцев:
«...Вопрос идёт не о сепаратизме, не о национальных немецких стремлениях, а о чисто сословных стремлениях той небольшой партии, которая до сих пор держит в безгласности и бесправии как всё финно—латышское население, так и русских и вообще не принадлежащих к привилегированным... Порядок, существующий в Остзейском крае, сословная монополия тесной корпорации из нескольких сот имматрикулированных дворян и нескольких сот тысяч привилегированных граждан исключительно немецкого происхождения, не допускающих ни в свою среду, ни к участию в общественных делах, ни даже к полному пользованию гражданскими правами ни массу финно—латышского населения, ни русских, обитающих в крае, ни прочих народностей, обнаружены были нами во всей своей наготе».
■ Редактор «Русского инвалида» полковник Генерального штаба Сергей Павлович Зыков, обязанный каждый день к 9 часам вечера приезжать к Милютину и представлять ему все сколько—нибудь выдающиеся статьи, ознакомился с этой статьёй ещё до выхода газеты в свет.
■ О сути публикации Милютин доложил Александру II. Причём, зная его германофильские настроения и уверенность в незыблемости традиционного союза России с Пруссией, который якобы только и способен сохранить мир в Европе, военный министр постарался обойти острые углы, уверить, что газета способствует преобразованиям в Прибалтийском крае. Император доверял уму Милютина и его способности разбираться в сложнейших проблемах, а потому одобрил предлагаемые размышления.
■■
В.А. Долгоруков
■■
■ Между тем эта и все предыдущие статьи подобного содержания вызвали ответную реакцию в немецкой прессе. Защитники остзейского дворянства обнаружились не только в Прибалтике, но и за границей — в Пруссии, иных немецких государствах. Они имели мощную поддержку и при русском дворе. Остзейская партия избрала сразу же агрессивный тон, принявшись обвинять представителей противоположного лагеря в травле людей немецкой национальности.

■ Одним из влиятельных сторонников остзейских немцев был военный губернатор Санкт—Петербурга генерал—адъютант Александр Аркадьевич Суворов, князь Италийский, граф Рымникский. Внук знаменитого полководца был не только согрет лучами славы предка, но даже спасён от рока судьбы, который не миновал иных. Будучи юнкером лейб—гвардии Конного полка, он сошёлся с некоторыми членами Северного общества, был посвящён в его планы и даже «согласился принять участие, ежели не увидит в том ничего противного чувствам и совести».
■ Однако в событиях участвовал на стороне правительственных войск. А вечером 14 декабря явился к Николаю I с раскаянием. Император освободил юнкера от суда и отправил его на Кавказ в действующую армию, заметив: «Не хочу верить, чтобы внук знаменитого русского полководца был изменником».
■ Службой искупил молодой Суворов вину, в результате не был обойдён ни чинами, ни наградами — он сделался кавалером всех без исключения русских орденов. Заслужил в итоге назначение генерал—губернатором лифляндским, эстонским и курляндским. За тринадцать лет исполнения должности пропитался тамошним духом, а затем прославился крайним баронофильством и антирусскими настроениями.
■ Переехав в столицу, он поставил себе задачу, казалось бы, невыполнимую: быть другом государя и стать самым популярным в общественном мнении человеком. Немцы из окружения Александра II сумели представить нового военного губернатора императору в выгодном для того свете. Собственно говоря, они и прежде немало потрудились над тем, чтобы именно Суворов стал одним из первых людей столицы, а теперь только закрепляли успех.
■ А вот о своей популярности Александр Аркадьевич заботился сам. Поддавшись воздействию ставшего модным духа реформаторства и оппозиционности, военный губернатор принялся чудачить. То вдруг, будто смеха ради, объявит во всеуслышание Чернышевского своим лучшим другом. А то начнёт раздавать рекомендательные письма странным личностям. Во многие учреждения настойчиво стучались молодые люди, щеголявшие нигилизмом и неуважением как к прошлому, так и к существующим порядкам; они предлагали свои услуги на имеющиеся вакансии, предъявляя рекомендации военного губернатора.
■■
А.А. Суворов
■■
■ Чудачества генерал—адъютанта Суворова наделали, по мнению Милютина, немало вреда. Самое опасное заключалось в том, что, пользуясь близостью ко двору, он мешал проводить в Прибалтике и царстве Польском выгодную России политику. Особенно доставалось от Суворова генерал—адъютанту графу Михаилу Николаевичу Муравьёву, генерал—губернатору Северо—Западного края. Не останавливаясь перед сплетней и даже прямой клеветой, Суворов мешал любому проявлению уважения и симпатии к Муравьёву, всячески дискредитировал его мудрую политику в западных областях России. В круговорот этой интриги попал и шеф жандармов князь Долгоруков.

■ Для военного министра нападки на газету «Русский инвалид» были нападками на дорогое ему детище. Создан «Русский инвалид» был ещё в 1813 году, когда русская армия находилась после изгнания французов из пределов России в заграничном походе. В Санкт—Петербурге чиновник юстиц—коллегии Павел Павлович Пезаровиус объявил об издании газеты, весь доход от которой, за вычетом издержек, «употребить на вспоможение инвалидам, солдатским вдовам и сиротам». А обездоленных и убогих в Петербурге с каждым днём становилось всё больше и больше.
■ Идея нашла отклик как в обществе, так и при дворе. Дело пошло столь споро, что вскоре образовался специальный Комитет о раненых, названный Александровским. Газета стала его печатным органом. Собранные деньги помогли тысячам героев недавних боёв с наполеоновской ордой и оставшимся без кормильцев семьям. Однако по прошествии десятилетий, когда взносы перестали поступать с прежней регулярностью, а выбор у читателя с появлением новых газет стал несравненно больший, «Русский инвалид» не то чтобы приносил комитету доход — он стал убыточным. Приходилось изыскивать всяческие возможности для поддержания издания. Дело доходило до того, что газету сдавали в аренду для выпуска её на коммерческой основе.
■ Милютин, по сути, возродил газету. Назначенный в 1860 году товарищем военного министра, он предложил управлявшему тогда министерством генерал—адъютанту Сухозанету взять газету у Комитета о раненых под опеку военного ведомства. Доводы Милютина показались весомыми.
■ За прошедшие годы о «Русском инвалиде» уже сложилось мнение как о газете военной — сюда всё чаще даже редакторами назначались офицеры Генерального штаба. Во—вторых, во время Крымской кампании стало ясно, что требуется официальное военное издание, которое могло бы публиковать известия о войне, манифесты и указы, списки убитых и раненых, — всё, что могло интересовать обывателя. Причём публиковать это нужно было без посредников из числа владельцев частных газет.
■ «Русский инвалид» вполне справился тогда с ролью военного издания. И наконец поток противоправительственных изданий из—за рубежа возрос, причём многие воззвания так называемого революционно-освободительного направления, финансируемого англичанами, напрямую адресовались офицерам, солдатам, казакам. Отзвуки лондонского «Колокола» Герцена достигали войск и находили уязвленные себялюбием сердца и надломленные души.

■ В Варшаве в 1862 году, буквально накануне польского восстания, в учебной сводной команде стрелковой бригады раскрылся небольшой кружок, состоявший в основном из офицеров. Они приступили к созданию революционной организации в гарнизоне, а руководители кружка установили контакты с главарями польского движения.
■ Старший брат одного из руководителей тайной организации узнал о готовящемся и явился к своему непосредственному начальнику сообщить, что по долгу службы и присяги отправляется к наместнику доложить о военном заговоре. А тот, поражённый необычностью доноса — на товарища и брата, стал уговаривать повременить с ним и позволить уйти заговорщикам за границу.
■■
М.Н. Муравьёв—Виленский
■■
■ Капитан Славицкий не внял увещеваниям и немедленно отправился к наместнику. Заговорщики были арестованы, причём один из них застрелился, один отравился, некоторых перехватили у самой границы. Ночью об аресте офицеров узнали в учебной команде, и солдаты по своему почину с оружием в руках ворвались в Александровскую цитадель, обезоружили караул и освободили своих командиров.
■ В крепости сыграли тревогу, войска окружили восставших. Заведующий учебной командой Арнгольдт и другие офицеры, не желая кровопролития, уговорили солдат удалиться, а сами остались под арестом.
■ Раскрытие заговора и дальнейшие события совпали с тревожными событиями в Варшаве и создали правительству немало затруднений. Потому и решилось оно на крутую расправу, к которой редко прибегало, со всеми виновными. По приговору полевого суда два офицера и унтер—офицер были расстреляны, один из унтер—офицеров умер под розгами. Остальные офицеры были отправлены на каторгу, солдаты пошли в арестантские роты. Примерное наказание остудило иные горячие головы: в дальнейшем в Польше не пришлось иметь дела с военными заговорами.
■ В разгар следствия в «Колоколе» была напечатана прокламация к офицерам русской армии за подписями Арнгольдта и Славицкого (брат которого сообщил о заговоре). Воззвание, призывающее к борьбе с существующим государственным строем, оканчивалось словами: «Мы, на смерть идущие, вам кланяемся».
■ Конечно же, обстоятельства дела стали широко известны. А официальные власти, помимо доведения до общества и армии приговоров, не вступали ни в какие объяснения.
■ Между тем и реакция офицеров гвардейского полка, не допустивших капитана Славицкого за сделанный донос в их среду, и попытка начальника Славицкого удержать того от доклада о заговоре указывали на необходимость давать образец того, как думать, говорить и поступать должны русская армия и всякий её чин. Сделать это могла только газета.

■ 30 апреля 1861 года, незадолго до назначения Дмитрия Алексеевича Милютина на должность военного министра, высочайше были утверждены предложения о преобразовании «Русского инвалида» в «официальную газету военного ведомства». Министерство заключило с Александровским комитетом о раненых договор о передаче прав на издание газеты с 1 января 1862 года сроком на шесть лет.
■ Подобрали и редактора — Генерального штаба полковника Писаревского Николая Григорьевича. На него, имевшего опыт литератора и репутацию военного теоретика, возлагалось обновление издания. Однако надежд он не оправдал. Во—первых, наделал долгов — дефицит в несколько тысяч рублей пришлось покрывать из казны. Во—вторых, газету стали считать «неблагонадёжной». В официальном отделе публиковались правительственные мнения — указы, манифесты, рескрипты, приказы, а неофициальный отдел редактор повёл настолько независимо и самостоятельно, согласуясь лишь с собственными представлениями о реформах, что складывалось впечатление, будто бы две совершенно разные газеты по чьему—то недосмотру печатаются под титулом «Русского инвалида». В итоге уже осенью Писаревский был уведомлен, что с 1 января 1863 года контракт с ним возобновлён не будет. Получив извещение, он немедленно освободил редакторское место.

От редакции. Писаревский Николай Григорьевич (1821—1895) — руководитель прокладки первого в России подводного кабеля от Баку до Красноводска. Выдающийся инженер в области электрических средств связи, организатор и первый директор специального электротехнического вуза — Электротехнического института. Окончил Полоцкий кадетский корпус, военную академию, служил в Генеральном штабе на должности помощника начальника геодезического отделения военно—топографического дела, затем — начальник фотографического отдела Генштаба. После увольнение из армии работал инспектором Телеграфного департамента, занимался вопросами производства отечественного кабеля, прокладки подземных и подводных телеграфных линий.

■ К подбору редактора газеты Милютин после ошибки с Писаревским подошёл более осторожно. Редактором назначен был полковник Генерального штаба Дмитрий Ильич Романовский, а в помощники ему были определены Генерального штаба капитаны Троцкий и Зыков.
Военный министр помогал чем только мог своему детищу. Он прекрасно понимал, что газета является наиболее удобным средством распространения реформаторских идей не только в военном сословии, но и вообще среди публике. Милютин добился прекращения аренды газеты у Александровского комитета о раненых. С первого номера 1863 года «Русский инвалид» перешёл в прямое заведование военного министерства. Причём доход от издания поступал по—прежнему в пользу инвалидов, а в случае убыточности издания недочёт выплачивался ей из казны. Кстати, уже через три года дефицит был полностью покрыт доходами.
■■

■■
■ Опека влиятельного человека, каким был Милютин, помогла поднять газету необычайно высоко. Он добился права получать в редакцию заграничные газеты и журналы без предварительной цензуры, лично входил в сношения со всеми министерствами и главными управлениями о доставлении различных сведений редакции.
■ «Газета военная, учёная, литературная и политическая», как теперь значилось в её титуле, обретала всё большее значение в жизни общества, она становилась одной из самых влиятельных среди печатных изданий России. Начав с 844 подписчиков, к концу 1863 года их число довели до 3.300, в дальнейшем и до 5.500 человек.
■ Испытанием для русской армии и для её газеты стал польский мятеж 1863—1864 годов. Вернувшиеся к тому времени из ссылки и каторги повстанцы 1830—1831 годов вновь принялись за конспиративную работу, создавая всеобщую уверенность в том, что восстание в Польше против России будет немедленно поддержано вооружённым вмешательством Франции, Англии и Австрии.
■ Но не только подготовкой вооружённых сил были заняты вожаки восстания. Был открыт сильный «низовой террор». Убивали русских солдат, чиновников, ещё больше гибло при этом мирных поляков — случайных жертв террористов. За четыре года до начала восстания было совершено свыше 5.000 убийств. На съезде «Ржонда Народова» в декабре 1862 года было решено перейти к решительным действиям. Назначенный на январь рекрутский набор должен был послужить началом восстания. 10 января 1863 года оно вспыхнуло повсеместно.

■ Русское правительство было чрезвычайно встревожено положением в Царстве Польском. Императрица Мария Александровна на прощальной аудиенции графу Муравьёву, отправляющемуся в Литву, выразила желание, чтобы по крайней мере эта область осталась за Россией — стало быть в царском окружении допускали возможность утраты Польши. Последнее слово было за армией.
■ В польском вопросе военный министр стоял на непримиримых позициях, не допускающих никаких уступок, ни намёка на политическую автономию. Милютин являлся сторонником беспощадного подавления восстания, полностью одобрял решительный образ действий генерал—адъютанта графа Михаила Николаевича Муравьёва, с подачи польских эмигрантов и русских революционеров вошедшего в историю как «вешатель». Между тем казнил он лишь террористов, захваченных на месте преступления, либо повстанцев, уличённых в зверствах над русскими ранеными.
■ Особая точка зрения Милютина привела его к размолвке с близким другом министром просвещения Головниным, который писал, что «военный министр Милютин и министр государственных имуществ Зелёный более других являлись на месте произвола и жестокости».
Не могла находиться в стороне от происходящих событий газета военного ведомства. В «Русском инвалиде» появлялись корреспонденции из Царства Польского, статьи, разъясняющие политику правительства и военного ведомства.
■■
Д.И. Романовский
■■
■ Уже находясь в отставке, Дмитрий Алексеевич Милютин взялся писать мемуары. В воспоминаниях о тех годах он отмечал: «Ведение газетной полемики по вопросам чисто политическим было, конечно, не делом Военного министерства, но неоднократные попытки мои убедить нашего вице—канцлера, чтобы он принял на себя вести рядом с дипломатической войной и войну газетную, не имели успеха... Между тем пренебрегать таким могущественным орудием, какова печать в наше время, при тогдашних обстоятельствах, было даже опасно. Министерство внутренних дел также не брало на себя инициативы. Вот почему я решился принять на себя дело, которое вполне признавал чуждым Военному министерству».
■ Между тем за «войну газетную» военный министр взялся весьма основательно. Во время одной из аудиенций у Александра II он предложил выпускать для европейских газет специальный листок с известиями и разъяснениями происходящего в России, в особенности о польских делах. Согласившись с необходимостью оказывать влияние на предвзятое мнение Европы по русско—польскому вопросу, император распорядился о выделении редакции особых средств на издание целого ряда брошюр на русском и иностранных языках.
■ С 1864 года начало выходить на французском, немецком и английском языках ещё и секретное приложение к газете — литографированный листок Correspondence Russe. Это тайное издание рассылалось в известные заграничные редакции, обязавшиеся на страницах своих газет печатать эти сведения о России. Успех нового издания был таким, что уже через несколько лет нельзя было указать ни на одну из наиболее распространённых французских или немецких газет, в которых не перепечатывались бы еженедельно статьи, появляющиеся в Correspondence Russe.
■ В результате в Европе, судившей о русских делах по публикациям революционеров—эмигрантов, стало складываться благоприятное для России общественное мнение. Тайна секретного приложения охранялась настолько ревностно, что даже наследник—цесаревич, будущий Александр III, о существовании его совершенно случайно узнал только в 1868 году и стал получать «единственный экземпляр», посылаемый редакцией не за границу.

■ Независимый тон статей «Русского инвалида», незримо поддерживаемого императором, приводил неоднократно к недоразумениям. О появлении в газете «неудобных и неуместных статей» неоднократно доносил Милютину цензор. Ему, как и многим читавшим их, конечно же было невдомёк, что статьи прошли до засылки в набор одобрение военного министра, а нередко и самого императора. Такие недоразумения закончились освобождением «Русского инвалида» от цензора...
■ И вот письмо от шефа жандармов и начальника канцелярии III отделения канцелярии его императорского величества. «Ещё один добропорядочный цензор», — подумал Милютин о неодобрительных отзывах по поводу публикаций в газете, которые приходилось слышать от разных людей — от тех, кого считал своими противниками, и от своих сторонников: сколько людей, столько и мнений. Недовольство высказывали и сенаторы, и особы, состоящие при императоре.
■ Раздумья Милютина прервал стук в дверь. Дмитрий Алексеевич взглянул на циферблат напольных часов. 9 вечера. Генерального штаба полковник Зыков прибыл с гранками будущего номера «Русского инвалида».
■ Зыков сменил Романовского на посту редактора. А вот полковника Троцкого Виталия Николаевича, другого заместителя редактора, газетное дело тяготило, он просился на строевую должность и вскоре перевёлся в Туркестан, впоследствии стал полным генералом. А тридцатипятилетний Зыков, заняв редакторское место, стал надёжным помощником Милютина.
■■
С.П. Зыков
■■
■ К моменту назначения редактором газеты воспитанник 1—го кадетского корпуса и выпускник Императорской военной академии проявил себя и в научной работе, и в боевой деятельности. Находясь в комиссии генерала Тотлебена, Зыков составил большую часть первого тома «Описания обороны Севастополя», а за отличия при усмирении польского восстания, во время которого он командовал отдельным отрядом и разбил при местечке Лочине крупную шайку повстанцев, был награждён золотым оружием.
— Проходите, Сергей Павлович, — пригласил Милютин редактора газеты. — Прочтите, — протянул он Зыкову послание князя Долгорукова.
Когда чтение письма было окончено, военный министр вложил его вновь в конверт и отложил в сторону. Воля императора, изложенная в нём, обсуждению не подлежала. Хотя оба офицера, как большинство в армии, осуждали пристрастие государя к пруссакам, его открытые заявления сочувствия успехам немецкого оружия.
■ Пока государь радовался успехам своего дяди и друга, будущего императора Вильгельма I, большинство мыслящих людей русского общества, за исключением, пожалуй, приближённых императора да тех же прибалтийских немцев, настороженно наблюдало за образованием новой могущественной державы посреди европейского континента. Неприятно выглядела щедрая раздача немцам русских орденов: Георгиевские кресты сыпались на германских генералов и офицеров, как будто они сражались за интересы России. В то же время русские герои не единожды оказывались обойдёнными.
■ Оказывать влияние на политику Александра II в отношении Германии Милютин не мог. Для этого нужно было бы идти на прямой разрыв с императором. А это для военного министра было невозможным, да и не привело бы ни к каким положительным результатам. Несмотря на несогласие с деятельностью Александра II по некоторым вопросам, военный министр с уважением относился к его смелым и энергичным деяниям, буквально на глазах преображающим Россию.
* * *
■ Нелегка участь общественного деятеля, избравшего путь реформ. Если революционеры всех мастей обещают путём переворота (revolution — вращать, возвращать назад) и разрушения старого быстрейшее благоденствие, если консерваторы указывают на необходимость уничтожения вредоносных новшеств, чтобы вернуться к прежним «златым дням», то реформатор может лишь требовать напряжённой кропотливой работы, результаты которой могут сказаться, скорее всего, в неблизком будущем.
■ Реформатор — это консерватор для революционеров и революционер для консерваторов. Потому он является мишенью и для тех и для других. Не случайно именно Александр II, сделавший для облегчения участи народа столько, сколько не сделал ни один из его предшественников, вынужден был скрываться от дворянства за дверьми секретных комитетов, на заседаниях которых обсуждались проекты новых реформ. И он же стал мишенью для революционеров-бомбистов. Ни за одним из царей, кажется, не охотились с такой яростью. Березовский, Каракозов, Соловьёв, Халтурин...
■ Окружение Александра II в силу этих обстоятельств менялось, становилось всё более консервативным. В 1868 году, как несколькими годами ранее, началась новая яростная кампания против Милютина. Повели её министр внутренних дел генерал—адъютант Александр Тимашев, а также шеф жандармов и начальник III отделения канцелярии его императорского величества генерал—адъютант граф Пётр Шувалов.

■ На этот раз атака была направлена в первую очередь против «Русского инвалида». К тому времени в высших сферах витала мысль о необходимости создания единой официальной газеты — «Правительственного вестника», который должен был «отнять всякий официальный характер» у других газет, прежде всего у «Русского инвалида». Представили и Всеподданнейший доклад о вредном направлении органа Военного министерства. Совет министров, обсудив этот вопрос, постановил прекратить издание «Русского инвалида».
■■
П.К. Меньков
■■
■ 27 октября 1868 года последовало Высочайшее повеление об издании с 1869 года «Правительственного вестника», и в тот же день в «Русском инвалиде» появилось уведомление о прекращении выхода газеты с 1 января 1869 года. Оно было повторено четырнадцать раз.
Однако это уведомление оказалось преждевременным. Через месяц военный министр получил Высочайшее указание, что «Русский инвалид» должен издаваться и впредь. Но на особых основаниях. Газета переставала быть общеполитической, становилась сугубо военной.
■ Начинался новый этап в её истории. Объединённую редакцию газеты «Русский инвалид» и журнала «Военный сборник» возглавил редактор журнала Генерального штаба генерал—майор Пётр Кононович Меньков.
■ А Сергею Павловичу Зыкову представилась возможность проявить себя в комиссии генерал—адъютанта Сколкова для объезда и реорганизации Сибири. В 1878 году, когда предвидели возможную войну с Англией, он назначается начальником штаба морской и береговой обороны Кронштадта. Впоследствии состоял в военно—научном комитете Генерального штаба. При этом постоянно продолжал писать. Был постоянным сотрудником «Санкт-Петербургских ведомостей», «Отечественных записок», «Военного сборника», несколько лет редактировал «Русскую старину», Составил, написал, перевёл на русский язык не один десяток книг.
■ Завершил службу Сергей Павлович Зыков полным генералом. Таким был один из выдающихся редакторов «Русского инвалида», при котором газета сделалась явлением в русской общественной жизни.
■ Подобного взлёта, какой был у «Русского инвалида» в военном ведомстве при министре Милютине, военная печать России больше, пожалуй, не знала.

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 665
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.08.13 14:48. Заголовок: Красная звезда — О. Четверикова. Почему погибла империя?


06.03.2013

Почему погибла империя?

Сто лет назад, накануне Первой мировой войны, Российская империя считалась одним из ведущих государств мира. Развивалась промышленность, крепли армия и флот, революционное движение было подавлено. Поэтому втягивание страны в войну не вызвало тревог ни у правящих кругов, ни у населения. Общество жило ожиданиями победы, но империя оказалась, говоря словами французского энциклопедиста Дени Дидро, колоссом на глиняных ногах. Почему так произошло, каковы финансово-экономические причины краха? На эту тему своё мнение высказала недавно кандидат исторических наук Ольга Николаевна Четверикова, автор материала «1 августа 1914 года: возможен ли обратный ход российской истории» (публикуется с небольшими сокращениями).
■■
Установление российской зависимости от иностранных банков началось при Екатерине II
Приближается столетие начала Первой мировой войны — 1 августа 1914 года. Этот день стал рубежом, от которого начались процессы, завершившиеся крахом Российской империи и трагическим распадом государства, собранного затем большевиками «железом и кровью». Вспоминая о начале великой войны, нельзя не заметить черты настораживающего сходства между некоторыми аспектами тогдашней общественной ситуации в России и ситуацией сегодняшней. Сходство это усматривается прежде всего в том, что и тогда, и сейчас наше общество переживает состояние раздвоенности, возникающей от того, что попытки интеграции России в западную цивилизацию, уже давно поклонившуюся «золотому тельцу», заставляют общество жить по правилам, не имеющим нравственного оправдания в нашем народе.
■■
Наша справка
Барон Александр Людвигович фон Штиглиц (1814—1884) —крупнейший российский финансист, промышленник, управляющий Государственным банком России (1860—1866). Родился в семье придворного банкира, основателя банкирского дома «Штиглиц и К°», барона Людвига фон Штиглица (1778—1843). Основателем династии был умерший в 1798 году Лазарус Штиглиц, пристроившийся при дворе князя Вальдекского из гессенского города Арользена. Своим шести сыновьям он дал первоклассное по тем временам образование. Будущий отец Александра — Людвиг Штиглиц оказался самым удачливым из братьев. Его сметливость и оборотистость обеспечили ему быстрый коммерческий успех. Он приехал в Россию в начале XIX века и первый свой капитал заработал во время Отечественной войны с Наполеоном.

■■
■ Когда выдающийся (и незаслуженно забытый) русский геополитик А.Е. Вандам (Едрихин) опубликовал в 1913 году свою главную работу «Величайшее из искусств», то в качестве эпиграфа он взял высказывание известного тогда публициста М. Меньшикова: «Мне кажется, что наша политика так же кустарна, как и наша промышленность». Вандам писал о несоответствии коренным интересам России той внешней политики, которую проводило царское правительство и которая шла на пользу Великобритании — главному геополитическому противнику России.
■ Чётко выделив основные принципы английской стратегии и указав её основную цель — втянуть Россию в войну с Германией, являвшейся главным конкурентом Британской империи, Вандам предупреждал об опасности того пути, по которому в итоге Россию и направили. Он указывал, что «ввиду подготовляющихся … в Европе событий нам никоим образом не следует класть голову на подушку соглашений с такими народами, искусство борьбы за жизнь которых много выше нашего, а нужно рассчитывать лишь на самих себя».
«Кустарность» российской политики, о которой писал Вандам, была тесно связана с той глубокой финансовой зависимостью России от Запада, в которой она оказалась к началу ХХ века.
■ Между финансами и политикой всегда существовала теснейшая связь, но к началу прошлого века финансовые отношения превратились в важнейший фактор из числа тех, которые обусловливают поведение государств на международной арене. Как писал замечательный исследователь финансовой истории России А.Л. Сидоров, «к сожалению, эту истину, столь ясную для представителей царской бюрократии, до сих пор не могут усвоить некоторые современные историки, пытающиеся ограничить значение и последствия иностранных займов только получением прибыли».
■ Другой видный российский исследователь Г. Фиск в связи с этим указывал: «Кредит, которым Россия пользовалась на мировом рынке, зависел всегда от двух обстоятельств: во—первых, значения России в международной политике и, во—вторых, популярности её войн среди мировых финансовых кругов. При отсутствии этих условий получение кредитов сопряжено было для России с трудностями, и обычно она вынуждена была соглашаться на несколько унизительные для великой державы условия».

■ Как же происходило в конце XIX – начале ХХ века финансовое закабаление России и к чему в итоге оно привело?
■ Установление российской зависимости от иностранных банков имеет давние корни. Начало её было положено ещё при Екатерине II с её политикой по расширению международных финансовых связей, сформировавшей первые частные банкирские дома и институт придворных банкиров, основателями которых были иностранцы, приобретшие исключительное влияние в окружении императрицы. Их задачей было ведение международных расчётов и изыскание заграничных кредитов для военных операций Российского государства.
Образовавшаяся в итоге огромная внешняя задолженность России и чрезмерная свобода поведения финансистов—иностранцев настолько обеспокоила преемника Екатерины Павла I, что он собирался запретить бизнес придворных банкиров, но власть денег оказалась сильнее, и от этой затеи ему пришлось отказаться. При нём ведущую роль стала играть «Контора придворных—банкиров и комиссионеров Воута, Велио, Ралля и К°», которая имела тесные связи с банкирскими домами Гамбурга, Лондона, Лейпцига, Генуи и других городов Европы.
■■

■■
■ При Александре I контора эта была закрыта, её функции передали Министерству финансов, однако практическая деятельность этого института продолжалась ещё на протяжении полувека. Наиболее влиятельным из банкирских домов был дом братьев Штиглицев, прибывших из западных земель Германии и основавших свой бизнес во время войны с Наполеоном. До середины ХIХ века они держали в своих руках почти весь зарубежный и внутренний кредит Российской империи, принимая участие во всех крупных финансовых операциях правительства.
■■

■■
■ В 1857 году Александр Штиглиц выступил в качестве одного из учредителей Главного общества российских железных дорог, в числе которых были Ф. Беринг (Лондон), банкирские дома «Гопе и К°» (Амстердам), «Готтингер и К°» (Париж), а также известный банковский делец Исаак Перейра, представлявший интересы группы парижских банкиров, банка «Креди Мобилье» и берлинского банкирского дома «Мендельсон и К°». Современники называли Александра Штиглица «королём Петербургской биржи», его имя пользовалось такой же известностью, как имя Ротшильда, а с его векселями, как с наличными деньгами, можно было объехать всю Европу, побывать в Америке и Азии.
■ Вторым по значению финансовым центром после Санкт—Петербурга была Одесса с её банкирскими домами Родоканаки, Эфрусси, Рафаловичей, которые имели свои филиалы за границей и поддерживали крепкие связи с банками Лондона, Парижа и других торговых и финансовых центров Европы. Рафаловичи участвовали в реализации почти всех русских и заграничных займов.
■ Другими крупными банкирскими центрами в России являлись Бердичев, Рига, Ревель, Юрьев, Варшава.
■ Как писал историк И. Левин, «теснее связанные с Западом и ближе знакомые с его учреждениями, чем прочая Россия… Прибалтийский край и Польша служили мостом между Россией и Западом». Обладавшие уже известным накоплением свободных капиталов прибалтийские банкиры-немцы и польские и бердичевские банкиры «создали экспорт капиталов, а ещё более предпринимателей—банкиров во внутреннюю Россию», сыграв важную роль в создании русской банковской системы.
■ Среди них выделялись финансовые и железнодорожные магнаты Л. Кроненберг, М. Эпштейн, А. Гольдштанд, И. Блиох (поверенный последнего в Петербурге И.А. Вышнеградский станет затем министром финансов России).

■ Важнейшим этапом, закрепившим зависимость финансовой системы России от иностранных банков, стали «великие реформы» Александра II, в результате которых страна прочно встала на путь капиталистического развития, при котором определяющую роль стал играть узкий слой представителей финансово—промышленных групп, тесно связанных с иностранным капиталом.
■ Среди них выделялись банкирские дома Поляковых, Гинсбургов, «Братья Рябушинские и Юнкер и К°», «Боултон и К°», «Захарий Жданов и К°», «Кафталь, Гандельман и К°».
■ Благодаря им в России утвердилось господство западной «финансовой науки», превратившейся фактически в орудие борьбы за влияние на экономическую политику царского правительства. Она возвела в культ идею золотого стандарта, игравшего тогда роль современного доллара, положив его в основание всей банковской и финансовой системы. Тем самым было обосновано «право» Ротшильдов, контролировавших мировой рынок золота, с помощью своего «биржевого царства» подчинять себе целые государства и народы.
■ При этом апологеты теории золотого стандарта были очень откровенны. Так, И.И. Кауфман, ведущий теоретик золотой валюты, идейный учитель министра финансов Сергея Витте и вдохновитель его денежной реформы (он считался «высшим авторитетом» в вопросах денежного обращения страны того времени), писал: «Золотое и серебряное тело представляют наилучшую крепость, за стенами которой имущество чувствует себя всего безопаснее, его удобнее скрывать от чужих взоров, от чужого нападения и хищения. Переодеваясь в золото и серебро, имуществу всего легче убежать из опасной страны: драгметаллы служат как бы шапкой—невидимкой имуществу… Драгоценные металлы освобождают его от прикреплённости к данному месту и повсюду ему дают свободу, пропорциональную их собственному количеству». В драгоценно—металлическом теле капитал «получает безграничную свободу», он «получает душу», «прочность золота и серебра даёт ему бессмертие».
■ Хотя западные экономические теории не пользовались доверием в широких слоях русского общества и воспринимались им, по словам замечательного мыслителя—славянофила С.Ф. Шарапова, как нечто таинственное, наподобие колдовства и чернокнижия, ничего взамен русское общество не предлагало, так как не имело собственного взгляда на финансовые вопросы.
■ В итоге происходила страшная путаница, непосредственно отражавшаяся на практике, как это и произошло с реформами Александра II. Как указывал всё тот же Шарапов, верховная власть волей—неволей санкционировала на веру ряд мероприятий, объёма и сущности которых не понимала не только она, но сами их авторы, один за другим сходившие со сцены, натворив в России немало бед.
■ Таким страшным бедствием стала и проведённая в 1895—1897 годах «золотая реформа» С.Ю. Витте, целью которой было не создание благоприятных условий для развития народного хозяйства, а обеспечение «вхождения» Российской империи в мировой рынок, развитие внешнеэкономических связей и валютное единение с Западом, что вело к полной зависимости страны от европейских бирж. Со временем поддержание золотой валюты превратилось в самоцель, в жертву которой была принесена сама российская экономика.

■ Опасный для хозяйства характер реформы выявился уже в период подготовки к переходу на золотую валюту. С 1880—х годов министр финансов Н.Х. Бунге и его преемник И.А. Вышнеградский начали накапливать золотой запас путём достижения положительного баланса и ликвидации бюджетного дефицита. Задача эта решалась за счёт увеличения экспорта, в первую очередь хлеба (знаменитое «недоедим, но вывезем»), а также заключения внешних займов.
■ За 1880—1897 годы поступления от реализации государственных займов на внешнем рынке составили 700 млн золотых рублей. В итоге в России был собран первый по объёму в мире золотой фонд, но весь этот запас, как указывал С.Ф. Шарапов, являлся не собственным богатством страны и плодом её заработка, а занятым имуществом, которое было собрано путём заведомого народного разорения и голодания и за которое приходилось платить огромные проценты.
■ Причём если раньше задолженность была преимущественно государственной, то с этого времени начинается быстрый рост общественной и частной задолженности, выражающийся в передвижении за границу российских процентных бумаг и приливом в Россию иностранных капиталов для эксплуатации наших естественных богатств.
Именно огромная задолженность, обусловливавшая вечно неблагоприятный расчётный баланс, стала главной причиной привлечения иностранных капиталов.
■ Так сама подготовка к реформе, определившая магистраль финансово—экономической политики России, ввергла страну в сильнейшую финансовую зависимость. И если эта подготовка проводилась в соответствии с формулой «После нас хоть потоп!», то сама реформа может быть охарактеризована формулой «Позади нас пустыня!».
■ Проведена реформа была по единоличному решению графа Витте и явно недобросовестным способом, в обход Государственного совета и в нарушение прямой воли императора.
■ Гарантией её успеха стал поэтапный принцип введения золотого стандарта, пока психологически подготовленную (а вернее, обработанную) общественность не поставили перед фактом его доминирования. Как утверждал сам Витте, реформа проводилась «исподволь» так, чтобы законодательной власти оставалось только закрепить то, что «в сущности уже сделано и что отменять было, может, даже невозможно».
■ Реформа Витте изменила экономический путь Российской империи, поставив её в прочную зависимость от международных банкиров. Она нанесла неисчислимые убытки как крупному, так и мелкому крестьянскому земледелию, фактически разорив его. Вызвав кратковременное оживление, она спровоцировала затем жестокий кризис в промышленности и торговле, погубив огромное количество национальных капиталов, поглощённых спекуляцией и биржевыми крахами.
■ (Окончание следует.)

Первая публикация — 11.03.2013

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 666
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.08.13 14:54. Заголовок: Красная звезда — О. Четверикова. Почему погибла империя?


06.03.2013

Почему погибла империя?

Сто лет назад, накануне Первой мировой войны, Российская империя считалась одним из ведущих государств мира. Развивалась промышленность, крепли армия и флот, революционное движение было подавлено. Поэтому втягивание страны в войну не вызвало тревог ни у правящих кругов, ни у населения. Общество жило ожиданиями победы, но империя оказалась, говоря словами французского энциклопедиста Дени Дидро, колоссом на глиняных ногах. Почему так произошло, каковы финансово-экономические причины краха? На эту тему своё мнение высказала недавно кандидат исторических наук Ольга Николаевна Четверикова, автор материала «1 августа 1914 года: возможен ли обратный ход российской истории» (публикуется с небольшими сокращениями).
■■
■ Окончание, начало в сообщении от 11.03.2013 № 2760
■■
Император Александр II санкционировал «на веру» ряд мероприятий в финансовой сфере, сущности которых он не понимал
Реформа Витте открыла страну для беспощадной эксплуатации иностранцами, поставила в зависимость от финансовых соображений внешнюю политику России, перешедшую в итоге к обслуживанию интересов своих геополитических противников. Наконец, финансовая реформа Витте стала питать революцию, которая ею же самой и была подготовлена — через разорение народа.
■ Экономическая политика того времени подвергалась достаточно жёсткой критике, в частности, одна из ведущих экономических газет «Биржевые ведомости» в конце 1900 года писала: «Экономическая политика нынешнего правительства ведёт к нашествию иностранных капиталов, которые скупят Россию на корню».
■ В ответ на это Витте лишь отделывался отговорками: «Подобные опасения высказывались у нас еще со времён Петра Великого, но государи русские с ними никогда не считались, и история вполне оправдала их прозорливость... Привлечением иностранного капитала создали своё промышленное могущество все передовые ныне страны — Англия, Германия, Соединённые Штаты Америки...»
■ Иностранный капитал действительно хозяйничал в России, как у себя дома. Прежде всего иностранные инвестиции шли в сферу обращения, железнодорожное строительство и банки, затем в тяжёлую индустрию. Русский исследователь Оль писал, что с 1880—х по 1913 год капиталы иностранного происхождения составляли 50 процентов всех вложенных в промышленность, при этом на горную, горнозаводскую и металлообрабатывающую отрасли приходилось 70 процентов всех иностранных капвложений.
■■

■■
Министр финансов Н.Х. Бунге (слева) и его преемник И.А. Вышнеградский начали накапливать золотой запас за счёт увеличения экспорта, в первую очередь хлеба, и заключения внешних займов
■■
■ По другим данным, иностранный капитал напрямую контролировал 70 процентов промышленности. Иностранцам принадлежало к 1914 году 42,6 процента совокупного основного капитала 18 главных акционерных банков России, причём они извлекали здесь вместо 4—5 процентов дивиденда, получаемого у себя на родине, от 20 до 30 процентов. С 1887 по 1913 год чистая прибыль иностранных капиталистов на вложенный в России капитал составила 2.326 млн рублей, что на 30 процентов больше инвестируемого капитала.
■ Это была, по существу, дань, которую выплачивала Россия иностранному капиталу, осуществлявшему в отношении неё политику диктата, политику подрыва её производительных сил за счёт хищнической эксплуатации её природных богатств и человеческой энергии, политику превращения её в свой аграрно—сырьевой придаток.

■ Распределение иностранных инвестиций в Россию по странам их происхождения в 1914 году было следующим: Франция — 32 процента, Англия — 22 процента, Германия — 19,7 процента, Бельгия — 14,3 процента, США — 5,2 процента.
■ Французский капитал доминировал в угольной и сталелитейной промышленности юга России, занимал лидирующие позиции в производстве цемента, добыче и выплавке меди, в предприятиях водоснабжения и канализации. На долю акционерных обществ с капиталами иностранного происхождения приходилось свыше 70 процентов всей добычи угля в Донбассе. В руках французского капитала находились Общество русско—балтийских судостроительных заводов, Русское общество для производства артснарядов и военных припасов. На юге России не было почти ни одного предприятия, где не участвовал бы иностранный капитал, сюда массово переселялись иностранные предприниматели, инженеры и рабочие, а из Америки перевозились целые заводы.
■ Английский капитал концентрировался в нефтедобывающей промышленности, добыче меди (56 процентов всей добычи) и золото—платиновых разработках (70 процентов). Немецкий капитал — в электротехнической, химической промышленности. Германский капитал называли фактическим хозяином энергетической промышленности России: «Всеобщей электрической компании» (АЭГ), за спиной которой стоял германский банк «Дисконто гезельшафт», принадлежало около 90 процентов действовавших в России электротехнических предприятий.
■ Под финансовым и производственно—техническим контролем немецкого капитала находилась значительная часть предприятий военной промышленности России, в частности Невский судостроительный и механический завод, завод Крейфтона (Охтинское адмиралтейство), Шлиссельбургский пороховой завод, Русское общество артиллерийских заводов...
■ Хотя в 1914 году Россия и являлась четвёртой индустриальной державой мира, она никоим образом не рассматривалась ведущими странами Запада как равноправный партнёр, поскольку, во-первых, находилась от них фактически в полуколониальной зависимости, а во-вторых, обладала по сравнению с ними слишком малым промышленным потенциалом. Общий капитал промышленных и торговых компаний в России достигал 2 млрд долларов, что равнялось капиталу одной «Юнайтед стил корпорейшн» и составляло 1/9 часть капитала, инвестированного в США только в железные дороги. Зато Россия к началу войны занимала первое место в мире по размерам внешнего долга.

■ Внешние займы, так щедро предоставляемые России Западом, имели не только экономические, но ещё более серьёзные политические последствия. Финансовые рычаги воздействия, применённые англо-французской верхушкой в отношении России, оказались настолько эффективными, что русское правительство было лишено возможности проводить самостоятельную политику и оказалось втянутым в события, сценарий развития которых был написан за рубежом.
■ В конце ХIХ века межгосударственные отношения в Европе определялись англо—германским соперничеством, которое стало главной пружиной борьбы за передел мира. Баланс сил в Европе был настолько нарушен, что мирными средствами восстановить его было уже невозможно. Британия готовилась к войне с Германией, но если одностороннее противостояние на море Англия выдержала бы, то на суше — нет.
■ Поэтому решением «германского вопроса» могла стать только общеевропейская война при непременном участии России, которая должна была взять на себя 3/4 всей тяжести войны против Германии на суше. При отсутствии острых германо—российских противоречий главная задача англичан заключалась в том, чтобы вытеснить Россию и Германию из тех сфер, где они могли совместно бороться с другими государствами, и сконцентрировать их интересы в районе, где русско-германские отношения можно было довести до крайней степени напряжённости, — на Балканах.
■ Для этого Британия и начала создавать такую систему союзов, которая привела бы Россию и Германию к противостоянию, а ключевую роль в обрабатывании российских правящих кругов призвана была сыграть Франция, «главный ростовщик» Европы, давно стремившаяся в целях достижения реванша после франко—прусской войны к заключению антигерманского военного союза с Россией.
С 1880—х годов, как уже отмечалось, в связи с начавшимся промышленным подъёмом и подготовкой к переходу на золотой стандарт в России резко возросло значение зарубежных займов (существенная часть их тратилась на приобретение золота).
■ В 1888 году после ссоры России с Германией российское правительство переориентировалось с германского на французский финансовый рынок, разместив здесь первый крупный «железнодорожный заём» в 8 млрд золотых франков, который был осуществлён под русское «залоговое золото». Затем последовали новые займы, и с этих пор французские банки начали вытеснять германские и активно вкладывать свои капиталы в русскую индустрию (металлургию и угольную промышленность).
■ Это тесное финансовое «сотрудничество», в основе которого лежали интересы политико—стратегического порядка, и стало основой для франко—российского военно—политического сближения. Об опасности этого сближения, открыто противопоставлявшего Россию Германии, предупреждал российский министр иностранных дел Николай Карлович Гирс (1882—1895 гг.), утверждавший, что «даже видимость того, что Россия ищет дружбы Франции, скорее ослабит, чем укрепит наши позиции».
■ Ближайший помощник Гирса Владимир Николаевич Ламздорф (будущий министр иностранных дел в 1900—1906 гг.) выражался ещё более откровенно, указывая, что для России дружба с Францией подобна мышьяку — в умеренной дозе она полезна, а при малейшем увеличении становится ядом. Однако именно Гирс и был вынужден в итоге в 1891 году подписать с Францией соответствующее политическое соглашение, на основе которого в 1892 году была заключена секретная военная конвенция, ратифицированная в 1893 году.
■ Объяснялось это тем, что, когда России понадобился очередной крупный заём, французские Ротшильды согласились устроить его только при условии подписания военного договора, а Ротшильды уже тогда финансировали значительную часть железнодорожного строительства и контролировали большую часть банковской системы России, что делало всё более влиятельной при российском дворе французскую партию.

■ С переходом России при С.Ю. Витте на золотой стандарт в 1897 году значение внешних займов ещё более возросло, поскольку сохранение золотой валюты обходилось очень дорого. Как писал уже упоминавшийся выше П. Оль, «поддержание в России золотой валюты в течение 18 лет стоило ей увеличения внешней задолженности в виде государственных, железнодорожных и городских займов на 4.200 млн руб. и за то же время увеличило её внешнюю задолженность привлечением в Россию иностранных капиталов в банковские и торгово—промышленные предприятия на сумму 2.100 млн. Итого внешняя задолженность России за 18 лет выросла на 6.300 млн рублей».
■ Между тем франко—российский договор стал опорой для формирования тройственной Антанты, происходившего в два этапа. Вначале в 1904 году Англия заключает договор с Францией о разделе сфер влияния в Северной Африке («Сердечное согласие»), а затем приступает к выполнению главной задачи — вовлечению в свой лагерь России. Важным шагом на пути к этому стала русско—японская война 1905 года, развязанная Японией благодаря финансовой поддержке со стороны Великобритании, заключившей с ней в 1902 году военный договор.
■ В этот период Россия переживала глубокий экономический кризис и свои финансовые задачи решала исключительно за счёт роста государственной задолженности, обусловленной увеличением военных потребностей, строительством флота, многочисленных железнодорожных займов. Причём в то время, как финансовое положение России резко ухудшалось, Витте путём получения косвенных налогов и систематического покрытия чрезвычайных расходов за счёт займов создавал видимость финансового благополучия.
■■

■■
С.Ю. Витте, министр финансов (1892—1903) и председатель Комитета министров (1903—1906), путём получения косвенных налогов и систематического покрытия чрезвычайных расходов за счёт займов создавал видимость финансового благополучия
■■
■ С 1905 года под влиянием охватившей общество тревоги начался перевод русских капиталов за границу, что привело к отливу золота за рубеж, принявшему угрожающий характер. В этих условиях С.Ю. Витте и В.Н. Коковцов (министр финансов с апреля 1906 года) затеяли переговоры о новом крупном международном займе в 2,2 млрд франков. Но и на этот раз предоставление займа было обусловлено поддержкой Россией Франции в её споре по марокканскому вопросу с Германией и урегулированием острых вопросов англо—российских отношений, ведь парижский Ротшильд отказывался вести переговоры о займах без лондонского Ротшильда.
■ Заём был предоставлен, финансовое положение России было на время улучшено, но достигнуто это было ценой подписания в 1907 году англо—российского соглашения о разделе сфер влияния в Центральной Азии.
■ Как и русско—французский договор, это соглашение было встречено с большим неодобрением в российских кругах и среди виднейших российских дипломатов, так как означало окончательное присоединение России к антигерманской Антанте. Российские правящие круги совершили, таким образом, коренной стратегический поворот, как бы дав свой ответ на слова Бисмарка: «Есть одно благо для Германии, которое даже бездарность германских дипломатов не сможет разрушить: это англо—российское соперничество».
■ Но у Бисмарка было и ещё одно верное замечание: «Политика Англии всегда заключалась в том, чтобы найти такого дурака в Европе, который своими боками защищал бы английские интересы».

■ Теперь Россия окончательно была втянута в сферу англо—французских интересов, её непосредственные цели оказались сосредоточены на Балканах, а вся последующая политика была обусловлена необходимостью подготовки к войне с государством, с которым у неё не было серьёзных противоречий, но сокрушение которого выдвигалось в качестве главной задачи англо—французской Антанты. Соответственно и развитие самого хозяйства страны оказалось тесно связано с интересами французских и английских правящих кругов.
■ В начале XX века Франция занимала первое место в России по капитальным вложениям, в её руках находилось около 53,2 процента контролируемой заграницей части русского банковского капитала. Общая сумма российского долга Франции накануне войны составляла 27 млрд. франков. Французские банки напрямую финансировали российскую, и в первую очередь южнороссийскую, промышленность, на которую опирались морские вооружения.
■ Под их контролем находилась не только донецкая промышленность, но и связанные с ней верфи в Николаеве, так что они были в крайней степени заинтересованы в решении проблемы Черноморских проливов. Отсюда такое внимание, которое уделяла Франция российскому морскому флоту, и не случайно доверенным лицом крупного французского банка «Сосьете женераль», осуществлявшего финансовый контроль над николаевскими верфями, был морской министр России И.К. Григорович, подбивавший своих коллег в правительстве к агрессивной политике в отношении проливов.
■ Последний крупный внешний заём России был получен в 1909 году. В этот год наступил срок уплаты по внешним займам 1904 и 1905 годов, а бюджеты могли быть только дефицитными, так что министр финансов Коковцов принял решительные меры по подготовке почвы к размещению во Франции займа в 1,2 млрд франков для погашения обязательств. Переговоры шли с трудом, условия, выдвигаемые французами, были крайне тяжёлыми и опять—таки связанными с интересами русско—французского союза в период предвоенного обострения политической обстановки в Европе.
■ Коковцов был вынужден признать в письме министру иностранных дел Чарыкову: «Уже не первый раз мне приходится встречаться в вопросах денежных операций с такой точкой зрения, которую мне трудно совместить с политическим достоинством России и с отношением к ней Франции как союзницы...»
■ Важно подчеркнуть, что ни один крупный заём русского правительства не обходился без активного политического вмешательства и согласия французского правительства, о чём свидетельствуют публикации русских дипломатических документов. Займы успешно размещались на парижской, лондонской и иных биржах не только потому, что они приносили держателям большой процент, а банкам, кроме того, специальную прибыль, а ещё и потому, что они отвечали совершенно определённым политическим и военно—стратегическим соображениям союзников.
■ Важнейшей целью внешних займов была стабилизация курса рубля на базе золотого обращения, но иностранные биржевики укрепляли золотую валюту главным образом из политических расчётов и в надежде использовать многомиллионную русскую армию для достижения своих целей, не упуская при этом из виду и высокую сверхприбыль, получаемую из России.

■ В последние предвоенные годы правительство России пыталось решать свои задачи, не прибегая к внешним займам. Иностранные банкиры ещё давали деньги на производительные расходы, связанные с военно—промышленными нуждами (главным образом на строительство стратегических железных дорог), но отказывались давать их на покрытие дефицита в обыкновенных расходах. Так что «бездефицитный бюджет» становится краеугольным камнем финансовой политики, и, чтобы обеспечить его, правительство перешло к жёсткому сокращению расходов, при котором удовлетворение многих важнейших нужд государства, не относящихся прямо к военным потребностям, искусственно сдерживалось.
■ В расходной части бюджета сильно росли теперь только две графы: расходы по займам и военно—морские расходы. В 1910 году Коковцов писал: «Задолженность страны, сильно поднявшаяся во время последней войны (с Японией. — Ред.), не останавливается в своём возрастании и уже приближается к 9 млрд рублей; соответственно увеличиваются с каждым годом и расходы на платежи по займам... Эти неизбежные и обязательные для страны расходы, требуя ежегодной уплаты почти миллиарда рублей, несомненно, сильнейшим образом сокращают средства, предоставляемые на развитие производительных потребностей государства».
■ Как указывалось в специальном документе, предназначенном только для членов Совета министров, в действительности две статьи — платежи по государственным долгам и военные расходы — пожирали 56 процентов чистого расходного бюджета (без расходов на железные дороги и винную монополию). Что касается займов, то, как писал Коковцов, даже те из них, что были заключены на бесспорно производительные нужды, всё же приводили в конце концов к тому же результату, что и займы на непроизводительные нужды, то есть к расстройству государственного кредита и всего финансового положения страны. Отвергнув путь новых займов, правительство Столыпина—Коковцова стало финансировать в предвоенные годы все потребности страны за счёт бюджетных поступлений и введения новых налогов.
■ На первом месте в расходной части бюджета стояли расходы на армию и флот, стратегические железные дороги и порты. Причём большее внимание уделялось морскому флоту (о чём заботился уже упомянутый нами Григорович), а не сухопутной армии и её технической оснащённости (хотя готовились к войне именно с сухопутными силами Германии). В итоге за пять предвоенных лет расходы по Морскому министерству утроились, при этом Черноморский флот стоял в центре внимания.
■ Следующей по значимости статьёй расходов были платежи по государственным займам, опустошавшие народное хозяйство и подрывавшие основы финансовой системы страны. Если на платежи по займам шло 14 процентов госбюджета, то расходы на народное образование и всю систему просвещения за пять лет составили менее 3,5 процента. На душу населения в 1913 году на просвещение тратилось менее одного рубля, так что неудивительно, что грамотными в России были только 30 процентов населения.

■ Задолженность России породила накануне войны ещё одну, новую для неё проблему, в очередной раз продемонстрировавшую характер отношения к ней «союзных» держав.
■ В 1914 году внешний долг России (крупнейший в мире) составлял 6,5 млрд рублей. При этом 4,3 млрд руб. — это был государственный долг (3 млрд руб. — Франции), а остальные — частная задолженность (городские займы, торгово—промышленных предприятий, кредиты торговых фирм и коммерческих банков).
■■

■■
В.Н. Коковцов, председатель Совета министров (1911—1914) и министр финансов, выступал против новых займов за рубежом, стремился финансировать потребности страны за счёт бюджетных поступлений и введения новых налогов
■■
■ Между тем пассивный расчётный баланс, огромная задолженность и потребность торговли и промышленности в иностранной валюте вынуждали правительство держать за границей большой запас золота из эмиссионного обеспечения Госбанка. Большая часть золота хранилась во Франции и Германии, объём денежных расчётов с которыми был особенно велик. Безусловно, всё это лишало устойчивости всю денежную систему России и ставило вопрос о возможной конфискации в случае войны средств за границей.
■ Буквально накануне войны правительство перевело деньги из германских банков в союзные страны.
■ Однако с началом войны «союзные» банкиры не только перестали давать новые кредиты под государственные обязательства, но и стали чинить препятствия в расходовании принадлежавшей казне золотой российской наличности, находившейся на счетах иностранных займов.
■ При этом особые трудности сложились во Франции — главном «союзнике» России, где находилось почти 80 процентов всей свободной наличности (431 млн руб.). Опираясь на провозглашённый мораторий, французские банкиры фактически лишили Россию возможности располагать в желаемых размерах этими средствами, рассчитывая за счёт них покрыть большую задолженность русских акционерных банков, а последняя составляла тогда свыше 233 млн рублей (без долгов промышленных и торговых фирм).
■ Русское правительство отказалось оплатить задолженность частных банков за счёт своей золотой наличности, но французские банки проявили непреклонность и в итоге заморозили всю наличность русского правительства, которая была почти вдвое больше задолженности банков.
■ И хотя Комитет финансов России считал недопустимым использовать для погашения задолженности казённую валюту, он в то же время не мог остаться в стороне от разрешения этой проблемы, так как это мешало размещению военных заказов. Так что в итоге было признано полезным урегулирование вопроса «официальным путём» через МИД. Правительство выступило в роли своеобразного гаранта банков, признавая их кредитоспособными, но не могущими в условиях военного времени найти иностранную валюту. Правительство взяло на себя заботы не только о довоенных расчётах банков, но и о предоставлении им дальнейших кредитов иностранными банками под свою гарантию, а Французский банк открыл русскому Государственному банку кредит на покрытие краткосрочных долгов и обязательств, заключённых русскими банками и промышленными учреждениями на французском рынке.
■ Так «союзники» вновь продемонстрировали, что среди равных есть «более равные»...
■ Уроки из недальновидной финансовой политики российских императоров, как представляется, не утратили своего значения и в нашем XXI веке.

Первая публикация — 12.04.2013

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 671
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.08.13 15:20. Заголовок: Новая газета — С.В. Волков. Белый исход


Общество13—02—2013

Белый исход

Приморье — последняя страница сопротивления большевикам

■ Андрей Зубов, ведущий рубрики, доктор исторических наук, профессор МГИМО, ответственный редактор двухтомника «История России. ХХ век»:
■ Прошлой осенью исполнилось 90 лет со времени окончания боев в Приморье — последнего этапа Гражданской войны в России. Благодаря многочисленным публикациям, кинофильмам неплохо известна Белая борьба против большевиков на Юге, возглавлявшаяся сначала генералом Корниловым, потом Деникиным и Врангелем, и в Сибири — адмиралом Колчаком. Намного хуже известны последние попытки организованного сопротивления русских людей большевизму, последние действия Белой власти на русской земле летом и осенью 1922 года. Пожалуй, старшее поколение помнит только слова революционной песни про «штурмовые ночи Спасска, волочаевские дни». Молодежь не помнит и этого.
■ Во Владивостоке на берегу моря многие годы высится монумент красным партизанам, с боя взявшим Приморье. Но нет монумента тем людям, которые, сжав от отчаяния зубы, защищали от красных последний клочок русской земли и, если не легли в родную землю, погибнув в бою, ушли непокоренными в долгое, на всю оставшуюся жизнь изгнание. О них забыли. Их как бы и не было. Но настало время вспомнить. И не просто потому, что историю нельзя забывать. Ведь тогда, уже в полной безнадежности сопротивления новой «воровской рати», русские люди смогли сорганизоваться, избрать Земский собор, созвать ополчение. Не победа важна — важна готовность к сопротивлению. Этому учили и Шаламов, и Солженицын. Этот урок мужества и веры, который преподали отцы и деды, очень нужен нам сегодня.
■ Доктор исторических наук Сергей Владимирович Волков, один из лучших знатоков Гражданской войны, рассказывает об этом последнем акте Белой борьбы.

■■
01 02
■■
01 — В Хабаровском крае на Волочаевской сопке высится мемориал Красным партизанам, «с боя взявшим Приморье». Но нет монумента тем, кто защищал от красной напасти последний клочок русской земли; 02 — Михаил Константинович Дитерихс.
■■
После крушения белого Восточного фронта в Приморье 31 января 1920 года произошел переворот, приведший к власти те же самые силы, что взяли власть в ходе мятежа 24 декабря 1919 года в Иркутске, — коалицию левых партий во главе с эсерами при участии большевиков. Но если в Иркутске вскоре власть была передана непосредственно большевикам, то в Приморье дело обстояло иначе. Здесь еще оставались японские войска, которые хотя и не вмешивались в спор русских между собою, но являлись для большевиков весомым сдерживающим фактором.
■ Хотя левое («розовое») правительство было лишь ширмой, маскировавшей влияние большевиков (опиравшихся на красные партизанские отряды — единственную реальную вооруженную силу в Приморье), но присутствие японцев требовало «демократического» прикрытия, в качестве какового и выступало «Временное правительство Дальнего Востока — Приморская областная земская управа» (контролировавшее кроме Приморской Сахалинскую, Камчатскую, часть Амурской области и территорию КВЖД).
■ 06 апреля 1920 года большевиками была создана Дальневосточная республика (ДВР) со столицей в Чите — как буферное образование с целью избежать невыгодного им тогда открытого конфликта с Японией (правительство ДВР возглавил коммунист А.М. Краснощеков). 14 мая ДВР была официально признана РСФСР. Власть ее распространялась на территории Забайкальской, Амурской и Приморской областей. В декабре 1920 года правительство Приморской областной земской управы, не признававшее власти ДВР, было сменено Приморским областным управлением во главе с коммунистом В.Г. Антоновым.
■ После установления власти «розового» правительства в Приморье начались повальные аресты среди военнослужащих, особенно тех, кто участвовал в борьбе с красными партизанами. Страдали не только военнослужащие, но и мирное население края. Особенно ужасной была расправа в Николаевске—на—Амуре. После захвата этого уездного городка отрядом Тряпицына с 01 марта по 02 июня было убито свыше 6 тысяч человек — почти всё его население. В Сахалинской области 11 марта в бухте Де—Кастри был полностью перебит отряд полковника И.Н. Вица; на станции Верино и на мосту через реку Хор в апреле убито более 130 человек пленных, отправленных в Хабаровский концлагерь…
■ В ноябре 1920 года в Южное Приморье прибыли практически разоруженные части Дальневосточной Белой армии, разместившиеся в Раздольном и Никольск—Уссурийске. К этому времени весь случайный и мобилизованный контингент отсеялся. Остались в основном наиболее стойкие добровольцы, начинавшие борьбу еще летом—осенью 1918 года (подавляющее большинство их было родом из Поволжья, Прикамья, Урала и Западной Сибири).
■ Этот контингент был настроен продолжать борьбу: «Какой ужас — какая—то интернациональная шайка уничтожает нашу Мать—Россию, а мы бессильны помочь нашей Родине. Мысли о поисках работы и в голову не шли. Кусок соленой сушеной рыбы и кусок хлеба с кружкой воды были достаточны, чтобы выждать момент, когда мы сможем взяться за винтовку...» — вспоминал подполковник Федор Мейбом.
■ Ситуация усугублялась тем, что между «семеновцами» и «каппелевцами» (как по имени погибшего последнего главнокомандующего Восточным фронтом генерал—лейтенанта В.О. Каппеля стали называть пришедшие в Читу из—за Байкала части) существовал сильный антагонизм. В Приморье до отъезда Г.М. Семенова из России 13 сентября 1921—го сохранялись два независимых друг от друга высших органа управления войсками.
■ 26 мая 1921 года при благожелательном нейтралитете японцев во Владивостоке белым удалось произвести переворот и свергнуть «розовое» правительство. Советом Несоциалистического съезда было образовано Временное Приамурское правительство, которое возглавили братья Меркуловы.
■ Несмотря на свою малочисленность, армия не оставила надежды возобновить борьбу с большевиками, и в конце года ею был предпринят поход на Хабаровск. Предполагалось как минимум уничтожение партизан в Анучинском районе и захват у красных остро необходимой армии материальной части, а как максимум — поднятие антибольшевицкого восстания в Приамурье и Забайкалье. Не забудем, что 1921—й — год антибольшевицких восстаний в России. Крупнейшие из них — Тамбовское и Западно—Сибирское — к концу 1921 года еще не были подавлены, и небольшие, но правильно организованные и насыщенные офицерами войска Приморья спешили прийти на помощь восставшим.
■ Поход под руководством генерал—майора В.М. Молчанова начался успешно. В ночь на 13 ноября высадившимся десантом был взят порт Св. Ольги — морская база красных на побережье; к 25 ноября была разгромлена анучинская группа красных; к концу ноября занята станция Уссури. 4 декабря белые вступили в Иман. После этого Белые части пошли непосредственно на Хабаровск, который после еще ряда неудачных для красных боев был утром 22 декабря ими оставлен, а вечером того же дня в город вступили Ижевские части. 23 декабря белые одержали победы в боях у Владимировки и Покровки и через день заняли Волочаевку.
■ Таким образом, к 25 декабря Приморье было полностью очищено от красных. Однако поднять восстание в Приамурье не удалось. Население оставалось пассивным и, даже доброжелательно относясь к «белоповстанцам» (в Хабаровском походе реквизиций не было, за все исправно платилось деньгами), не спешило к ним присоединяться. Поступавшие пополнения из местного населения исчислялись лишь десятками человек — в основном казачьего. Основной причиной было неверие в возможность окончательной победы белых и опасение за свои семьи после возвращения красных. Да и слухи о том, что большевики изменили свою политику в отношении крестьянства, заменяют конфискации налогом (Совнарком обнародовал постановление о начале НЭПа 23 марта 1921 года), делали простодушных сибирских крестьян вновь лояльными красной власти.
■ К маю 1922 года во Владивостоке назрел конфликт между правительством и армейским командованием. Если год назад Меркуловы, опираясь на «каппелевцев», отказались допустить во Владивосток генерала Семенова, и «семеновцы» остались в оппозиции, то теперь, поссорившись с «каппелевским» командованием, они обратились за помощью к недавним противникам. Правительство 29 мая распустило оппозиционное ему Народное собрание, президиум которого обратился за поддержкой к командованию «каппелевцев». Командование потребовало отставки Меркуловых, но те, опираясь на Сибирскую флотилию контр—адмирала Юрия Старка и «семеновцев», объявили «каппелевцев» мятежниками. Дело шло к вооруженному противостоянию в стане белых. К тому же было объявлено об эвакуации в несколько этапов японских войск из Приморья. Красные партизаны заметно активизировались. Казалось, скорая и при том омраченная внутренней борьбой за власть развязка неизбежна.
■ Но белые нашли в себе силы к достижению примирения. Командование армии и президиум Народного собрания решили пригласить проживавшего не у дел в Харбине генерал-лейтенанта Михаила Константиновича Дитерихса, бывшего летом—осенью 1919 года Главнокомандующим армиями Восточного фронта. Прибывшему в начале июня во Владивосток Дитерихсу удалось примирить стороны, а 23 июля во Владивостоке открылись заседания Земского собора. В состав его помимо членов правительства и армейского командования вошли все наличные епископы, ректоры высших учебных заведений, по 1 члену от приходов и старообрядческих общин, все волостные старшины и атаманы казачьих станиц, по 1 от каждых 10 членов несоциалистических комитетов и беженских организаций и по 3 члена от каждого бюро профсоюзов.
■ 06 августа генерал Дитерихс был избран единоличным правителем Приамурского края, но еще до того собор принял весьма примечательное постановление о признании прав на осуществление верховной власти в России за династией Романовых и об обращении к вдовствующей императрице Марии Федоровне и Великому князю Николаю Николаевичу на предмет переговоров о приглашении одного из членов династии на пост Верховного правителя. Это был первый за годы Гражданской войны случай официального признания какой—либо властью на российской территории прав павшей династии.
■ Собор сознательно воспроизводил государственные формы начала XVII века, когда русские люди смогли успешно превозмочь Смуту. Опора на религию, соединение единовластья с выборным соборным началом были провозглашены основаниями новой русской жизни. В земельных отношениях для собора нормой был утвержденный правительствующим сенатом России «Приказ о земле» генерала Врангеля (июнь 1920 года), передававший всю арендуемую у помещиков землю крестьянам за символический выкуп.
■ Войска Временного Приамурского правительства были в августе переименованы в Приамурскую земскую рать, с прямой аллюзией событий Смутного времени. И тогда созданное русскими гражданами Земское ополчение противостояло «воровской рати» грабителей и насильников, как собственно русских, так и интервентов — поляков, шведов, крымцев.
■ Удивительно, как, уже сознавая близость трагического конца, надеясь разве что на чудо, русские граждане, сплотившиеся вокруг генерала Дитерихса, старались заложить основания правильной будущей государственности, воплощения которой, как думали многие из них, придется ждать еще многие годы.
■ Выступая на Национальном съезде в Никольск—Уссурийском 15 сентября 1922 года, генерал Дитерихс говорил: «Мы, господа, <…> богаты, мы сильны воздвигнутой Земским собором идеей, но мы совершенно нищи и совершенно беспомощны во всех остальных житейских началах и житейских пониманиях борьбы… Иностранцы сейчас смеются над нами, что мы поднимаем флаг не по силам нам. Неужели же в русской интеллигенции мы не найдем достаточно силы доказать, что русская интеллигенция может и делать. Раз она говорит, то должна делать!»
■ Эвакуация японских войск из Приморья началась 17 августа. Теперь рассчитывать на помощь и даже на доброжелательный нейтралитет какой—либо внешней силы не приходилось. Но Белое командование и в этой обстановке попыталось предпринять наступательные операции против красных. Дитерихс рассчитывал на крестьянское и казачье восстание в Забайкалье и Приамурье, на начало новой освободительной борьбы против большевизма, на принципах, провозглашенных Земским собором. К 1 сентября Земская рать насчитывала до 8 тысяч человек при 19 орудиях и 3 бронепоездах, в ней было около 1000 офицеров — мобилизация могла дать еще 4500 офицеров. Это была маленькая, но сплоченная сила, которая очень многое могла сделать при народной поддержке и ничего не могла без нее. Командующим армией («воеводой Земской рати») был сам Дитерихс, начальником штаба — генерал—майор Павел Петров.
■ В начале сентября части Земской рати совершили рейд по Приханкайлью, 7—10 сентября белые вели бои у станции Уссури, в конце сентября — в Анучинском районе. Но крестьянские восстания не поднялись в Забайкалье и Приамурье. Красные перебросили войска в Приморье и 04 октября начали наступление. 9—го они взяли Спасск, открыв себе путь в южное Приморье. Решающие бои шли 10—15 октября у Вознесенского и Монастырища. Через несколько дней красные заняли Никольск—Уссурийский и Гродеково и 19 октября вышли на подступы к Владивостоку.
■ Понимая невозможность дальнейшего сопротивления, Дитерихс отдал приказ об эвакуации. Все желающие покинуть Приморье могли это сделать на 35 кораблях Сибирской флотилии адмирала Старка или в пешем порядке, перейдя китайскую границу. Японцы, чтобы помочь эвакуации, предоставили свои транспорты. Эвакуация Владивостока началась с 21 октября 1922 года. Смогли выехать практически все желающие. В городе сохранялся полный порядок: сбежавшую полицию заменили офицеры добровольческого батальона. К вечеру 22 октября эскадра Старка, приняв на борт около 9 тысяч беженцев, вышла на внешний рейд и взяла курс на Посьет — последний русский город на границе с Кореей. Там она приняла на борт еще некоторое число белых войск, пограничную стражу. Утром 28 октября флотилия адмирала Старка вышла из Посьета на корейский порт Вонсан.
■ «Утро было мрачное, с сильным холодным ветром, который пронизывал до костей, но я не мог оторваться от удаляющейся родной земли, — вспоминал один из эвакуировавшихся молодых офицеров. — Там осталось все, чем я жил, все дорогое и святое для меня — Родина. Слезы невольно капали из глаз по щекам и падали на серую боевую шинель. Не выдержав, я упал на колени. Полилась из моих уст горячая молитва и клятва — бороться до конца моей жизни за освобождение моего народа и моей любимой Родины — России. Налетел шквал ветра и силой своей выхватил у меня фуражку из рук и бросил ее в родные воды. Поднявшись, я увидел, что не один я молился. В разных местах на палубе были разбросаны группы молящихся людей. Долго я стоял на палубе, прижавшись к пароходной трубе. Скрылись из глаз последние очертания берегов нашей Родины. Стало пусто на душе».
■ 31 октября корабли прибыли в Вонсан. Через несколько дней туда же подошел шедший непосредственно с побережья отряд капитана 1—го ранга А.В. Соловьева, а еще позже — канонерская лодка «Магнит» с Камчатки. Из Вонсана, оставив на берегу большую часть войск, флотилия направилась на юг Кореи — в Пусан, а затем в Шанхай, откуда 04 января 1923 года вышла на Филиппины. Большинство войск Дальневосточной группы оставалось в Вонсане до лета 1923 года, после чего 4 корабля с войсками казачьего генерала Фаддея Глебова прибыли в Шанхай.
■ 26 октября Владивосток был оставлен Земской ратью. Уходило в пешем строю около 12 тысяч человек, в том числе до 700 женщин, 500 детей и 4 тысяч больных и раненых. Кавалерийские части, следовавшие в арьергарде, сдерживали шедшую по пятам красную кавалерию. 3 ноября 1922 года, через пять лет после начала Белого движения в России, последние белые воины отступили за границу. Всего в Китай ушло в эти дни из южного Приморья около 20 тысяч человек.
■ «Серое осеннее утро 2 ноября 1922 года, — вспоминал подпоручик Серафим Рождественский. — Наш дивизион бронепоездов Земской рати в пешем порядке вытянулся на дорогу из русского Хуньчуна, вернее, из здания русской таможни и пограничного поста, направляясь в сторону китайской границы и города Хуньчуана. Кругом голые сопки, а позади синели в дымке горы. Там — наш Посьет, Ново—Киевское, а еще дальше, через залив, — Владивосток. Там оставленная нами родина…» В ту первую ночь в изгнании Рождественский не мог уснуть: «Я вышел на улицу. У дороги на Хуньчун были слышны крики и скрип арб и телег. Это увозили в крепость наше оружие. Всё небо было в звездах. Стало холодно, но уходить не хотелось. Смотрел туда, где Россия. Но там было темно… Я вернулся в фанзу. Все уже спали. Лишь у котла сидел дневальный — молодой доброволец, «уфимский стрелка» — башкир Валлиулин. Он философствовал: кисмет наш таков — отступать. Уфу отдавали, из Омска ушли, Читу сдавали, а сейчас из Приморья ушли. Неожиданно он тихо засмеялся: «Знаешь, ведь ученые говорят, что наша земля — шар. Так вот неизвестно, кто за кем гоняется по шару: мы или красные. Но Валлиулин знает одно: «Где мы, там и Россия с нами…»
■ В китайских казармах располагался штаб генерала Дитерихса. Когда через несколько дней после оставления России подпоручик Рождественский зашел в штаб навестить своего друга Каратаева, прикомандированного к штабу Дитерихса, он заметил в комнате у постели генерала две большие иконы. «Генерал узнал меня и пригласил на чай. Перед чаем Михаил Константинович Дитерихс вдруг обратился ко мне и к Каратаеву: «Господа, давайте вместе помолимся». — И генерал, встав на колени, отчетливо прочитал молитву. — Все мы великие грешники, — говорил за чаем генерал. — Да, да, грешники. Вот и наступила расплата за все наши грехи. И теперь всё наше спасение в молитве… — Генерал выглядел измученным и состарившимся…»
■ Все, перешедшие сухопутную границу, в середине декабря были переведены в Гирин, где в феврале 1923 года размещены в лагерях. Закрылась последняя страница Белой борьбы в России.

■ Автор: Сергей Волков

Первая публикация — 15.02.2013

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 716
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.08.13 14:50. Заголовок: Свободная пресса — Ю. Рябинин. У границ земли дальневосточной


18 августа 2013 года | Юрий Рябинин

У границ земли дальневосточной

75 лет назад состоялось сражение у озера Хасан

Семьдесят пять лет назад случились два непосредственным образом связанные между собой события: произошло сражение русских с японцами у озера Хасан, и вскоре был отстранен от должности и казнен командующий Дальневосточным округом маршал В.К. Блюхер.


30 июля 1938 года советские газеты вышли с сообщением ТАСС на первой странице:

Японская военщина продолжает свои провокации

29 июля с.г. в 16 часов, севернее высоты у озера Хасан, на которую, как известно, японское правительство недавно предъявило необоснованные претензии, — два японо—маньчжурских отряда перешли советскую границу и попытались овладеть высотой, расположенной в двух километрах севернее названной высоты у озера Хасан.

В результате принятых нашей пограничной охраной мер японо—маньчжурцы были полностью выброшены с советской территории. С обеих сторон имеются убитые и раненые.

■ Действительно, нарушители границы после непродолжительного боя убрались восвояси, но это была лишь проба сил, или, как говорится у военных, разведка боем. Главные схватки, принесшие крошечному уссурийскому озерцу мировую известность, были впереди.
■ Война начинается отнюдь не с первого выстрела. Военные действия лишь кульминация конфликта. Или вернее даже развязка. Самый же конфликт вызревает, нарастает порою многие годы до того, как он разразится вооруженным столкновением.
■ К моменту описываемых событий Япония уже полвека почти беспрерывно воевала с соседями, причем неизменно успешно: в войне 1894—1895 просто—таки сокрушила Китай, в войне 1904—1905, хотя так и не одолев русскую армию в многочисленных сражениях, все—таки вытеснила Россию из Маньчжурии, а Корею вообще оккупировала и аннексировала, в 1931 уже нисколько не чинясь и не считаясь с мировым сообществом, оккупировала целиком Маньчжурию, отторгла ее от Китая и объявила новым государством — Маньчжоу—Го, наконец в 1937 начала большую войну против оставшейся части Китая, намереваясь окончательно закрасить на карте эту гигантскую территорию в свой японский цвет.
■ Все эти успешные кампании, естественно, не могли не вызвать на островах головокружения: нам нет равных! наше оружие сильнейшее в мире! с нами сама Аматерасу! и т.п.
■ Китай встретил нашествие, действительно, одной из сильнейших армий в мире буквально чингисхановым оружием. «Красная звезда» как—то опубликовала фотографию, на которой были изображены бравые китайские воины вооруженные… обоюдоострыми мечами. И вот с таким сверхоружием армия Поднебесной противостояла новейшим танкам «рено», скорострельным пушкам и армадам бомбовозов.
■ Вскоре после начала войны Китай обратился за помощью к Советскому Союзу. И между двумя странами был подписан договор о ненападении, немедленно названный в Токио «величайшей угрозой Японии». В соответствии с договором СССР предоставлял Китаю значительный кредит для закупки последним русского же оружия. И затем из Одессы в Гонконг пошли один за другим суда, нагруженные танками, пушками, стрелковым оружием. Через Среднюю Азию в Китай были отправлены прославленные герои испанской войны — истребители И—15 и И—16, а также бомбардировщики ТБ—3.
■ Так война для японцев приняла новый оборот: она больше не была для них легкой прогулкой. Армия микадо стала нести существенные потери. А в воздухе так вообще утратила свое былое господство. У китайцев практически отсутствовал летный состав. И тогда они обратились к советскому правительству позволить участвовать в войне русским добровольцам—пилотам. Таковых оказалось немало. В чем японцы вскоре смогли убедиться. Их налеты на китайские города и деревни перестали оставаться безнаказанными: то и дело теперь японские летательные аппараты, после встречи с русскими «ишаками», отправлялись догорать в гаолян. А после жестокого воздушного боя у города Ухань 18 февраля 1938, где японцы потеряли двенадцать аэропланов, они потом целых два месяца не смели подняться в воздух на этом участке фронта. Китайцы же, увидев, как воюют сталинские соколы, по—восточному цветисто стали называть их «мечами справедливости».
■ Разумеется, японцы прекрасно знали, кто стоит за этим китайским военным чудом. Тогда у них и возникла единственная пламенная страсть как можно скорее «проучить Россию».
■ Японцы имели богатый опыт противоборства с русскими. В их армии, даже спустя тридцать с лишним лет, среди командования были еще участники войны 1904—1905. А уж участников интервенции 1918—1922 вообще еще служило предостаточно. И, очевидно, эти бывалые воины строили свою стратегию в отношении России по сложившимся на опыте тех войн стереотипам. Они помнили, в чем их сильная сторона: никогда не выигрывая у русских в конных схватках или в артиллерийских дуэлях, японцы почти всегда брали верх в яростной пешей атаке. В результате оказались в 1905 году победителями.
■ Вот и теперь, убедившись, что о победах в воздухе им нечего и думать, и, вероятно, с новой русской кавалерией — танковыми войсками — японцам так же не следует иметь дела, как они избегали тридцать лет назад сталкиваться на полях Маньчжурии с казаками, убедившись во всем этом за время войны в Китае, стратеги микадо пришли к выводу, что им остается использовать против «большевиков» единственно проверенный надежный прием — штыковой удар с неистовым «банзаем». Только нужно найти удобное место для осуществления такого маневра, выбрать подходящее время и подготовить его моральное обоснование.
■ С этих пор японцы принялись усердно и добросовестно провоцировать русских на всем протяжении гигантской советско—японской границы — и сухопутной (в Маньчжурии), и морской. Пограничники отлавливали всякого рода нарушителей сотнями. Один Карацюпа с верным Индусом за годы своей службы задержал по разным подсчетам от почти 500 до 600 человек. Из них значительная часть пришлась на время обострения отношений с Японией.
■ Особенно вызывающе японцы вели себя на море. Но тут понятно: после Цусимы они вообще мнили себя владыками морскими и считали, что русским место только где—нибудь в глубине Азиатского континента. Японские военные корабли совершенно беззастенчиво то и дело входили в советские территориальные воды. Когда же русские гражданские суда оказывались в японских водах, как, например, севший в кромешной тьме на мель где—то в Лаперузе «Рефрижератор № 1», японцы не то что не помогали терпящем бедствие морякам, — они их неизменно арестовывали, окружая затем истинно гестаповским гостеприимством.
■ Конечно, при таком поведении сопредельной стороны конфликта не могло рано или поздно не произойти.
■ Моральным же его обоснованием занялись дипломаты. 15 июля 1938 к наркому иностранных дел СССР М.М. Литвинову явился японский поверенный в Москве г. Сигемицу и безапелляционно потребовал отвода русских войск с западного берега озера Хасан, объясняя японские претензии тем, что—де по японскому мнению граница между Россией и Маньчжоу—Го проходит по противоположному восточному берегу Хасана.
■ Так впервые в политическом лексиконе появляется это, ставшее вскоре всемирно известным, географическое название. Озеро Хасан находится на самом стыке границ трех государств — России, Кореи и Китая. В атласе его бесполезно искать, потому что показать столь незначительные водоемы можно разве на картах топографических. Площадь озера составляет чуть более двух километров. Для сравнения вспомним, что невеликое Плещеево озеро в Ярославской области, тоже далеко не на все карты попадающее, имеет площадь в 51 км кв.
■ Нарком Литвинов предъявил послу протокол Хунчунского соглашения между Россией и Китаем, подписанный 26 июня 1886. Там говорилось, что русско-китайская «граница идет на северо-запад по горам по западной стороне озера Хасан». К протоколу прилагалась карта, вполне подтверждающая текст: линия границы там действительно была проведена по вершинам расположенных чуть западнее Хасана сопок Заозерной и Безымянной.
■ И как же возразил наркому посол? — он заявил, что государство Маньчжоу—Го, появившееся относительно недавно, исполнять какие—то допотопные и к тому же чужие соглашения отнюдь не обязано. Раз у России появился на Дальнем Востоке новый сосед, ей теперь нужно с этим соседом заключать и новое соглашение.
■ На эту невиданную в истории международных отношений постановку вопроса Литвинов отвечал, что отпадение от соседней страны куска территории и образования на нем нового государства не является заботой России. Всякое новое государство, возникшее на месте старого, наследует и внешнеполитические соглашения своего предшественника. Во всяком случае, Россия не намерена пересматривать свои соглашения по границам на Дальнем Востоке, как и любом другом месте. На этом советский нарком закончил аудиенцию. Стороны остались каждая при своем мнении.
■ А в этот же самый день — 15 июля, — когда в Москве дипломаты доказывали друг другу свою правоту, на границе, у озера Хасан, случилось то, чего не могло не случиться: от бесконечных японских провокаций у одного нашего пограничника, видно, сдали нервы, и он ответил очередному провокатору так, как и подобает отвечать военному при исполнении — пулей. Лейтенант Виневитин увидел, как на самом гребне Заозерной сопки с сопредельной стороны линию переходит какой—то военный. Имея приказ в таких случаях открывать огонь, наш ворошиловский стрелок сразил японца первым же выстрелом наповал.
■ Инцидент был немедленно расследован сторонами. Прежде всего, убитым оказался не совсем военный: это был японский жандарм. По русской версии, пуля настигла нарушителя, когда тот на три шага переступил черту, — невидимую, впрочем, условную. У японцев же имелась версия прямо противоположная: они утверждали, что потерпевший не дошел трех шагов до границы, не успел. А убийство гражданина другого государства, гуляющего хотя бы в шаге от разделительной линии, является агрессией против этого государства. И оно вправе отвечать на эту агрессию вооруженной силой.
■ Как видим моральное обоснование последующего вторжения с целью «проучить Россию», японцами было вполне реализовано.
■ 29 июля, как уже говорилось, две японские роты перешли границу и напали на сопке Безымянной на русский пограничный наряд численностью всего в одиннадцать человек. Пограничники стояли, что называется, на смерть, до последнего. Но, разумеется, удержать сопку эта горстка храбрецов была не в силах.
■ Но японцы не долго владели высотой. Услыхав перестрелку, к месту боя поспешил русский резервный пограничный отряд. Лихой штыковой атакой и гранатами этот отряд сбросил японцев с сопки и закрепился на ней: пограничники нарыли на самой вершине окопов, устроили пулеметные точки. Запомним этот пустячный эпизод с рытьем окопов на границе, потому что он станет началом падения командующего Дальневосточным фронтом маршала В.К. Блюхера, о чем будет сказано впоследствии.
■ Следующий день прошел тихо. Могло показаться, что японцы, получив от русских пограничников решительный отпор, угомонились.
■ На самом же деле неприятель, собравшись уже с немалыми силами, в этот день готовился к решительному наступлению.
■ И вот ранним утром 31 июля, после артиллерийского обстрела, два японских полка в густом тумане атаковали Безымянную и Заозерную сопки, захватили их и, огибая Хасан, продвинулись на четыре километра вглубь русской территории. Бой за сопки шел несколько часов. Но пограничники даже всеми имеющимися у них здесь силами на смогли удержать два пехотных полка.
■ Захватив эти сопки, японцы начали их основательно обустраивать. Они нарыли глубоких зигзагообразных траншей, настроили крепких блиндажей, артиллерию вкопали, причем сделали это таким образом, что точка, где стояло крупнокалиберное орудие, представляла собой маленькую крепость — площадку до десяти метров в диаметре, огороженную естественной земляной стеной, укрепленной камнями. Здесь же оборудовались и пулеметные гнезда. Кроме того, по склонам было устроено множество отдельных пулеметных точек, накрытых специальными стальными полусферами, способными иногда спасти пулеметчиков и от снаряда. Одним словом, японцы за два—три дня обжились на отбитых у русских сопках основательно. По всей видимости, отдавать их назад они не собирались ни в коем случае.
■ Ко 2 августа штаб Дальневосточного фронта собрал, наконец, у Хасана некоторые силы. В этот же день русские атаковали японские авангарды, продвинувшиеся восточнее Хасана, и вытеснили их на западный берег. Продолжать наступать и штурмовать исключительно укрепленные сопки Безымянную и Заозерную пока еще Красная армия не была готова. Штаб ДВФ продолжал подтягивать подкрепления. Впрочем, довольно вяло.
■ Тем временем продолжался дипломатический поединок СССР и Японии. Четвертого числа в наркомат иностранных дел вновь явился посол Сигемицу. По его словам, японское правительство имело намерение разрешить «инцидент» в районе Хасана «мирным путем, как локальный». Одновременно посол изложил проект своего правительства: военные действия прекратить, начать переговоры, а войска… оставить на тех позициях, которые они занимают к настоящему времени. Естественно Литвинов вежливо, но решительно отверг такой вариант. Он сказал, что советская сторона начнет мирные переговоры лишь тогда, когда последний японский солдат отойдет за кордон.
■ Тогда снова заговорили пушки. На следующий после переговоров в Москве день японцы обрушили на русские войска шквал артиллерийского огня. Причем стреляли не только те батареи, что были вкопаны на Безымянной и Заозерной, но и дальнобойные тяжелые пушки с территории Маньчжоу—Го. Ответ японцам был дан достойный. Дуэль, гром которой доносился до Владивостока, продолжалась около четырех часов. И, как обычно, японцы ее проиграли, — их артиллерия была подавлена.
■ А на другой день Красная армия начала решительный штурм неприятельских укреплений на западном берегу Хасана. С утра 6 августа стоял непроглядный туман. Наконец, около полудня прояснилось. И тут с востока раздался гул приближающейся воздушной армады. Десятки русских бомбардировщиков и истребителей обрушили на японцев огненный град. Любопытно, но противная сторона даже не попыталась этому невиданному налету противостоять своими воздушными силами. Будто у Японии вообще не было авиации. Вот настолько японское командование убедилось в невозможности борьбы с русскими в воздухе.
■ К самолетам присоединилась и артиллерия. Сразу два рода войск какое-то время перепахивали неприятельские позиции и тылы. Казалось, на этом изрытом, выжженном пространстве не может уцелеть ничего живого. Но когда в атаку пошли русские танки и пехота, их встретил довольно приличный ответный огонь. Японцы отбивались отчаянно. Так что сломить их с первой атаки не удалось. К вечеру авиация повторила налет. И снова за Хасаном все крушилось и горело. После этого налета японская артиллерия отвечала уже слабо, — видно было, она понесла большие потери. И тогда опять в атаку бросились пехота и танки. Наступала грозная броня! Совсем стемнело. Но бой продолжался и ночью. Бойцы кричали «Ура!» и «Да здравствует великий Сталин!». Метр за метром они продвигались к вершине Заозерной. Танки давили гусеницами пулеметные гнезда, секли очередями неприятельскую пехоту. И вот враг не выдержал и побежал. Сопка взята! Утром все, как был в долине, увидели на Заозерной развивающийся красный флаг.
■ Японцы пытались отбить потерянные позиции. Да все безрезультатно. Они несколько раз, то днем, то ночью, бросались в остервенелые атаки, пронзительно визжа свой «банзай». Наши подпускали их почти до самых позиций и забрасывали ручными гранатами. И всякий раз японцы откатывались, неся значительные потери. Так продолжалось целых три дня. В районе Заозерной красноармейцы выдвинулись за линию границы на 300 метров. Но зато у Безымянной сопки, которую русским так и не удалось отбить, японцы вклинивались в нашу территорию почти настолько же.
■ Видя бесперспективность дальнейшего военного противостояния с СССР, Япония предложила заключить мирное соглашение и восстановить границу, существующую до начала конфликта. 11 августа в час тридцать дня мирное соглашение вступило в силу. Хасанский конфликт завершился на русских условиях. Японцы подумали и признали—таки незыблемость границ, определенных в Хунчунском соглашении 1886 года.
■ Всего в боях на озере Хасан принимало участие 38 тысяч японцев и 32 тысячи русских. Потери сторон составили: японцев, по их официальным сведениям — 500 убитых и 900 раненых; русских, по «рассекреченным» в последние годы данным — 865 убитых, 95 пропавших без вести и 3279 раненых.
■ В материалах о Хасанском конфликте, опубликованных в советских газетах июля—августа 1938 года бросается в глаза одна любопытная деталь: там практически не фигурирует командование Дальневосточным фронтом. Вот только один пример. Газеты этих дней просто забиты репортажами из разных уголков Советского Союза — с заводов, колхозов, каких-то артелей, строек. Все трудящиеся неизменно и гневно осуждают японских агрессоров и навыпередки восторгаются мощью Красной армии и мудростью советского военно—политического руководства — Сталина и Ворошилова. Но хоть бы какой—нибудь передовик—многостаночник или пастух—стахановец упомянул в своей пламенной речи командующего фронтом, сражающегося в эти самые минуты с ненавистным агрессором не на жизнь, а на смерть — легендарного героя гражданской войны маршала Блюхера. Это же главное действующее лицо конфликта с нашей стороны! Ничуть не бывало! Будто его народ не знает! Такое впечатление, что печать получила самое высокое указание не упоминать Блюхера. Значит, легендарный краском был заранее, заведомо в чем—то виноват, чем—то неугоден Москве. Понятное дело, если бы японцы разгромили русских у Хасана и захватили Владивосток, командующего можно было бы без церемоний брать на мушку. Но конфликт—то разрешился, какой ни на есть, но победой. А победителей, как говорят, не судят. Так за что же Блюхера сразу после Хасана вызвали в Москву и сжили со свету?
■ Понятно, прежде всего, Блюхер стал жертвой личной неприязни к нему царицынских братьев по оружию — Сталина и Ворошилова. В чем именно эта неприязнь состояла, вопрос скорее для романистов, а не для историков.
■ Поводом же, видимо, послужило то, что Блюхер в самом начале инцидента допустил бросить тень на безукоризненно честные, истинно благородные внешнеполитические намерения советского государства. А эти намерения всегда исходили из провозглашенной на весь свет декларации, что—де мы в свою землю не пустим никого ни на вершок, но и в чужую не вступим ни на пядь. Литвинов при встречах со своим японским оппонентом постоянно это подчеркивал. Но — верно! — что можно дипломату, никак не годится делать военному.
■ Когда русские пограничники, демонстрируя свое право на западный берег Хасана, нарыли окопов на вершине Безымянной, Блюхер приказал своим подначальным взять рулетку и поехать замерить, не слишком ли близко к границе пограничники наделали укреплений. А то, если чересчур близко, это может дать неприятелю повод упрекнуть русских в провокационном поведении. Комиссия Блюхера забралась на сопку, сняла замеры и оказалось — о ужас! — русский окоп заехал на полтора аршина на сопредельную территорию! Скорее всего, этой «провокации» не заметили бы и сами японцы. Но Блюхер для чего—то поспешил широко обнародовать факт нарушения государственной границы с нашей стороны. И не кем—нибудь, а самими пограничниками! Вот ведь мы какие порядочные, великодушные славяне! Для японцев это была редкостная удача: мало того, что русские стреляют по мирным жандармам, прогуливающимся на своей стороне рубежа, так еще строят за пограничной линией оборонительные укрепления, по собственному признанию, воздвигают там бастионы! Вот оно их большевистское коварство!
■ Так Василий Константинович Блюхер удружил безупречной советской внешней политике. Так благородный маршал начал воевать — сразу с морального поражения! А уж такой мелочи, как концентрация Блюхером войск у Хасана только через неделю после начала конфликта, можно вообще не придавать значения, — русские, как известно, всегда долго запрягают.
■ Василий Константинович трагически закончил свою славную во всех отношениях жизнь. Но его мученическая кончина уж точно никак не преступление сталинского режима. Скорее несчастный случай.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 717
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.08.13 15:11. Заголовок: Свободная пресса — С. Беляков. Шведское Бородино


18 августа 2013 года | Сергей Беляков

Шведское Бородино

Сергей Беляков о скандинавских подвигах Барклая—де—Толли и Багратиона

«Свободная пресса» продолжает серию публикаций военно-исторических очерков «Русская победа». Серия посвящена знаменательным сражениям отечественной армии.


Слышали вы когда—нибудь про битву при Оровайси? Не все профессиональные историки знают о ней. А ведь современники сравнивали битву с Бородинским сражением.
■ «Дрались беспрерывно с 7—ми часов утра до 12—ти вечера в стрелках, колоннами, в шанцах, на штыках и в ручную схватку. С обеих сторон все были в деле, от генерала до солдата».
■ Битва при Оровайси (2 сентября 1808—го) была еще не самым значительным событием Русско—шведской войны 1808—1809 годов.
■ Вот уж воистину, незнаменитая война. Об этой войне в учебниках истории пишут мало. Что там учебники, когда сам Василий Осипович Ключевский в своем знаменитом курсе русской истории войну упомянул лишь мимоходом. Сергей Федорович Платонов в почти столь же знаменитом «Полном курсе лекций по русской истории» едва пару слов сказал о присоединении Финляндии к России.
■ Уже в конце XIX века у нас стали стесняться завоевательных войн, а последняя русско—шведская война была завоевательной. Но все значительные государства созданы завоевательными войнами. И современная Франция, и современная Великобритания, и США. Наполеон Бонапарт прославился почти исключительно завоевательными войнами. Так стоит ли русским стесняться своих побед? Не лучше ли вспомнить храбрость, мужество, военную доблесть своих предков.
■ А доблесть была просто изумительной.
■ Швеция тогда владела всей Финляндией и Аландскими островами. И Россия решила Финляндию у шведов отнять: расширить границы империи и отодвинуть границу подальше от Петербурга. Шведская опасность для имперской столицы была реальностью. Дважды, в 1741—м и 1788—м шведы нападали на Россию, рассчитывая взять реванш за поражение в Северной войне. В 1741—м пытались воспользоваться чередой дворцовых переворотов, а в 1788—м Русско—турецкой войной, когда почти все русские войска были под Очаковым, в Молдавии и на Кубани. Оба раза шведов победили, но не разбили окончательно. В 1808—м время пришло.
■ Сначала русские недооценили противника. Всю Финляндию пытались захватить при помощи трех дивизий. У шапкозакидательства были некоторые основания. Русские войска хотя и были потрепаны недавней войной с Наполеоном, но оставались по—прежнему грозной силой. В полках было много ветеранов суворовских походов, привыкших побеждать противника не числом, а умением. В несколько недель русские заняли почти всю Финляндию. Но вскоре шведы подтянули подкрепления, а в завоеванной Финляндии против русских вспыхнула народная война.
■ Финны привыкли к шведской власти и не собирались менять ее на русскую. Воевали не только за родину, но и за веру. В народе пошли слухи, будто бы русские собираются вовсе искоренить лютеранство. Слухи тем более фантастические, что среди офицеров русской армии было много немцев—лютеран. Лютеранином был и сам главнокомандующий Фридрих Вильгельм фон Буксгевден (русские называли его Фёдором Фёдоровичем).
■ Шведы и финны оказались достойными противниками русских, они не уступали им даже в штыковом бою.
■ На пути русских финны жгли деревни, склады с продовольствием, заваливали дороги камнями и бревнами. Ожесточение финнов было необыкновенным. Они устраивали засады, нападали на русские гарнизоны. Если финским партизанам случалось захватить русский госпиталь — раненых безжалостно убивали. Пленных русских и, особенно, донских казаков сжигали на кострах или живьем закапывали в землю.
■ Будущий известный литератор Фаддей Булгарин рассказывал, как их отряд остановился в одном поместье. Хозяева приняли русских холодно, но вежливо. И один из офицеров решил пошутить: предложил хозяйской дочке выйти за красивого русского офицера: «Вообразите наше удивление: девочка побледнела, как полотно, задрожала всем телом и, сжав зубы и грозя кулаком, сказала по—шведски: «Смерть русскому!» Отец улыбнулся, а мать поцеловала девочку, и увела в другую комнату. Разумеется, что девочка выражала чувства родителей, и повторяла, что слышала…»
■ Выиграть войну у восставшего народа очень трудно. Русским оставалось рассчитывать только на мужество своих солдат и на искусство полководцев. В русско—шведской войне участвовали будущие герои 1812 года: Багратион, Барклай—де—Толли, Николай Раевский, Тучков 1—й, Орлов—Денисов, Денис Давыдов, но более других в этой войне отличились Яков Кульнев и Николай Каменский.
■ Графу Каменскому было только тридцать два года, но он уже успел прославиться в Швейцарском походе Суворова. Когда французы разрушили часть Чёртова моста, русские офицеры, в том числе и Каменский, стали связывать разбитые доски собственными шарфами. Возможно, из—за этого случая Каменский и получил позднее прозвище «чёртов генерал».
■ Каменский получил командование одной из дивизий, когда шведы и финны уже освободили почти всю страну. Русские держались только на побережье. В нескольких ожесточенных сражениях Каменский разбил шведов и финнов, причем он сам водил войска в штыковые атаки.
■ Яков Кульнев, знаменитейший гусарский командир, по словам Булгарина, «был правой рукой и глазом графа Каменского».
■ Шведы прозвали его «будильником», потому что Кульнев часто заставлял их арьергард или авангард подниматься, чтобы отбить неожиданную атаку. Русские сравнивали его с князем Святославом:
■ «В преследовании неприятеля Кульнев был неутомим: он беспрестанно был на коне, впереди с пехотными стрелками, первый в кавалерийских атаках. Он первый поднимал свой отряд, и последний предавался отдохновению. Он не любил квартир: ненастные дни и бурные ночи проводил всегда на биваках, возле огня, окруженный солдатами».
■ Каменский вытеснил шведские войска в Лапландию, но шведский король не шел на мирные переговоры, а покоренная Финляндия могла снова восстать. Нужен был решительный и неотразимый удар. Таким ударом стал беспримерный переход русской армии через Ботнический залив.
■ Пройти по льду залива из Финляндии в Швецию собирался еще царь Пётр в Северную войну, но помешала слишком теплая зима. Пришлось ограничиться морскими десантами.
■ В 1808—1809 годах о морских десантах не было и речи, потому что на Балтике господствовал союзный шведам английский флот.
■ Пришлось ждать зимы. Впрочем, все генералы, за исключением Багратиона, сомневались в самой возможности такого похода, не хотели рисковать жизнями солдат, тянули время.
■ Тогда в действующую армию приехал Аракчеев. По словам историка Евгения Анисимова, император Александр прислал его в качестве «живой дубинки» для генералов. Аракчеев и организовал подготовку этого похода.
■ Наступали тремя колоннами. Первая, самая северная, под командованием графа Шувалова наступала по берегу Ботнического залива. Центральная, под командованием Барклая—де—Толли, шла через залив на город Умео. Южная колонна князя Багратиона должна была оккупировать Аландские острова, а затем достичь побережья неподалеку от Стокгольма.
■ Войска Барклая ради маскировки даже костров не разжигали. Князь Багратион, больше заботившийся о солдатах, велел везти в обозе дрова для бивачных костров и еловый лапник для ночевки на льду, но и южной колонне наступать пришлось в исключительно тяжелых условиях. Март 1809—го был месяцем вполне зимним. Несколько дней в метель и мороз войска шли по льду, преодолевая торосы — нагромождения льда, напоминавшие застывшие волны.
■ «Если вы забыли географию, то скажу вам, что здесь ртуть термометра замерзает; я насилу дышу. …солнце, кажется, с ужасом взирает на опустошения зимы; едва явится и уже погружено в багровый туман, предвестник сильной стужи», — писал поэт Константин Батюшков, в ту пору — офицер лейб—гвардии Егерского полка.
■ Задачу войска выполнили, понеся совсем небольшие потери. Появление гусаров и казаков Кульнева недалеко от Стокгольма вызвало панику. Действия Шувалова и Барклая заставили капитулировать противника на севере Швеции. В стране случился государственный переворот, король был свергнут. Военные действия, перемежавшиеся с мирными переговорами, шли еще некоторое время, но судьба войны была уже решена беспримерным в истории военного искусства переходом.
■ А что же результаты войны? Самыми благоприятными они оказались… для финнов. Финляндия вошла в состав России, но не как губерния, а как государство — Великое княжество Финляндское. Его жители получили гражданские права, о которых русским еще сто лет оставалось только мечтать.

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 719
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.08.13 19:35. Заголовок: Свободная пресса — С. Беляков. Бородино при Молодях


17 августа 2013 года | Сергей Беляков

Бородино при Молодях

Сергей Беляков о битве под Москвой в эпоху Ивана Грозного

«Свободная пресса» продолжает серию публикаций военно-исторических очерков «Русская победа». Серия посвящена знаменательным сражениям отечественной армии.

Битва При Молодях. Корецкая Сандра Сергеевна
Историки сравнивают пятидневную Битву при Молодях (29 июля — 2 августа 1572 года) с Бородинским сражением. Но сравнение неуместно. Битва при Молодях несравненно значительнее.
■ В XVI веке Османская империя находилась в зените своего могущества. Турки уже завоевали Балканы и покорили почти все восточное Средиземноморье. Они все дальше углублялись уже в Центральную Европу, захватывая последние хорватские и венгерские крепости, разбивая войска римско-германского императора. Не было в Европе пехоты лучше османских янычар. Не было артиллерии сильнее турецкой.
■ После смерти султана Сулеймана Великолепного власть над империей перешла к его ничтожному сыну Селиму II, но внешней политикой руководил умный и энергичный Мехмед—паша Соколлу (исламизированный серб Соколович). Под его руководством продолжалось наступление турок на христианский мир. В 1569 году большое турецкое войско в союзе с конницей крымского хана отправилось в поход на Астрахань. Но эта кампания окончилась для турок катастрофой. Почти все турки погибли в степях между Доном и Волгой: от голода, от жажды, от сабель русских ратников князя Серебряного и казаков Михаила Вишневецкого.
■ Удачнее воевали крымские татары. В мае 1871 года крымский хан Девлет—Гирей вместе с большим войском вышел к Москве. Иван Грозный так перепугался, что бежал сначала аж в самую Вологду, а затем еще дальше — в Кирилло—Белозерский монастырь. Оборону города возглавил боярин Иван Бельский. Татарам город взять не удалось, но они зажгли московские посады. За несколько часов огромный и почти целиком деревянный город сгорел. Это был четвертый и последний раз, когда татарам удалось сжечь Москву.
■ Девлет—Гирей писал русскому царю: «Я везде искал тебя, в Серпухове и в самой Москве но ты бежал из Серпухова, бежал из Москвы — и смеешь хвалиться своим царским величием, не имея ни мужества, ни стыда!»
■ Татары в том году привели в Крым не менее 10 000 пленных — рабовладение и работорговля процветали тогда в Крымском ханстве. Рабов (русских, поляков, русинов) продавали в Турцию, или использовали тут же, в Крыму. Должен же был кто—то заниматься ремеслами, разводить сады, пасти скот, пока татары совершенствовались в стрельбе из лука или фехтовании кривой саблей.
■ Успех окрылил хана. В 1572—м Иван Грозный уже собирался отдать ему Казань и Астрахань, но планы хана простирались гораздо шире. Отправляясь в поход, он заявил, что едет в Москву «на царство». Ивана Грозного хан собирался на веревке привести в Крым, а сам решил стать новым Батыем — покорить русские земли. Он уже распределял их между своими мурзами.
■ В июле войско Девлет—Гирея, сметя пограничные заставы, приближалось к Москве. Численность войска установить трудно: цифры расходятся от 50 000 до 120 000. Помимо татарской и ногайской конницы, в войске был большой корпус янычар и турецкая артиллерия — для осады Москвы.
■ Армию крымского хана принято называть ополчением, но это слово не вполне уместно. В сущности, каждый взрослый крымский татарин был профессиональным воином, великолепным кавалеристом и стрелком.
■ Что им могла противопоставить Россия, ослабленная долгой Ливонской войной и террором Ивана Грозного, правителя, который начал войну против собственного народа и брал русские города (Тверь, Торжок, Новгород) как вражеские?
■ Летом 1572 года князь Михаил Воротынский, начальник всей русской сторожевой и станичной службы, мог выставить немногим более 20 000 воинов. Панцирную конницу составляли бояре и дети боярские со своими холопами, пехоту — стрельцы, а также наемники — немцы, черкасские, каневские и донские казаки.
■ В арсенале русских войск была и подвижная крепость — гуляй—город. Он состоял из щитов в полбревна шириной, с амбразурами для пушек и пищалей. Щиты перевозили на телегах. Их могли, при необходимости, превратить в сплошную двойную стену, а могли использовать для круговой обороны. Гуляй—город сыграет в битве под Москвой решающую роль.
■ Михаил Иванович Воротынский большую часть своей шестидесятилетней жизни воевал, преимущественно против татар. Это он, а не Иван Грозный, был фактическим руководителем осады Казани в 1552 году. Воротынский был и создателем первого в России устава пограничной («станичной и сторожевой») службы.
■ Знатностью происхождения Михаил Иванович не уступал самому царю Ивану. Воротынские были прямыми потомками стольных Черниговских князей — Ольговичей, наследников упомянутого еще в «Слове о полку Игореве» Олега Святославича, внука Ярослава Мудрого.
■ Понимая, что в открытом бою с татарами устоять будет трудно, Воротынский занял оборону вдоль Оки, укрепив ключевые крепости — Тарусу. Калугу, Каширу. Основные силы русских стояли в Серпухове.
■ Первую попытку татар переправиться через Оку отбил Сторожевой полк Ивана Шуйского. Но в ночь на 28 июля двадцатитысячная ногайская конница Теребердей—мурзы сумела перейти реку у Сенькина брода, разбив охранявший переправу отряд из 200 детей боярских. За ногайцами переправились и главные силы крымского хана. Таким образом, татары обошли русских и двинулись на Москву. Русские пошли следом.
■ 29 июля князь Дмитрий Хворостинин, командовавший Передовым полком (4500 человек), атаковал татарский арьергард (12 000) недалеко от деревни Молоди, что в 45 верстах от Москвы. Татарская конница развернулась в лаву, а Хворостинин со своими людьми начал отступать и вывел татар прямо на гуляй—город. Русская конница ушла вправо, а стрелки и пушкари гуляй—города в упор расстреляли крымцев. Татары отступили, понеся огромные потери. Крымский хан теперь уже не решился наступать на Москву, не разбив предварительно русское войско.
■ 30 июля татары, ногайцы и турки атаковали русских. Основные силы князя Воротынского (Большой и Передовой полки) стояли в гуляй—городе, который располагался на вершине холма. Прочие полки прикрывали фланги и тыл. Бой продолжался целый день, но русские отбили все атаки.
■ 31 июля войска крымского хана вновь пошли на штурм гуляй—города, и вновь были отбиты с большими потерями. В сражении погиб Теребердей—мурза.
■ 01 августа начался генеральный штурм русских позиций, но и он не принес успеха. Большая часть янычарской пехоты погибла, а татарская конница была мало приспособлена к штурму укрепленных позиций. Тогда Дивей—мурза, фактически руководивший крымским войском, решил взять русских в осаду. Он знал, что русские в гуляй—городе уже режут и едят лошадей, что даже раненым не хватает воды. Позиция русских была удобна для обороны, но длительной осады они бы не выдержали. Чтобы лучше блокировать русских, Дивей—мурза сам поскакал делать рекогносцировку, но военное счастье ему изменило: русские сделали вылазку и один ратник из Суздаля захватил мурзу в плен. Татары лишились своего лучшего полководца.
■ 02 августа крымский хан велел татарам спешиться и бросил их на гуляй—город. Пока русский наряд (артиллерия) и немецкие наемники под командованием князя Хворостинина расстреливали атакующих, Михаил Воротынский с основными силами совершил искусный маневр, обошел татарское войско и ударил по нему с тыла. Татары в панике бежали, русские преследовали их до самой Оки, при переправе через которую погибло много татар. Большая часть громадного крымско—ногайско—турецкого войска была уничтожена.
■ Москва торжественно встретила героя — Михаила Воротынского. А через год его, лучшего русского военачальника, Иван Грозный обвинит в чародействе и будет лично пытать. Мужественный князь выдержит пытки и умрет уже по дороге в ссылку.

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 720
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 0
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.08.13 20:33. Заголовок: Свободная пресса — С. Беляков. Примирение под дулами русских пушек


03 марта 2013 года | Сергей Беляков

Примирение под дулами русских пушек

Сергей Беляков о битве за Трансильванию

«Свободная пресса» продолжает серию публикаций военно-исторических очерков «Русская победа». Серия посвящена знаменательным сражениям отечественной армии.


«Что ребята, хорошо вас немцы кормили?» — спросил русский полковник.
«Хорошо, ваше высокоблагородие!» — отвечали солдаты.
«Так докажите же, что вы умеете благодарить. Постойте за них».
■ И русские пошли в бой — спасать от гибели немцев, румын, сербов, хорватов и всю Австрийскую империю. Русские спасли от геноцида несколько европейских народов и навели порядок в стране, которая могла стать Югославией XIX века. За это русских до сих пор повсюду, и, в первую очередь, в российских школах и университетах, называют «душителями свободы».
■ А дело было так. Австрийской империей правил император из династии Габсбургов, а в составе империи находилось Венгерское королевство. И венгерским королем был, по совместительству, все тот же австрийский император. Венграм это давно не нравилось. В 1848 году почти по всей Европе начались революции. И венгры решили, что их час настал. Они взбунтовались, создали собственную армию и начали строить независимое государство. Венгерское, национальное. В 1849 году Венгрию объявили республикой, а ее первым президентом стал вождь революции, этнический словак, но убежденный венгерский националист Лайош Кошут. Его авторитет был непререкаем. Тогда говорили, будто шляпа Кошута «весит больше, чем короны всех королей, вместе взятые».
■ Только вот беда: венгры в своем национальном государстве составляли всего 38 процентов населения. Но прав других народов они не признавали. Поэтому хорваты и сербы, словаки и румыны, немцы и евреи должны были ходить в венгерские школы, говорить по—венгерски и не вспоминать лишний раз о своем происхождении, своей культуре и своих правах. Венгрия для венгров.
■ И тогда началась война. Хорваты, с разрешения австрийского императора, создали свою армию и попытались самостоятельно расправиться с венгерской революцией, но венгры их разбили, как разбили и воеводинских сербов.
■ Самая страшная, самая кровавая война развернулась в Трансильвании. Сейчас эта страна уже давно принадлежит Румынии, но в 1849 году румынского государства и в помине не было, а венгры считали Трансильванию частью своей страны.
■ Многонациональная Трансильвания никогда не была плавильным котлом. Населявшие ее народы — венгры и родственные им секеи (секлеры), немцы (саксы), румыны (валахи) жили замкнуто, даже смешанные браки были здесь большой редкостью. Национальную рознь дополняла религиозная: немцы исповедовали лютеранство, румыны — православие, венгры — католицизм.
■ Многочисленные румыны были, в большинстве своем, бедными крестьянами, а зажиточные немцы населяли города, которые носили явно не венгерские и не румынские названия: Кронштадт, Германштадт, Мюленбах. Но и немцы, и румыны страдали от воинственных венгров.
■ Надежды на австрийские правительственные войска не было: австрийцы совершенно утратили боевой дух и терпели от венгров одни поражения. Боролись с врагом собственными средствами, воевали за «доброго императора» и «румынскую Австрию». Румыны уходили в партизаны и при каждом удобном случае нападали на венгров, убивали их даже в церквях, венгры отвечали карательными экспедициями. Конфликт постепенно превращался в бесконечную межэтническую резню.
■ Русских офицеров, привычных к жестокостям Кавказской войны, все же потрясли картины этой страшной, беспощадной бойни, развернувшейся в просвещенной Европе: «Венгерцы мстили Валахам за их жестокости, как Валахи мстили Венгерцам по дороге от Карльсбурга на Торду; там были сожжены целые города, здесь очень многия деревни. Запустелыя дворы, обгорелыя стены, торчащие трубы, как мавзолеи на кладбище…», — писал русский офицер, участник похода.
■ Впервые русские войска вступили в Трансильванию зимой 1849 года. Их просто умоляли прийти на помощь и австрийские военные власти, и румынское православное духовенство, и немецкие бюргеры, которые боялись за свои богатые города, сохранившие верность империи. Русских пригласили именно для защиты городов Кронштадта и Германштадта. Но сил не хватало. И главные сражения развернулись уже летом, когда армия фельдмаршала Паскевича, любимца императора Николая I, вторглась в Венгрию, а русский экспедиционный корпус генерала Лидерса — в Трансильванию.
■ Паскевич в основном гонялся за небольшой венгерской армией, стараясь заставить ее капитулировать. По—другому развивались события в Трансильвании. С июня по август венгры дали русским 25 сражений. Венгерскими войсками в этой стране командовал поляк Юзеф Бем, прекрасный полководец и злейший враг России. Он воевал против русских еще под командованием Наполеона, потом был одним из руководителей польского восстания 1830 года, а теперь возглавил оборону Трансильвании.
■ Война показала полное превосходство профессиональной русской армии над венгерскими ополченцами, хотя последние были не только многочисленнее русских, но даже лучше вооружены. Однако дисциплина и боевая выучка бывает важнее ружей. Против казаков венгры вообще не умели воевать: одно их появление на флангах или в тылу тут же порождало панику. Именно в бою с казаками погиб знаменитый венгерский поэт—революционер Шандор Петефи. Как правило, русские теряли в сражении человек 50 или 100, а венгры — по несколько сотен, а то и две—три тысячи.
■ Кошут, понимая, что проигрывает войну, попытался примириться с румынами и даже издал закон, признававший права других наций Венгрии, но было поздно. Венгерские войска капитулировали спустя две—три недели.
■ Для венгров русские и в самом деле были оккупантами, но для всех остальных они стали освободителями, благородными и бескорыстными героями.
■ Немцы и ждали русских, и опасались их. Они представляли русских дикими азиатами, узкоглазыми монголоидами. Но вместо азиатских дикарей увидели стройных и красивых военных, приветливых и общительных, которые даже внешне совершенно не отличались от европейцев.
■ Теперь русских встречали цветами и музыкой: городские оркестры играли «Боже, царя храни!», навстречу солдатам выходили девушки в белых платьях, украшенных гирляндами цветов.
■ У нищих румын не было ни оркестров, ни дорогих нарядов. Но они встречали победителей даже радушнее и теплее, ведь русские принесли мир. Можно было оставить оружие, покинуть горные укрытия и вернуться к своим домам. Под дулами русских пушек нации примирились, межэтническая война угасла.
■ Пройдет всего четыре года, и Австрийская империя, спасенная русской армией от развала, превратится в злейшего врага России. В разгар Крымской войны австрийцы будут угрожать Российской империи и заставят ее держать у австрийской границы большую армию, которая так нужна была в Крыму. В России тогда впервые пожалели, что пролили русскую кровь за неблагодарных и вероломных австрийцев.
■ А может, и не надо было спасать Австрию и мирить ее народы? Конечно, не надо. Вряд ли мир в чужой империи стоил крови хотя бы одного русского солдата. И все—таки, если смотреть не с национальной, а с общечеловеческой точки зрения, то чего—то ведь стоили те десятки тысяч румын, немцев, сербов, хорватов, словаков, что были спасены русской армией? Их дети, уцелевшие от резни? Их дома, не сожженные картелями или партизанами?
■ Если бы война 1849 года шла в наши дни, а на месте русских пехотинцев и донских казаков оказались американские рейнджеры, то кампанию, несомненно, назвали бы миротворческой операцией. И все прогрессивное человечество рукоплескало бы миротворцам. И правильно. Если бы не русские, Венгерское королевство середины XIX века напоминало Балканы XX века.
■ Русские офицеры в 1849 году не считали себя душителями свободы. Уже в самом конце войны, 01 августа, неожиданно взорвался укрепленный замок Дева, где венгерские революционеры могли бы дать русским последний бой. Взорвали замок румынские партизаны, или случайная искра попала в пороховой погреб, до сих пор неизвестно. Но тогда, летом 1849—го, русские думали, что их хранит сам Бог.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 830
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.09.13 16:26. Заголовок: Военно—промышленный курьер — В. Есин. В зените холодной войны


История

В зените холодной войны

Поучительные уроки Карибского кризиса

Виктор Есин, генерал—полковник в отставке, кандидат военных наук, профессор АВН РФ

В середине осени 1962—го мир оказался на пороге очередного глобального вооруженного противоборства. Погрузиться в атмосферу тех лет, понять военно—политическую обстановку того времени поможет заключительная статья о событиях полувековой давности их непосредственного участника (Предыдущие публикации в №№ 41 и 42 газеты «ВПК»).

Созданный 16 октября 1962 года американским президентом Джоном Кеннеди специальный комитет при Совете национальной безопасности США предлагал начать операцию вторжения на остров Куба 29 или 30 октября.

Взаимные уступки

Агрессия неизбежно привела бы к развязыванию третьей мировой войны с неминуемым массированным обменом ядерными ударами. Возникшее противостояние, получившее впоследствии широкую известность как Карибский кризис, удалось ликвидировать 28 октября политическими средствами.

Москва и Вашингтон сделали шаг навстречу друг другу. Руководство СССР не только согласилось вывести баллистические ракеты и бомбардировщики Ил—28 с территории островного государства, но и допустило контроль американцев за их эвакуацией. Эта неприятная для советской стороны процедура являлась одним из условий достигнутых договоренностей. В отправленном из Белого дома послании на имя Хрущева содержалось не только заверение в том, что на Кубу не будут вторгаться вооруженные силы США. В Вашингтоне обещали удерживать союзников Соединенных Штатов от аналогичных действий и гарантировали ликвидацию американских ракетных баз в Турции и Италии. Последнее тоже стало одной из уступок, которой в НАТО многие были недовольны. Однако другого выхода из сложившейся ситуации не имелось – ядерное противостояние и ультиматумы несовместимы.

Договоренности Кеннеди — Хрущева о ненападении на Республику Куба были официально закреплены в качестве соглашения между двумя державами, а не просто главами их правительств только в октябре—ноябре 1970 года при обмене соответствующими нотами между Государственным департаментом США и Министерством иностранных дел СССР. Тогдашний американский президент Ричард Никсон официально подтвердил обязательство Соединенных Штатов как государства не совершать вторжение на Кубу, если Советский Союз дает такое же обязательство не размещать наступательное оружие на острове.

Директива № 7665

После достигнутого согласия сторон по урегулированию кризиса части и соединения группы советских войск на Кубе (ГСВК) поэтапно стали приводиться в исходное состояние.

В 15 часов 28 октября 1962 года командующий ГСВК довел до командира 51—й ракетной дивизии директиву министра обороны СССР № 7665, в которой он на основании решения советского правительства приказал демонтировать стартовые позиции ракетного дивизиона, а соединение в полном составе передислоцировать в Советский Союз. К 31 октября во всех полевых позиционных районах дивизии был завершен демонтаж стартовых позиций. В этот же день на состоявшейся в Гаване встрече исполняющего обязанности генерального секретаря ООН У Тана с послом СССР в Республике Куба А.И. Алексеевым командир соединения генерал—майор И.Д. Стаценко доложил У Тану о демонтаже стартовых позиций и ответил на другие его вопросы, касающиеся передислокации дивизии в Советский Союз.

01 ноября 1962—го Фидель Кастро выступил по телевидению с обращением к народу Кубы. В частности, кубинский лидер произнес такие слова: «Нужно помнить о том, что во все трудные моменты, когда мы сталкивались с американской агрессией, мы всегда опирались на дружественную руку Советского Союза. За это мы благодарны ему, и об этом мы должны говорить во весь голос. Советские люди, которых мы видим здесь, сделали для нас очень много. Кроме того, советские военные специалисты, которые готовы были умереть вместе с нами, очень много сделали для обучения и подготовки наших вооруженных сил».

Представляется, это была справедливая оценка роли ГСВК и того вклада, который внес ее личный состав в защиту Республики Куба.

В пригороде Гаваны, в местечке Торренс находится Мемориал советским воинам—интернационалистам. Здесь захоронены тела 68 военнослужащих ГСВК. Мемориал бережно содержится властями, кубинцы отдают дань уважения тем, кто в 1962—1963 годах погиб при выполнении интернационального долга по защите республики.

Завершение операции «Анадырь»

02 ноября 1962 года все ракеты Р—12 на транспортных тележках были сосредоточены в портах погрузки Мариэль и Касильда. Погрузка на суда началась 03 ноября и завершилась 08 ноября. В этот раз ракеты на транспортных тележках грузились на верхнюю палубу, чтобы в открытом море американцы могли проконтролировать их вывоз с острова Куба. Последним из порта Касильда с восемью ракетами на борту отправился 09 ноября сухогруз «Ленинский комсомол», на котором автор этих строк, отвечая за перевозку ракет, убыл в Советский Союз.

В порт Николаев прибыли 29 ноября. Под моим руководством ракеты на транспортных тележках были выгружены с судна, а затем загружены в спецвагоны и переданы по акту начальнику воинского караула, который сопроводил их транспортировку в один из арсеналов РВСН. Еще при нахождении на Кубе за образцовое выполнение правительственного задания (так было сказано в приказе командующего ГСВК от 3 ноября 1962 года) мне было присвоено воинское звание «Инженер—старший лейтенант».

Одновременно с передислокацией 51—й ракетной дивизии был осуществлен вывоз в Советский Союз всех ядерных боеприпасов, а затем и бомбардировщиков Ил—28. Оставшийся личный состав ГСВК за исключением одной мотострелковой бригады, сформированной на базе мотострелкового полка, покинул Кубу в 1963 году. Вооружение и военная техника были безвозмездно переданы кубинской армии. Так завершилась операция «Анадырь».

Вышеупомянутая мотострелковая бригада осталась на Острове свободы по настоятельной просьбе кубинской стороны. 29 мая 1963—го между Советским Союзом и Республикой Куба подписано соответствующее соглашение. Нахождение этой бригады на Кубе носило больше символическое политическое значение, чем военное. Оно выражало дружбу и солидарность советского и кубинского народов.

В 1979 году бригаду переформировали в учебный центр по подготовке кубинских военных специалистов. Его вывели в Советский Союз после прихода к власти в СССР Горбачева. Решение принималось без консультаций с руководством Республики Куба, что вызвало негативный политический резонанс в советско—кубинских отношениях.

Формат и размеры помощи

Для оценки правомерности и обоснованности принятых в 1962 году Советским Союзом мер по предотвращению американской агрессии против Кубы следует дать ответ на два главных вопроса: нужно ли было СССР оказывать военную помощь Острову свободы и следовало бы ее ограничить только силами общего назначения?

Вопрос о необходимости оказания военной поддержки Республике Куба носит сугубо политический характер. Это был акт солидарности лидера социалистического лагеря со страной, стремящейся к построению социалистического общества, над которой нависла угроза захвата мощным враждебным государством. О том, что такая опасность была, выражаясь современным языком, отнюдь не виртуальной, а напротив, вполне реальной, свидетельствуют следующие факты.

20 сентября 1962 года сенат конгресса США практически единогласно принял резолюцию, предусматривающую силовое устранение правительства Фиделя Кастро, которую через два дня — 22 сентября поддержали члены палаты представителей американского парламента. Причем американские законодатели одобрили этот документ, несмотря на заявление министра иностранных дел СССР А.А. Громыко, сделанное в ООН 21 сентября, о том, что любое нападение на Республику Куба будет автоматически означать войну с Советским Союзом. Президент США Джон Кеннеди не только не отверг вердикт конгрессменов, но и отдал приказ руководству Пентагона активизировать подготовку операции по плану «Мангуст» с тем, чтобы в ближайшее время осуществить вооруженное вторжение на Кубу. Правда, хозяин Белого дома еще не знал, что на острове развертывается советская ракетная дивизия с ядерными ракетами.

Исходя из вышесказанного, правомерность оказания Советским Союзом военной помощи кубинскому народу, которому Соединенными Штатами было отказано в праве самостоятельного выбора пути развития, не вызывает сомнения и с позиции сегодняшнего дня. Такая помощь не противоречит Уставу ООН. Выбор же руководством СССР ее формата определялся с учетом влияния многих факторов. К числу важнейших из них относились:
решительность целей и масштабы готовящейся агрессии против Республики Куба;
геостратегическое положение островного государства;
размещение американских ядерных средств поражения относительно территории СССР.

Масштабы готовящейся агрессии против Республики Куба и возможные сроки ее осуществления требовали переброски на остров в сжатые сроки значительного контингента советских войск. Однако геостратегическое положение острова, его удаленность от Советского Союза (свыше 11 000 км) с учетом господства ВМС США в Карибском море и Атлантике в целом практически делали невозможным развертывание группировки сил общего назначения, способной предотвратить американскую агрессию. К тому же близость Кубы к Соединенным Штатам позволяла им нанести массированные удары с внезапным вторжением практически в любом районе побережья.

Паритет страха

С учетом названных выше факторов решение о размещении на Кубе ограниченной по численности группы советских войск с ядерными ракетами — при кажущейся авантюрности — было единственной реальной мерой сдерживания американской агрессии в сложившейся обстановке. Иначе говоря, в условиях невозможности реализации других форм военной помощи союзнику ядерное оружие вынужденно оказалось единственным средством спасения дружественного государства от разгрома. А обстоятельством, обеспечившим правомерность переброски советского ядерного оружия на остров, явилась симметричность такого шага Советского Союза в ответ на развертывание американских ядерных средств вблизи его границ.

В контексте сказанного можно утверждать, что размещение советского ядерного оружия на Кубе стало шагом, абсолютно соответствующим принципу адекватности мер ядерного сдерживания в современном его понимании.

Впервые оказавшись в положении «равной опасности» с СССР, правящие круги США пришли к выводу, что огромный ядерный потенциал, который обеспечивает разгром любой вражеской страны, не может защитить граждан Соединенных Штатов. Американские эксперты прогнозировали, что в случае обмена ядерными ударами с Советским Союзом людские потери США составят 80 миллионов. Оценив такой ущерб как неприемлемый, руководство США вынуждено было пойти на компромисс в разрешении Карибского кризиса. Сложился паритет страха, при котором ни США, ни СССР не сочли себя вправе рассчитывать на победу в возможной ядерной войне. Это обстоятельство стало одним из главных постулатов, на которых основывается стратегия ядерного сдерживания. Этой стратегии по—прежнему придерживаются и Вашингтон, и Москва, хотя военно-политическая обстановка ныне коренным образом изменилась, а США и Россия, как это многократно продекларировано их руководителями, больше не являются врагами.

Подводя итог, можно с полным правом утверждать: операция «Анадырь» стала первым примером реально осуществленного Советским Союзом ядерного сдерживания. Поставленные руководством СССР политические задачи были достигнуты, хотя, безусловно, с огромным риском оказаться втянутым в невиданную ядерную войну. Но поступив иначе, СССР не смог бы удержать США от нападения на Республику Куба и ее оккупации.

Опубликовано в выпуске № 43 (460) за 31 октября 2012 года

Первая публикация — 30.10.2012

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 848
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.09.13 17:39. Заголовок: Сайт Мальчиша—Кибальчиша — Максон. Что произошло в 1917 году


Что произошло в 1917 году?

Автор Максон
07.11.2012



Что произошло в 1917 году? Это не тестовый вопрос ЕГЭ и я полагаю, что большинство читателей помнит ещё советскую школьную программу по истории и даже, возможно, слова Ленина по поводу события, произошедшего 95 лет назад: «Социалистическая революция, о необходимости которой столько говорили большевики, совершилась». Эти слова были сказаны лидером партии большевиков сразу после штурма Зимнего дворца на Втором Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов, который начался одновременно со штурмом. К слову сказать, штурм дворца, который защищала лишь рота из 1—го Петроградского женского батальона, был практически бескровным. Существенного сопротивления рота не оказала, женщин из этой роты после штурма никто не расстреливал. Их разоружили, а через пару дней весь батальон был расформирован и женщин отпустили по домам. Как вообще получилось, что Зимний дворец так слабо охранялся? Как получилось, что в штурме Зимнего и захвате города принимал участие почти весь Петроградский гарнизон, а охранял дворец от взбунтовавшихся солдат лишь женский батальон?

Казачьи полки, на которые Керенский возлагал большие надежды, объявили о своём нейтралитете и отказались подчиняться Временному правительству. Днем 24 октября Зимний дворец покинули солдаты 1—го самокатного батальона. Ушли также машины броневого и запасного дивизиона, круглосуточно охранявшие до этого Зимний дворец. Два большевика из этого дивизиона, солдаты И. Жданович и А. Морозов, настойчиво убеждали своих товарищей отказаться от поддержки контрреволюционного правительства. Вопреки сопротивлению эсеров, которых было немало в части, общее собрание дивизиона после длительных споров приняло предложение большевиков. Бронемашины, оснащённые пулемётами и трехдюймовыми орудиями, покинули Дворцовую площадь.

Иначе говоря, поддержки Временного правительства не было ни в народе, ни в армии. Агитаторы большевиков и других левых оппозиционных партий откололи армию от Временного правительства, склонив в пользу подчинения Советам рабочих и солдатских депутатов, созданных уже к тому времени. Конечно, офицерский корпус хранил в основном присягу, но после февраля и отречения царя от престола, и присяга не слишком их связывала. Кроме того, против собственных солдат не пойдёшь, те могут и расстрелять. По решению своего солдатского Совета. Советы были везде, и это было самое действенное оружие революции. В октябре 1917 г. в России насчитывалось 1429 Советов, в том числе свыше 700 Советов рабочих и солдатских депутатов. Попытки представить события 1917 года переворотом совершенно неудачны. Не могла горстка революционеров сломать довольно мощный государственный механизм без поддержки со стороны основной массы народа, без создания альтернативных властных структур. Вообще, говорить о том, что именно большевики захватили власть в октябре 1917 года не правильно. Власть захватили Советы — новая организационная структура народа. Созданная, конечно, под влиянием большевиков, но не только их, а нескольких левых оппозиционных партий — в них принимали участие эсеры и меньшевики. Лишь дальнейшее развитие революции развело эти партии в разные стороны и привело к власти именно большевистское крыло оппозиции. И в этом сыграла роль наиболее последовательная программа у большевиков, наибольшее её соответствие интересам основной массы населения. Создав альтернативные демократические структуры власти — Советы и выдвинув программу, привлекательную для большинства населения страны, большевики были обречены на успех.

Что же было привлекательного в программе большевиков? Что так соблазнило народ? Почему агитаторы большевиков сумели склонить армию на свою сторону? В чём вообще была «технология» той революции? Россия в начале 20 века была аграрной страной, где более 80% населения составляло крестьянство. Армия соответственно тоже состояла в основном из представителей деревни. И главным вопросом для крестьян тогда стоял вопрос о земле. Земля в основном принадлежала помещикам. У одного помещика в среднем было столько земли, сколько у 300 крестьянских дворов. И надо сказать, что это не всегда было признаком богатства, дворянство, владевшее поместьями и землями было в долгах. Солоневич одной из причин февральской революции называет эти долги:

Русская знать стояла накануне полной экономической катастрофы, точно так же, как перед Петром Первым она стояла накануне политической. В предвоенные годы дворянское землевладение теряло до трех миллионов десятин в год. Задолженность дворянского землевладения государству достигла чудовищной суммы в три миллиарда рублей. Если эту сумму перевести хотя бы на цену фунта мяса (около двугривенного в России тогда и около доллара в САСШ (САСШ — США. — Ред.) сейчас, то она будет равняться 12—15 миллиардам долларов. Два или три «плана Маршалла» вместе взятых. Покрыть эту задолженность дворянство не имело никакой возможности — оно стояло перед полным банкротством.

Солоневич, будучи монархистом, практически как Ленин называет социальные причины революции. Аристократия, будучи вся в долгах, уже не могла удерживать власть. К власти рвалась новая буржуазия. «Аристократия и буржуазия имели совершенно ясные и классовые мотивы» — пишет Солоневич. И если уж монархист пишет такие слова, то очевидно не левая идеология их продиктовала. Ещё в революции 1905 года крестьянство проявило себя в бунтах против дворянства. Не против царя, а против аристократии. Уже тогда земельный вопрос стоял главным. Что именно его так обострило? Солоневич ссылаясь на Ольденбурга пишет о «трагических противоречиях», почти как Маркс:

Основное из этих трагических противоречий заключалось в том, что в начале XX века в стране продолжал существовать совершенно ясно выраженный сословный строй. Что в это же время основная масса населения страны — её крестьянство было неполноправным ни экономически, ни политически, ни в бытовом, ни, тем более, в административном отношении. Законопроект о крестьянском равноправии был внесён в Законодательные Палаты ещё П.А. Столыпиным. Государственный Совет кромсал и откладывал этот законопроект, как только мог, и только осенью 1916 года, то есть совсем уже накануне революции, этот проект попал на рассмотрение Государственной Думы — да так и остался не рассмотренным... и до сих пор (Ольденбург, с. 180). Это положение я сформулировал почти четырнадцать лет тому назад в «Тезисах Штабс—капитанского Движения» (с. 9): «Гений русского народа был зажат в железные тиски крепостничества и тех его пережитков, которые существовали до 1917 года».

Проще говоря, котелок народного гнева грелся—грелся и, наконец, вскипел. И, надо заметить, что тут не просто социальное неравенство его грело. Ведь сотни лет крестьянство было в фактическом рабстве у дворян. Но терпело. Поскольку были у этого неравенства некоторые оправдания. Дворянство служило государю. Не просто подчинялось, а буквально воевало и гибло за царя и отечество. Это было военное сословие, кадровые военные, как сейчас говорят. В Средние Века дворянство несло постоянную военную службу, прочее же население призывалось к отбыванию её только в случаях особой опасности для страны. За эту службу государь и давал землю дворянам. В Московском государстве на рубеже XV и XVI веков так оформилась «поместная система». Великий князь передавал поместье служилому человеку, который был обязан за это воинской службой. Петр I впервые основал уже постоянную армию из стоящих на обязательной службе дворян и сборе даточных людей, так называемых рекрутов. В 1762 г. на короткое время задержавшийся на престоле Петр III издал важнейший документ, регламентирующий правовое положение дворянства в России — Манифест «о вольности дворянства» от 18 февраля 1762 г. Указанный документ был принят с целью удовлетворения требований дворянства, считавшего себя «ущемлённым», поскольку оно обязывалось нести службу государству. То, что ему были даны в обмен за службу земли, почему—то забылось. Манифест освободил дворян от воинской обязанности. До этого, в правление Елизаветы был издан Указ, который запрещал, кому бы то ни было, кроме дворян, покупать «людей и крестьян без земель и с землями». Землевладение и душевладение начинало становиться исключительным правом дворян.

Мало—помалу, от военной службы были освобождены сперва дворяне (1762), затем купцы, почётные граждане, духовное сословие, так что тяжесть её лежала, наконец, исключительно на крестьянах и мещанах. Однако дворянство не было лишено земель, которые когда—то получило от государя за службу. Таким образом, освобождённые от обязательной службы государству помещики из служилого сословия превратились в праздный, чисто потребительский класс рабовладельцев. Военная реформа Александра II вновь ввела всеобщую воинскую повинность в 1872 году. Из устава:

«1. Защита престола и отечества есть священная обязанность каждого русского подданного. Мужское население без различия состояний подлежит воинской повинности.
2. Денежный выкуп от воинской повинности и замене охотником не допускается».


Призывали по жребию в 21 год, служили 6 лет и далее были ещё 9 лет «в запасе». На флоте служили 7 лет и 3 года «в запасе». Реформы царствования Александра II сильно изменили привилегированное положение дворянства. В результате отмены крепостного права в 1861 г. дворяне лишились права владения крестьянами. Всё это как—то уравнивало население в правах, но не в праве на владение землёй дворянством. Оно потеряло в глазах крестьянства легитимность. Понятие справедливости всегда относительно, всегда основывается на каких—то моральных нормах. Которые могут базироваться и на религии. И если государь был дан от Бога, то местный помещик к «божьему дару» не относился никогда. И потому крестьянские восстания на Руси были не редкими. Пока дворянин служил и защищал страну от внешнего врага у крестьян к нему было доверительное отношение — он был их защитником. Как перестал, его право на землю подверглось сомнению. Он стал паразитом, кровососом, кем угодно, но не защитником отечества, исполнителем священного долга.

После реформ Александра II дворянство было вынуждено платить крестьянам за работу. Капитализм начал вносить свои коррективы. В результате с 1877 по 1914 гг. дворянство потеряло почти две трети своего земельного фонда. Особенно активно дворянские земли распродавались в 1906—1909 гг. И у новых буржуазных собственников вовсе не добавилось легитимности во владении землёй в глазах у крестьян. Реформы Александра ликвидировало рабство, которым по сути являлось крепостное право, но не улучшало экономическое положение крестьян, составлявшего костяк русского народа. Вообще, история появления крепостного права, которое почему—то появилось после ликвидации татаро—монгольского ига и двух независимых республик с вечевым управлением (Новгородской и Псковской), вызывает много вопросов. Почти всё население страны становится рабами после выхода из «татарского плена» и ликвидации вечевых форм правления, не странно ли? Ещё Рим рабами делал только инородцев, почему на Руси рабами сделали своих соплеменников? И своих ли? И что за государство Тартария, которое присутствует на европейских старых картах, но отсутствует в официальной истории России? Однако речь не о нём.

Чем привлекли большевики симпатии народа перед революцией 1917 года? Лозунгом «Земля — крестьянам!» Вместе с лозунгом «Вся власть — Советам!» Апрельские тезисы В.И. Ленина:

1. Буржуазно—демократическая революция закончилась. Временное правительство не в состоянии решить задачи, отсюда лозунг большевиков: «Никакой поддержки временному правительству».
2. Курс на социалистическую революцию: «Вся власть Советам». Добиться отставки правительства и Советы берут власть в свои руки. Возможность мирной революции, переход власти в руки рабочих.
3. Немедленная национализация земли, начало мирных договоров и заключение мира с Германией.
4. Право наций на самоопределение. Единая и неделимая Россия.

То есть, власть — Советам, земля — крестьянам, и мир с Германией. Разве не этого хотело крестьянство? Солдаты, уставшие от войны и переживающие за своё заброшенное хозяйство? Большевики до июня 1917 года не обладали большинством в Советах. Эсеры и меньшевики там были на первых ролях. Но перевыборы депутатов в июне принесли большевикам победу в Советах. И эту победу они заработали именно такой программой. И эту программу они, в отличии от современных партий, выполнили. Власть была передана Советам, с Германией был заключён мир, а земля была передана крестьянам. Первыми декретами Советской власти были «Декрет о мире», «Декрет о земле», «Декрет об образовании Рабочего и Крестьянского правительств» и ... «Декрет об отмене смертной казни». Такими были кровожадными большевики.

Из Декрета о земле [Принят на заседании II Всероссийского съезда Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов в 2 часа, ночи 27 октября (09 ноября) 1917 г.]:

1. Помещичья собственность на землю отменяется немедленно без всякого выкупа.
2. Помещичьи имения, равно как все земли удельные, монастырские, церковные, со всем их живым и мёртвым инвентарём, усадебными постройками и всеми принадлежностями, переходят в распоряжение волостных земельных комитетов и уездных Советов крестьянских депутатов впредь до Учредительного собрания... Самое справедливое разрешение земельного вопроса должно быть таково: право частной собственности на землю отменяется навсегда; земля не может быть ни продаваема, ни покупаема, ни сдаваема в аренду либо в залог, ни каким-либо другим способом отчуждаема. Вся земля... обращается во всенародное достояние и переходит в пользование всех трудящихся на ней.

После принятия этих декретов неудивительно, что победив в Петрограде, революция стремительно распространилась по всей стране. Власть переходила в руки вновь создаваемых Советов. И переходила бескровно. Только в 1918 году, группа генералов под руководством генерала Алексеева, последнего начальника штаба царской армии, начинает формировать на Дону Добровольческую армию. И понятно, почему на Дону — у казаков была земля. Это единственное сословие, которое не было заинтересовано в декретах советской власти. Она им ничего не давала. И казачество выступило против неё. И стало костяком армии Деникина. Так начиналась гражданская война в России. Война классовых интересов. Но это уже другой год, другая история. А в 1917 году русское крестьянство получило землю и мир. И возвращение древнего вечевого демократического управления государством — Советы.

Первая публикация — 27.12.2012

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1181
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 31.10.13 19:09. Заголовок: ВПК — Суперракета Н1 — несостоявшийся прорыв


Оружие

Суперракета Н1 — несостоявшийся прорыв

Россия остро нуждается в носителе сверхтяжелого класса

В прошлом году Роскосмос объявил тендер на разработку ракеты тяжелого класса на базе существующего проекта «Ангара», способной в числе прочего доставить пилотируемый космический корабль на Луну. Очевидно, что отсутствие у России сверхтяжелых ракет, которые могут забросить на орбиту до 80 тонн грузов, тормозит многие перспективные работы в космосе и на Земле. Проект единственного отечественного носителя с аналогичными характеристиками «Энергия—Буран» был закрыт в начале 90—х годов, несмотря на потраченные 14,5 миллиарда рублей (в ценах 80—х) и 13 лет. Между тем в СССР успешно разрабатывалась суперракета с потрясающими воображение ТТХ. Вниманию читателей «ВПК» предлагается рассказ об истории создания ракеты Н1.
Началу работ над Н1 с жидкостно—реактивным двигателем (ЖРД) предшествовали исследования по ракетным двигателям с использованием ядерной энергии (ЯРД). В соответствии с постановлением правительства от 30 июня 1958 года в ОКБ—1 был разработан эскизный проект, утвержденный С.П. Королевым 30 декабря 1959 года.
К созданию ЯРД подключились ОКБ—456 (главный конструктор В.П. Глушко) Госкомитета оборонной техники и ОКБ—670 (М.М. Бондарюк) Госкомитета по авиатехнике. ОКБ—1 разработало три варианта ракет с ЯРД, и наиболее интересным оказался третий. Он представлял собой гигантскую ракету со стартовой массой 2000 т и массой полезного груза до 150 т. Первая и вторая ступени выполнялись в виде пакетов из конических ракетных блоков, которые должны были иметь на первой ступени большое количество ЖРД НК—9 тягой по 52 тс. Вторая ступень включала четыре ЯРД суммарной тягой 850 тс, удельным импульсом тяги в пустоте до 550 кгс.с/кг при использовании другого рабочего тела при температуре нагрева до 3500 К.
Перспективность использования жидкого водорода в смеси с метаном в качестве рабочего тела в ЯРД была показана в дополнении к указанному постановлению «О возможных характеристиках космических ракет с использованием водорода», утвержденном С.П. Королевым 09 сентября 1960 года. Однако в результате дальнейших проработок выяснилась целесообразность тяжелых ракет—носителей с использованием на всех ступенях жидкостных ракетных двигателей на освоенных компонентах топлива с применением водорода в качестве горючего. Ядерную энергию отложили на перспективу.

Грандиозный проект

Постановлением правительства от 23 июня 1960 года «О создании мощных ракет—носителей, спутников, космических кораблей и освоении космического пространства в 1960—1967 годах» предусматривалось проведение в 1960—1962—м проектно—конструкторской проработки и необходимого объема исследований в целях создания в ближайшие годы новой космической ракетной системы со стартовой массой 1000—2000 т, обеспечивающей вывод на орбиту тяжелого межпланетного космического корабля массой 60—80 т.
■■

■■
К грандиозному проекту привлекался целый ряд конструкторских бюро и научных институтов. По двигателям — ОКБ—456 (В.П. Глушко), ОКБ—276 (Н.Д. Кузнецов) и ОКБ—165 (A.M. Люлька), по системам управления — НИИ—885 (Н.А. Пилюгин) и НИИ—944 (В.И. Кузнецов), по наземному комплексу — ГСКБ «Спецмаш» (В.П. Бармин), по измерительному комплексу — НИИ—4 МО (А.И. Соколов), по системе опорожнения баков и регулирования соотношения компонентов топлива — ОКБ—12 (А.С. Абрамов), по аэродинамическим исследованиям — НИИ—88 (Ю.А. Мозжорин), ЦАГИ (В.М. Мясищев) и НИИ—1 (В.Я. Лихушин), по технологии изготовления — Институт сварки им. Патона АН УССР (Б.Е. Патон), НИТИ—40 (Я.В. Колупаев), завод «Прогресс» (А.Я. Линьков), по технологии и методике экспериментальной отработки и дооборудованию стендов — НИИ—229 (Г.М. Табаков) и др.
Конструкторы последовательно рассмотрели многоступенчатые ракеты—носители со стартовой массой от 900 до 2500 т, одновременно оценив технические возможности создания и подготовленность промышленности страны к производству. Расчеты показали, что большинство задач военного и космического назначения решаются ракетой—носителем с полезным грузом 70—100 т, выводимым на орбиту высотой 300 км.
Поэтому для проектных проработок Н1 был принят полезный груз массой 75 т с использованием на всех ступенях ЖРД топлива кислород — керосин. Этому значению массы полезного груза соответствовала стартовая масса РН 2200 т с учетом, что применение на верхних ступенях водорода в качестве горючего позволит увеличить массу полезного груза до 90—100 т при той же стартовой массе. Исследования, проведенные технологическими службами заводов—изготовителей и технологическими институтами страны, показали не только техническую возможность создания такой РН с минимальными затратами средств и сроков, но и готовность промышленности к ее производству.
Одновременно были определены возможности экспериментальной и стендовой отработки агрегатов РН и блоков II и III ступеней на существующей экспериментальной базе НИИ—229 с минимальными доработками. Пуски РН предусматривались с космодрома Байконур, для чего требовалось создать там соответствующие технические и стартовые сооружения.
Также были рассмотрены различные компоновочные схемы с поперечным и продольным делением ступеней, с несущими и ненесущими баками. В результате приняли схему ракеты с поперечным делением ступеней при подвесных моноблочных сферических топливных емкостях, с многодвигательными установками на I, II и III ступенях. Выбор количества двигателей в составе двигательной установки является одной из принципиальных проблем при создании ракеты—носителя. После проведенного анализа было принято решение о применении двигателей с тягой 150 тонн.
На I, II и III ступенях носителя решили установить систему контроля организационно-распорядительной деятельности КОРД, которая отключала двигатель при отклонении его контролируемых параметров от нормы. Тяговооруженность РН приняли такой, что при нештатной работе одного двигателя на начальном участке траектории полет продолжался, а на последних участках полета I ступени можно было отключать и большее число двигателей без ущерба для выполнения задачи.
ОКБ—1 и другие организации провели специальные исследования по обоснованию выбора компонентов топлива с анализом целесообразности применения их для РН Н1. Анализ показал значительное уменьшение массы полезного груза (при постоянной стартовой массе) в случае перехода на высококипящие компоненты топлива, что обусловливается низкими значениями удельного импульса тяги и увеличением массы топлива баков и газов наддува из—за более высокой упругости паров этих компонентов. Сравнение разных видов топлива показало, что жидкий кислород — керосин значительно дешевле АТ+НДМГ: по капвложениям — в два раза, по себестоимости — в восемь раз.
Ракета—носитель Н1 состояла из трех ступеней (блоки А, Б, В), соединенных между собой переходными отсеками ферменного типа, и головного блока. Силовая схема представляла собой каркасную оболочку, воспринимающую внешние нагрузки, внутри которой размещались топливные баки, двигатели и другие системы. В состав двигательной установки I ступени входили 24 двигателя НК—15 (11Д51) тягой на земле по 150 тс, расположенных по кольцу, II ступени — восемь таких же двигателей с высотным соплом НК—15В (11Д52), III ступени — четыре двигателя НК—19 (11Д53) с высотным соплом. Все двигатели имели замкнутую схему.
Приборы системы управления, телеметрии и других систем располагались в специальных отсеках на соответствующих ступенях. На стартовое устройство РН устанавливалась опорными пятами по периферии торца I ступени. Принятая аэродинамическая компоновка позволяла свести к минимуму потребные управляющие моменты и использовать на РН для управления по тангажу и крену принцип рассогласования тяги противоположных двигателей. Из—за невозможности транспортирования целых отсеков ракеты существующими транспортными средствами принято их членение на транспортабельные элементы.
На базе ступеней РН Н1 можно было создать унифицированный ряд ракет: Н11 с применением II, III и IV ступеней РН Н1 со стартовой массой 700 т и полезным грузом массой 20 т на орбите ИСЗ высотой 300 км и Н111 с применением III и IV ступеней РН Н1 и II ступени ракеты Р—9А со стартовой массой 200 т и полезным грузом массой 5 т на орбите ИСЗ высотой 300 км, которые могли решать широкий круг боевых и космических задач.
Работы велись под прямым руководством С.П. Королева, возглавлявшего Совет главных конструкторов, и его первого заместителя В.П. Мишина. Проектные материалы (всего 29 томов и 8 приложений) в начале июля 1962 года рассмотрела экспертная комиссия во главе с президентом АН СССР М.В. Келдышем. Комиссия отметила, что обоснование РН Н1 выполнено на высоком научно—техническом уровне, отвечает требованиям, предъявляемым к эскизным проектам РН и межпланетных ракет, и может быть положено в основу разработки рабочей документации. Вместе с тем члены комиссии М.С. Рязанский, В.П. Бармин, А.Г. Мрыкин и некоторые другие высказались о необходимости привлечь ОКБ—456 к разработке двигателей для РН, но В.П. Глушко отказался.
По взаимному согласию разработку двигателей поручили ОКБ—276, которое не имело достаточного теоретического багажа и опыта разработки ЖРД при практически полном отсутствии экспериментальной и стендовой баз для этого.

Неудачные, но плодотворные испытания

Комиссия Келдыша указывала, что первоочередной задачей Н1 является ее боевое использование, но в ходе дальнейших работ главным назначением суперракеты стал космос, в первую очередь экспедиция на Луну и возвращение на Землю. В значительной степени на выбор такого решения повлияли сообщения о лунной пилотируемой программе «Сатурн—Аполлон» в США. 03 августа 1964 года правительство СССР своим постановлением закрепило этот приоритет.

Основные характеристики ракеты РКК Н1—Л3 ()
Масса выводимого полезного груза на орбиту Земли (Hкр. = 200 км), т — 90
Стартовая масса, т — 2820
Масса топлива, т
кислорода — 1730
керосина — 680
Суммарная тяга двигателей на земле, тс — 4615

В декабре 1962 года ОКБ—1 представило в ГКОТ согласованные с главными конструкторами «Исходные данные и основные технические требования на проектирование стартового комплекса для ракеты Н1». 13 ноября 1963—го комиссия ВСНХ СССР своим решением одобрила межведомственный график разработки проектной документации по комплексу сооружений, необходимых для летной отработки РН Н1, исключив само строительство и материально—техническое обеспечение. Работами по созданию полигонного комплекса в ОКБ—1 руководили М.И. Самохин и А.Н. Иванников под пристальным вниманием С.П. Королева.
К началу 1964 года общее отставание работ от предусмотренных сроков составило один—два года. 19 июня 1964—го правительству пришлось перенести начало ЛКИ на 1966 год. Летно—конструкторские испытания ракеты Н1 с упрощенным головным блоком системы ЛЗ (с беспилотным кораблем 7К—Л1С вместо ЛОК и ЛК) начались в феврале 1969—го. К началу ЛКИ были проведены экспериментальная отработка узлов и агрегатов, стендовые испытания блоков Б и В, испытания с макетным образцом ракеты 1М на технической и стартовой позициях.
Первый пуск ракетно—космического комплекса Н1—ЛЗ (№ ЗЛ) с правого старта 21 февраля 1969 года закончился аварией. В газогенераторе второго двигателя возникли высокочастотные колебания, оторвался штуцер отбора давления за турбиной, образовалась течь компонентов, начался пожар в хвостовом отсеке, что привело к нарушению системы контроля работы двигателей, которая на 68,7 секунды выдала ложную команду на выключение двигателей. Однако пуск подтвердил правильность выбранной динамической схемы, динамики старта, процессов управления РН, позволил получить опытные данные по нагрузкам на РН и ее прочности, воздействию акустических нагрузок на ракету и стартовую систему и некоторые другие данные, в том числе эксплуатационные характеристики в реальных условиях.
Второй пуск комплекса Н1—ЛЗ (№ 5Л) провели 03 июля 1969 года, и он также прошел аварийно. По заключению аварийной комиссии под председательством В.П. Мишина наиболее вероятной причиной послужило разрушение насоса окислителя восьмого двигателя блока А при выходе на главную ступень.
Анализ испытаний, расчетов, исследований и экспериментальных работ длился два года. Основными мероприятиями были признаны повышение надежности насоса окислителя; улучшение качества изготовления и сборки ТНА; установка перед насосами двигателя фильтров, исключающих попадание в него посторонних предметов; заполнение перед стартом и продувка азотом хвостового отсека блока А в полете и введение фреоновой системы пожаротушения; введение в конструкцию теплозащиты элементов конструкции, приборов и кабелей систем, расположенных в хвостовом отсеке блока А; изменение расположения приборов в нем в целях повышения их живучести; введение блокировки команды АВД до 50 с. полета и аварийный увод РН от старта по сбросу питания и т. п.
Третий запуск ракетно—космической системы Н1—ЛЗ (№ 6Л) был проведен 27 июня 1971 года с левого старта. Все 30 двигателей блока А вышли на режим предварительной и главной ступеней тяги в соответствии со штатной циклограммой и нормально функционировали до их выключения системой управления на 50,1 с, однако с начала полета наблюдалось ненормальное протекание процесса стабилизации по крену, а рассогласование по углу вращения непрерывно увеличивалось и к 14,5 с. достигало 145°. Поскольку команда АВД была заблокирована до 50 с, полет до 50,1 с стал практически неуправляемым.
Наиболее вероятная причина аварии — потеря управляемости по крену из—за действия неучтенных ранее возмущающих моментов, превышающих располагаемые управляющие моменты органов крена. Выявленный дополнительный момент крена возник при всех работающих двигателях из—за мощного вихревого потока воздуха в задонной области ракеты, усугубившегося несимметричностью обтекания выступающих за днище ракеты деталей двигателей.
Менее чем за год под руководством М.В. Мельникова и Б.А. Соколова были созданы рулевые двигатели 11Д121 для обеспечения управления ракетой по крену. Они работали на отбираемых от основных двигателей окислительном генераторном газе и горючем.
23 ноября 1972 года произвели четвертый пуск ракетой № 7Л, претерпевшей значительные изменения. Управление полетом осуществлял бортовой вычислительный комплекс по командам гиростабилизированной платформы разработки НИИ АП. В состав двигательных установок ввели рулевые двигатели, систему пожаротушения, улучшили механическую и тепловую защиту приборов и бортовой кабельной сети. Измерительные системы доукомплектовали малогабаритной радиотелеметрической аппаратурой разработки ОКБ МЭИ (главный конструктор А.Ф. Богомолов). Всего на ракете имелось более 13 000 датчиков.
№ 7Л пролетела без замечаний 106,93 с, но за 7 с до расчетного времени разделения первой и второй ступеней произошло практически мгновенное разрушение насоса окислителя двигателя № 4, что привело к ликвидации ракеты.
Пятый пуск намечался на четвертый квартал 1974 года. К маю на ракете № 8Л были реализованы все проектные и конструктивные мероприятия по обеспечению живучести изделия с учетом предыдущих полетов и дополнительных исследований, начался монтаж модернизированных двигателей.
Казалось, суперракета рано или поздно полетит куда и как надо. Однако назначенный в мае 1974 года руководитель ЦКБЭМ, преобразованного в НПО «Энергия», академик В.П. Глушко с молчаливого согласия Министерства общего машиностроения (С.А. Афанасьев), Академии наук СССР (М.В. Келдыш), Военно—промышленной комиссии Совмина (Л.В. Смирнов) и ЦК КПСС (Д.Ф. Устинов) прекратил все работы по комплексу Н1—ЛЗ. В феврале 1976 года проект официально закрыли постановлением ЦК КПСС и Совмина СССР. Это решение лишило страну тяжелых кораблей, и приоритет перешел к США, развернувшим проект «Спейс шаттл».
Полные затраты на освоение Луны по программе Н1—ЛЗ к январю 1973 года составили 3,6 миллиарда рублей, на создание Н1 — 2,4 миллиарда. Производственный задел ракетных блоков, практически все оборудование технического, стартового и измерительных комплексов было уничтожено, а затраты в сумме шесть миллиардов рублей списаны.
Хотя проектно—конструкторские, производственно—технологические разработки, опыт эксплуатации и обеспечения надежности мощной ракетной системы в полной мере использовались при создании ракеты—носителя «Энергия» и, очевидно, найдут широкое применение в последующих проектах, необходимо отметить ошибочность прекращения работ по Н1. СССР добровольно уступил пальму первенства американцам, но главное — многие коллективы КБ, НИИ и заводов потеряли эмоциональный заряд энтузиазма и чувство преданности идеям освоения космоса, которые во многом определяют достижение, на первый взгляд, недосягаемых фантастических целей.

По материалам РКК «Энергия»

Опубликовано в выпуске № 42 (510) за 30 октября 2013 года

Спасибо: 2 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1275
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.11.13 20:26. Заголовок: Толкователь — Как НКВД в 1937—м репрессировал граждан ради их квартир


28.08.2013

Как НКВД в 1937—м репрессировал граждан ради их квартир

■ Одним из мотивов массовых репрессий в 1936—38 годах было желание НКВДистов обогатиться за счет утилизируемых ими советских граждан. Почти весь квартирный фонд отправленных в ГУЛАГ людей перешёл к карателям. НКВДшники также присваивали имущество репрессированных.



■ Чтобы лучше понять тот исторический период, укажем на его главную проблему — страшный дефицит жилья в городах. В 1920—е — начало 1930—х в города хлынули миллионы крестьян. Жилищное строительство же в эти годы почти не велось. В итоге в новых промышленных центрах вроде Магнитогорска на человека в среднем приходилось по 4—5 кв. м, в крупных городах (вроде Горького) — 6—7 кв. м, в Москве и Ленинграде — по 7—8 кв. м.
■ Большинство горожан ютилось в коммуналках, бараках, подвалах и подсобках. Отдельные квартиры были роскошью, и в них продолжали жить остатки царского среднего класса (интеллигенция), либо новый средний класс — советские управленцы, номенклатура и красная интеллигенция. В этих условиях донос на соседа был одним из способом улучшить жилищные условия — занять его комнату в коммуналке. У кого был административный ресурс, те имели возможность с применением 58—й статьи вселиться в элитное (про тем меркам) жилье репрессированного — отдельные квартиры и дома.
■ Особенно рьяно пользовались этим административным ресурсом НКВДшники (менее рьяно — прокуроры и судьи). Истории тех лет показывают, как происходил передел рынка недвижимости крупных городов. При этом надо не забывать, что эти истории стали достоянием гласности благодаря «бериевским чисткам» НКВД, проведённым им с конца 1938—го по 1941 год. В вину чекистам, работавшим во время «Большого террора» в 1936—1938 годов в том числе вменялись в вину хищения, мошенничества, злоупотребления служебным положением.



■ Вот несколько эпизодов о деятельности работников НКВД Кунцевского района Москвы.
■ «Размеры жилплощади и количество проживающих на ней тщательно фиксировались в протоколе ареста и обыска. Если там был прописан только арестованный, комнаты опечатывались и переводились на баланс Административно—хозяйственного отдела УНКВД, а затем распределялись среди нуждающихся сотрудников управления. В случае, если в квартире проживали члены семьи, она оставалась в их распоряжении. Однако не было правил без исключений, и к числу последних относилось так называемое «элитное жилье».
■ В следственных делах 1937—1938 годов содержатся материалы, раскрывающие механизм квартирного «самоснабжения». При обыске квартиры Муралова, располагавшейся в Петровском переулке, работник Кунцевского райотдела НКВД Каретников опечатал две из трёх комнат и предупредил домочадцев, что им следует ждать «уплотнения».
■ Уже после того, как Муралов был осуждён, его жена летом 1939 года попыталась вернуть себе жилплощадь. Напрасно: через пару недель в опечатанные комнаты уже вселялся сотрудник НКВД.
■ После перевода в Кунцево Кузнецов получил трёхкомнатную квартиру в центре Москвы, на Гоголевском бульваре. Кузнецов вселился квартиру корейца Сан—Таги Кима. Последний работал в 1919 году в Моссовете, позже выезжал к себе на родину с заданиями Коминтерна, а накануне ареста работал заместителем начальника цеха Одинцовского кирпичного завода, располагавшегося на территории Кунцевского района.
■ В конце марта 1938 года Каретников вёл следствие в отношении большой группы работников кунцевского завода № 46. При аресте В.П. Куборского, бывшего начальника отдела снабжения завода, он обратил внимание на трехкомнатную квартиру в центре Москвы, в Большом Власьевском переулке, где арестованный вместе с женой занимали две комнаты. Сам Каретников только в январе 1938 году получил комнату в Москве, но явно не собирался останавливаться на достигнутом. Вскоре выяснилось, что на желанной жилплощади был прописан ещё и квартирант.
■ «Из допроса Каретникова от 09 февраля 1939 года:
«Каретников мерами физического воздействия добился показаний от Куборского о том, что, якобы, Литвак Яков Григорьевич, остававшийся проживать на квартире Куборского, является участником к/р шпионско—диверсионной организации. Не имея права на подпись ордеров на арест, как оперуполномоченный, Каретников 22 марта 1938 года подписал ордер на арест Я.Г. Литвака. Арестовав Литвака, по национальности еврея, Каретников дал установку сотруднику райотдела НКВД Петушкову показать Литвака в следственном деле, как поляка. Петушков выполнил указание Каретникова путем преступной подделки документов — внес в анкете арестованного вместо «еврей» — «поляк», а также и в протоколе допроса оставил свободное место и после подписи страницы гр—ном Литваком внёс слово «поляк».
■ Учитывая то обстоятельство, что после ареста Куборского и Литвака на квартире оставалась проживать жена Куборского — Куборская Мария Алексеевна, Каретников вошёл в сделку с обвиняемым Куборским, попросив обменять свою комнату с его женой. Получив согласие Куборского на обмен своей квартиры на квартиру Куборских, Каретников незаконно разрешил свидание Куборской М.А. со своим мужем обвиняемым Куборским. Далее, решив не менять свою комнату на квартиру Куборских, Каретников через Петушкова добился показаний от Литвака и других обвиняемых, что Куборская Мария тоже шпионка и 29 марта 1938 года арестовали также и её.
■ Желая замести следы преступления и представить Куборскую в самом отрицательном виде, ведший следствие Петушков, по установке Каретникова, подделал документ — в анкете арестованного уже после подписи арестованной внёс надпись «отец крупный помещик», в то время как Куборская показала, что её отец мещанин. После ареста Куборской Каретников, получив записку от бывшего зам. начальника Управления НКВД МО Якубовича на получение ордера, вселился в квартиру Куборских, свою же комнату променял с гражданином Зайцевым, проживавшим через коридор от Куборских, и теперь занимает отдельную квартиру из 3—х комнат. Используя служебное положение, Каретников за счёт завода № 95 отремонтировал всю квартиру».
■ Такие же процессы шли в регионах. В книге Теплякова «Машина террора. ОГПУ—НКВД Сибири в 1929—1941 годов» рассказывается о «повседневной жизни» НКВДшников в Сибири.



■ Очень распространённым явлением было распределение между чекистами ценных вещей часов, ружей, велосипедов, патефонов, изъятых в качестве вещественных доказательств.
■ Апогеем наживы стали времена «Большого террора». Чекисты занимали дома и квартиры арестованных, присваивали обстановку и ценности, вплоть до сберкнижек. Следы воровства заметались: так, в период реабилитаций оказалось невозможным выяснить судьбу денег, изъятых у арестованных, поскольку документы по операциям с наличностью периода «Большого террора» в УНКВД НСО были уничтожены.
■ В 1937—1938 годах в Барнауле, «нач. отдела П.Р. Перминов представлял из себя зав. жилотделом, а начальник отделения СПО К.Д. Костромин — агента жилотдела. Они имели большую связку ключей и распределяли квартиры. Из кулуарных разговоров можно было понять, что основанием к аресту были приличные дома.
■ На конфискованной у работника штаба ВВС СибВО М.А. Зубова в 1937 году машине ГАЗ—А затем разъезжал начальник Особого отдела СибВО.
■ Полностью исчезло изъятое без описи богатое имущество заведующего Запсибкрайздравом М.Г. Тракмана, позднее оценённое дочерью в 100 тысяч рублей, о конфискации которого не оказалось впоследствии никаких документов. Многие чекисты обогатились, скупая по дешёвке или просто присваивая себе вещи арестованных и особенно расстрелянных.
■ Не брезговали и передачами для арестантов: денежные передачи для новосибирского обл. прокурора И. Баркова (причём уже после его самоубийства) присвоил ведший следствие по его делу П.И. Сыч. Помощник начальника СПО УНКВД НСО М.И. Длужинский похитил несколько сберкнижек арестованных и множество облигаций; за хищение ценных вещей арестованных на 50 тысяч рублей в апреле 1938 года был осуждён к расстрелу начальник отделения КРО УНКВД НСО Г.И. Бейман.
■ В 1939 году бывший начальник особой инспекции новосибирской облмилиции И. Г. Чуканов свидетельствовал, что начальником управления НКВД И.А. Мальцевым «поощрялось мародёрство, он не принимал никаких мер к тем, кто снимал ценности с арестованных, приговорённых к ВМН». В ходе репрессий пропало большое количество культурных ценностей. Известно, что исчезли рукописи, редкие книги и иконы после ареста поэта Н.А. Клюева, книги, письма и автографы из собраний новосибирских литераторов Г.А. Вяткина, В.Д. Вешана, В. Итина (при аресте Вешана хранившаяся у него записка Ленина была сожжена лично начальником СПО УНКВД ЗСК И.А. Жабревым).
■ Большая библиотека 256 наименований (включая книги с автографами авторов), а также письма Максима Горького, Александра Блока, Ромена Роллана были изъяты у писателя Г.А. Вяткина и бесследно исчезли. Отличились в мародёрстве видные работники УНКВД по Алтайскому краю Г.Л. Биримбаум, Ф. Крюков, М.И. Данилов и В.Ф. Лешин. Однако руководители управления НКВД фактически санкционировали преступления двух последних, мотивируя тем, что «Данилов и Лешин проводят большую работу по приведению приговоров в исполнение».
■ Много вещей арестованных присвоил начальник Томского ГО НКВД И.В. Овчинников, а также сотрудники Ямало—Ненецкого окротдела УНКВД по Омской области. Помощник начальника Кемеровского ГО НКВД Н.А. Белобородов в 1939 году получил 2 года заключения за бездокументное расходование на нужды горотдела 15 тысяч рублей, изъятых у арестованных.
■ Начальник Нерчинского РО УНКВД по Читинской области М.И. Богданов весной 1939 года был исключён из партии, а затем осуждён на 8 лет за нарушение законности, «присвоение вещей, изъятых у арестованных, за организацию коллективного пьянства на деньги, изъятые у арестованных». Начальнику УНКВД по Дальстрой В.М. Сперанскому в числе разнообразных уголовных обвинений вменялась и трата 80 тысяч рублей, изъятых у арестованных и расстрелянных.
■ Сотрудники советской разведки участвовали в нелегальном обороте наркотиков за рубежом. Резидент ИНО Я.Г. Горский в 1939 году обвинялся в том, что, работая по линии НКВД в Монголии, установил близкие отношения с торгпредом А.И. Биркенгофом (расстрелянном в 1936 году), покупал у него опиум и спекулировал им.
■ Горский не был единственным разведчиком, которому предъявлялись подобные претензии. Так, в следственном деле Берии упоминались причины тайной ликвидации полпреда в Китае и одновременно резидента ИНО НКВД И.Т. Луганца—Орельского, убитого 8 июля 1939 году в Грузии. В деле было сказано, что полпред—разведчик якобы контролировал оборот наркотиков, и его устранили негласно для того чтобы «не спугнул» сообщников». Возможно, торговля опиумом была формой финансирования чекистских резидентур».
■ Традиция чекистского рейдерства дожила и до наших дней. Только теперь члены охранительско-карательного сословия «отжимают» не только книги и квартиры, но и заводы и нефтяные компании.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1283
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.11.13 22:10. Заголовок: Толкователь — Репрессии командиров РККА не повлияли на качество армии


20.09.2013

Репрессии командиров РККА не повлияли на качество армии

■ В российской историографии принято считать, что репрессии в армии в 1936—37 годах сильно подорвали обороноспособность страны, что в итоге привело к огромным тяготам в войне. Качественный анализ комсостава после 1938 года показывает же, что репрессии не ухудшили качество армии.



■ Историк Григорий Герасимов в «Российском историческом журнале», № 1, 1999 год, приводит большой массив статистических данных по состоянию армии в 1930—х годах.
■ Оценить влияние репрессий на состояние кадров Красной Армии можно, проследив динамику изменения основных параметров, отражающих состояние кадров: насыщенность ими армии, уровень укомплектованности и подготовки, опыт службы в занимаемой должности. Часто причиной предвоенного некомплекта начсостава называют сталинские репрессии. Так ли это?
■ Анализ влияния репрессий на основные показатели состояния командно—начальствующего состава армии не даёт основания для подобного утверждения. В 1937 году было репрессировано 11034 человек, или 8% списочной численности начальствующего состава, в 1938 году — 4523 человек, или 2,5%.
■ В это же время некомплект начсостава в эти годы достигал 34 тысяч и 39 тысяч соответственно, т.е. доля репрессированных в некомплекте начсостава составляла 32% и 11%.
■ В последующие годы некомплект вырос и составил в 1940 и 1941 гг. — 60 и 66 тысяч, но никаких репрессий в эти годы, как известно, не было, зато было развертывание армии, создание новых формирований, требовавших всё больше кадров командиров и начальников.



■ Конечно, репрессии ударили прежде всего по верхушке армии, выбили высший руководящий состав, только в отношении этой категории можно и нужно говорить о влиянии репрессий на некомплект командно—начальствующего состава, для остальных категорий это влияние было незначительным. Сама постановка вопроса о некомплекте начальствующего состава и его влиянии на боеспособность армии оказывается излишней при сравнении насыщенности начсоставом РККА и европейских армий.
■ В сравнении с другими армиями, наша армия была самой насыщенной начсоставом.
■ Например, если в 1939 году на 1 офицера РККА приходилось 6 рядовых, то в вермахте — 29, в английской армии — 15, в французской — 22, японской — 196. Отчасти это объясняется тем, что в состав начсостава входили такие категории военнослужащих, которых не было в других армиях, например, политработники.
■ Пересчёт количества начальствующего и командного состава РККА, исходя из норм насыщенности офицерами европейских армий:
немецкой — 3,2% (самый низкий процент) и польской — 6,2% (самый высокий), показывает, что несмотря на постоянно растущий некомплект начсостава в РККА, его количество было значительно выше, чем количество офицеров в армии Польши.
■ Например, в 1924 году отношение списочной численности начсостава РККА к расчётной численности по нормам германской армии составляло — 2,6, по нормам польской армии — 1,3, в 1936 году — 5,3 и 2,7 соответственно, в 1939 г. — 6,6 и 3,4, в 1941 году — 2,6 и 1,3. Иными словами: если бы доля начсостава в РККА была на уровне немецкой армии, польской или любой другой европейской армии, то в ней, несмотря на огромный некомплект по действующим штатам, существовал бы переизбыток офицеров. При сравнении реальной численности начсостава РККА с расчетной по нормам польской армии этот переизбыток составлял в 1936 году — 124 тысячи, в 1939 году — 253 тысячи и в 1941 году — 113 тысяч.



■ В большинстве армий юридический, медицинский, ветеринарный, административный состав не занимал офицерских должностей. Возможно, истоки переизбытка заключаются в том, что в число начальствующего состава были включены нетипичные для других армий категории военнослужащих? Нет, даже если сравнение делать лишь по численности командного состава, то и в этом случае некомплекта не было. Сравнивая списочную численность комсостава РККА с расчётными значениями по польским нормам, появляется избыток кадров. В 1924 году он составлял 5,5 тысяч командиров, в 1936 году — 28 тысяч, в 1939 году — 17 тысяч, и только в 1941 году появляется некомплект в 80 тысяч человек по нормам польской армии мирного времени, что связано с развёртыванием армии военного времени. В свете столь высокой насыщенности РККА начсоставом является спорной и сама постановка проблемы его некомплекта.
■ Очевидно, что некомплект был во многом искусственным, в его основе лежал не недостаток офицерских кадров, а излишнее количество штатных должностей.
■ Одной из основных причин этого являлось то, что в РККА не было полноценного унтер—офицерского корпуса, с создания которого планировал начать строительство новой армии первый председатель РВСР Лев Троцкий. Функции унтер—офицеров вынужден был выполнять средний комсостав, отсюда и его многочисленность.
■ Другая причина большой насыщенности армии начальствующим составом заключается в том, что в 20—30-е годы большая часть армии строилась по территориально—милиционному принципу, что позволяло ей иметь самый большой коэффициент развёртывания, по сравнению с европейскими странами. А это, в свою очередь, предполагало наличие большого количества командных кадров уже в мирное время для развёртываемой армии. Часто ссылаются на опубликованный отчёт начальника Управления по начальствующему составу РККА НКО СССР Б.А. Щаденко о работе за 1939 год. Данные, приводимые в отчёте, дают всплеск перемещений в 1938 и 1939 годах.
■ Если в 1937 году продвижение по службе получило 23,8% начсостава, то в 1938 году уже 59,9%, а в 1939 — 55,4%. Этот рост обычно обосновывают необходимостью замещения вакансий, образовавшихся в результате репрессий. Так ли это на самом деле?
■ Но в отчёте в число назначенных с продвижением офицеров включены и выпускники академий, училищ и курсов, поскольку в это время для покрытия некомплекта кадров было выпущено в войска огромное количество молодых офицеров (их количество сопоставимо со всеми выпусками вузов за все предшествующие 30—е годы). Но если выпускников вузов не учитывать, то оказывается, что перемещения в 1937—1938 годы находились на довольно низком уровне — 32% и 44% соответственно и были сопоставимы с перемещениями 1934 года — 31,6%, и даже незначительно уступали предшествующим 1935—1936 годам— 39% и 45%. Таким образом, значительного влияния репрессий на перемещения начальствующего состава по службе не просматривается.
■ Важнейшим показателем подготовленности кадров является уровень его образования.
■ Архивные данные свидетельствуют о том, что в двадцатые годы шел бурный рост показателей военного образования комсостава. Он происходил за счет увольнения тех, у кого не было военного образования и доподготовки и переподготовки оставшегося в кадрах начсостава, включая бывших царских офицеров. Достаточно высокого уровня военного образования начсостав достигает уже к 1929 году.
■ В 30—е годы этот уровень постепенно повышается, но уже не столь значительно.
■ В это время прослеживается тенденция незначительного повышения среднего военного образования, получаемого в средней военной школе и академиях, снижение доли начсостава, имеющего за плечами лишь краткосрочные курсы.
■ В предвоенный период число лиц начсостава с ускоренным военным образованием вновь возрастает.
■ Репрессии не наложили, да и не могли наложить из—за незначительности их масштабов по сравнению с общей массой офицерского корпуса видимого отпечатка на образовательный уровень. Некоторое падение доли офицеров, имеющих среднее военное образование в 1938—1939 годах объясняется не репрессиями, а значительным притоком в армию офицеров из запаса, из сверхсрочников, и, особенно, офицеров, окончивших курсы младших лейтенантов. В то же время в предвоенные годы наблюдается устойчивая тенденция к увеличению процента офицеров, имеющих академическое образование. В 1941 году этот процент был наивысшим за весь межвоенный период и равнялся 7,1 %. До репрессий, в 1936 году эта цифра составляла 6,6 %.
■ В период репрессий наблюдался устойчивый рост количества начсостава имеющего среднее и высшее военное образование. Так, академическое образование в 1936 году имело 13 тысяч лиц начсостава, в 1939 году — после фактического окончания репрессий — 23 тысячи, в 1941 году — 28 тысяч офицеров. Военное образование в объёме военной школы имело соответственно — 125, 156 и 206 тысяч военнослужащих.
■ Более важным является выяснение влияния репрессий на уровень подготовки комсостава. Анализ уровня военного образования комсостава показывает примерно те же тенденции, что мы наблюдали у начсостава в целом. В 30—е годы 50—70 % комсостава имело образование в объеме нормальной школы и 2—6% в объеме академии. Процент командиров, окончивших нормальную военную школу, достиг максимума в 1936 году (72 %), затем идет его резкое снижение за счет притока офицеров с краткосрочной подготовкой в 1938—1939 годы и вновь некоторое увеличение — в 1941 году.
■ Колебания доли офицеров командного состава, имеющих академическое образование, происходило в пределах 2—3 %. При этом в 1936 году «академиков» было 2,8 %, в 1939 — 3,3 %, в 1941 году — 2,8 %.
■ К 1941 году уровень военного образования командного состава был в основном восстановлен, а благодаря широкому развёртыванию вузов количество командиров, имеющих высшее и среднее образование значительно выросло, таким образом негативные последствия репрессий к началу войны были в основном нейтрализованы.
■ Большее влияние на уровень подготовленности комсостава оказало наводнение его офицерами с краткосрочной подготовкой. Из—за стремительного развертывания армии их доля к 1941 году достигла 39 %. На уровне взвод-батальон эти люди определяли боевую подготовку, готовили войска к войне. Именно их деятельность, а не репрессии, в значительной степени снизили уровень боевой подготовки в войсках.
■ Больше всего от репрессий пострадал советский генералитет. Как отразились репрессии на образовательном уровне высшего командного состава? Как ни парадоксально, но объективно его уровень вырос. В первой половине 30—е годов доля лиц этой категории, имеющих высшее военное образование колебалась от 30 до 40 %. Перед началом репрессий 29 % имело академическое образование, в 1938 году их было уже 38 %, а в 1941 году 52 % военачальников имело высшее военное образование.
■ В пик репрессий, с 01 мая 1937 года по 15 апреля 1938 года, из 3—х арестованных заместителей Наркома обороны ни один не имел академического образования, 2 из назначенных его имели. Из командующих войсками округов арестовано 3 «академика», назначено — 8; заместители командующих округами: соответственно арестовано 4 с высшим военным образованием, назначено — 6; начальники штабов округов — арестованные не имели академического образования, 4 из 10 назначенных его имели; командиры корпусов — арестовано 12 с высшим военным образованием, назначено 19; начальники штабов корпусов — арестовано 14 «академиков», назначено 22. И так по всем должностям, за исключением командиров дивизий.
■ 33 арестованных комдивв имели академическое образование, а среди назначенных таких было только 27. В целом по высшему командному составу количество назначенных, имеющих высшее военное образование, превышает число арестованных с аналогичным образованием на 45 %. Таким образом, репрессии не снизили образовательный уровень затронутых ими категорий офицеров.
■ Важнейшей характеристикой военных кадров является наличие у них боевого опыта. Вполне закономерно, что наибольшим боевым опытом командные кадры обладали сразу после окончания гражданской войны. В 1923 году доля комсостава, имеющего боевой опыт, была равна 80 %, к 1930 году она упала до 60 %, в 1934 и 1938 гг. составляла 23 %, а в 1941 году, несмотря на развёртывание армии, равнялась 29,5 %. Военные конфликты второй половины 30—х годов стабилизируют долю командного и начальствующего состава армии, имевшего боевой опыт. В абсолютных цифрах количество прошедших боевые действия, значительно выросло.
■ Подводя итог, можно сделать некоторые выводы. Во—первых, исследование объективных показателей и характеристик различных категорий командно—начальствующего состава, проведённое с помощью количественных методов, не дает оснований для утверждения о значительном влиянии репрессий на состояние военных кадров в предвоенный период.
■ Во—вторых, анализ большого массива доступных данных показывает, что репрессии не оказали на состояние военных кадров того значительного влияния на уровень подготовки, укомплектования, наличия боевого опыта и опыта руководства частями и соединениями, которое им придается в историографии. К началу войны армии удалось подойти с достаточно высоким образовательным уровнем высшего офицерского состава. Главным недостатком офицерского корпуса перед войной являлась низкая подготовка огромной массы командиров среднего звена.
■ Значительная группа офицеров с невысоким уровнем образования, влившаяся в РККА в предвоенные годы, была неизбежным следствием ее незапланированного развёртывания.
■ В—третьих, репрессии не столь сильно повлияли на кадры, как их оценили немецкие военачальники во главе с Гитлером перед войной. Они явно ошиблись, и наша победа убедительное доказательство этого



■ Означает ли это, что репрессии никак не отразились на командных кадрах?
■ Нет, не означает. Вред, нанесённый репрессиями, заключаются не в снижении уровня подготовленности кадров, их некомплекте и недостатке опыта прохождения службы в соответствующих должностях, а в нагнетании атмосферы страха и неуверенности среди командного состава. Оценить влияние этих факторов на состояние офицерского корпуса при помощи статистических методов не представляется возможным.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1291
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.12.13 20:47. Заголовок: Толкователь — «Партия жуликов и воров»: как чинуши сколачивали капитал при НЭПе


02.08.2013

«Партия жуликов и воров»: как чинуши сколачивали капитал при НЭПе

■ Советский экономист Юрий Ларин в 1927 году описал, как появился первоначальный капитал при НЭПе. Один в один как позже в Перестройку: нэпманами в основном стали чиновники и «красные директора» — на воровстве и присвоении госимущества, льготных госзаймах, коррупции, продаже своих услуг.



■ Юрий Ларин (Иехиэль Лурье) — с юности в революционном движении. В 1902 году основал Крымскую ячейку РСДРП, позже примкнул к меньшевикам. До Революции стандартная биография — тюрьма, ссылка, эмиграция. Один из создателей советского Госплана, член комиссий по налаживанию финансовой системы, торговли, промышленности, монополии внешней торговли. Ларин умер в 1932 году, похоронен у Кремлёвской стены.
■ В 1927 году он пишет книгу «Частный капитал в СССР», где разоблачает НЭП и поддерживающую его бюрократию. Читая её, приходишь к выводу, что в отсталой стране с неразвитыми производственными отношениями и отсутствием закона у частного бизнеса всегда один путь «развития» — сращивание с бюрократией. Это происходило и в царское время, и в годы НЭПа, и позже — после конца 1980—х в т.н. «эпоху курса реформ».
■ Ларин так оценивает происхождение частных капиталов к 1923 году: 150 млн. рублей золотом были припрятаны с царского времени, остальные 350 млн. были накоплены частными капиталистами в период первых лет нэпа в результате их нелегальной деятельности.
■ Ларин выделяет 12 основных путей нелегального обогащения при НЭПЕ: 1) агенты и соучастники частного капитала в госаппарате, 2) лжегосударственная форма деятельности частного капитала, 3) злостная контрагентура, 4) неликвидные фонды, 5) хищническая аренда, 6) нелегальная перекупка, 7) контрабанда, государственный денежный кредит, 9) государственные займы, 10) валютные операции, 11) уклонение от налогов и 12) лжекооперативы.
■ В первой главе он описывает сращивание частного бизнеса и госаппарата. Мы даём эту часть книги с некоторыми сокращениями:
■ «Первым и самым простым методом нелегальной деятельности по созданию частного капитала было наличие его соучастников и агентов в государственном аппарате. Сами служа в хозорганах, они в то же время организовывали различные предприятия или на имя своих родственников, компаньонов, или даже прямо на своё собственное. А затем перекачивали в эти частные предприятия находившиеся в их распоряжении государственные средства из государственных органов, где они служили. Совершив такую перекачку, они обычно оставляли вовсе госорганы и «становились на собственные ноги».



■ Это явление было распространено чрезвычайно широко. Можно было бы привести сотни примеров того, как различные ответственные и не очень ответственные деятели, коммерческие директора и другие деятели заводов, различных хозяйственных объединений, железных дорог, торговых организаций — государственных и кооперативных — организовывали параллельные лавки, параллельные магазины, параллельные общества, параллельные фирмы, которые и начинали якобы заниматься поставками и подрядами на государственные органы и всякими сделками с ними. Но все это выполняли путём прямой передачи в порядке злоупотреблений создаваемым ими частным учреждениям тех средств, которые находились в их распоряжении по службе в советских учреждениях.
■ Для иллюстрации, как это делалось, приведу несколько примеров из богатой копилки собранных т. Кондурушкиным материалов, установленных, проверенных и подтверждённых приговорами суда.
■ Вот служащие Ленинградского военного порта вошли в соглашение с организованной для этого частной конторой «Заводопомощь» и украли из Ленинградского военного порта 200 тысяч пудов мазута, который и вывезли рядом поездов и цистерн и передали в распоряжение конторы. А «Заводопомощь» продала из них 50 тысяч пудов Ижорскому заводу и остальное — другим госорганам, нуждающимся в мазуте. У этой частной конторы не было при основании ни денег, ни каких—нибудь других средств, а было только помещение в проходной комнате, одна машинка и машинистка.
■ Директор бывшего Франко—русского завода в Ленинграде Лопатин вошёл в соглашение с частной конторой инженера Евзерова «Инжбюро», которой и передал 35 тысяч пудов кровельного железа.
■ Служащие завода «Треугольник» организовали частную контору под названием «Контора Мартынова», у которой покупали кабель. Производилось это таким образом: с одной стороны, в одни ворота вывозился из завода на склады «Конторы Мартынова» краденый кабель, причём никакого платежа за это не производилось, а в другие ворота на завод ввозился кабель из «Конторы Мартынова», хорошо оплачивавшийся «Треугольником».
■ Инженер Зак, начальник восстановительного подотдела НКПС, организовал частную техническую контору «Мосмет», которая должна была поставлять именно те материалы, какие нужны были восстановительному подотделу.
■ Заведующий коммерческим отделом Ленинградского отделения Трансмосторга (госорган) организует частную контору «Лакокраска» и сам переписывается с собой как с её владельцем, совершая с ней различные сделки (особенно много выкачал из Трансмосторга ультрамарина, который потом поставлял через своего брата госорганам же в Москву).



■ Начальник отдела Северо—Западной железной дороги инженер Лукьянов сам производит поставки этому отделу (через подставное лицо — бывшего адвоката Зуккау) и сам производит приёмку.
■ Консультант Октябрьской железной дороги Львов являлся в 1922 году почти монопольным поставщиком на эту дорогу разных материалов, подавая заявления и пр. от имени вымышленного, не существовавшего лица Шура. Он поставлял, например, цинковые бидоны, «добывая» их в Фондкомбалте.
■ Начальник Северо-Западной железной дороги Храповицкий лично ведёт переговоры с мелким агентом ТПО о покупке 100 пудов шведских гвоздей (являющихся якобы собственностью этого агента), выдавая записку об уплате ему немедленно всех денег. Гвозди на деле берутся из государственного заброшенного сарая.
■ Агент Ленинградского губоткомхоза, сын купца Белокриницкий, уже бывший раз осуждённым на 5 лет за связь с бандитами, является другим поставщиком — сообщником Храповицкого.
■ Лаборанты Ленинграда в 1922 и 1923 годах за взятки получали из Рауспирта денатурированный спирт, который затем частные торговцы употребляли на парфюмерию. Имея, таким образом, материал дешевле ТЭЖЭ (треста «Жиркость»), они били его на рынке, продавая свою парфюмерию на 15—20% дешевле.
■ Служащие Балтфлота Константинов, Курыленко, Зверев открыли два магазина, которые заполняли целиком из складов флота («включительно до щёток и фитилей»).
■ Таких примеров, установленных позднейшими судебными процессами (преимущественно в 1923—1925 годах), но имевших место в жизни в 1921—1923 годах, можно было бы набрать не сотни, а тысячи. Вообще в первый период нэпа для буржуазии, в составе государственных органов имевшей агентов частных предприятий, именно и характерна наличность не обычного типа коммерческих хозяйственных операций, хотя бы и прибыльных, а наличность прямых злоупотреблений, причём эти злоупотребления облекались только в форму сделок.
■ Под «нормальной» коммерческой операцией имею в виду при этом такую, когда частный предприниматель хотя и наживается, но продаёт что—либо действительно ему принадлежавшее или покупает действительно за свой счёт. В приведённых же случаях речь идёт о передвижении на деле государственных фондов, лишь обманно выдаваемых за частные, благодаря сидящим в госаппаратах служащим, на деле являющимся частными предпринимателями или агентами частных предпринимателей.



■ Когда впоследствии этот первый период «разбазаривания» прошёл и стали выяснять и учитывать, где что раскрали, то были организованы сотни процессов по разным предприятиям и крупным хозяйственным организациям, выяснивших в судебном порядке сумму потерь государственных средств в пользу частного капитала. Конечно, учёт этот неполон, но он весьма показателен.
■ Результаты только 56 таких процессов (по приведённым в работе т. Кондурушкина материалам) показывают, что только по ним передано в руки частных лиц государственного имущества примерно на 54 млн. рублей золотом. Но судебных процессов по делам 1921—1923 годах было гораздо больше, чем 56. Компетентными лицами (т. Лежавой, органами ВСНХ — Ю.Л.) потери промышленности за 1921/22 годы определились в пределах 150—200 млн. рублей золотом». Это за один только первый год нэпа.
■ Особенно интересно то, что эти процессы дают возможность выявить круг тех лиц, которые были в 1921—1923 годах агентами частного капитала и его соучастниками в рядах наших государственных органов. Тов. Кондурушкин произвёл статистический подсчёт, охватывающий ряд крупнейших процессов. Например, процесс Ленинградского военного порта, где было 125 человек подсудимых; процесс Северо—Западных железных дорог, где было подсудимых 118 человек; процесс Рауспирта, где было 79 человек подсудимых; процесс Главного морского технического хозяйственного управления с 64 подсудимыми и т.д. И вот выясняется, что из всех лиц, признанных судом виновными в этих злоупотреблениях и бывших в 1921—1923 годах нашими государственными служащими, имели высшее образование 25%, имели среднее образование больше 50% и имели только низшее, или были самоучками, или не имели никакого — менее 25%. Таким образом, около трёх четвертей тех государственных служащих, которые были активными организаторами частных предприятий и перекачки в них государственных средств, были интеллигенцией технической, юридической и всякой прочей.
■ В подавляющем большинстве они не были людьми, которые уже до революции были частными предпринимателями; перед нами процесс образования новой буржуазии, пореволюционной. Это были люди, которые превращались в настоящую предпринимательскую буржуазию в первые годы нэпа, используя своё административное положение в государственных органах для обогащения себя через создаваемые ими на имя подставных лиц, родственников и т.п. частные предприятия, чтобы затем превратиться уже открыто и самим в самостоятельных предпринимателей.



■ И действительно, по ряду названных процессов, объединяющих несколько сотен подсудимых, имеется подсчёт, кем сделались люди, которые были осуждены по процессам за злоупотребления, совершенные ими в период 1921—1923 годах в бытность их служащими госорганов. Процессы происходили обычно на два—три года позже открытия злоупотреблений (ввиду крупного размера процессов, большого количества привлечённых, сложности следствия). Оказывается, что из этих лиц, которые были государственными служащими, ко времени суда оказались самостоятельными частными предпринимателями 53%. Кроме того, хозяйственными агентами — 8%, причём эти агенты формально являлись как бы государственными служащими, но фактически работали на процентах, т.е. были тоже частными предпринимателями. Далее, канцелярских служащих оказалось 12%, счётных и т. п. служащих — 10% и технического инженерного персонала —17%.
■ Таким образом, из тех лиц, которые в качестве государственных служащих совершали крупные злоупотребления в первые годы нэпа, свыше 60% превратились открыто в самостоятельных частных предпринимателей.
■ Конечно, по совершенным преступлениям они были судом осуждены. Но у нас очень часто бывают амнистии или даже без амнистий просто бывает «разгрузка тюрем». Наша страна обладает недостаточным количеством тюрем в сравнении с теми размерами хозяйственных злоупотреблений, какие имели место, и потому, помимо всяких амнистий, производятся периодически разгрузки тюрем, во время которых в тюрьмах оставляют только наиболее важных преступников, например убийц, а менее важных — воров — выпускают. Осуждённые скоро начинают опять оперировать, используя накраденные средства.



■ Тов. Кондурушкин устанавливает, что из теперешних частных крупных предпринимателей почти никого нет, кто бы раньше не был под судом или не высылался бы административно по хозяйственным делам. Среди частных оптовиков, полуоптовиков и более крупных частных фабрикантов почти не оказывается такого элемента, который не прошёл бы через уголовное клеймо в первые годы нэпа. Они точно следовали тому положению Маркса, что частный капитал не останавливается ни перед каким уголовным преступлением, если находит для себя в этом материальную выгоду. Кстати сказать, из приводимых т. Кондурушкиным таблиц видно, что из частных предпринимателей, дела которых слушались судом в 1924—1926 годах, состояло на государственной службе до 1921 года ни много ни мало 90%.
■ К этой характеристике надо добавить ещё, что та часть государственных служащих 1921—1923 годов, которые тогда совершали преступления в пользу частного капитала, она снова в 1924—1926 годах нередко попадалась вновь в подобных же хозяйственных преступлениях.
■ Интересен вывод т. Кондурушкина из данных хозяйственных дел 1925—1926 годов о судебном прошлом тех государственных служащих, которые были осуждены за взятки и за другие хозяйственные преступления, Оказывается, из всех служащих, которые во второй период нэпа, т.е. в 1924—1926 годах, совершали хозяйственные преступления, было уже осуждено раньше за хозяйственные преступления примерно 80%. Иначе сказать, мы имеем устойчивый круг хозяйственных преступников в наших госорганах. Из тех преступников, которые за последние два—три года осуждены, четыре пятых уже были раз осуждены (а некоторые были даже несколько раз осуждены) по разным хозяйственным процессам, но потом были вновь приняты на службу — иной как ловкий «незаменимый» человек, как ловкий агент, или перешёл из одного государственного органа на службу в другой госорган, где не обратили внимания на прошлое, или в аппарате оказались приятели, которые опять втянули, или вообще начальство сквозь пальцы смотрело на прошлое — авось, не повторится.
■ Так или иначе, но факт таков, что воры первого периода нэпа, которые осуждены по закону, поскольку они не превратились в частных предпринимателей, сплошь и рядом возвращались опять на государственную службу. Из вновь осуждаемых по хозяйственным преступлениям служащих госорганов, как сказано, 80% оказываются уже осуждёнными ранее, до этого.



■ Из этого видно, что надо издать специальный закон, который запретил бы всем госорганам, а заодно и всей кооперации принимать на государственную и кооперативную службу тех лиц, которые когда бы то ни было при Советской власти были осуждены по хозяйственным преступлениям, хотя бы они потом были амнистированы, хотя бы отбыли наказание, хотя бы были освобождены в порядке разгрузки тюрем. Пора на десятом году революции обходиться без патентованных воров на государственной службе. Можно предоставить им переходить к физическому труду на земле или в промыслах, но не доверять им вновь должностей, дающих возможность хозяйственных преступлений».

Спасибо: 2 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1293
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 02.12.13 14:33. Заголовок: Толкователь — Мирослав Крлежа: Гастрономические впечатления от Москвы 1925 года


28.05.2013

Мирослав Крлежа:

Гастрономические впечатления от Москвы 1925 года

■ Хорватский писатель и анархист Мирослав Крлежа в 1925 году совершил поездку в СССР. После голодной послевоенной Европы его в первую очередь поразило продовольственное изобилие в стране Советов, во вторую — прогресс, особенно на фоне остальных стран Восточной Европы.



■ Мирослав Крлежа родился в 1893 году в Загребе, который тогда был частью Австро—Венгрии. После окончания Военной академии, в 22 года увлёкся анархизмом и одновременно хорватским национализмом. В 1918—м вступает в югославскую компартию, где, впрочем, считался «попутчиком» и в 1939—м был исключён из неё.
■ К России и СССР у Крлежы всегда было двойственное отношение. Он уважал большевиков за решимость начать грандиозный социалистический эксперимент, но одновременно осуждал их за перерождение системы в госкапиталистическую, начиная с 1930—х. Наилучшей хозяйственной формой он считал кооперацию. В Югославии Крлеж числился известным литератором и дорос до должности руководителя местного союза писателей. В СССР он не публиковался.
■ В начале 1925 года Крлежа пустился в путешествие в советскую Россию. Его путь лежал через Восточную Европу (включая Прибалтику), и у него была затем возможность объективно сравнить существование этой части континента и СССР. Возвратившись домой тем же путем, каким и приехал в Москву, Крлежа в 1925 году опубликовал свои путевые заметки в нескольких загребских журналах. В 1926 году очерки были собраны в книгу «Поездка в Россию».
■ Значительную часть книги занимают гастрономические записки, настолько Крлежу поразило продовольственное изобилие в СССР — вопреки европейской пропаганде тех лет о массовом голоде в нашей стране. Мы публикуем часть этих записок хорватского писателя.



■ «В Вологде я насчитал в одном меню шестнадцать наименований супов. В далеком краю, к востоку от Вятки, где отбывали ссылку Герцен и Салтыков, в доме одного ярого противника большевизма, который не переставая поносил существующий режим, нам было подано следующее: приперченная вяленая рыба, рыба отварная, рыба солёная, рыба в маринаде, винегрет, мочёные яблоки, икра и масло, три сорта вина и хрен со сметаной. Эти тринадцать закусок были сервированы под сорокоградусную водку, именуемую рыковкой (потому что её якобы пьет сам Рыков), а также плюс портвейн, малага, вишнёвая настойка и зубровка — это превосходный самогон с запахом травы, которую едят дикие сибирские буйволы. Это для начала. После чего внесли самовар и подали свинину, индюшку, салаты и соусы, пироги, варенье, фрукты, торты, кофе и какое—то горькое водянистое пиво. При этом хозяева ругали революцию, которая разрушила их блестящую довоенную жизнь.
■ В Москве мне случалось видеть нищих, которые держат в руке бутерброд, намазанный слоем икры толщиной в палец. Не выпуская изо рта папиросы и не переставая жевать, они тянут извечный православный, русский, он же цыганский, припев: «Подайте, люди добрые!» Я всегда был противником фейерверков и бенгальских огней, но если вы сегодня путешествуете по России и если у вас, как у гоголевских героев, мясной фарш стоит в горле, то вы не сможете согласиться с утверждениями европейской печати о том, что Россия умирает от голода. На станциях между Ярославлем и Якшангой я видел в огромных серебряных подносах такую массу жареных рябчиков, что казалось, будто их кто—то буквально загребал лопатой.
■ Вагоны и улицы заплеваны тыквенными семечками, а большинство людей, с которыми вам приходится общаться, что—то жуют, пытаясь разговаривать с набитым ртом. В учреждениях заваривают чай, едят горячие пирожки с мясом; чиновники, разговаривая с клиентом и оформляя документы, вечно чем—то шуршат в своих ящиках поверх бумаг или грызут яблоки.
■ Центр Москвы представляет собой скопище хлеба, крымских фруктов, студня, икры, сыра, халвы, апельсинов, шоколада и рыбы. Бочонки сала, масла, икры, упитанные осётры в метр длиной, ободранная красная рыба, солёная рыба, запах юфти, масла, солонины, кож, специй, бисквитов, водки — вот центр Москвы. Итак: дымятся самовары, благоухают горячие, жирные, гоголевские пироги; мешки с мукой и бочки с маслом, здоровенные рыбины и мясной фарш, супы овощные, щи с капустой, с луком, с говядиной, с яйцом — и нищие, которые клянчат бога ради. Слепые, хромые, в меховых тулупах или красных шерстяных кофтах — днем и ночью натыкаешься на них на мостовых и тротуарах.



■ Единственная постоянная величина в России: время — не деньги. К понятию времени здесь все относятся индифферентно. Вы звоните кому—нибудь во вторник, а его нет, хотя вы договорились встретиться во вторник.
— Приходите в пятницу, — лениво отвечают вам. Вы заходите в пятницу, а его опять нет.
— Зайдите во вторник!
— Да я уже был во вторник!
— А что мы можем сделать? Его нет. Позвоните попозже!
■ Вы звоните через неделю, а его нет.
— Он уехал!
— Он в отпуске!
— Он заболел. Звоните завтра!
■ Вы звоните завтра: опять ничего!
■ Потом, спустя несколько недель, вы встречаетесь с этим человеком на улице, он очень спешит на какую—то встречу, но он забывает об этой встрече и сидит с вами всю ночь до утра и ещё следующий день до вечера, в то время как тридцать человек его разыскивают точно так же, как вы гонялись за ним по вашему делу.
■ Итак: запах юфти, мясной фарш, время, которое не деньги, папиросы фабрики имени Розы Люксембург — за всё заплачено серебром, чуть дешевле цен международного золотого паритета. Десять золотых рублей (червонец) во время моего пребывания в России был равен примерно 4,34 доллара. Можно пообедать за 1 рубль 40 копеек. Обед из трех блюд: суп или суп—пюре, щи или говяжий суп с приличным куском мяса. Потом рыба или жаркое, салат, шоколадный крем или мороженое. Обед за 60 копеек состоит из супа с куском говядины и жаркого с гарниром. Текстиль также дорог, как в Германии. Чаевые давать не принято; впрочем, официанты — тема для отдельной главы.
■ В киосках и в залах ожидания на вокзале продаются книги — от сочинений энциклопедистов до безбожников—материалистов первой половины девятнадцатого века и полные собрания сочинений Маркса и Энгельса, Ленина, Бухарина и т.д. Приятный сюрприз после европейской порнографии. На пограничных польских, литовских и латвийских станциях у вас в ушах ещё звучат сообщения белогвардейской печати об азиатских способах ведения хозяйства у московитов. Однако станции по ту сторону относительно чистые и аккуратные, с неплохими ресторанами и книжными киосками. Итак, первое и главное впечатление — то, что страна не голодает и что здесь много читают.
■ Второе впечатление, преследующее вас с первого дня, — это голоса недовольных. Если применить международные мерки, то происходящее в России приобретает более высокий смысл и мотивацию. Речь идет о далеко идущих замыслах, в рамках концепций предстоящих битв крупного международного масштаба. Такие люди, как царские чиновники, служанки, кельнеры, вдовы, гнилая чеховская мещанская интеллигенция, не понимают происходящего, они вздыхают и уныло брюзжат. Русский чиновник, носивший в царское время полковничьи погоны или генеральские эполеты, а теперь одетый в потрёпанный цивильный пиджак, смотрит на всё это с глубоким раздражением. Кожа на нём шелушится, как на мумии, у него проницательный прокурорский взгляд серых глаз, его закоренелый бюрократизм, врождённая злоба, непробиваемая тупость, прикрытая неискоренимой печатью условностей традиционного воспитания, приправлены передовицами из газеты «Новое время» и затверженными фразами о народе, Боге и царе; такой вот чиновник работает на теперешний режим, но безмолвно ненавидит всё происходящее и умирает с проклятием на устах.
■ Эти легендарные русские чиновники судят о партиях и событиях свысока, из их взглядов и нудных голосов так и сочится презрение. Для этих типов всё происходящее — бессмысленное нарушение порядка, бунт, хаос, насилие, преступление, они ненавидят всех и вся, осознавая свое бессилие, дрожат перед ЧК и умирают, растоптанные и поверженные. Как объяснить кухарке, которая в Страстную пятницу вечером отчаянно рыдает при мысли, что в этот день тысяча девятьсот двадцать пять лет назад должна была ужасно страдать Матерь Божья, как объяснить такому вот созданию, что сегодня происходит в России? Её призывают в Кремль, чтобы управлять одной шестой частью света, а она не идёт. И слава богу! Требуется зоркость ума, масштаб личности, знания, убежденность, одарённость, опыт, вынесенный из пережитого на своей собственной шкуре, для того чтобы почувствовать темп движения, осознать его направление и взять инициативу в свои руки. Ничего этого нет у господ юнкеров и помещиков, и потому они предпочитают купание в Дунае и рыбную ловлю в Сремски Карловци, шести— или восьмичасовому рабочему дню в каком—нибудь пыльном московском учреждении или конторе.
■ Доказано, что можно обойтись без великих умов, отбывших в эмиграцию. По своим внешним, поверхностным формам жизнь в сегодняшней России ничем не отличается от жизни на Балканах, или в Литве, или где угодно в пространстве, лежащем на восток от линии Данциг—Триест. Поезда идут точно по расписанию. Правда, я путешествовал в международном экспрессе, и здесь спальные вагоны были чистые и аккуратные, и кормили хорошо. Путешественника, прибывшего из урбанизированной буржуазной Европы, на первый взгляд поражает отсутствие роскоши. Женщины в основном одеты очень просто. На улицах преобладает скромный средний вкус, что весьма симпатично после западных столичных борделей. Кафе отсутствуют. Все гостиницы принадлежат государству, цены в них в 2—3 раза выше, чем в Германии. Самый обычный гостиничный номер стоит минимум 6—8 рублей в день, что, принимая во внимание низкий курс доллара, очень дорого.
■ …Всё, что в Кремле построено в царствование последних двух—трёх императоров, несёт отпечаток типично мещанской безвкусицы, которая часто встречается в убранстве европейских правящих дворов XIX века. Царские палаты в стиле модерн воспринимаются в архитектурном ансамбле крепости как нечто до такой степени неуместное, словно к ним приложил свою тяжелую руку наш сиятельный граф Кршняви. Красный мрамор на порталах императорской резиденции, массивные подсвечники — точная копия царских покоев, какими их представляют публике с экрана провинциального кинематографа. В одном из залов над лепниной главного входа — огромное полотно в манере Репина шириной в десять, а высотой бог его знает во сколько метров в массивной золотой раме. В солнечных лучах окруженный своей свитой Его Величество, Самодержец Всероссийский, царь Александр III обращается к депутации мужиков, покаянно склонивших перед ним свои головы после безуспешных, подавленных крестьянских волнений, прокатившихся по всей стране: «Ступайте по домам и не верьте слухам о переделе земли. Собственность неприкосновенна!» Эти слова императора вырезаны на желтой табличке, помещенной под рамой картины. Русские крестьяне, которых ещё недавно иронически называли «мужиками», сегодня останавливаются перед этим полотном, разбирая по слогам мудрые царские слова и радуясь, что слухи о переделе земли все—таки осуществились. Где теперь неприкосновенность собственности?..



■ Описание продовольственного рынка занимает значительную часть записок об СССР не только у хорвата Крлежы. Венгерский поэт Дюла Ийеш, побывавший в СССР в 1934 г., американец Дж. Скотт, работавший на Магнитке в 1932—1937 гг. и многие другие оставили относительно беспристрастные записки об этом.
■ Дюла Ийеш стремился выяснить структуру питания производственников и даже попробовать типичный обед рабочего, при том не самого высокооплачиваемого. Например, в столовой ленинградской фабрики резиновых изделий «Красный треугольник» рабочие получали трехразовое питание. Ударникам производства два раза в день выдавались мясные блюда, обычным рабочим — один раз, а второй раз — рыба. Стоимость обеда для чернорабочих, получавших менее 100 рублей, составляла 70 копеек, для обычных — 1 руб. 20 коп., а для ударников — 1 руб. Ийеш заказал себе обед чернорабочего. На 70 копеек ему принесли: мясной суп, котлеты с картошкой, а на десерт, как он писал, «нечто розовое, похожее на подогретый клейстер» (кисель?). Это диковинное блюдо он так и не попробовал, хотя его сотрапезники уверяли, что это — самое вкусное в меню, и уплетали свой десерт за обе щеки.
■ В Москве он с таким же тщанием обследовал производственные помещения и службы быта 1—го Шарикоподшипникового завода. Как и на ленинградской фабрике, иностранный гость захотел отведать обед для чернорабочих. Однако, директор столовой, движимый гостеприимством, подал ему обед для квалифицированного рабочего: большую тарелку щей со сметаной и куском говядины, котлету с гарниром из картофеля и фасоли, а на сладкое — чай и пирожок с повидлом. Все это удовольствие обошлось бы ему в 1 руб. 20 коп. при условии, что ему бы позволили заплатить, но об этом не могло быть и речи.



■ Однако изучением столовского меню визитер не ограничился Его, безусловно, занимал вопрос, в какой мере нормированное распределение продуктов питания обеспечивало потребности рабочих. Своё любопытство он смог удовлетворить, получив приглашение в жилища нескольких знакомых рабочих. На примере семьи рабочего—ударника с того же Шарикоподшипника Николая Шубина, которая никогда не заглядывала ни в коммерческие магазины, ни тем более в Торгсин, он сделал вывод о достаточности предоставляемого государством снабжения. Самое положительное, если не восторженное, отношение вызвало все увиденное им на Ростсельмаше. Особенно сильное впечатление произвел ночной санаторий, в котором поправляли здоровье ослабленные рабочие. По окончании смены они принимали душ, переодевались и переключались на жизнь курортников. Для них был разработано усиленное питание. Вместо супа каждый из них получал по триста граммов сметаны, яичницу, мясо и ещё массу всевозможных питательных продуктов. Ийеш замечал: «Я насытился уже одним перечислением».
■ Разумеется, как это всегда было принято в России/СССР, иностранного гостя старались не допускать в неприглядные углы местной жизни. Тем не менее, по сравнению с царской Россией особого контраста не было.

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1304
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.12.13 18:13. Заголовок: Толкователь — Как пьянствовали в Великую Отечественную


20.10.2013

Как пьянствовали в Великую Отечественную

■ В 1930—е в в СССР так и не смогли достичь уровня потребления алкоголя при царизме. В целом, страна тогда трезвела. Крест на этой тенденции поставила Великая Отечественная война, когда Сталин сделал в армии потребление водки каждодневной практикой. Архивы того времени также показывают, как обжиралась и опивалась рать чинуш и карателей в тылу.
■ В книге «Веселие Руси. ХХ век» (М., изд—во «Пробел—2000», 2007 г., 500 экз.) даётся как экономико—статистический анализ, так и приводится множество архивных данных по проблеме алкоголизма в Российской империи и СССР. Значительная часть книги посвящена «перелому» в алкогольной отрасли, когда страну подсадили на водку — 1939—1945 годам.
■ Начнём с того, что в 1930—е годы страна по сравнению с царским временем была относительно трезвой. Так, в 1936 году душевое потребление водки составляло 3,6 литра против 8,1 литра в 1913 году. В 1935 году выпуск водки в СССР составлял 320 млн литров в год против 432 млн в 1913 году. Более того, в 1936 году Сталин поставил вопрос о наращивании выпуска виноградных вин и постепенном сокращении выпуска водки. Фактически планировалось на 1941 год увеличить выпуск вина по сравнению с 1913 годом в 4 раза, а выпуск водки сократить в 1,5 раза. В итоге в 1940 году в СССР было переработано 300 тысяч тонн винограда и выпущено 135 млн литров вин. План был выполнен.
■ Положение изменилось в Финскую войну 1939—40 гг. Знаменитые «наркомовские 100 граммов» появились именно тогда, а не в Великую Отечественную войну (тогда они уже были широко распространённой практикой). Плохо подготовленную, деморализованную армию вперёд гнали не только политруки или заградотряды (с 1942 года), но и водка, затуманивавшая мозги.
■ В декабре 1939 года Экономическое совещание при СНК «в связи с низкой температурой в Карелии и Заполярье и в целях профилактики обморожений в частях Красной Армии» с 01 января 1940 года установило дополнительный паёк для участвующих в боях бойцов и командиров — 100 граммов водки в день и 100 граммов сала через день. Лётчикам вместо водки полагался коньяк.
■ Несложно подсчитать, что за год боевых действий солдат выпивал 36,5 литров водки (или 73 бутылки).
■ В июле 1941 года Анастас Микоян ходатайствовал Сталину о возобновлении спаивания бойцов КА. С 01 сентября 1941 года в Красной Армии снова стали выдавать по 100 граммов водки ежедневно. А по праздникам — 200 граммов. Причём кроме общепринятых «красных дней календаря» (типа 1 мая иди 7 ноября) в перечень «пьяных праздников» вошли даже такие: Всесоюзный день физкультурника (19 июля), Всесоюзный день авиации (16 августа), день формирования соответствующей воинской части, и т.п. Микоян требовал включить в этот перечень даже Международный юношеский день (6 сентября), но тут уже Сталин наложил вето на такую «праздничную дату».



■ По 50 граммов водки ежедневно было положено тыловым частям, а также раненым (если были согласны врачи). Но даже эта небольшая, на первый взгляд, доза означала потребление 18 литров в год на человека.
■ С 23 октября 1943 года по 100 граммов ежедневно стали потреблять и войска НКВД.
■ В 1942 году Красная Армия ежемесячно потребляла 45 железнодорожных цистерн водки. По фронтам, к примеру, дело обстояло так: с 25 ноября по 31 декабря 1942 года Карельский фронт выпил 364 тысячи литров водки, Сталинградский — 407 тысяч, 1 млн 200 тысяч литров вина (там водка заменялась вином) выпил Закавказский фронт.
■ Водка, действительно, придавала удали войскам. В книге описывается случай, произошедший в канун 1943 года в части штрафников. Бойцы там изрядно выпили в землянках, но им показалось мало. Тогда один из них умудрился ползком добраться до окопов немцев, вбить там колышек и протянуть верёвку. Затем штрафники привязали к верёвке табличку «Мы вам валенки, вы нам шнапс», и отправили её к немцам. Немцы прислали на обмен водку. Вскоре вся рота разулась за немецкую водку.
■ В Новый год их пришёл поздравлять офицер. И увидел пьяные тела, валявшиеся на полу в землянках. Да ещё и разутые. Он поднял роту и приказал до утра возвратить валенки. Штрафникам ничего не оставалось делать, как без криков «ура» ночью идти на немецкие окопы. Без единого выстрела, одними ножами, штрафники заняли окопы, кого—то прирезали, кого—то просто побили. И возвратились к себе и с валенками, и с новой порцией водки.
■ Повальное пьянство в частях вызвало и новую для власти беду — анархию и антисоветчину. Каждый месяц происходили десятки, если не сотни случаев неповиновения солдат власти. Так, 27 июля 1944 года нарком НКВД Берия в служебной записке Сталину, Молотову, Щербакову (ЦК) и Антонову (Генштаб) отмечал один только случай (но типичный). «На станции Знаменка Одесской области 15 пьяных краснофлотцев учинили дебош на рынке. Один из них — Шелохвост — был задержан милицией и доставлен в КПЗ. Через некоторое время группа краснофлотцев ворвалась в помещение милиции, избила и обезоружила милиционеров и освободила из КПЗ 13 арестованных, в т.ч. Прохорова, получившего по 58 статье пункт 1, 15 лет».
■ Такие случаи происходили по всей стране. Вот ещё несколько докладных записок Берии:
■ «7 июля 1944 года на станцию Дарница Юго—Западной ж/д прибыл воинский эшелон № 42759. Толпа пьяных офицеров из эшелона напала на милиционеров, сопровождавших снятых с поезда мешочников, и распустила задержанных. Через некоторое время пьяная толпа офицеров избила и разоружила постового милиционера, ворвалась в помещение оперпункта милиции, избила, обезоружила и пыталась застрелить начальника пункта Мигунова. Вмешательство начальника эшелона подполковника Колесниченко результата не дало. Дебош был ликвидирован с помощью бойцов войск НКВД».
■ «29 июня на станции Славянск Южно—Донецкой ж/д к работникам милиции, снимавшим с поезда мешочников, подошли 13 пьяных краснофлотцев, избили работников милиции и, угрожая оружием, стали возвращать мешочникам изъятые продукты. Один из краснофлотцев — Мельник — выстрелами из револьвера тяжело ранил в голову милиционера и ранил сержанта войск НКВД. Мельник при задержании оказал сопротивление и был убит. Остальные краснофлотцы задержаны».
■ «29 июля на станцию Красноармейская Южно—Донецкой ж/д прибыл поезд, в котором находились до 200 мешочников и краснофлотцы. По прибытии эшелон был оцеплен работниками оперативной группы. Мешочники и краснофлотцы оказали сопротивление, избили двух работников опергруппы. Бойцы войск НКВД были вынуждены применить оружие, в результате чего были убиты 3 мешочника, 1 ранен. Арестованы зачинщики бесчинств краснофлотцы Косинов, Коршунов и др. Следствием установлено, что в пути краснофлотцы занимались грабежами, брали у мешочников продукты и самогон, обещая защитить их в пути от милиции».
■ В противовес фронту, в тылу во время войны был дефицит водки. Горячительный напиток был положен только активистам режима, а также служило—карательному сословию. Так, водка выдавалась только стахановцам, раз в месяц они получали такой набор: несколько метров холста, кусок хозяйственного мыла, 1 кг соли, 1 литр керосина, 2 бутылки водки.
■ Впрочем, окопавшееся в тылу чиновничество во время голодных лет войны ни в чём себе не отказывало. Так, обеспечение спиртным и деликатесами самого молодого сталинского наркома, 34—летнего Дмитрия Устинова было таково: «Доставлено 6 июня 1942 года на дачу наркома водки 3 бутылки, отборного вина и шампанского 8 бутылок, ящик пива, икра зернистая, колбасы, севрюга, сухая дыня, лимоны, шоколад в наборах».
■ В книге приводится письмо жительницы Челябинска Роговской Р.А. на имя члена ЦК ВКП(б), заместителю председателя СНК Р.С.Землячке, от сентября 1942 года: «Я в течение 2—х месяцев работала в центральной столовой города и была свидетелем банкетов, устраиваемых Наркомстроем, обкомом ВКП(б) и Облисполкомом. Теперь, когда каждый грамм продовольствия расценивается на вес золота, руководящие организации г. Челябинска, находясь в глубоком тылу, не желают переносить трудностей войны. На фронтах льётся кровь, а здесь — водка».



■ Партийная проверка из центра выявила, сколько же сожрали и выпили чинуши Челябинска. Так, на 4—х банкетах с 01 июля по 07 октября 1942 года они съели 680 кг хлеба, мяса 616 кг, сыра 122 кг, сметаны 102 кг, сливочного масла 84 кг, икры кетовой 77 кг. Водки выпито 535 литров, портвейна 133 литра. На десерт было съедено 135 кг торта, 108 кг мороженого и 1514 штук пирожных.
■ Как вы думаете, как были наказаны провинившиеся чинуши Челябинска? Организатору банкетов и.о. председателя исполкома Челябинского горкома Павлову В.Д. был объявлен строгий выговор и наложен на него штраф в 3 тысячи рублей «за утрату партийной бдительности» (видимо, предполагалось, чтобы в следующий раз Павлов В.Д. не оставлял свидетелей его обжорства). Больше никто наказан не был.
■ При приближении победы власти начали щедро поить и тыл, но — в основном высший и средний состав чиновничества и специалистов. Вот нормы отпуска водки на 2 месяца, январь—февраль 1945 года по Наркоматам: путей сообщения — 2,5 млн литров, авиапрома — 1,3 млн литров, углепрома — 1,8 млн литров, Н. черной металлургии — 1,4 млн литров, и т.д.
■ За 1942—1944 годы в СССР было построено 26 (!) новых спиртовых заводов, столько не строилось за вместе взятые 1920—30—е годы. Такими же темпами росло и производство табака — в 1945—м +22% к 1940 году (для сравнения: сахар — 79% за тот же период, мука —49%, мыло — 67%).
■ В товарной структуре розничного товарооборота водка в 1940 году составляла 11,8%, в 1943—м уже 25,1%, а в 1945 году 35,1%.
■ «Социальное воздействие водки на военное и послевоенное общество было многообразным. Здесь можно говорить о комплексе негативных последствий и, в первую очередь, о приобщении к алкоголю огромной массы ранее не пивших людей, включая миллионы женщин и подростков. А пуританство высших лиц в 1920—30—е сменилось системой иерархический привилегий для новой знати», — заключают исследователи.
■ Кроме того, после Великой Отечественной войны цены на водку в абсолютных величинах (от средних зарплат) выросли в разы, власть начала выкачивать деньги из карманов людей, подсевших на алкоголь в это время. Так, в 1939 году средняя зарплата составляла 331 рубль, а бутылка водки стоила 6 рублей 15 копеек. А в 1947 году, как указывают исследователи, зарплаты составляли 500—1000 рублей, а бутылка водки стоила 60 рублей. Т.е. в 1939—м на зарплату можно было купить 50 бутылок водки, а в 1947—м, даже по верхней планке в 1000 рублей, всего 16—17 бутылок.
■ Пьяный угар, ставший нормой в годы Великой Отечественной, было уже не остановить и после войны. Его последствия Россия пожинает до сих пор.

Спасибо: 2 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1331
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.12.13 09:41. Заголовок: Толкователь — Каким виделось будущее Москвы из 1920—30—х годов


28.11.2010

Каким виделось будущее Москвы из 1920—30—х годов

Часть 1

■ Почти полный снос исторического центра; проспекты шириной 120 метров; рабочие, живущие прямо в цехах; город, вытянутый в сторону Ленинграда на 120 км; город—университет в Хамовниках; аэроэкспрессы Москва—Лондон—Нью—Йорк и Москва—Сан—Франциско. 80 лет назад таким виделось советским писателям будущее Москвы.

Лопатин, 1924 год, «Москва 1950 года»:

Ну, а теперь поговорим о том, как мечтает наша Красная Москва. Один из лучших русских архитекторов, А.В. Щусев, автор проекта памятника В.И. Ленину, один из руководителей архитектурного строительства Республики и того Научного Совета, который рассматривает план будущего строительства, нарисовал картину Москвы в 1950 г. Он смотрит на эту будущую Москву с высоты реющего над ней аэроплана. Как же она выглядит — Новая Москва?



■ Вот центр. Перед вами цепью строений, стен и башен сверкает Кремль. День праздничный, яркий, толпы народа. Кремль превращен в музей, — один из величайших музеев мира.
■ ВЦИК и Совнарком вынесены в Петровский парк, эту возвышенную, здоровую и ровную часть Москвы, превращенную частью в общественные парки, частью в города — сады. На Ленинградском шоссе выстроены дворцы (учреждения) Республики. А на северо — запад от Москвы, вдоль верхнего течения Москва—реки, теперешние дачные поселки — Крылатское, Хорошево, Серебряный Бор, Покровское—Стрешнево — обращены в образцовые города—сады, куда после делового дня съезжаются москвичи на трамваях, метрополитенах и частью на аэроомнибусах, имеющих в центре остановки на плоских крышах специальной постройки. Двух и трехэтажные жилые дома, улицы с широкими тротуарами, площади и уютные парки с театрами и другими общественными зданиями — вот характер жилой Москвы в 1950 году.
■ Теперь бросим взгляд в противоположную сторону, к промышленному Симонову. Известное Сукино болото, вплоть до Коломенских высот, двигается, пыхтит, лязгает. Всюду электричество и бездымный уголь. Все Сукино болото с его пыльными и малярийными трясинами изрыто ковшами промышленного и лесного портов. Набережные обслужены железнодорожными линиями и обстроены стройными рядами складов с автоматическими подъемными кранами. Порт кишит судами и баржами, пришедшими как с верховьев, так и, главным образом, с Оки, с которой при помощи шлюзов установлено удобное сообщение. Пойдем дальше. За Окружной дорогой находится зеленая заградительная полоса насаждений, шириной в 2 версты, в которой местами разбросаны поселки с электричеством, канализацией и водопроводом. Все они входят в черту города, которую замыкает включенный в городскую площадь и сам зеленый пояс. Зелень, которая поглощает пыль и дает кислород, должна проникать внутрь организма будущей Москвы. Она, как легкие, должна снабжать воздухом центральный организм, а потому от зеленого пояса клиньями зелень врезается по нескольким направлениям к центру.
■ Первый клин от Нескучного сада, через территорию сельскохозяйственной выставки и Бабий — городок, идет до Каменного моста широким бульваром, тут поворачивает и направляется к новой площади перед Румянцевским музеем. Бульвар дальше продолжается, параллельно Александровскому саду, вплоть до Охотного ряда, проходя по Моховой на местах уничтоженных старых лавок.
■ Второй зеленый клин врезается к Трубной площади через Лазаревское превращенное в парк, через Екатерининский парк и Самотецкий бульвар.
■ Наконец, третий клин зелени окаймляет р. Яузу и идет от Сокольников к Устинскому мосту.
■ Все это дает возможность довести в Москве зеленую площадь до 6 кв. сажен на человека, что еще не видано ни в одном из городов земного шара.



■ Воробьевы горы, с возвышающимся над ними громадным памятником Ленину, превращены в спортивный уголок и напоминают вид Рима со строгими очертаниями спортивных зданий, площадок, стадионов и колоннад.
■ Старинный собор Василия Блаженного высится над уступчатым, идущим к Москворецкому мосту, бульваром, начинающим от реки Красную площадь, где у стены высятся ступени гранитного амфитеатра, в центре которого — массивный пьедестал с гробницей В.И. Ленина.
■ Немного дальше, вместо теперешнего Охотного ряда, высится далеко уходящими в небо башнями большой Дворец Труда СССР с колоссальной аудиторией на 10 тысяч человек.
■ Хотя ему на площади мало места, но техника дает возможность гнать здание высоко ввысь. Лифты разных скоростей перебрасывают делегатов из залы заседаний в кабинеты, библиотеки, музеи, столовые и проч. При дворце есть и наружная кафедра, а вокруг здания на стенах скульптурные изображения великих деятелей человеческой культуры.
■ Немного в сторону — торговый центр будущей Москвы — Китай—город. Здесь высятся громадные железобетонные дома американского типа с вертикальными подъемниками и движущимися площадками, соединяющими их друг с другом.
■ И везде, по всему городу, во всех районах, лучшие места отведены под учебные заведения, где молодежь приучается к будущей гражданской общественной жизни. Все пространство от Хамовников до самого Новодевичьего монастыря отдано университету, клиникам, институтам и лабораториям Высшей Школы. Академический центр — в районе Румянцевского музея.
■ Вот быстрый полет над будущей Москвой. Как мало похожа она на мечту капиталистического Запада.



■ Два совершенно разных мира создают себе в своей мечте и разные города. Но будущее принадлежит только одному: громадному, зеленому и солнечному городу—саду. А это заставляет всех нас с еще большим вниманием отнестись к зарождающейся сейчас идее сборных стандартных домов.

Длигач, «Зелёный город», 1930 год — каким виделся город—спутник Москвы Зеленоград:

Архитектор Гинзбург, верный последователь теории, предсказывающей близкую гибель большим городам, пользуется идеей Зеленого города для воплощения в жизнь своих теоретических чаяний. Он превращает Зеленый город в центр расселения Москвы, и в проекте архитектора Гинзбурга социалистическая здравница теряет свои основные признаки, превращаясь в своеобразный город промышленного типа. Уклонившись от основной задачи, архитектор Гинзбург создает, однако, образцовый по своей внутренней организации город. Его система централизации производства и децентрализации потребления в области питания будет осуществлена в Зеленом городе. Мощная фабрика — кухня будет изготовлять полуфабрикаты, которые затем будут монтироваться на месте потребления — в столовых. Представив четкую схему организации жизни внутри города, архитектор предлагает стандартную типовую жилищную ячейку и громоздит одно за другим остекленные с двух сторон поднятые на сваи жилища. Ячейки эти выстраиваются у него вдоль линии железных дорог сплошной нескончаемой лентой. Это обстоятельство вызывает ряд осложнений в отношении водопровода, канализации и т.д. Несмотря на предложенные архитектором Гинзбургом защитительные щиты, такого рода здание не является безопасным в пожарном отношении.
■ Архитектор Мельников считает, что основным свойством Зеленого города является его ни с чем не сравнимая оригинальность. Архитектор Мельников без предварительной проработки и достаточных научных данных выдвигает идею лечения сном, превращая город отдыха в царство спящих.
■ «Спать должно по цехам!» — утверждает архитектор Мельников и выдвигает пять основных цехов: химический, психический, физический, термический и механический. Человека, приехавшего на отдых, автор этого проекта пытается подвергнуть всяким наркотическим, во всяком случае, искусственным воздействиям. Не нужно быть большим специалистом в области медицины, чтобы отвергнуть это предложение. Но Мельников уверен в своей правоте и строит казарменного образца спальню, к которой пристраивает специальные шумовые раковины. Эти раковины должны деформировать неприятные звуки (храп и сопение), превращая их в благозвучный шелест листьев и шум ветра. По какому принципу будут построены эти раковины, автор проекта не говорит.
■ Жилая ячейка Мельникова построена в трех плоскостях. Каждый отдыхающий имеет свою комнату, каждая комната имеет три этажа, каждый этаж выполняет функции либо столовой, либо гостиной, либо спальной.
■ Генеральная планировка Мельникова сводится главным образом к кольцевой магистрали, которая охватывает весь район Зеленого города. Такая система дорог значительно удорожает строительство и препятствует дальнейшему развитию отдельных районов и города в целом.
■ Архитектор Фридман представил весьма схематичную планировку Зеленого города, поэтому следует остановиться только на чертежах и макетах предложенных им зданий. Этот автор создает стандартную ячейку по своей конструкции, напоминающую пульмановский вагон и хорошо освещаемую. Конструкция ячейки дает возможность архитектору комбинировать различного типа здания — змееподобные, зигзагообразные и т.д. Не лишен интереса проект районной гостиницы, в котором отсутствует лестничная клетка. Эта гостиница представляет собою как бы наслоение трех этажей, в которых коридорная система, сама по себе, заменяет лестницу. В жилой комнате районной гостиницы место, которое автор сэкономил на лестнице, используется как кровать.
■ Наиболее цельный, продуманный и интересный проект представил архитектор Ладовский. В своем генеральном плане он проводит вдоль всей территории Зеленого города прямую магистраль, от которой отходят боковые петли, охватывающие различные районы города. Эта система планировки признана жюри наиболее целесообразной и взята за основу строительства.
■ Проектируя вокзал — курзал Зеленого города, архитектор Ладовский между путями у вокзала разводит цветники для того, чтобы приезжающие в Зеленый город сразу попадали в яркую полосу цветов и зелени. Над мостом, возведенным над путями, Ладовский строит остекленный ресторан. Обслуживающие учреждения — справочное бюро, кассы и т. д., где обычно люди толпятся в очередях — запроектированы Ладовским в стороне от курзала. На уровне моста Ладовский предлагает устроить пандус в виде восьмерки для массовых шествий и автомобильных прогулок.



■ Весьма эффектны в архитектурном смысле предложенные Ладовским строения первой очереди — центральная и районная гостиницы. Подле основного здания он предлагает расположить группами строения легкого типа. Это затейливые, конусообразные домики, крытые специально обработанной соломой, прекрасно освещаемые, снабженные паровым отоплением, канализацией, водопроводом, состоящие из трех комнат: одной внизу и двух наверху. Окно в виде большого стеклянного треугольника выходит на полукруглый балкон, подчеркивающий все своеобразие этой удобной для жилья «безделушки».
■ Для строений второй очереди Ладовский предлагает интересное изобретение. В железобетонный каркас — многоэтажный, одноэтажный, какой угодно — вставляются жилые ячейки в виде кабин, изготовляемые на автомобильных заводах. Соответствующие места каркаса предназначены для лестничных клеток.
■ Приняв за основу генеральный план архитектора Ладовского, жюри предлагает для опыта построить в течение трех лет дома различного типа, по проектам всех архитекторов.
■ Жюри считает необходимым привлечь к строительству Зеленого города молодых советских архитекторов и передовых представителей западной архитектурной мысли.

Левандовский, 1934 год, «Москва через 20 лет»:

■ Вот Москва сороковых годов двадцатого века… Моментальные, величественные как эпос площади. Все они будут декоративно оформлены зеленью, фонтанами, скульптурой. От центра к периферии потоки движения разумно направляются по радиальным магистрали им. Горького, Ордынке, Новоарбату, Новомясницкой и т. д. Это будут прекрасные, шириной до 120 метров проспекты, оформленные каждый по единому архитектурному плану. Стройные, длинные, доходящие до километра кварталы будут определять собой новый тип крупного города, где 22% территории займет жилая зона, 78% — парки, бульвары, клубы, стадионы, ясли и т.д.
■ Пятимиллионный город оденет в гранит свои набережные и вдоль вновь возникших благоустроенных проездов с террасовидными бульварами, бьющими фонтанами, скульптурными группами воздвигнет многоэтажные дома.
■ Дворец советов, величественнейшее техническое сооружение, метрополитен, новые общественные здания, театры, парки, стадионы, проектируемые сейчас лучше мастерами архитектуры, выдвинут столицу в ряд красивейших городов мира.
■ Москва завтра откроет новую страницу в мировой архитектуре, ибо только мы в состоянии продолжить и совершенствовать ту величественность и монументальность, которые были заложены в искусстве античного зодчества.



■ На наших снимках — штрихи нового облика столицу набережной, по гранитным ступеням которой поднимаются оживленные толпы народа, стоит многоэтажный Дворец техники (Фрунзенский район). На легкой колоннаде возникает стремящаяся ввысь башня Дома. Шпиль венчает здание строящегося на Миусской площади Радиодворца. Барельефы, скульптурные группы украшают проектируемый театр МОСПС. Перспективу многоэтажного здания с аркой, под которой были фонтаны, открывает снимок, изображающий проект жилого дома ВЦИК на Ростокинской набережной.
■ Моссовет такой же, как и в 1937 году. Только вынут первый этаж и вместо него — колонны, между которыми течет людской поток.
■ Красная площадь расширилась вдвое. Старого здания ГУМ нет. Вместо него трибуны и сквер с фонтанами.

1939 год, писатели Лопатин и Романовский, рассказ «Москва 1945 года»:

Экспресс, громыхая на рельсовых стыках, легко взял небольшой подъем — и вдруг за поворотом возникло бесконечное море огней. В самом центре этого огненного половодья, в высоте над миллионами светящихся точек, различался туманный силуэт колоссальной человеческой фигуры. Гигантская рука статуя была простерта над мировым городом…
— Ленин, — прошептал Герасимов. — Дворец Советов!
■ В 6 часов вечера экспресс подошел к перрону Казанского вокзала. Иван Артемьевич вышел на хорошо знакомую ему Комсомольскую площадь и… не узнал ее.
■ Исчезла висевшая над площадью старая эстакада. Близ вокзала высился громадный монумент. На пьедестале его горели слова: «Ленинскому комсомолу». По обеим сторонам площади, вдоль широких тротуаров, вытянулись шпалерами серебристые, покрытые инеем ели.
■ Площадь была заполнена автомобилями. Они неслись двумя потоками. Поблескивая лаком и никелем, автомобили безостановочно мчались вдоль площади, уходя на продолжающие ее просторные прямые магистрали.
■ «Да, туговато здесь приходится пешеходу», — сокрушенно подумал Иван Артемьевич. Впрочем, на площади не было видно ни единого пешехода. Эта загадка вскоре разъяснилась.
■ У тротуара, под небольшим навесом, Герасимов увидел два широких эскалатора. Один из них доставлял пешеходов на тротуар, другой — уносил их под землю, чтобы они легко и быстро могли очутиться на противоположной стороне площади.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1332
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.12.13 09:45. Заголовок: Толкователь — Каким виделось будущее Москвы из 1920—30—х годов


28.11.2010

Каким виделось будущее Москвы из 1920—30—х годов

Часть 2

■ На темном фоне зимнего неба ярко горели бесчисленные световые рекламы:
«Катанье на тройках по льду Восточного канала».
«Управление Гражданского воздушного флота сообщает: с 1 марта 1945 года воздушные экспрессы Москва—Лондон—Нью—Йорк и Москва—Сан—Франциско отправляются два раза в сутки: в 10 часов 15 минут и в 23 часа 30 минут».
■ Слева забавно гримасничала веселая физиономия клоуна. Из широко открытого рта струилась по небу надпись:
«Иван Иванович Неунывающий приглашает всех московских ребят на детский карнавал на льду Химкинского водоема».
■ Справа сверкал и переливался всеми цветами спектра небесный календарь — «10 марта 1945 года».



■ Следуя указанию светящейся стрелки, Герасимов направился к стоянке такси и уселся рядом с шофером в машине «ЗИС—117»:
— Магистраль Север—Юг, угол Добрынинской и Люсиновской.
■ Иван Артемьевич вскоре заметил, что шофер везет его не по улице Кирова, как он ожидал, а по какой — то новой, значительно более широкой улице.
— Это что за улица? — спросил он шофера.
— Ново—Кировская, — последовал ответ.
■ Вот и Садовая—Спасская… По ней в несколько рядов нескончаемым потоком неслись машины.
«Ну, придется постоять у светофора», — подумал Герасимов.
■ Но опасения его не оправдались. За несколько десятков метров до Садовой машина перешла на середину уличного полотна и очутилась в открытой пологой выемке. Опустившись метров на шесть, машина нырнула в ярко освещенный тоннель и, проехав под Садово—Спасской, вышла на такую же плавно подымающуюся открытую выемку по другую сторону Садовой.
— Здорово! — сказал Герасимов. — Что же, светофор-то совсем отменили?
— Зачем же отменять? — отозвался шофер. — На тихих перекрестках остались.
■ Вот и площадь Дзержинского. Первое, что бросилось в глаза Ивану Артемьевичу, — это ее небесно—голубой цвет. «Цветной асфальт», — подумал он.
■ Перед зданием Наркомата внутренних дел стоял гигантский памятник. В тонкой лепке лица сразу узнавался Феликс Эдмундович Дзержинский.
■ Справа от памятника Герасимов увидел величественное 14—этажное здание. Высоко поднятая арка соединяла его с таким же громадным соседним зданием.
■ По другую сторону площади уходила новая широкая прямая, как стрела, улица, прорубленная сквозь Китай—Город. В конце ее виднелись мавзолей и зубчатые стены древнего Кремля.
■ Пройдя небольшое расстояние по Театральному проезду, машина свернула налево и неожиданно опять нырнула в тоннель, ловко обогнав перед въездом в него огромный двухэтажный автобус.
■ Иван Артемьевич полагал, что через несколько секунд машина поднимется на поверхность улицы, но тоннель казался бесконечным.
— Это всем тоннелям тоннель, — разъяснил шофер, — километр с лишком. Мы сейчас под Китай—Городом едем.
■ Через полторы минуты машина вышла на Красную площадь, позади храма Василия Блаженного. Вдаль тянулась дуга Москворецкого моста, залитого ярким светом молочно — белых фонарей. У въездов на мост, по сторонам его, стояли две громадные скульптурные группы из нержавеющей стали. На одной из них во главе группы конников несся Чапаев. На другой в окружении своих боевых товарищей на приступ вражеских окопов шел Щорс.
■ Оглянувшись назад, Герасимов увидел Красную площадь. Все огромное пространство ее было залито бледно—розовым асфальтом. На месте тяжеловесного здания Верхних торговых рядов раскинулись высокие, обрамленные колоннадами трибуны, растянувшиеся во всю длину площади.
■ Машина шла по Москворецкому мосту. Навстречу ей бесшумно пронесся двухэтажный трамвай.
■ Широкое снежное поле Москва—реки было заполнено молодежью, танцевавшей вокруг разноцветной карусели. Хор сильных молодых голосов, сопровождаемый духовым оркестром, оглашал Москва—реку веселой карнавальной песней.
■ Мелькнул Чугунный мост, Большая Ордынка, и машина остановилась у подъезда 10—этажного здания на углу Люсиновской и Добрынинской площадей.
■ Оранжевая площадь была обрамлена темно-синими тротуарами. В морозном воздухе мелькали хлопья пушистого снега. Но на площади не было заметно ни единой снежинки: при первом же прикосновении к асфальту они мгновенно таяли.
■ Расплачиваясь с шофером, Иван Артемьевич почувствовал под ногой тепло тротуара: под асфальтом была скрыта густая сеть теплофикационных труб.



■ Иван Артемьевич вошел в просторный вестибюль. Он не успел сделать и двух шагов, как неожиданное прикосновение заставило его опустить глаза книзу. Выскочившие из люка в полу две пушистые щетки быстро проехались по его сапогам и исчезли так же внезапно, как и появились.
■ Мягкий отраженный свет лился с потолка. Широкая пологая лестница была покрыта ковровой дорожкой. На мраморной стене сияла неоновая надпись «Лифт».
■ На площадке шестого этажа лифт остановился перед эмалированной дощечкой «Доктор медицинских наук С.И. Герасимов».
— Пожалуйте, пожалуйте… Вот сюда, — и маленькая седая старушка радушно ввела Ивана Артемьевича в кабинет. — Сергей Иванович скоро будет. Он просил не отпускать вас.
■ Иван Артемьевич уселся в мягкое кресло у письменного стола. Потянувшись за папиросой, он отодвинул маленький черный ящик. Но как только он коснулся его полированной крышки, из глубины ящика раздался укоризненный женский голос:
— Сережа, опять подвел! А я ждала… Разве можно так жену обманывать?
■ Три глухих гудка — и из ящика загрохотал веселый баритон:
— Сергей, говорит Михаил. Всякой волоките есть предел. Твой буер беру я. Идем с Павлом в Каширу.
■ Снова три гудка — и ящик официальным тоном сообщил:
— Товарищ Герасимов, ваш доклад «Итоги десятилетней работы над продлением человеческой жизни» назначается на 25 марта в конференц-зале университета.
— Отец! Ты что же мои секреты подслушиваешь?! — Сергей Герасимов, раскрасневшийся от мороза, радостно обнимал отца; в дверях стоял десятилетний Юрка.
— У тебя здесь какие—то чудеса, Сережа: ящики разговаривают!
— Это не ящик, дедушка, а телеграфон, — солидно поправил Юрка. — Папе звонили, и телеграфон записал. А ты кнопку нажал.
■ Подойдя к деду, Юрка отозвал его в сторону и тихо спросил:
— Дедушка, ты какой климат любишь?
— Климат? — улыбнулся Иван Артемьевич. — Северный, милый, северный: мы ведь уральские… Зима у нас серьезная.
■ Через несколько минут в комнате стало холодновато.
— Юрка, ты опять погодой занимаешься! — шутливо — сердито сказал Сергей Иванович — Кондиционная установка, — объяснил он отцу. — Читал, наверно? Ну, так вот этот молодой заведующий погодой и устроил тебе уральский климат. Удружил деду, нечего сказать! Живо переведи на умеренный!
■ В половине седьмого Иван Артемьевич заторопился. Вместе с внуком он спустился в вестибюль.
■ На голубом мраморе стены было расположено несколько кнопок. Над каждой кнопкой две крошечные, величиной с горошину, электрические лампочки. Выше матовый экран. И лампочки и экран были темны. Юрка нажал одну из кнопок — вспыхнула зеленая лампочка, и на темпом экране быстро пронесся яркий силуэт автомобиля.
— Все в порядке, — сказал Юрка. — Через минуту машина будет у подъезда.
■ Подъехав к Дворцу Советов, Герасимов убедился, что в его распоряжении еще добрых полчаса. Он решил обойти вокруг Дворца.
Перед главным входом на небольшой высоте недвижно висели в воздухе два серебристых привязных аэростата. Между ними, подвешенный на толстых тросах, спускался громадный экран телевизора. Перед ним уже собралась многотысячная толпа москвичей. Они ждали. Вскоре на экране возникнет трибуна Большого зала, появятся знакомые лица вождей и радиорупоры разнесут над Москвой речи ораторов.
■ Иван Артемьевич шел дальше… На фасаде Дворца, окружая его со всех сторон, растянулась гигантская высеченная из гранита лента барельефов. Перед Герасимовым проходила история героической борьбы угнетенных всего мира за счастье человечества. Он видел колонны рабов, восставших против цезарского Рима под предводительством мужественного Спартака, толпы немецких крестьян, штурмующих мрачные замки феодалов, фигуру Ивана Болотникова, ведущего свою сермяжную рать на боярскую Москву, видел трагическую гибель Парижской коммуны и взятие Зимнего дворца…
■ За четверть часа до открытия съезда Иван Артемьевич через 38—й подъезд вошел во Дворец и поднялся на лифте—экспрессе.
■ Перед ним раскрылась бесконечная анфилада огромных фойе. Мрамор, цветы, картины, скульптура. В одном из фойе Герасимов долго стоял перед бронзовым бюстом своего старого друга, Героя социалистического труда, агронома Митрофана Федоровича Завьялова. Он пошел дальше. И не было конца нарядным, торжественным залам…
■ В каждом фойе был свой особенный, присущий только ему климат: знойный, сухой воздух казахских степей, аромат цветущих яблоневых садов Украины, смоляной запах хвойного вологодского леса и воздух залитого солнцем Черноморского побережья. Ивану Артемьевичу чудилось, будто он совершает сказочное путешествие по необъятным просторам своей страны.
■ В кулуарах Дворца толпились группы делегатов. Герасимов слышал обрывки разговоров.
■ У диаграммы нефтедобычи стояли нефтяники. Атакуемый делегатами Башкирии и Урала, молодой инженер-азербайджанец упорно пытался отстоять честь старого Баку перед патриотами новой нефтяной базы Союза, вот уже год не уступающей по добыче «черного золота» старому Апшеронскому полуострову.
■ Награжденный всеми орденами Союза, седой, как лунь, но все еще бодрый и подвижной, строитель Куйбышевского гидроузла возбужденно читал вслух только что полученную им телеграмму: «Сообщите съезду: сегодня в ночь опробованы насосные станции Заволжской оросительной системы. Механизмы работали безукоризненно».
■ Сибирский делегат обстоятельно разъяснял своему собеседнику все преимущества подземной газификации кузнецкого угля для снабжения газом городского хозяйства Томска.
■ За несколько минут до начала заседания Иван Артемьевич занял свое место.
■ Много раз видел он фотографии Дворца Советов, но только сейчас по-настоящему ощутил, как грандиозен его Большой зал.
■ Зал шумел, как морской прибой. Старые друзья обменивались веселыми приветствиями. Пневматическая почта принесла Герасимову записку от его друга из ложи Героев Советского Союза.



■ Точно в 7 часов вечера за столом президиума появился товарищ Сталин в окружении своих боевых соратников. Тысячи человек встали со своих мест, и гром аплодисментов потряс зал.
■ Из—за стола президиума поднялся одетый в скромную куртку человек, имя которого знает весь мир…
■ Товарищ Сталин начал свой доклад. Сидевший справа от Ивана Артемьевича гость — испанец, нагнувшись к ручке своего кресла, передвинул стрелку маленького циферблата на деление с надписью «испанский» и приложил к уху трубку радиотелефона.
■ В изолированных кабинах, скрытые от глаз делегатов, десятки опытных переводчиков мгновенно переводили и транслировали речь вождя. Слова товарища Сталина, родные и понятные всему трудящемуся человечеству, неслись над миром…
… Переполненный яркими ощущениями этого незабываемого дня, Иван Артемьевич сидел за обеденным столом в квартире своего сына. ■ Здесь были доктора и художники, учителя и рабочие, инженеры и военные — родные, друзья, товарищи, бывшие односельчане Ивана Артемьевича.
■ Стул рядом с Иваном Артемьевичем был пуст. Юрка, задрав кверху свою вихрастую голову, дежурил у окна. Стрелка часов приближалась к двенадцати. Раздался мелодичный удар стенных электрочасов.
— Поворачивается, поворачивается! — радостно закричал Юрка.
■ На темном московском небе страница небесного календаря задрожала, сморщилась, потускнела, и на ее месте вспыхнула новая дата — «11 марта 1945 года».
■ Иван Артемьевич поднял бокал:
— Предлагаю тост, товарищи, за наше героическое прошлое, за наше радостное настоящее, за сияющее будущее… И за того, кому мы обязаны и нашим настоящим и нашим будущим!
■ Давая описание Москвы 1945 года, мы отнюдь не позволяли себе фантазировать.
■ Намеченный в тезисах товарища В.М. Молотова грандиозный рост производственной мощи и благосостояния народов Советского Союза демонстрирует безграничные возможности социалистического хозяйства.



■ Сталинский план реконструкции столицы осуществляется уже три с лишним года.
Кипит работа на стройке Дворца Советов. Прокладываются новые магистрали. Строятся сотни новых прекрасных домов.
■ Уличные тоннели, подземные эскалаторные переходы существуют уже в виде детально разработанных технических проектов. Завод цветного асфальта уже работает.
■ Теплофикация, кондиционирование воздуха, телеграфон, автоматический вызов такси уже полностью освоены современной техникой.
■ В Советской стране реальная жизнь часто обгоняет фантазию. Подлинная Москва 1945 года, конечно, будет неизмеримо прекраснее той, которую мы попытались нарисовать в этом очерке.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1368
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.12.13 12:54. Заголовок: Файл—РФ — Ю. Рубцов. Правая история. Чрезвычайное время требовало и чрезвычайных мер


История | 03 декабря 2013 г.

Правая история.

Чрезвычайное время требовало и чрезвычайных мер

Юрий Рубцов, доктор исторических наук

Критики советской государственной системы неизменно обращают внимание на то, что она большую часть своей истории существовала в чрезвычайных обстоятельствах, подчас самостоятельно, в собственных интересах продуцируя обстановку чрезвычайности.



Колхозники слушают радиосообщение о нападении фашистской Германии на СССР. Репродукция ИТАР—ТАСС с фото А. Скурихина

Основания для таких умозаключений есть, и немалые. Однако, как часто бывает в жизни, в определённых условиях недостатки обращаются в свою противоположность, становясь достоинствами.
Так произошло с системой государственного управления СССР после 22 июня 1941 года, когда всё стало подчиняться достижению одной—единственной цели — отражению фашистской агрессии.
В довоенный период значимость заблаговременного определения, какой облик приобретёт управление страны в случае войны, к сожалению, недооценивалась. «Отсутствие системы мы прочувствовали с особой остротой в первые дни Великой Отечественной войны, — вспоминал член правительства, нарком ВМФ адмирал Н.Г. Кузнецов. — Государственная машина, направленная по рельсам невероятности нападения Гитлера, вынуждена была остановиться, пережить период растерянности и потом повернуть на 180 градусов. Последствия этого пришлось исправлять на ходу ценою больших жертв».

■ Сборка штурмовиков во время войны. Фотохроника ТАСС

Из ряда вон выходящие испытания, обрушившиеся на страну, потребовали и чрезвычайных организационных форм госуправления. 30 июня 1941 года был образован Государственный Комитет обороны (ГКО) во главе с И.В. Сталиным. Он не был предусмотрен Конституцией СССР, его учреждение диктовалось экстремальными условиями катастрофического начала войны, необходимостью скорейшей мобилизации всех сил на отпор врагу и требованиями максимальной централизации руководства. ГКО был наделён всей полнотой власти, его решения и распоряжения были обязательны для всех государственных, военных органов, партийных комитетов и общественных организаций, всех граждан страны. Как следствие, претерпели серьёзные перемены конституционные органы — Верховный Совет СССР и Совнарком СССР: они заняли подчинённое по отношению к ГКО положение, их функции и полномочия стали быстро сужаться.
Самостоятельность Верховного Совета СССР оказалась сведена до минимума. Достаточно сказать, что до конца 1941 года не состоялось ни одной его сессии. Что касается Президиума Верховного Совета СССР, то его роль свелась к оформлению в виде указов тех решений, которые, по Конституции СССР, относились к компетенции высшего законодательного органа — о введении военного положения, общей и частичной мобилизации в вооружённые силы и других. Формальный глава государства — председатель Президиума Верховного Совета СССР М. И. Калинин — даже не входил в состав ГКО.
Совнарком СССР, обладавший разветвлённым аппаратом наркоматов и действовавших при нём комитетов, стал проводником линии ГКО — в первую очередь, в обеспечении экономической составляющей, организуя эвакуацию промышленных предприятий на восток, налаживая производство продукции невоенного назначения, руководя кредитной и денежной системами. Собственные возможности СНК сузились, поскольку из его ведения в прямое подчинение ГКО были переданы промышленные наркоматы оборонного профиля (авиационной, танковой, боеприпасов и др.), наркоматы железнодорожного и водного транспорта, промышленные наркоматы — чёрной, цветной металлургии, угольной, нефтяной, химической промышленности, наркомат электростанций и др.

■ Генерал армии Г.К. Жуков под Ельней. 1941 г. Фотохроника ТАСС

Важную роль в новой конфигурации органов власти продолжала играть коммунистическая партия в лице её руководящих органов. Фактически в ГКО из Политбюро ЦК ВКП(б) переместился центр политической власти. Тем не менее, было бы опрометчивым утверждать, что руководящие партийные органы были отодвинуты от властных рычагов. Следует учесть, что ГКО действовал строго в рамках тех политических целей и задач, которые определялись Политбюро. Показательно также, что все входившие в состав ГКО лица были членами или кандидатами в члены ПБ ЦК ВКП(б), а действовавшие на местах городские комитеты обороны возглавлялись секретарями горкомов и обкомов ВКП(б). Так что чрезвычайный характер ГКО не отменил, а лишь несколько видоизменил руководящую роль компартии и обозначил практически полное сращивание высших партийно—государственных инстанций.
Глобальную задачу организации отпора гитлеровской агрессии ГКО решал на трёх основных направлениях. Осуществляяполитико-административное управление, он принимал меры к укреплению правопорядка и воинской дисциплины в стране, устанавливал порядок эвакуации населения и промышленного потенциала, регулировал вопросы межгосударственных отношений, определял меры по выселению в отдалённые районы страны отдельных групп населения. Решая задачи военно-стратегического руководства вооружёнными силами, ГКО определял общую численность армии и флота, соотношение видов вооружённых сил и родов войск, объём и сроки призывов и мобилизаций, принимал решения о формировании новых частей, соединений, объединений и об изменении организационной структуры штатов уже существующих, осуществлял назначение высшего командного состава. Обеспечивая военно-хозяйственное управлениестраной, ГКО определял параметры развития военной экономики, утверждал планы и организовывал производство оружия, боевой техники и другой продукции военного назначения, принимал меры к строительству оборонительных рубежей, устанавливал нормы снабжения, решал иные задачи в условиях начавшейся войны.
Большую часть своих усилий ГКО посвятил решению именно военно—экономических проблем: из 10 тысяч постановлений на них приходится две трети. Центр сосредоточения своих усилий в военно—хозяйственной области — форсированное производство боевой техники и вооружения — ГКО продемонстрировал уже своим постановлением № 1сс от 1 июля 1941 года «Об организации производства средних танков Т—34 на заводе «Красное Сормово». Перед наркоматом судостроительной промышленности была поставлена задача уже с 1 августа 1941 года начать производство «тридцатьчетвёрок», доведя к концу года их выпуск до 700—750, а в 1942 году — до 3 тысяч танков. О значении, которое ГКО придавал выполнению этой задачи, свидетельствует уже тот факт, что в г. Горький для реализации постановления были откомандированы наркомы В.А. Малышев и И.И. Носенко.

■ Сборка танков в тылу. Фотохроника ТАСС

Стремительное продвижение вермахта вглубь советской территории, утрата значительной части производственного потенциала в связи с оккупацией советских земель на западе страны, необходимость эвакуации оттуда важнейших производств вызвали резкое снижение выпуска боевой техники и вооружения. В связи с этим ГКО 14 июля 1941 года поручил председателю Госплана Н.А. Вознесенскому совместно с руководителями промышленных наркоматов «разработать военно—хозяйственный план обеспечения обороны страны, имея в виду использование ресурсов и предприятий, существующих на Волге, в Западной Сибири и на Урале, а также ресурсов и предприятий, вывозимых в указанные районы в порядке эвакуации». Такой план на IV квартал 1941 года и на 1942 год был рассмотрен и утверждён уже 16 августа 1941 года, его выполнение позволило обеспечить перестройку всего народного хозяйства на военный лад и нарастить военно-экономический потенциал.
Усилиями вновь образованного Совета по эвакуации к концу 1941 года на восток (в Поволжье, на Урал, в Западную и Восточную Си¬бирь, Казахстан и Сред¬нюю Азию) было вывезено около 2600 предприятий. На этой базе в восточных районах СССР быстрыми темпами создавалась воен¬но—промышленная база.
Что касается стратегического руководства вооружённой борьбой с гитлеровской Германией и её союзниками, то его ГКО осуществлял через ещё один чрезвычайный орган — Ставку Верховного Главнокомандования, созданную на второй день войны.
В основу деятельности ГКО был положен принцип строжайшей персональной ответственности. Каждый член ГКО получил конкретное задание и строго отвечал за порученный участок. Так, на В.М. Молотова была возложена ответственность за выпуск танков, на Г.М. Маленкова — за выпуск самолётов, авиамоторов и формирование авиационных частей, А.И. Микоян ведал снабжением действующей армии боеприпасами, продовольствием и обмундированием, К.Е. Ворошилов курировал формирование новых воинских частей и соединений. Что касается методов управления, то высшее государственное руководство шло по линии их ужесточения. Доминирующим был административно—командный, директивный метод: привычный для кадров ещё по довоенному времени, он оказался наиболее адекватным условиям войны.
В историческую литературу проникло утверждение, будто ГКО был виртуальным органом, в реальности не существовавшим. За аббревиатурой, призванной якобы служить лишь имитацией коллективного руководства, скрывалось единоличная власть Сталина. Обратимся к авторитету Г.К. Жукова, который в силу служебных обязанностей начальника Генерального штаба, а позднее заместителя Верховного Главнокомандующего, регулярно участвовал в работе высшего органа власти.
«На заседаниях ГКО, которые проходили в любое время суток, как правило, в Кремле или на даче И.В. Сталина, обсуждались и решались важнейшие вопросы, — вспоминал маршал. — Планы военных действий рассматривались Политбюро Центрального Комитета партии и Государственным Комитетом Обороны. На заседания приглашались народные комиссары, которым предстояло принять участие в обеспечении операций. Это позволяло, когда появлялась возможность, сосредоточить огромные материальные силы на важнейших направлениях, проводить единую линию в области стратегического руководства и, подкрепляя её организованным тылом, увязывать боевую деятельность войск с усилиями всей страны».
Маршал вспоминал также, что заседания ГКО проходили в деловой атмосфере, нередко возникали острые споры, при этом мнения высказывались определённо и резко. Если к единому мнению прийти не удавалось, создавали комиссию из представителей крайних сторон, которой и поручалось доложить согласованные предложения на следующем заседании.
Практика уже первых месяцев войны показала, что меры, предпринятые по коренной перестройке системы государственного управления страной и вооружёнными силами путём создания чрезвычайных органов, полностью себя оправдали. При неизбежных издержках они, тем не менее, позволили в короткий срок решить сложнейшую задачу по перестройке всей жизни на военный лад и достичь высокой степени управляемости государства, вооружённых сил и общества.

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1381
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 16.12.13 21:44. Заголовок: Толкователь — СССР начала 1930—х как открытая миру страна


Архив

25.04.2011

СССР начала 1930—х как открытая миру страна

■ Сложился стереотип, что в 1930—е СССР был «закрытой страной». Однако даже в разгар сталинских репрессий, не говоря уже о конце 1920—х, люди выписывали иностранные газеты, слушали зарубежное радио, выезжали в турпоездки за границу. В свою очередь, в СССР приезжали десятки тысяч иностранных туристов и специалистов. Каким тогда был СССР — фотографии из Dickinson Library.

■ Рынок в Москве, 1930 г.

■ О том, что и в 1920—30-е годы СССР продолжал оставаться страной, открытой миру, подробно, опираясь на статистику, рассказывается в книге А.В. Голубева «Если мир обрушится на нашу Республику. Советское общество и внешняя угроза в 1920—1940—е гг.» (Издательство РАН, Институт российской истории).
■ Так, в 1925 году по легальным каналам в продажу поступило 8816 наименований книг, напечатанных за границей, в 1926-м — 4449. В 1925 году советские граждане выписывали около 8 тысяч наименований иностранной периодики.
■ С 1922 года в СССР можно было выписывать и некоторую эмигрантскую периодику. Так, каждый губком РКП(б) в обязательном порядке выписывал эсеровскую газету «Голос России». В 1926 году 300 ведомств выписывали меньшевистскую газету «Социалистический вестник». В письме ОГПУ от того же года говорилось, что «ряд белоэмигрантских изданий существовал только благодаря их распространению в СССР по завышенным расценкам». В первую очередь речь шла об эмигрантских газетах «Возрождение», «Дни», «Последние новости», «Руль». В 1927 году открытая подписка на эмигрантскую печать прекратилась — она стала возможной только для ведомств.
■ В 1936 году ограниченным тиражом в СССР даже была выпущена книга Гитлера «Майн Кампф». Так, в спецхране сохранился экземпляр, прочитанный лично Михаилом Калининым. Поля «Майн Кампф» были испещрены его пометками типа «Фу, какая глупость!» и «Мелкий лавочник!».
■ С начала 1930—х иностранная периодика распространяется на «специальные группы» — учёных, партийных деятелей, писателей, членов различного рода интернациональных комиссий, и т.д. Так, профессор Вернадский в своих дневниках от 1934 года жалуется, что ему с задержкой доставляют New York Times.
■ В 1939 году на подписку иностранной периодики было потрачено 250 тысяч рублей золотом, в общей сложности в СССР поступило 2 млн 360 тысяч журналов и газет, книг и брошюр. Цензура забраковала около 10% всех поступивших экземпляров.
■ Ещё одним каналом поступления информации из—за границы была личная переписка. Так, в мае 1941 года ежедневно из СССР за границу отправлялось 1,5 тысячи телеграмм и 33 тысячи писем. В СССР телеграмм и писем из—за рубежа поступало 1 тысяча и 31 тысяча соответственно. В начале 1930—х этот поток был больше в несколько раз.
■ В 1920—х выезд из СССР был практически свободным. Так, в 1925—27 годах из страны выехало 140 тысяч человек (из них 1,5 тысячи эмигрировало, около 1 тысячи оказались в итоге невозвращенцами). Причины поездок были разные — от туристических и учебных, до научных и спортивных. В эти же годы в СССР въехали 130 тысяч иностранцев, причём 10 тысяч из них эмигрировали в нашу страну.
■ В 1930—е годы выезд из СССР затруднился: требовалось поручительство двух лиц, да и международная обстановка в Европе не особенно способствовала поездкам. Так, в 1939 году из СССР выезжало около 20 тысяч человек.
■ Из—за осложнений международной обстановки был затруднён и въезд туристов в СССР. К примеру, в 1935 году только один Ленинград посетили 12 тысяч иностранных туристов (22% из них были финны, 16% — немцы). А в 1938 году — только 5 тысяч, и на весь СССР. В 1939 году въехало и вовсе 3 тысячи туристов (почти все — немцы).
■ Даже в 1930—е продолжалась эмиграция из СССР. В первую очередь это были сектанты, а также люди, платившие за выезд золотом. Но случались и неожиданные мотивы эмиграции. Так, в 1934 году харьковские гомосексуалисты просились на выезд в Германию. В своём письме немецкому послу они писали: «Разве мы, третий пол, с нашей нежной душой и чувствами способны на разрушение культуры, порядка, цивилизации… Культурная Европа, а тем более Германия должны понять это».
■ Ещё один пусть «знакомства» с миром — это приезд иностранных специалистов, с помощью которых осуществлялась сталинская индустриализации. Известно, что в 1932 году их было около 35—40 тысяч человек — это не считая тех, кто эмигрировал в СССР по политическим мотивам (до 15 тысяч).
■ Иностранцы, в свою очередь, возвращаясь к себе, доносили до своего народа, как живут в СССР. Причём по большей части это была объективная информация. Даже в ОГПУ признавались, что «антисоветской злобой насыщены не более 10% статей о СССР, причём большей частью — в белоэмигрантской печати».
■ Как выглядел СССР в 1930—32 годах — можно посмотреть на фотографиях из Dickinson Library.

01 02 03

01 — Колхоз им. М. Горького, Подмосковье, 1930 г.; 02 — Астраханские грузчики, 1932 г.; 03 — М. Горький с внучками, 1930 г..

04 05 06

04 — Лагерь, лесоповал, Архангельская область, 1930 г.; 05 — Митинг в колхозе, 1931 г.; 06 — Вячеслав Молотов на Трёхгорке, 1931 г.

07 08 09

07 — Праздник урожая хлопка в Узбекистане, 1932 г.; 08 — Родченко в колхозе, 1930 г.; 09 — Самолёт прилетел в Харьков, 1932 г.

10 11 12

10 — Собрание жителей в Баку, 1930 г.; 11 — Столешников переулок, 1930 г.; 12 — Торфоразработки в Березняках.

13 14 15

13 — Сталинградский тракторный завод, 1932 г.; 14 — Утренний поезд пришёл в Москву, 1930 г.; 15 — Канал Волга-Москва, чертёжники, 1930 г.

16 17 18 19

16 — Базар в Севастополе, 1932 г.; 17 — Набережная Москва—реки, 1930 г.; 18 — Работницы с детьми, Москва, 1930 г.; 19 — Стоматология, Кимры, 1930 г.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1416
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.12.13 19:20. Заголовок: Файл—РФ — А. Чичкин. Экономисты милостью Божьей. Николай Бунге


Экономика | 13 ноября 2013 г.

Экономисты милостью Божьей. Николай Бунге

Алексей Чичкин

Крупный теоретик, он показал себя непревзойдённым практиком, создал стабильную финансовую систему и стал первым в официальной России провозвестником необходимости социальной политики.



Сегодня наша страна столкнулась с финансово—экономическими проблемами, схожими с теми, что стояли во второй половине позапрошлого века. Тот опыт сохраняет несомненный интерес.
Особую ценность представляет практическая деятельность министерства финансов и теоретические разработки возглавлявшего его экономиста Николая Христиановича Бунге (1823—1895). Он руководил ведомством с 1882 по 1887 год.
Предки Бунге имели шведское происхождение, в семье культивировались усердие, любовь к знаниям, дисциплина, воздержанность в быту. После окончания в 1845 году Киевского университета св. Владимира Николай Бунге был направлен на кафедру законов казенного управления в Нежинский лицей князя Безбородко (имевший статус высшего учебного заведения).

Кузнечный цех. Конец XIX века

Уже спустя два года, в возрасте 24 лет (!) недавний выпускник, защитив диссертацию «Исследование начал торгового законодательства Петра Великого», становится магистром государственного права. А в 1850 году Бунге был удостоен степени доктора политических наук за диссертацию «Теория кредита». В развитие этих своих работ он подготовил и издал «Курс статистики» (1865) и «Основания политической экономии» (1870). Подробно анализируя зарубежную практику, Бунге настойчиво рекомендовал ограничивать хождение ассигнаций в пользу металлических, а также безналичных расчётов. Он пришёл к выводу, что бумажные, «зачастую многонулёвые» деньги провоцируют инфляцию и тем самым обесценивают обращение. Эти вопросы подробно изложены в книгах и статьях Бунге. Он также переводит и дополняет своими комментариями труды зарубежных авторов.
Неслучайно Михаил Туган—Барановский отмечал, что Бунге «был очень сильным теоретиком и пришёл на пост министра как добросовестный учёный, который, кроме всего прочего, был хорошо знаком с экономической и финансовой политикой Запада». Бунге трижды избирался ректором Киевского университета. Первый раз — в 1859 году по рекомендации знаменитого Пирогова, хирурга и героя Севастополя. Выдвижение ректором столь молодого профессора не имело прецедента в истории университета. Но объяснялось теми переменами, которые происходили в общественной жизни. Императором стал Александр II — Освободитель. И, едва приступив к обязанностям ректора, Бунге был вызван в Петербург для участия в работе Редакционных комиссий, учреждённых для подготовки законопроекта об отмене крепостного права. Он вошёл в состав Финансовой комиссии, на которую было возложено создание модели выкупных операций.
В Киеве Бунге проработал три десятка лет. Он читал многочисленные курсы, в своих публикациях пытался раскрыть передовой опыт тех зарубежных стран, которые обогнали Россию в социально—экономическом развитии. При этом в науке занимал самостоятельную позицию. Во многом опираясь на идеи Адама Смита, Бунге вместе с тем считал, что цены определяются спросом и предложением. Движущей силой общественного развития он полагал стремление людей к удовлетворению потребностей путём «полезной деятельности», которая заключается не только в производстве предметов потребления, но и в научной, культурной, просвещенческой деятельности. «Хозяйственное устройство человеческих обществ… развивается вместе с успехами образования, благосостояния и нравственности, вместе с расширением круга деятельности и общественной власти, и индивидуальной инициативы. Общество благоустроенное не есть неизбежная форма свободно сложившихся частных отношений, как думали последователи Смита, — это результат непрерывного совокупного действия правительства и народа».
При Бунге сложилась киевская школа экономической мысли. Её представителей объединяло отрицание трудовой теории стоимости, неприятие социалистической доктрины, признание необходимости социальных реформ, преимущественное внимание к практическим вопросам экономической политики. Влияние Бунге на представителей школы ярко описано её видным представителем Дмитрием Пихно. «Что влекло нас, молодых студентов, к этому осторожному мыслителю, аудитория которого была полна слушателей и почти каждый выпуск давал молодых экономистов, с увлечением работавших под его руководством? Это была другая, более интимная, невидимая постороннему глазу духовная связь… Этот холодный с виду мудрец был весь проникнут недосягаемым нравственным идеализмом, за его иронической улыбкой, которая так часто смущала и которой мы так боялись, от нас не скрывалось нежное, любящее, отзывчивое и бесконечно доброе сердце».

■ Крестьянский банк. Киев

В одном из своих первых (1883 г.) развёрнутых докладов императору Александру III Бунге отмечал: «Внимательное изучение слабых сторон нашего государственного строя указывает на необходимость обеспечить правильный рост промышленности достаточным для неё покровительством: укрепить кредитные учреждения на началах, проверенных опытом, способствуя притом удешевлению кредита; усилить в интересах народа и государства доходность железнодорожных предприятий, установив над ними надлежащий контроль; упрочить кредитное денежное обращение совокупностью направленных к достижению этой цели постепенно проводимых мер. Далее — ввести преобразования в системе налогов, сообразные со строгой справедливостью и обещающие приращение доходов без обременения плательщиков податей; наконец, восстановить превышение доходов над расходами (без чего улучшение финансов немыслимо) ограничением сверхсметных кредитов и соблюдением разумной бережливости во всех отраслях управления».Вступление Бунге в 1880 году в должность товарища министра финансов и вскоре, с 1 января 1882—го, министра обозначило новый этап в российской денежно—кредитной политике. В назначении на пост в правительстве учёного
многие увидели признание высокого авторитета науки и необходимости специальных знаний. Но начинать работу пришлось в весьма сложных обстоятельствах. Сумма государственного долга на 1 января 1881 года превысила шесть миллиардов рублей. Предстояли новые займы — внутренние и внешние. Основными причинами были финансовые последствия русско—турецкой войны 1877—1878 годов и колоссальные государственные расходы по крестьянской и последующим реформам. Для предотвращения системного кризиса Бунге инициировал выпуск золотой шестипроцентной ренты 1883 года на доходы. Это улучшило финансовую ситуацию. Лавируя, идя на компромиссы, Бунге был стоек при защите доходов казны. Ангел кротости и доброты превращался в Геркулеса железной воли и не только председателю министров, но самому государю говорил «невозможно» в ответ на просьбу о деньгах.
Эту программу долговременной финансовой политики государства император одобрил, и в последующие годы она была выполнена почти полностью (кроме пункта о превышении — ввиду крупных расходов по погашению госзаймов).
Одним из первых финансовых мероприятий, проведённых Бунге, стало понижение выкупных платежей для крестьян. Оно было осуществлено в размере 1 рубля с каждого душевого надела в великорусских пределах и на 16 копеек с рубля в других местностях. Общая сумма понижения составила 12 миллионов рублей в год. Частичное освобождение крестьян (кроме государевых) от подушной подати в 1886—м — тоже заслуга Бунге. Это решение способствовало росту продуктивности сельского хозяйства. Вследствие стабилизации крестьянских доходов стал расти спрос на технику.
Бунге являлся сторонником государственного протекционизма и жёсткой налоговой системы. В период его руководства российским Минфином были увеличены налоги на сахар, спирт, табак. Были повышены гербовый сбор, пошлины примерно на 35% ассортимента российского потребительского импорта. Кроме того, в 1881 году была учреждена десятипроцентная надбавка на весь импортный тариф. Затем последовало повышение ввозных пошлин на вальцевое железо, сталь, технические машины, некоторые виды морских и речных судов. Тогда же ввели налог на золотодобычу и обработку драгметалла; дополнительные и раскладочные сборы с торгово-промышленных предприятий (законы 5 июля 1884 г. и 5 января 1885 г.). Повышались ставки большинства других налогов. Эти меры позволили к концу 1880—х сократить дефицит госбюджета почти на 90%.
Вместе с тем, Бунге утверждал, что «обычные таможенные пошлины составляют налог и должны быть рассматриваемы главным образом как подать. Они должны как можно меньше зависеть от торговых договоров (то есть не быть подспорьем протекционизма. — А.Ч.), должны быть соотнесены с общею системою налогов, с влиянием их на производство, на торговлю и на потребление. Поощрение промышленности может и должно иметь место, но покровительственный тариф и льготы, общие для всех лиц, дают поощрение любому безо всякого разбора и потому не всегда желательны. Пособия такие часто свидетельствуют о нерасчётливости в государственном хозяйстве. Либеральный таможенный тариф способствует усилению потребления, но низкие таможенные пошлины при высоких налогах в стране нежелательны». Упомянутые проблемы, как ни странно, не потеряли актуальности и спустя 130 лет.

■ Бакинские нефтяные промыслы. Конец XIX в.

Банковское обслуживание крестьянства — тоже во многом заслуга Бунге. Он считал, что основные проблемы этой социальной группы связаны с недостаточным размером земельных наделов и невозможностью получить долгосрочный кредит для расширения угодий. Для решения этих вопросов был создан Крестьянский банк. Он выдавал ссуды на покупку частновладельческих, прежде всего дворянских, земель. В 1883—1915 годах услугами банка воспользовались свыше миллиона крестьянских дворов. Они приобрели более 15,9 млн десятин земли (это больше территории современных Австрии, Швейцарии и Словении, вместе взятых). Общая сумма выданных ссуд превысила 1,35 млрд рублей.
Кроме того, Бунге инициировал активное развитие общероссийской железнодорожной сети и особенно межрегиональных магистралей, которые, по его мнению, «при пространствах, национальных и экономических особенностях, присущих Российскому государству, имеют наиважнейшее значение». В 1881—1889 годах на строительство путей сообщения было израсходовано около 133,6 млн рублей. Проложена 3461 верста железных дорог. Стальные артерии связали Поволжье, Средний Урал, Черноземье, Северный Кавказ, Бессарабию и некоторые районы Средней Азии.
В числе реализованных Бунге реформ — закон от 1 июня 1882 года, впервые в России регламентирующий фабричный труд, в том числе продолжительность рабочего дня, параметры выплат сверхурочных, социальные гарантии рабочим и их семьям. В 1886 году изданы правила найма и надзора за предприятиями.
Как вспоминал российский государственный деятель, учёный и предприниматель Владимир Ковалевский, «Бунге был первым министром финансов, исходившим из твёрдого и ясного сознания, что узкий «финансизм» — исключительная забота о государственных финансах в тесном смысле, — должен быть заменен «экономизмом» — широкой экономической политикой, направленной к развитию народного труда и производительных сил страны, и что хотя бы только удовлетворительного состояния государства нельзя достигнуть при бедности, бесправности и темноте массы населения».
В жизни Николай Христианович Бунге был, по свидетельствам очевидцев, весьма скромным человеком. Отправляясь в Гатчину, он ехал на вокзал на простом извозчике. Из своих доходов (20 тыс. руб. в год) тратил лишь часть, отправляя остальные суммы в кассы благотворительных учреждений для бедняков и учащейся молодёжи. Причём делал это анонимно, факт открылся лишь после его отставки.
Кстати, зародыши идей социальной политики содержатся в трудах Бунге ещё доминистерского, киевского периода. Так, в работе «Полицейское право» учёный особо выделял роль рабочих в прибылях акционерных компаний, которые он называл «товариществами нового времени». Ему (рабочему. — А.Ч.) «говорят: мы даём тебе как участнику, как акционеру, права капиталиста и собственника; ты можешь иметь голос в деле общем, а если у тебя есть знания и талант, то предоставляем тебе обязанности главы и руководителя, хотя бы ты не имел капитала». Для современной России эти рекомендации сверхактуальны.
Академик РАН Леонид Абалкин, который привлёк внимание к фундаментальным основам экономических воззрений Бунге, досадовал, что спустя столетие они по—прежнему недооценены. Речь шла в том числе и о создании ссудных касс, которые Бунге считал средством повышения материального благосостояния рабочих. Его могли бы поднять как «производительные товарищества», так и общества, создаваемые для просвещения рабочих, постройки квартир, выдачи пенсий и пособий, кредитные и потребительские кооперативы. В этой связи задача государства «состоит в установлении юридических норм для того, чтобы обеспечить ими возникновение и деятельность новых хозяйственных союзов на правах юридических лиц».
В конце своей жизни Бунге, который ранее читал лекции для наследников престола, составил политическое завещание, адресованное Николаю II («Загробные заметки», 1893—1894 гг.). В нём, опираясь на собственные исследования, международный экономический опыт и результаты проводимых реформ, учёный пропагандировал умеренное — поэтапное, системное, основанное на российской специфике — реформаторство. Он предлагал также больший уровень общественной самостоятельности, выступил за комплексное освоение национальных окраин при сохранении их самобытности. Бунге фактически предлагал «дрейф» Российской Империи к «просвещённой конституционной монархии», как обозначил цель Дмитрий Мережковский.
Словом, деятельность Николая Христиановича Бунге — это комплекс взаимосвязанных мероприятий по укреплению государственной финансово—экономической системы, а также внешнеторговых позиций России, проведению назревших, усиливающих державу преобразований.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1421
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.12.13 21:15. Заголовок: Файл—РФ — А. Ефремов. Нюансы. Спецслужба Бенкендорфа


История | 16 декабря 2013 г.

Нюансы. Спецслужба Бенкендорфа

Андрей Ефремов

Мятеж декабристов стал для государства серьёзным сигналом о появлении новых угроз. Вскоре было создано Третье отделение собственной его императорского величества канцелярии — фактически первая российская спецслужба. Какой она была и что не позволило ей с должной эффективностью предотвратить агрессию революционеров и террористов, рассказывает историк, признанный эксперт в данной области Фёдор Севастьянов.

Восстание на Сенатской площади 14 декабря 1825 г.

Фёдор Леонидович, чем примечательно в отечественной истории созданное в 1826 году Третье отделение?

— В некотором смысле это была первая спецслужба современного типа. Она состояла в массе своей не только из людей, образно говоря, гонявшихся за теми, кто царскому портрету кулак показал. Третье отделение располагало как центральным аппаратом, представлявшим собой своего рода мозг ведомства, так и приданным ему корпусом жандармов, оперативных сотрудников в городах и весях.
До того ни одна наша тайная полиция исполнительного аппарата на местах не имела. Соответственно, не имела и того охвата деятельности, который получила после 1826 года. Функции политического сыска были усилены более масштабным, чем прежде, контролем, который осуществляли жандармские офицеры, собиравшие сведения о настроениях жителей того или иного населённого пункта. Причём делали они это помимо губернаторской власти, также работавшей в этом плане. То есть Третье отделение имело свою параллельную информационно-аналитическую вертикаль.

Основателем и многолетним начальником Третьего отделения был, как известно, Александр Христофорович Бенкендорф. Каким он был руководителем и человеком?

■ А.Х. Бенкендорф. 1822 г.

— Это был очень храбрый генерал, рубака. С его именем связано множество романтических и героических историй. Например, ещё за несколько лет до начала Отечественной войны его высадили с небольшим отрядом на Корфу, поставив задачу создания антинаполеоновского партизанского движения с привлечением в него тамошних жителей. И Бенкендорф с этой задачей замечательно справился. А в годы войны он так же отменно бил французов, брал в плен генералов, огромное количество солдат и офицеров, атаковал и принуждал их к капитуляции уже на территории Западной Европы…
В момент междуцарствия, когда разные лоббистские группировки при дворе выступали кто за Константина, кто за Николая, а декабристы устроили восстание на Сенатской площади, Бенкендорф, естественно, продемонстрировал верность новому царю. Естественность этого шага прежде всего в том, что великий князь Николай Павлович и Александр Христофорович были дружны. Во всяком случае, настолько, насколько у царей и великих князей могут быть друзья.
Когда Николай стал императором, в его кабинете бюст Бенкендорфа, можно сказать, на самом видном месте располагался. Ну, то есть, по нынешним временам это что—то вроде фотографии на память.
Что же касается службы Бенкендорфа начальником Третьего отделения, то тут большинство мемуаристов данного периода сходились во мнении: администратором, организатором он был никудышным, а руководителем, мягко говоря, не вполне компетентным.

■ М. Я. фон Фок. 1820—е гг.

Хотя его заслуги в создании этой структуры бесспорны. Ещё со времён наполеоновских войн он вынашивал идею такого создания, которую, кстати говоря, во многом позаимствовал у министра французской полиции Жозефа Фуше. Но создать — это одно, а управлять — совсем другое. К рутинной, бюрократической деятельности он был совершенно не приспособлен, и практически вся работа Третьего отделения до поры до времени держалась на плечах его управляющего, старого специалиста Максима Яковлевича фон Фока, очень известного в ту пору бывшего директора особенной канцелярии при министерстве полиции. Причём, по общему признанию, тот отличался весьма положительными чертами характера. А когда умер, не кто иной, как Пушкин выразил сожаление по этому поводу в своём дневнике, охарактеризовав покойного как человека «доброго, честного и твёрдого».

Создание Третьего отделения многие историки однозначно объясняют предшествующей попыткой государственного переворота со стороны декабристов. Насколько эта причинно—следственная связь абсолютна?

— Это не бесспорно. То есть восстание декабристов послужило лишь одной из причин, стало своего рода импульсом к созданию новой российской спецслужбы. Однако в 1825 году из крупнейших событий в Российской империи не только восстание декабристов произошло. Прежде всего, пришёл к власти новый император и соответственно сменилось его окружение. Не зря же в связи с образованием Третьего отделения непременно вспоминают Бенкендорфа с его немалыми амбициями и влиянием при дворе. При том, что тогдашние, скажем так, интеллектуалы отзывались о нём не самым лестным образом, в целом по России это был весьма авторитетный человек. А потому обращались лично к нему и через него подавали обращения «на высочайшее имя» самые разные люди с самыми разными ходатайствами. Фактически это был, как сказали бы сейчас, канал обратной связи между подданными Его Императорского Величества и верховной властью.
Ведь если посмотреть архив Третьего отделения за первые годы его существования, немудрено поразиться сумасшедшему потоку этих обращений. Причём по поводам, с точки зрения сегодняшнего дня, удивительным, странным и даже весьма курьёзным. Там рассматривали сугубо внутрисемейные конфликты, споры об имуществе, всевозможные бытовые неурядицы, бесчисленные прожекты и многое другое, по идее никак не связанное с основным предназначением тайной полиции. Скажем, повздорил взрослый сын с отцом или матерью и один из родителей пишет жалобу губернатору: так, мол, и так, обретается детинушка в непростительном житие, пьянствует, не слушается. Такого ослушника, бывало, сажали под административный арест, в монастырскую тюрьму. А это мог быть человек лет тридцати, в каких—нибудь штаб—офицерских чинах. И сидел он за свои провинности многие недели, месяцы, а то и год, отбывая наказание с официальной формулировкой «до прощения». Ну а ежели мать не простит?.. Вот и обращался этот сиделец в высшие инстанции, стремясь достучаться до самого государя—императора. Огромное множество именно такого рода прошений шло через Третье отделение.

■ Приёмная А.Х. Бенкендорфа. Конец 1820—х гг.

Сохранились в его архивах и «грандиозные планы по спасению России», составленные неуёмными графоманами. Они—то ещё в те времена точно знали, что нужно делать, чтобы, например, искоренить коррупцию в стране и вообще чтобы её самым наилучшим образом обустроить.
Короче говоря, если судить по документам той эпохи, то не создаётся впечатление, что Третье отделение как-то уж очень сильно было озабочено проблемами противодействия революционным организациям, в какой—то мере похожим на декабристские. Хотя, с другой стороны, этих сколько—нибудь опасных для императорской власти организаций в России в годы царствования Николая I фактически не было.

А каков вообще был потенциал движения, получившего название «декабристского»? К чему мог привести мятеж этих дворян при удачном для них стечении обстоятельств? К свержению абсолютной монархии, к установлению некой конституционной формы правления в России?..

— В советские времена главным декабристоведом у нас была М.В. Нечкина, пользовавшаяся, как сейчас говорят, колоссальным административным ресурсом. Она—то и определяла практически всецело взгляд нашего общества на декабристов и их деятельность. Нечкиной принадлежит знаменитый двухтомник, насквозь пропитанный эдаким карбонарским духом. Там она пыталась сравнивать, сопоставлять декабристское движение с процессами и движущими силами, которые привели к Великой Французской революции. Но разве для этого есть хоть какие—то основания!
Ведь во Франции революцию осуществляли широкие массы самых разных людей. Декабристы же дистанцировались не только от народа, но даже, по большому счёту, и от армии. В этом плане довольно показателен эпизод, связанный с бунтом Черниговского полка. Когда возглавившие его заговорщики испробовали модель этакого народного восстания, то ничего у них не получилось. В короткий срок восставшие превратились в некую полубандитскую организацию наподобие пугачёвской. И кончили они примерно так же, как Разин с Пугачёвым. Погуляли несколько дней по Украине, пока их не «зачистили». То есть вождей революции из них совершенно не получилось. Да, наверное, и не могло получиться.
Рассуждая о возможных объективных причинах и гипотетических последствиях восстания 1825 года, следует учитывать некоторые важные обстоятельства, коим в советской историографии не придавали должного значения. Тут я имею в виду в первую очередь и вышеупомянутые трения двух лоббистских группировок при дворе, и банальный конфликт поколений. Ведь Николай в отличие от своего брата Константина не только пороху войны 1812 года не нюхал, но и своего отца толком не помнил. Те же, кто ратовал за воцарение Константина, в большинстве своём видели Суворова, екатерининские времена, царствование Павла и, возможно, имели некоторые основания считать Николая недостаточно зрелым для управления огромной империей. Но Константин, судя по всему, царствовать искренне не желал.
Есть версия о том, что и их мать Мария Фёдоровна была не так проста, не так безучастна к вопросу престолонаследия, как принято считать. Известно, что ещё в 1801 году она не прочь была занять российский трон, однако царствовать её не пустили.

■ Николай I

Могли ли события 14 декабря 1825 года и всё, что с ними связано, привести к падению абсолютизма, к принятию какой—то конституции в России? Трудно сказать. Однако, на мой взгляд, ни муравьёвский конституционный проект, ни тем более пестелевская «Русская правда» шансов быть принятыми в то время практически не имели.
Ведь и Александр I вынашивал некие планы по конституционному реформированию государства. И вообще он много чего интересного планировал. В том числе дожить до 25—летия своего царствования. И даже поговаривал, что вот, мол, через 25 лет службы даже солдата на волю отпускают, почему бы, дескать, и его не освободить от службы царской.
Но как оно могло случиться, проживи император Александр ещё год—другой, никто, конечно же, не знает.

Можно ли заключить, что в николаевские времена какой—то особой, чрезвычайной нужды в работе ведомства, основанного Бенкендорфом, в общем—то, и не ощущалось? Зато при Александре II, когда пришло время всерьёз бороться с угрозами внутренней стабильности государства, российские спецслужбы, похоже, оплошали…

— Во времена царствования Александра II Россия столкнулась с терроризмом, к которому оказалась практически не готова. Террористы были хорошо организованы и законспирированы, применяли новые, зачастую крайне жестокие, кровавые методы борьбы с государством. Причём иногда эта жестокость была просто бессмысленной.
Главные упущения Третьего отделения были в том, что его руководители не смогли в своё время наладить эффективную агентурную сеть, поставить на должный уровень профилактическую, предупредительную работу по противодействию террористическим и иным «экстремистским» действиям. И когда оно приказало долго жить, когда его, мягко говоря, реорганизовали, было уже слишком поздно. Для царя Александра Николаевича Романова прежде всего.

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1523
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.01.14 09:14. Заголовок: К 360—летию воссоединение Украины с Россией


К 360—летию воссоединение Украины с Россией



Лев Заборовский

Переяславская Рада и Московские соглашения 1654 года: проблемы исследования

■ Переяславский акт 8 (18) января 1654 г. принадлежит к числу одного из наиболее заидеологизированных, политизированных событий истории взаимоотношений двух наших народов, международной и политической жизни в ареале XVII в. Неудивительно поэтому, что в общем процессе освобождения от мифологии советской эпохи, столь характерном для современного этапа украинской историографии, переосмысление значимости переяславских решений заняло заметное место (1). В данной связи хотелось бы высказать некоторые соображения в качестве одного из представителей российской исторической науки, занимающегося указанной проблематикой.
■ Начну с ряда общих моментов. В отличие от наших украинских коллег, русским историкам названного профиля нет необходимости кардинально пересматривать свои прежние мнения. Специфика развития историографии в СССР в послесталинский и особенно в «застойный» период (имею в виду, конечно, ее участок, занимающий нас сейчас) состояла в том, что в «центре» условия для ее развития были гораздо либеральнее, чем в «провинции». Сказывалась и общая атмосфера, и положительное влияние наших учителей. Маленький личный пример. Ныне мы не встретим ни одной украинской работы, где не говорилось бы об отрицательном влиянии на научную мысль известных тезисов к 300—летию воссоединения. Меж тем, автор этих строк, довольно давно занимающийся данной тематикой, никогда не знакомился с названным текстом и, соответственно, не учитывал его в своей исследовательской работе, не являясь тут каким—то исключением в круге московских историков. Разумеется, не стоит упрощать дела: укоренившиеся историографические стереотипы и мифы влияли, к примеру, на гораздо более осторожных в те времена издательских работников, а опосредствованно — на нас. Но в целом обстановка в академической науке на нашем направлении была относительно приемлемой. Иное дело в той же Украине. Тяжкие местные «инициативы», накладываясь на «линию центра», заставляли наших коллег испытывать идеологическое давление на несколько атмосфер выше, чем ощущали мы, а идеология очень легко перетекала в «оргвыводы».
■ Второй момент. В независимой Украине произошел вполне естественный взрыв интереса к ранее малодоступным исследованиям не только своих прежних историков, именовавшихся до того «националистическими», но и зарубежных, включая труды представителей украинской диаспоры. В освоении этого богатого наследия недостает, однако, духа здорового критицизма. Ведь посланцы западной историографии, занимавшиеся интересующими нас здесь сюжетами, далеко не всегда представляли только чистую науку, над ними также довлели требования времени, а предлагаемые ими научные решения часто отличались не меньшей тенденциозностью (понятно, с противоположным знаком), чем концепции историков в СССР, и не обладали необходимой сбалансированностью. Поэтому, при всей необходимости всеобъемлющего учета и использования достижений прежней историографии, не удастся приблизиться к исторической истине на путях простого синтеза всего лучшего, наработанного предшественниками.
■ Третье. В ходе пересмотра современными украинскими исследователями постулатов советской историографии, касающихся освободительной войны на Украине середины XVII в., был подвергнут тотальной и во многом обоснованной критике прежний официально принятый взгляд о стремлении к воссоединению со «старшим братом», как главной пружине планов и действий казачества и его руководства с самого начала восстания, о гармонии интересов их и царского правительства и т.д. Справедливо, что все многообразие палитры событий того времени никак не втиснуть в эти узкие рамки. Взамен наши коллеги выдвинули гипотезу, согласно которой основной целью национально—освободительной войны являлось создание и закрепление независимой державы на Украине в ее этнических границах (это распространено и на деятельность последовавших за Б.М. Хмельницким гетманов). Подобный взгляд стал общеупотребительным и вошел в популярные работы и учебники (2), получил статус официально признанного. В современной ситуации на Украине он понятен и объясним политически и идеологически. Однако российским исследователям уже приходилось — например, в ходе совместной конференции по случаю 340—летия Переяславской рады (Москва, январь 1995) (3) — высказывать своим оппонентам мнение об опасности такого чрезмерно «огосударствленного» подхода для воссоздания реальной истории тех лет.
■ Действительно, изложенная гипотеза, вполне допустимая как рабочая, пока остается именно такой. Ее фактическое обоснование еще недостаточно, есть немало источников, не вполне вписывающихся в ее рамки. Вообще изученность политических представлений, идей, действий казачьей элиты и их эволюции хотя бы в гетманство Б.М. Хмельницкого совершенно недостаточна. В еще большей мере это надо отнести к исследованию массовых настроений в разных слоях тогдашнего украинского общества, а ведь в конечном счете именно эти настроения были той глубинной основой, которая определяла мощь удара по сложившимся порядкам и прочность происходивших перемен. Для решения подобных задач требуется поиск новых материалов, спокойная продуктивная работа в русских, польских, украинских архивах, объективный анализ всей имеющейся документации, а не постулирование новых схем.
■ Немного о дипломатической предыстории событий 1654 г. В историографии сложился довольно затверделый канон определяющий борьбу с Речью Посполитой за ликвидацию последствий Смуты как одну из важнейших, даже главную цель внешней политики России в первой половине XVII в., а конфликт двух держав считающий неизбежным. Думается, что такой взгляд явно упрощает реальность. Справедливо, что положение на русской западной границе стало неблагоприятным, проблема эта стояла в повестке дня двусторонних отношений. Однако после Смоленской войны 1632—1634 гг., с неизбежно приближавшимся концом Тридцатилетней войны, примерно с середины 40—х гг. XVII в. международная ситуация в ареале толкала обе страны в ином направлении, к сближению (тем более, что политики Речи Посполитой не стремились к дальнейшей экспансии на востоке). Главной причиной стала опасная для них агрессивная политика Крымского ханства. Попытки царского правительства обеспечить безопасность на юге дипломатическими средствами, используя посредничество Порты, успеха не принесли. Поэтому, наряду с масштабными оборонительными мероприятиями на южных рубежах, московский двор не исключал и наступательных операций против татар, что совпало со сходными (но более широкими) планами Владислава IV и его сторонников.
■ Контрагенты довольно далеко продвинулись по этому пути (соглашение А. Киселя 1647 г. и его конкретизация), настолько далеко, что с началом восстания на Украине, с учетом казацко—татарского союза, начала реально осуществляться координация совместных польско—русских боевых усилий. Правда, единение продолжалось недолго. Разобравшись в действительном характере украинского восстания, включая в особенности его религиозный, проправославный аспект, царское правительство достаточно быстро отказалось от какой—либо поддержки поляков, как и от всяких антикрымских действий, и твердо держалось такого курса, несмотря на все последующие попытки варшавского двора добиться военной помощи. Однако отсюда до активного вмешательства в конфликт на стороне казачества было еще очень и очень далеко. Русские власти разными способами помогали гетманату, в т.ч. в важной в условиях тяжелой войны экономической сфере, но далее не шли. Политику московского двора наиболее основательно проанализировал Г.М. Лызлов (с использованием материалов А.В. Чернова по военной истории) в нескольких опубликованных в 50—х гг. статьях и кандидатской диссертации, выполненной под руководством В.Д. Королюка. Доказано, что царское правительство не вело сколько—нибудь значительной боевой подготовки того типа, которого требовала война на западе: формирование полков нового строя, соответствующее вооружение, обучение и т.д. И объяснялось это политическими целями — они не были ориентированы на конфликт с Речью Посполитой, имелось в виду использовать к своей выгоде ее ухудшившееся положение дипломатическими средствами.
■ К сожалению, Г.М. Лызлов не дошел до конца, повторив общепринятое положение о Земском соборе февраля 1651 г., как поворотном пункте в русской внешней политике, когда было принято стратегическое решение о войне (промедление до 1654 г. объяснялось тактическими причинами). Впрочем, в те времена ему и не позволили бы покуситься на этот замшелый историографический постулат, если б у него и появилось подобное желание. Фактически и после собора ситуация не изменилась кардинально. Причиной был и «южный фактор», прежде всего позиция Крымского ханства, то вполне обоснованное недоверие к политике ханов, которое испытывали в Москве, несмотря на татаро—украинский союз (впрочем, опыт его осуществления в 1649, 1651, 1653 гг. показал и руководителям гетманата, насколько небезопасна данная ориентация). Лишь преимущественно с 1653 г. под влиянием обострения ситуации на Украине и растущей информации о возможности ее перехода под протекторат Османской империи, военная подготовка русских приобрела отмеченный выше «западный» крен в значительных масштабах, свидетельствуя о политических переменах: возможности войны с Речью Посполитой. Но эта подготовка оставалась незавершенной, отсюда, в частности, усилия царской дипломатии оттянуть начало столкновения, вызвавшие недовольство чигиринских руководителей.
■ Характеризуя период в целом, считаем, что вплоть до августа 1653 г. (неудача посольства во главе с Б.А. Репниным—Оболенским в Речь Посполитую), при колебаниях общей линии, московский двор стремился выступать скорее как посредник в достижении мира на Украине, конечно, не забывая и о собственных выгодах. Условия урегулирования, выдвинутые в ходе львовских переговоров Б.А. Репнина, объективно не были тяжелыми для Речи Посполитой и могли устроить всех участников. Три года спустя, во время бесед в Немежи в 1656 г. польско—литовская сторона сама желала посредничества царя и выражала готовность принять сходные условия. Но в 1653 г. Руководители Речи Посполитой ориентировались на крайне радикальную программу, добиваясь фактически полной капитуляции гетманата, что свидетельствовало о прискорбно неверной оценке реального соотношения сил. В итоге последний шанс предотвратить большую войну оказался упущенным.
■ Несколько слов о Переяславском акте. Вначале одно источниковедческое замечание. Широко известный и многократно публикуемый рассказ о раде воспроизводится обычно по тексту из статейного списка посольства, возглавляемого В.В. Бутурлиным. Не учитывается, однако, что это вторичный, несколько препарированный вариант. Меж тем, сохранился подлинник (4): именно его повез сеунщик А.С. Матвеев 21 января, именно он зачитывался царю неделю спустя. Разумеется, существенные различия отсутствуют, но некоторые детали не совпадают. В частности, в списке удалены украинизмы. Текст в нем расположен так, что создается впечатление записи со слов И.О. Выговского, именно так излагаются иногда события в литературе. Но фактически это отдельный документ, авторство которого требует дополнительных разысканий. Принадлежность его самому писарю генеральному вызывает сомнения, хотя вполне вероятно, что источник исходил из писарской канцелярии и составлен с его слов. В любом случае нет никаких оснований считать документ, как и запись в статейном списке, искажающими смысл говорившегося и происходившего на Переяславской раде.
■ Касаясь существа дела отметим, что заметное исчерпание ресурсов гетманата в ходе долголетней войны, невозможность вести ее дальше только своими силами, определившаяся ненадежность крымского союзника поставили Б.М. Хмельницкого к концу 1653 г. перед необходимостью выбрать сюзерена среди альтернатив, о которых он говорил в речи на «раде явной всему народу» в Переяславе 18.01.1654: нереальной тогда польской, «бусурманской» (султан либо хан) и русской. Сделанный там выбор был оптимальным из возможных и пользовался поддержкой жителей Украины. В данной речи мы находим в концентрированном виде изложение комплекса идей, очевидно, согласованного среди прочего во время тайной рады в узком составе, с участием полковников, утром того же дня. Это констатация: «Что уже шесть лет живем без пана в нашей земле в безпрестанных бранех...», и два главных вывода: «Что уж велми нам всем докучило, и видим, что нелзя нам жити боле без царя...», а также сравнительная характеристика претендентов и определение преимуществ кандидатуры Алексея Михайловича, которые трактовались прежде всего с религиозной точки зрения как естественное объединение православных (что было поддержано и присутствующими на раде).
■ Из текста однозначно следует, что имелся в виду переход под царскую власть: «...себе за царя и пана просим...», «... под царя восточного православного крепкою рукою...». Вместе с тем на тайной раде выработали, очевидно, процедуру такого перехода, желательную руководству гетманата: требование ответной присяги послов с обязательствами защиты войска Запорожского от поляков и сохранения давних сословных прав, включая имущественные, которое прозвучало перед присягой гетмана и др. в соборной церкви 18 января, в т.ч. со ссылкой на практику королей Речи Посполитой. Фактически короли не присягали войску Запорожскому, тут имелась в виду их общая коронационная присяга, хотя на деле она давалась привилегированным сословиям, т.е., в частности, не казачеству, а украинской шляхте. Но в условиях, когда гетманские власти считали себя свободными от прежних обязательств перед Речью Посполитой, они сочли необходимым при перемене подданства добиваться нерушимости прежнего статуса.
■ Взятое само по себе требование подтвердить комплекс сословных, личных и некоторых других прав жителей гетманата, прежде всего казачества и шляхты, не представляло собой ничего неприемлемого, и это сразу же подчеркнули царские посланцы. Однако попытка установить в некоторой мере принцип взаимности обязательств была ими решительно отвергнута, как противоречащая практике самодержавного государства (что соответствовало действительности). Безрезультатными остались и последующие усилия полковников получить от послов письмо примерно такого же содержания, по образцу прежних соглашений войска Запорожского с Речью Посполитой, закреплявшихся иногда сенаторами от имени короля. Ответ остался прежним: для получения желаемого необходимо обратиться непосредственно к царю. Одновременно давались устные заверения, что в таком случае все просьбы будут уважены. Ясно, что в возникшей ситуации никаких шансов на успех не мог иметь тайный демарш, предпринятый представителями украинской шляхты с целью обеспечить ей особое положение в гетманате. Можно полагать, что первоначально Б.М. Хмельницкий не планировал специального посольства в Москву для дальнейших переговоров, ограничившись взаимной присягой: во всяком случае, в ходе бесед с прибывшей к нему немного раньше миссией во главе с Р.М. Стрешневым данная тема не возникала. Поездка в столицу царей была сочтена необходимой только после неудачи предложенной процедуры (5).
■ Даже из предшествующего краткого изложения ясно, что ни о каких соглашениях речи тогда не было, поэтому от встречающегося иногда наименования «Переяславский договор» следует отказаться: нельзя же считать договором устные обещания послов. И еще об одном термине, ставшем в последние годы очень одиозным, «воссоединение». Пишущий эти строки всегда считал его совершенно искусственным и потому старался не применять. Однако именно в недавнее время пришлось задуматься, а правилен ли такой подход? Причина не в том, конечно, что термин родился не в советский период, а заимствован из трудов некоторых украинских историков XIX в. Суть дела совсем в ином. Проводимая сотрудниками ИСБ РАН под эгидой РГНФ работа над источниками эпохи Хмельниччины показала, что не сам термин, но соответствующее ему идейное содержание или элементы последнего нередко встречались в высказываниях жителей гетманата разного круга, причем в обстоятельствах не только торжественных или особых, но и будничных. Если учесть также уже известные аналогичные примеры в источниках более раннего времени, следует, возможно, понятие «воссоединение» сохранить, во всяком случае до дальнейших обсуждений. Само собой разумеется, что в любом случае оно должно быть очищено от идеологизированной шелухи, налипшей на него в нашем недавнем общем прошлом. Не исключено, что тогда термин потеряет свою одиозность.
■ В западной и современной украинской литературе заметное место занял показ противоречий между переяславскими контрагентами и оппозиции данному акту в гетманате. Это вполне естественная реакция на то искаженное, беспроблемное, стерилизованное изображение тогдашних событий, которое было принято у нас со сталинских времен. При всем при том необходимо соблюдать реальные пропорции: действительно возникавшие споры, разногласия, конфликты сторон не столь уж редко рисуются в неоправданно гипертрофированном виде. Так, эпизод с отказом в присяге приобретает поистине драматическую форму, когда на волоске повисает успешное завершение всей акции, хотя имеющиеся источники едва ли подтверждают такую трактовку. Или подсчитывают примерную численность участников Переяславской рады, доказывая, что о всеукраинском или общенародном ее характере говорить не приходится. Все так, но при этом недостаточно учитываются два важных факта. Во—первых, на раде присутствовали почти все полковники, представлявшие не только себя и подчиненных им казаков, но и определенные территории, а также их жителей. Во—вторых, что еще важнее, за радой последовала присяга населения гетманата. Не всеохватывающая, но масштабная, поставить в ряд с которой по этому признаку из событий на Украине, в Речи Посполитой, да и вообще в тогдашней Европе можно не столь уж многое.
■ Известны сообщения о противодействии переяславским решениям в ряде мест, со стороны отдельных лиц и т.д. Но не будем забывать, что такие данные исходили нередко с польской стороны или от пропольски настроенных групп, а потому нуждаются в осторожном использовании. Особенно «повезло» в данном смысле полковнику И. Богуну, который в результате комбинации подобных сообщений превратился чуть ли не в центральную фигуру оппозиции новому курсу, хотя доказательные факты отсутствуют. Иногда пишут о полном неучастии в этих событиях сельского населения. Можно подумать, что где—либо на континенте в XVII в. особо интересовались его мнением о политическом курсе! Пожалуй, единственное, о чем мы знаем вполне определенно, — это противодействие переяславскому акту и вообще данной политической линии со стороны части православного клира гетманата. Соответствующие источники вводились в научный обиход и исследовались с XIX в. Они далеко не исчерпывающи, да и не могут быть такими из—за весьма доверительного характера соответствующих акций, которые нередко приобретали прямо—таки детективный вид. Основной источниковый минус — крайне редкие упоминания рассматриваемой темы в выявленных документах польского происхождения, а без них, новых, окончательные выводы затруднительны.
■ Известно, что активные контакты с польско—литовской стороной поддерживали деятели масштаба С. Косова, И. Тризны, Ф. Василевича, Д. Балабана, К. Старушича — они упоминаются чаще всего, но остается неясным, отражало ли все это позицию только группы представителей высшего клира или имело менее узкую базу. Под большим знаком вопроса остается возможное предположение о поддержке данной линии средним и низшим духовенством. Кроме того, со временем и ориентация некоторых из названных лиц, включая митрополита киевского, менялась. Для гетманской администрации пропольская активность части духовенства не была секретом, вызывая скорее отрицательную реакцию: известны соответствующие высказывания Б.М. Хмельницкого, который, впрочем, имел мощную поддержку своему «переяславскому» курсу со стороны греческого духовенства, включая восточных патриархов.
■ Условия вступления гетманата в состав России определялись в ходе переговоров в Москве с посольством, возглавляемым С. Богдановичем (Зарудным) и П.И. Тетерей. Комплекс выработанных тогда (март—апрель 1654 г.) соглашений можно назвать Московским договором, если не по форме, то по существу. Определяемый им статус Украины представляет и поныне целый букет суждений историков. Это объясняется среди прочего воздействием политических страстей: проблема издавна актуальна и не является чисто академической. Тем не менее, столь большой и продолжительный разброс мнений, при практической неизменности источниковой основы, кажется неестественным, являя, если использовать одно из крылатых выражений В.О. Ключевского, еще один пример научной патологии, наподобие пресловутого «варяжского вопроса». Выбраться из этого историографического тупика можно, если ориентироваться на научный подход, а не на преходящие политические ценности. Не входя здесь в обсуждение существа дела, что требует специального исследования, хотелось бы высказать некоторые соображения.
■ Полностью разделяю уже выдвинутое в историографии положение о необходимости нового пересмотра и желательно — издания на современном уровне всех относящихся к теме документальных материалов (6), поскольку прежние публикации представляются на нынешнем этапе недостаточными. При этом необходимо учесть, что нельзя ограничиваться только документами за март—апрель 1654 г., сюда же должны быть подключены источники о последующих переговорах с представителями духовенства и городов гетманата, может быть, и об обращениях старшины и т.п. Только при таком комплексном подходе можно доказательно выяснить, как представляли себе статус Украины ее элита, частью и остальные жители. Именно так анализировал проблему еще М.С. Грушевский, хотя не все полученные им результаты бесспорны. И еще одно важное обстоятельство. До сих пор авторы, занимавшиеся рассматриваемыми на этих страницах вопросами, подходили к ним так, как будто имели дело с чем—то совершенно уникальным, не имеющим аналогий. Между тем, уже с осени 1654 г., но особенно в 1655—1656 гг. был заключен ряд соглашений, тексты которых совершенно необходимо привлечь для сопоставительного анализа. Достаточно назвать самые крупные из них, договоры Великого княжества Литовского со Швецией и Россией (они заключались частями ВКЛ, но от его имени как нераздельного целого), Молдавского княжества с Россией (переговоры не дошли до подписания договоров, но проекты были выработаны). Сравнив их с комплексом московских соглашений 1654 г., можно будет гораздо точнее и правильнее оценить реальное содержание последних.
■ Думается также, что при исследовании московских текстов необходим не только сбалансированный, но и несколько расчлененный подход. Одно дело общие положения, рассчитанные на более отдаленную перспективу: они укладываются в рамки представлений, высказанных Б.М. Хмельницким в речи 18 января 1654 г. Совсем иное — реальное положение Украины в последние годы его жизни: тогда гетманат был практически, с определенными ограничениями, независимым, в частности, его руководители вели достаточно самостоятельную внешнюю политику, с 1656 г., как известно, вошедшую в противоречие с курсом царского правительства. Несомненно, статус Украины в немалой мере определялся тем личным признанием и авторитетом, которыми пользовался Б.М. Хмельницкий и у ее масс, и в Москве. А дальнейшее реальное наполнение переяславских соглашений зависело от многих факторов, в том числе от политики его преемников, старшины, духовенства.
■ В заключение, несколько замечаний о международном аспекте темы. В преддверии и в начале общей войны с Речью Посполитой русская и украинская дипломатия предприняли весьма значительную внешнеполитическую акцию. На некоторых направлениях Чигиринские и московские посланцы действовали рука об руку, согласованно, на других — полусогласованно: первое относится к Крымскому ханству и Дунайским княжествам, второе — к Швеции, куда, в частности, ездили русские и казацкие миссии, но не одновременно и с несовпадающими целями. В иных местах они работали самостоятельно, но ко взаимной пользе: гетманские представители проявили традиционную активность в Стамбуле, царские — в ряде столиц Центральной и Западной Европы, а также в Дании. Результаты их деятельности оказались неоднозначными. На юге, несмотря на первоначальные оптимистические расчеты Б.М. Хмельницкого, не удалось добиться благоприятных результатов, реальностью стал наиболее неприемлемый политический вариант, а именно блок между Крымским ханством и Речью Посполитой. В результате татарские силы участвовали уже в зимнем походе на Украину 1654—1655 г., принесшем ей тяжкие испытания.
■ Гораздо более радужные перспективы открылись на севере. С верным политическим чутьем казацкий гетман нащупал вариант, дававший тогда наилучшие возможности решить к выгоде потенциальных союзников их споры с Речью Посполитой: он старался смонтировать русско—шведско—украинский альянс. При осуществлении данного плана, в частности, усиливались позиции Украины, но и московский двор постепенно стал считать его приемлемым. Очень показательно, что в сентябре 1654 г. через Россию пропустили в Стокгольм казацкое посольство во главе с известным о. Даниилом—афинянином, нацеленное на создание военного союза, о чем в Посольском приказе получили достаточную информацию. Имелись и иные признаки, но царские дипломаты ожидали первого шага со стороны нового шведского короля Карла X Густава. Указанная политическая альтернатива, реализация которой могла существенно изменить ситуацию и дальнейший ход дел в данной части континента, и позже некоторое время не потеряла актуальности. Даже, когда в конце июня 1655 г. последовал отказ пропустить в Стокгольм новую казацкую миссию, это не означало еще изменения курса русского правительства, а объяснялось ожиданием начала полномасштабных переговоров с уже объявленным «великим посольством» от Карла X (7). Только события Потопа в Речи Посполитой принесли кардинальные перемены, но это совсем иная тема.

Примечания

1. См. например: Смолій В.А., Степанков В.С. Богдан Хмельницький. Соціально—політичний портрет. ; Київ, 1993 (к сожалению, не довелось пока ознакомиться со вторым, расширенным вариантом этой ценной монографии); Цибульский В. Переяславська угода 1654 року у зарубіжній історіографії (1945—1990). Рівне, 1993, Апанович О.М. Українсько—російський договор 1654 р.: Міфи і реальність, Київ, 1994; Горобець В. Переяславсько—Московський договір 1654 р. результати і наслідки із історії українсько—російських відносин доби Богдана Хмельницького // Доба Богдана Хмельницького (До 400—річчя від дня народження великого гетьмана). Збірник наукових праць. Київ,1995; Горобець В.М. Від союзу до інкорпорації: українсько—російські відносини другої половини XVII — першої чверти XVIII ст. Київ, 1995; Заяць А. Українсько—російський договір 1654 р. в оцінці сучасної української історіографії (90—ти роки) // Козацькі війни XVII століття в історичній свідомості польського та українського народів. Матеріали Другої Польсько—Української наукової зустрічі (Львів, 12—13 жовтня 1995 р.). Львів—Люблін, 1996.
2. См., например: Історія України. Нове бачення. У двох томах. Т. 1. Київ, 1995; Рибалко I. К. Історія України. Ч. 1. Харків 1995.
3. См. о ней: Заборовский Л.В. Российско—украинская конференция, посвященная 340—летию Переяславской рады // Отечественная история. 1995. № 5.
4. Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в государственной коллегии иностранных дел. Ч. 3. М., 1822. С. 494—495 (публикация с неточностями в передаче текста).
5. См. об этих событиях: Воссоединение Украины с Россией. Документы и материалы в трех томах. Т. III. М., 1953. С. 393—402, 454—477.
6. См.: Заяць А. Указ. соч. С. 292.
7. Соответствующие материалы см.: РГАДА. Ф. 214. Сибирский приказ. Стб. 1636. Ч. 3. Л. 481—530.

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1541
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.01.14 18:24. Заголовок: Запорожцы пишут письмо турецкому султану


Запорожцы пишут письмо турецкому султану

■ Уверен, что абсолютно всем с детства известна картина русского художника Ильи Ефимовича Репина (1844—1930) «Запорожцы пишут письмо турецкому султану». Огромное полотно (2,03×3,58 м) художник начал писать в 1880 году и закончил только в 1891 году.
■ Эта картина стала как бы общим местом в истории про Запорожскую сечь. Мол, вольнолюбивые запорожцы могли себе позволить отписать письмо кому угодно и что угодно, не то что какому—то там турецкому султану. Но почему—то вопрос о том, какому султану писали изображенные И.Е. Репиным на картине запорожцы, а также каков был текст их письма, как—то сам собой «опускался». Было, мол, как—то такое дело, черкнули запорожцы турецкому султану письмецо, и главное — именно этот факт написания письма, а дальше что там и как, не очень и интересно.



■ Нет, дальше тоже интересно. В общем, история такая. По легенде, письмо было написано в 1676 году кошевым атаманом Иваном Серко «со всем кошем Запорожским» в ответ на ультиматум султана Османской империи Мехмеда (Мухаммеда) IV. Оригинал письма не сохранился, однако в 1870—х годах екатеринославским этнографом—любителем Я.П. Новицким была найдена копия, сделанная в XVIII веке. Он передал её известному историку Дмитрию И. Яворницкому, который однажды зачитал её, как курьёз, своим гостям, среди которых был, в частности, художник Илья Ефимович Репин. Он очень заинтересовался сюжетом и в 1880 году начал первую серию этюдов.
■ Итак,

Предложение Магомета IV—го

Я, султан, сын Мухаммеда, брат Солнца и Луны, внук и наместник Бога, владелец царств Македонского, Вавилонского, Иерусалимского, Великого и Малого Египта, царь над царями, властитель над властелинами, необыкновенный рыцарь, никем непобедимый воин, неотступный хранитель гроба Господня, попечитель самого Бога, надежда и утешение мусульман, смущение и великий защитник христиан — повелеваю Вам, запорожским казакам, сдаться мне добровольно безо всякого сопротивления и меня Вашим нападками не заставлять беспокоиться.
Султан турецкий Мухаммед IV.

■ А дальше

Отвiт запорожцiв Магомету IV

Запорожские казаки турецкому султану! Ти, султан, чорт турецкий, i проклятого чорта брат i товарищ, самого Люцеперя секретарь. Якiй ты в черта лыцарь, коли голою сракою ежака не вбъешь. Чорт высирае, а твое вiйско пожирае. Не будешь ты, сукiн ты сыну, сынiв христiянських пiд собой маты, твойого вiйска мы не боiмось, землею i водою будем биться з тобою, распро’йоб твою мать. Вавилоньский ты кухарь, Макидоньский колесник, Iерусалимський бравирник, Александрiйський козолуп, Великого и Малого Египта свинарь, Армянська злодиюка, Татарський сагайдак, Каменецкий кат, у всего свiту i пiдсвiту блазень, самого гаспида внук и нашего х@я крюк.
Свиняча ты морда, кобыляча срака, рiзницька собака, нехрещений лоб, мать твою в’йоб. От так тобi запорожцi виcказали, плюгавче. Не будешь ти i свиней христiанских пасти. Тепер кончаемо, бо числа не знаемо i календаря не маемо, мiсяц у небi, год у книзя, а день такий у нас, якиi i у Вас, за це поцелуй в сраку нас!
Пiдписали: Кошевой атаман Иван Сирко Зо всiм кошем Запорожськiм.

■ Думаю, теперь вполне понятно, почему вопрос о том, что же написали в своём письме султану запорожцы, оставляли без ответа. Правда, есть сомневающиеся в подлинности как предложения Магомета IV—го, так и подлинности текста ответного письма. Но пока ничего другого представлено не было.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1588
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.01.14 13:37. Заголовок: Военная присяга Члена Главного Военного Совета РККА И.В. Сталина


И.В. Сталин

Военная присяга Члена Главного Военного Совета РККА

■ Вот такой есть любопытный документ, как—либо комментировать который, высасывая из пальца разные умозрения, думаю, необходимости нет. Это — просто любопытный документ.



Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1602
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 23.01.14 12:27. Заголовок: Файл—РФ — Л. Зайцева. Экономисты милостью Божьей. Николай Кондратьев


Политика | 23 января 2014 г.

Экономисты милостью Божьей. Николай Кондратьев

Любовь Зайцева, старший научный сотрудник Института экономики РАН

В связи с пульсирующим глобальным кризисом обществоведы всё чаще вспоминают «большие циклы» экономической конъюнктуры, названные именем открывшего их русского учёного Николая Кондратьева (1892—1938). Он много сделал также для разработки методологии планирования и прогнозирования советской экономики, путей преобразования сельского хозяйства и организации агропроизводства.

■ Николай Кондратьев с дочерью Еленой

Уроженец деревни Галуевская Кинешемского уезда Костромской губернии, выходец из многодетной крестьянской семьи, он сумел за несколько лет закончить церковно—учительскую семинарию, вечерние курсы в Санкт—Петербурге и подготовиться к сдаче экстерном экзаменов за полный курс гимназии. В сентябре 1911—го поступает на экономический факультет Петербургского университета. А к концу 1913—го заканчивает своё первое крупное исследование, посвящённое развитию хозяйства Кинешемского земства.
25—летний Кондратьев восторженно встречает Февральскую революцию, служит секретарём по сельскому хозяйству во Временном правительстве. Активно участвует в создании Всероссийского совета крестьянских депутатов, выступает с докладами по продовольственному вопросу. Избирается делегатом Учредительного собрания по списку партии эсеров. За две недели до Октябрьской революции Кондратьева назначают товарищем (заместителем) председателя Общегосударственного продовольственного комитета в последнем кабинете Временного правительства.

■ Николай Кондратьев в студенческие годы

В работах, опубликованных весной—летом 1917—го, Кондратьев развивает и обосновывает эсеровскую программу социализации земли, считает, что будущее принадлежит крупному кооперативному хозяйству, но на заседании Главного земельного комитета делает любопытную оговорку: «Принципом экономической политики должно служить следующее положение: допустимы и желательны лишь те меры воздействия, которые усиливают производительность народного хозяйства и по возможности более соответствуют правосознанию масс».
Октябрьскую революцию Кондратьев воспринимает как переворот, разрушительный по своим результатам. Вначале он даже участвует в работе подпольного Временного правительства и отказывается передать Советской власти продовольственное дело, заявляя, что «разложение аппарата, разрушение и расстройство телеграфа и железнодорожного транспорта ставит непреодолимые препятствия в области дела снабжения населения предметами первой необходимости». Однако в дальнейшем отношение Кондратьева к большевикам меняется. После его выхода из партии эсеров стало возможно сотрудничество с новой властью. Любопытен такой факт. Во время зарубежной поездки в 1924 году (предпринятой для изучения организации сельскохозяйственного производства) Кондратьев встретился в Соединённых Штатах с переехавшим туда Питиримом Сорокиным, с которым был дружен со школьных лет. Тот уговаривал его возглавить кафедру в одном из университетов. Кондратьев не принял предложения. Он считал, что квалифицированный и честный экономист может служить своей стране при любом режиме…
После переезда в начале 1918 года в Москву Кондратьев ведёт преподавательскую и научную работу, становится инициатором и первым руководителем экономического отдела Центрального товарищества льноводов (Льноцентр), председателем которого был известный экономист Алексей Чаянов. Он входит в Сельскосовет — руководящий орган объединения сельскохозяйственных кооперативов России. Весной 1921—го учёного приглашают в Народный комиссариат земледелия на ответственную должность начальника управления экономики и планирования сельского хозяйства.
На годы нэпа пришёлся расцвет научной деятельности Николая Кондратьева. Он много пишет, рассматривая закономерности современной ему отечественной и мировой экономики. По его мнению, рыночное хозяйство никогда не находится в состоянии идеального равновесия. Оно может быть предусмотрено в теории, но не существует в реальности. Экономика подвержена волнообразным колебаниям, в ходе которых меняется и сам уровень равновесия. Кондратьевым были обработаны статистические материалы (динамика цен, ссудный процент, заработная плата, объём внешней торговли, производство основных видов промышленной продукции) с 1780 по 1920 годы по четырём ведущим странам — Англии, Франции, Германии, США. Динамика добычи угля и выплавки чугуна учитывалась также по индексам общемирового производства. Большинство взятых данных обнаружили наличие циклических волн продолжительностью в 48—55 лет (называются также и 40—60 лет). В течение этого времени происходит смена запаса основных материальных благ, в результате которой мировые производительные силы поднимаются на новый уровень развития. Период статистических наблюдений и анализа учёного составлял максимально 140 лет (по некоторым базам меньше). На этот отрезок времени, исследованный Кондратьевым, к середине 20—х годов пришлось два с половиной закончившихся больших цикла: с 1780—х до 1840—х, с 1850—х до 1890—х и начало третьего — с 1900—х.

■ Николай Кондратьев и Питирим Сорокин

Большие циклы не всегда равномерны, но они воспроизводят одну и ту же динамику. Сначала наблюдается «повышательная» волна (производство, цены и прибыли растут, кризисы оказываются неглубокими, а депрессии непродолжительными). Затем наступает «понижательная» волна. Рост экономики неустойчив, кризисы становятся более частыми, депрессии затяжными. Периоды понижательной волны каждого большого цикла сопровождаются длительной и особо ярко выраженной депрессией сельского хозяйства, проявляющейся в падении цен на его продукцию и сокращении земельной ренты.
«Каждый новый цикл протекает в новых конкретно-исторических условиях, на новом уровне развития производительных сил и потому вовсе не является простым повторением предыдущего цикла». Именно эту мысль Николая Кондратьева никак не усвоят либеральные экономисты, так как для них мировая экономика развивается не циклично, а линейно. Оттого и не могут понять, почему практикуемые ими методы борьбы с кризисными явлениями оказываются действенными только в фазах оживления и подъёма. На понижательной же волне больших циклов, в периоды спада и депрессии, они действуют в противоположном направлении.
Несмотря на довольно высокую конъюнктуру, наблюдавшуюся в 20—е годы в главных капиталистических странах, Кондратьев причислил указанное десятилетие к началу очередной понижательной волны, что вскоре нашло подтверждение в драматических событиях мирового экономического кризиса 1929—1933 годов.
СССР смог максимально эффективно воспользоваться Великой депрессией и осуществить полную модернизацию и индустриализацию своей экономики (с какими издержками — другой вопрос), которая позволила победить в Великой Отечественной войне, создать основу для атомной промышленности, выиграть соревнование по освоению космоса и достичь военного паритета с США. Но уже следующей понижательной волной, 70—80—х, СССР, расслабившись на нефтедолларах, воспользоваться не сумел. В результате чего потерпел поражение в экономическом соревновании с мировым капитализмом.
По мнению некоторых экспертов, современная Россия смогла бы воспользоваться кризисной ситуацией понижательной волны пятого цикла, перехватить цивилизационную инициативу и выступить архитектором «мира после доллара», поведя за собой страны, заинтересованные в новом экономическом устройстве (включая Европу, Японию, Китай, Индию, Бразилию, Южную Корею и другие).
Но вернёмся к аграрным исследованиям Кондратьева. В Петровской академии он — приват—доцент, а затем профессор — становится во главе лаборатории сельскохозяйственной конъюнктуры, вскоре переименованной в Конъюнктурный институт. Вначале в штате всего пять сотрудников: директор, заместитель и три статистика. Но вскоре институт становится серьёзным научно—исследовательским центром, издаёт журнал «Экономический бюллетень» и периодический сборник «Вопросы конъюнктуры». Под началом Кондратьева работает уже 50 высококвалифицированных специалистов. Исследования института отличают единство глубокого анализа и нацеленных на решение конкретных вопросов разработок, широкое использование достижений научной мысли того времени, в том числе статистических и математических методов. Сотрудники работали с большой отдачей и воодушевлением. Их материалы широко использовались государственными органами. По запросам ЦК ВКП (б), ВЦИК, СНК, ВСНХ, Наркомфина, Наркомата земледелия институт готовил многочисленные записки и справки, их число доходило до двухсот в год.
При активном участии учёного Плановая комиссия Наркомзема РСФСР разработала первый в истории перспективный план развития сельского и лесного хозяйства (1923—1928), вошедший в историю как «пятилетка Кондратьева». Он выдвинул тогда идею тесной связи и равновесия аграрного и индустриального секторов, для чего предложил использовать как директивные (руководящие), так и индикативные (ориентировочные) показатели. Можно с полным основанием назвать Кондратьева главным разработчиком концепции плана—прогноза как одного из вариантов индикативного (рекомендательного) планирования, реализованного во многих странах Запада после Второй мировой войны. В середине 20—х годов идеи учёного окончательно оформились в концепцию равновесного развития экономики. Лишь «здоровый рост сельского хозяйства, — писал Кондратьев, — предполагает… мощное развитие индустрии». Эффективный аграрный сектор должен обеспечить подъём всей экономики, стать гарантом устойчивости народного хозяйства. Правительству предлагалось направить силы и внимание прежде всего на подъём аграрного сектора, нужды которого в техническом оснащении удовлетворяла бы промышленность.
Крестьянин, с точки зрения исследователя, для рационального ведения хозяйства должен свободно распоряжаться своей землёй: сдавать её в аренду, пускать в оборот и пр. Решительно выступая против наследия военного коммунизма — ограничения свободы в землепользовании, Кондратьев предлагал помочь крепким хозяйствам перейти к интенсивным и товарным формам, близким по типу к фермерским. Именно такая модель обладает значительными производственными возможностями и способна обеспечить быстрое наращивание объёмов товарного хлеба, включая поставки на экспорт.
Отнесение крепких, интенсивно развивающихся семейных трудовых хозяйств к кулачеству неизбежно приведёт к борьбе с ними, но только они способны стать основой экономического подъёма в стране. Стремление же большевистского правительства направить материальные ресурсы на поддержку сначала бедняков и малоимущих середняков, то есть слабых хозяйств, Кондратьев считал неоправданным. Им можно будет реально помочь лишь тогда, когда товарное производство на селе окрепнет.
В 1920—е Кондратьев напряжённо работает над теорией народнохозяйственных планов. Рынок он рассматривал в качестве связующего звена между национализированным, кооперативным и частным секторами. Предназначение же плана состояло, во—первых, в обеспечении более быстрого, чем при спонтанном развитии, роста производительных сил, во—вторых, в том, чтобы подъём народного хозяйства был сбалансированным. Разумное сочетание рыночных и плановых начал в экономической жизни страны представлялось Кондратьеву вполне пригодным для всех секторов.
В статье «План и предвидение» учёный резко критикует отрыв поставленных правительством целей от имеющихся в реальной жизни возможностей, разработку так называемых «смелых планов». «В лучшем случае они останутся безвредными, потому что мертвы для практики. В худшем — они будут вредными, потому что могут ввести практику в жёсткие ошибки». В ряде выступлений он предупреждал о последствиях волюнтаризма, приводящих к разрушению сельского хозяйства и неизбежному вслед за этим ухудшению ситуации на товарном рынке и в промышленности.

■ Памятная медаль в честь Николая Кондратьева

В целом заслуга Кондратьева в области планирования заключалась в том, что он разработал стройную концепцию сознательного и осторожного воздействия на экономику. Неудивительно, что это пришлось не ко времени в годы «великого перелома». На конференции аграрников—марксистов теория равновесия, разработанная Кондратьевым и его единомышленниками, была раскритикована и названа «буржуазным предрассудком».
Учёный упорно отстаивал свою позицию при обсуждении проекта пятилетнего плана развития народного хозяйства, который был составлен под руководством известного советского экономиста и статистика Станислава Струмилина. В начале 1927 года острота ситуации определялась несколькими моментами: во—первых, исключительной важностью рассматриваемых проблем для будущего страны, во—вторых, тем, что за расхождениями по ряду теоретических и практических вопросов стояли различия методологического, а то и мировоззренческого характера, в—третьих, ограниченностью выбора решений из—за политических и идеологических установок.
Кондратьев, конечно, представлял вероятные последствия для себя публичной полемики, но выступил с резкой критикой разработанного документа. Наука не в состоянии дать надёжный, выраженный количественно прогноз изменения множества экономических показателей на сколько—нибудь отдалённую перспективу. Поэтому такие планы могут содержать лишь самые общие ориентиры, характеризующие главные направления развития.
Ученый подчёркивал необходимость согласования установок на форсированную индустриализацию с задачами сельского хозяйства, без решения которых невозможны успешный экономический рост и социальное развитие в будущем. Говорил об особом значении лёгкой промышленности, продукция которой является материальной основой, обеспечивающей включение крестьянства в общехозяйственный товарооборот. Указывал на важность сбалансированности платежеспособного спроса населения и наличной массы потребительских товаров, роста реальной заработной платы и повышения производительности труда.
В 1926—27 годах Кондратьев пытается отстоять свою позицию на страницах экономических журналов, трибунах совещаний (широкий резонанс имели его выступления в Коммунистической академии в ноябре 1926—го в связи с разработкой законопроекта «Об основных началах землепользования и землеустройства» и доклад в Институте экономики Российской ассоциации научно—исследовательских институтов общественных наук в марте 1927—го), а также в докладной записке в ЦК «Задачи в области сельского хозяйства в связи с развитием народного хозяйства и его индустриализацией». Именно последняя работа послужила поводом для появления в журнале «Большевик» (№ 13, 1927) статьи Григория Зиновьева, содержавшей политическую и идеологическую оценки позиции автора и его сторонников и во многом определившей направление и характер будущих выступлений против учёного и его единомышленников. Точка зрения Кондратьева была названа «манифестом кулацкой партии», сам он объявлен вождём «либеральной устряловщины» и главой целой школы, объединившей «неонародников» (Чаянов, Челинцев, Макаров) и «либеральных буржуа» (Студенский, Литошенко). Несмотря на то, что сам Зиновьев был вскоре исключён из партии как один из лидеров троцкистской оппозиции и предан остракизму, его установки остались на вооружении.
Главный удар был нацелен против взглядов Кондратьева по планированию и управлению, развитию сельского хозяйства и промышленности, концепции больших циклов. Его позиция была расценена как направленная на срыв индустриализации и коллективизации, защиту кулачества, наступление на беднейшие слои крестьянства, реставрацию капитализма и подчинение народного хозяйства мировому рынку. Даже такое, казалось бы, очевидное утверждение, что рост реальной заработной платы должен быть поставлен в тесную зависимость от повышения производительности труда, левые критики сочли свидетельством стремления понизить уровень жизни рабочих. А высказывание учёного о невозможности указать точный срок крушения капитализма и рассчитывать на это в ближайшем будущем объявили здравицей в честь подлежащего отправлению на свалку строя.
В 1928 году Кондратьев был уволен из Конъюнктурного института, вскоре закрытого. В 1931—м учёного приговорили к восьми годам тюремного заключения и отправили в политизолятор, расположенный в Суздальском Спасо—Евфимиевом монастыре. Он и здесь продолжал научную работу, несмотря на то что всё больше слабел и терял зрение.
17 сентября 1938 года по приговору Военной коллегии Верховного суда Николай Кондратьев был расстрелян.
Только через полвека его — вместе с другими учёными, проходившими по делу о «трудовой крестьянской партии» (никогда не существовавшей), — полностью реабилитировали. Имена крупных экономистов, их труды были возвращены народу, истории, науке.
Николай Дмитриевич Кондратьев прожил 46 лет. Но это был воистину «большой цикл», оставивший ярчайший след в истории отечественной и мировой науки. На его творческую жизнь — от окончания университета и до ареста — судьба отпустила всего 15 лет. Но за это короткое время им были написаны труды, свидетельствующие об оригинальности ума и энциклопедической образованности.
1992—й, когда отмечалось 100—летие Николая Дмитриевича Кондратьева, решением ЮНЕСКО был провозглашён годом памяти великого русского учёного.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1669
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.02.14 18:34. Заголовок: Файл—РФ — А. Чичкин. Экономисты милостью Божьей. Валериан Куйбышев


Экономика | 16 января 2014 г.

Экономисты милостью Божьей. Валериан Куйбышев

Алексей Чичкин

Валериан Владимирович Куйбышев (1888—1935) известен не только как видный партийный и государственный деятель СССР, но и как крупный хозяйственник.

■ Первого мая 1932 года Днепрогэс дала первый ток

Он был вторым, после внезапной кончины Феликса Дзержинского, председателем Высшего совета народного хозяйства (1926—1930), возглавлял Государственную плановую комиссию (1930—1934). В 1934—1935 годах руководил Комиссией советского контроля при Совнаркоме СССР, будучи одновременно первым заместителем председателя СНК и Совета труда и обороны.
Принято считать, что задача индустриализации была поставлена XIV съездом партии, состоявшимся в 1925 году. Однако к тому времени эта идея не только витала в воздухе, но и была довольно детально разработана. Уже существовал первый перспективный план развития промышленности, впоследствии, правда, серьёзно переделанный.

■ Председатель ВСНХ В.В. Куйбышев в рабочем кабинете. 1935 г.

Идее индустриального планирования дали путёвку в жизнь не только наработки руководимого Дзержинским ВСНХ, но и практика ГОЭЛРО — 10—летнего плана электрификации страны, одобренного в декабре 1920—го VIII Всероссийским съездом Советов. В этом документе нашло отражение выдвинутое Валерианом Куйбышевым, который руководил осуществлением плана, предложение о максимальном использовании местных природных ресурсов, в том числе энергетических. В тот же период, в первой половине 1920—х, по инициативе председателя Комиссии по разработке плана электрификации Кржижановского, а также Дзержинского, Куйбышева, Орджоникидзе была проведена тщательная геологоразведка — во многих регионах РСФСР, а затем и в других союзных республиках — на предмет выявления полезных ископаемых.
ГОЭЛРО был планом развития всей экономики. Он дал начало освоению Кузнецкого и Подмосковного угольного бассейнов, строительству железных дорог и портов. Среди объектов плана — заложенный в 1927 году Сталинградский тракторный завод, один из крупнейших в СССР. Создание к концу 1920—х и дальнейшее развитие Подмосковного угольного бассейна (Мосбаса) впрямую связано с предложением Куйбышева о необходимости максимального использования местных запасов. Он считал, что «…энергетика и в общем вся промышленность Европейского Центра РСФСР получат на долгие годы импульс для развития, если будут востребованы энергоресурсы этого региона». Так и случилось: вплоть до 1970—х, то есть до перехода страны на сверхдешёвые в то время мазут и природный газ, Мосбас оставался основным источником.
План ГОЭЛРО был в основном перевыполнен. Выработка электроэнергии в 1932 году по сравнению с 1913—м увеличилась почти в семь раз.
Основы индустриализации были заложены, однако вопрос масштабного технического оснащения, которое решало бы ключевые вопросы развития страны и изменило её облик, оставался открытым. Советский Союз находился во враждебном окружении. Существовала высокая вероятность новой войны с капиталистическими государствами, что требовало основательного перевооружения. В то же время темпы индустриализации были недостаточными, отставание от западных стран увеличивалось. Серьёзной проблемой стал рост безработицы. Одним из факторов, сдерживающих развитие промышленности, правительство считало недостаток продовольствия, нежелание деревни обеспечивать город хлебом по низким ценам. На повестку дня встал вопрос планового перераспределения ресурсов в соответствии с концепцией социализма.
В начале своей деятельности Госплан СССР занимался изучением положения в экономике и составлением докладов по определённым проблемам, например, по восстановлению и развитию угледобывающих регионов. Однако переход к индустриализации меняет и масштаб задач этого государственного органа. Разработка единого экономического плана страны началась с выпуска ежегодных контрольных цифр, директив на 1925—1926 годы, которыми были определены ориентиры по всем отраслям.

■ Ленинград, 1931 г. Тракторы, изготовленные на заводе «Красный путиловец» (ныне Кировский тракторный завод)

Выбор концепции центрального планирования бурно обсуждался в 1926—1928 годах. Сторонники генетического подхода (члены президиума Госплана Владимир Базаров и Владимир Громан, известный учёный Николай Кондратьев) полагали, что план должен составляться на основе объективных закономерностей развития экономики, выявленных в результате анализа существующих тенденций. Приверженцы телеологии (первый председатель Госплана Глеб Кржижановский, Станислав Струмилин, Валериан Куйбышев) считали, что требуется большее. План должен трансформировать экономику и исходить из будущих структурных изменений, возможностей выпуска продукции и жёсткой дисциплины.
Куйбышев работал в годы становления директивного управления и стал одним из создателей этого метода. Будучи сторонником «рекордных темпов», призывал «не зацикливаться» на детальном изучении последствий реализации требуемых социально-экономических решений. Но так было позже, а в марте 1926—го Куйбышев направил письмо Дзержинскому и Сталину, предлагая составлять подробные планы социально-экономического развития – трёх- или пятилетние. Причем за основу рекомендовалось брать именно местные планы.
Дзержинский вначале поддержал такой подход, но вскоре стал высказывать небезосновательные опасения, что Центр рискует оказаться в заложниках не столько региональных расчётов, сколько региональных амбиций. На местах могут сознательно «тянуть» с предложениями, чтобы к контрольному сроку попытаться вынудить Москву согласиться с первоначальными местными заявками. Что, в свою очередь, приведёт к многочисленным перекосам как в общегосударственном планировании, так и в социально-экономическом развитии СССР в целом. Поэтому основой должно быть централизованное планирование, то есть «сверху». Эту позицию поддержали Сталин, Орджоникидзе, Киров, тогдашний председатель союзного Совнаркома Рыков. Согласился с ней в конце 1920—х и Куйбышев.
Заметим, что его концепция фактически воплощалась в СФРЮ в 1950—е—1960—е годы. Югославский комитет по планированию, управленческие функции которого были ограничены, занимался в основном тем, что уговаривал регионы не дублировать развитие одних и тех же производств, сократить финансовые, сырьевые, кадровые и т.п. заявки. В большинстве случаев — тщетно. Поэтому общегосударственное социально—экономическое планирование в Югославии, изначально являясь рекомендательно-прогнозным, уже в начале 1970-х было де-факто отменено. История повторилась в СССР, в последние 4—5 лет его существования — советское руководство не сумело найти «золотой середины»…

■ Электричество пришло в деревню. Начало 30—х годов

Куйбышев не мог, конечно, знать, к каким неудачам приведёт в последующие годы реализация его предложений. Но они развивали практику тех лет.
Напомним в этой связи, что первым экономико—управленческим органом страны стал учреждённый в декабре 1917—го Высший совет народного хозяйства (Куйбышев был избран членом Президиума ВСНХ в 1921—м). В его состав входили отраслевые государственные ведомства (Главсахар, Главнефть, Главлесхоз, Главуголь, Центрочай, Центросоль). А на местах были созданы регионально—отраслевые совнархозы. Это был — и юридически, и фактически — объединённый наркомат экономики.
В первой половине 1920—х, в условиях НЭПа и стимулируемого Центром расширения социально-экономических прав регионов (это вписывалось в куйбышевскую концепцию первичности местного планирования), в непосредственном подчинении ВСНХ из 37 тысяч предприятий осталось только 4500 наиболее крупных. Тогда же по инициативе Куйбышева, Дзержинского, Орджоникидзе и Рыкова был сформирован первый государственный планово-регулирующий орган СССР — Главное экономическое управление ВСНХ. Но когда со второй половины 1920—х руководство страны взяло курс на централизацию руководства экономикой, управленческо—регулирующие функции ВСНХ и местных совнархозов стали «дробиться» на отраслевые наркоматы, управления, главки. 05 января 1932—го ВСНХ был преобразован в наркомат тяжёлой промышленности. Ранее, в ноябре 1930—го, Куйбышев был назначен председателем Государственной плановой комиссии при СНК СССР. В новых условиях именно этому органу предписывалось планировать социально-экономическое развитие страны, исходя из приоритетности, прежде всего, общесоюзных задач.
Куйбышев поддержал Сталина в определении основных направлений, темпов и методов экономического развития. В 1929—м он отмечал, в частности, что «нужно во что бы то ни стало полностью обеспечивать потребности соцстроительства в рабочей силе. Иначе все наши планы останутся на бумаге». Ответственность за их выполнение Куйбышев предлагал закрепить законодательно, предусмотрев как административные санкции, так и уголовное преследование. В зависимости от причин срыва плановых заданий… По некоторым данным, сам Сталин, а также Орджоникидзе с Кировым отговорили Куйбышева от выступления с этим предложением на XVI съезде ВКП(б) в 1930 году. Но его позиция по данному вопросу продолжала оставаться крайне радикальной.
Поскольку капиталовложения в тяжёлую индустрию почти сразу превысили ранее запланированную сумму и продолжали расти, была резко увеличена денежная эмиссия. В течение всей первой пятилетки рост денежной массы в обращении более чем в два раза опережал производство предметов потребления. Была ли альтернатива подобной политике? По-видимому, нет. Сталин в свойственном ему духе по полочкам разложил последствия реализации других вариантов экономического развития: «Надо отдавать себе отчёт, к чему бы нас привела подобная политика отодвигания на задний план задач индустриализации. Конечно, мы могли бы из полутора миллиардов рублей валюты, истраченной за этот период на оборудование нашей тяжёлой промышленности, отложить половину на импорт хлопка, кожи, шерсти, каучука и т.д. У нас было бы тогда больше ситца, обуви, одежды. Но у нас не было бы тогда ни тракторной, ни автомобильной промышленности, не было бы сколько—нибудь серьёзной чёрной металлургии, не было металла для производства машин, — и мы были бы безоружны перед лицом вооружённого новой техникой капиталистического окружения. Мы лишили бы себя тогда возможности снабжать сельское хозяйство тракторами сельхозмашинами, — стало быть, мы сидели бы без хлеба». Так в результате индустриализации возникла политическая система, основанная на руководящей роли ВКП(б), государственной собственности на средства производства и минимуме частной инициативы. В то время эта система помогала решать задачи мобилизационного периода развития экономики, который переживала страна. В конце 1932 года было объявлено об успешном досрочном выполнении первой пятилетки за четыре года и три месяца. Подводя её итоги, Сталин сообщил, что тяжёлая индустрия выполнила план на 108%. Её основные фонды за период между 01 октября 1928—го и 01 января 1933—го увеличились в 2,7 раза.

■ Монтаж первой турбины на Артёмовской ТЭЦ. 1936 г.

До сих пор среди части исследователей распространено мнение, будто первый пятилетний план не был до конца выполнен. Эти рассуждения не учитывают, по меньшей мере, двух обстоятельств. Во—первых, он был в первую очередь финансовым, а не производственным. То есть планировал не столько производство, сколько капиталовложения и отдачу от них.
Второе обстоятельство заключается в том, что и по фактическому производству пятилетнее задание было выполнено. Как известно, план состоял из двух частей – отправного и оптимального. На деле оказалось, что реальное производство даже в таких областях, как чёрная металлургия и добыча угля, превысило задания отправного варианта. А в большинстве отраслей, особенно тех, которые или создавались заново, или реконструировались, был перевыполнен и оптимальный план. Это позволило руководству партии заявить о досрочном выполнении пятилетки и приступить к подведению её итогов не в 1933—м, а на год раньше. Более того, основные контуры созданной промышленности были видны уже в конце 1930—го, хотя до массового производства ещё было далеко.
А главное под руководством Госплана были успешно реализованы масштабные задачи строительства советской промышленности, превратившей СССР из преимущественно аграрной страны в индустриальную державу. В годы первой пятилетки были созданы 1500 крупных предприятий.
Казалось, иностранцы, посетившие в те годы Страну Советов, лучше понимали происходящее в ней, чем некоторые современные «эксперты». Особенно восхищались происходящим в СССР журналисты ряда англосаксонских изданий. Журнал «Нейшн» (США) в 1932 году писал: «Четыре года пятилетнего плана принесли с собой поистине замечательные достижения. Советский Союз работал с интенсивностью военного времени над созидательной задачей построения основной жизни. Лицо страны меняется буквально до неузнаваемости… Это верно относительно Москвы с её сотнями заново асфальтированных улиц и скверов, новых зданий, с новыми пригородами и кордоном новых фабрик на её окраинах. Это верно и относительно менее значительных городов. Новые города возникли в степях и пустынях, по меньшей мере, 50 городов с населением от 50 до 250 тысяч человек. Все они возникли в последние четыре года, каждый из них является центром нового предприятия или ряда предприятий, построенных для разработки отечественных ресурсов… Советский Союз организовал массовое производство бесконечного множества предметов, которые Россия раньше никогда не производила: тракторов, комбайнов, высококачественных сталей, синтетического каучука, шарикоподшипников, мощных дизелей, турбин в 50 тысяч киловатт, телефонного оборудования, электрических машин для горной промышленности, аэропланов, автомобилей, велосипедов и нескольких сот типов новых машин… Впервые в истории Россия добывает алюминий, магнезит, апатиты, йод, поташ и многие другие ценные продукты. Путеводными точками советских равнин являются теперь не кресты и купола церквей, а зерновые элеваторы и силосные башни. Колхозы строят дома, хлева, свинарники. Электричество проникает в деревню, радио и газеты завоевали её. Рабочие учатся работать на новейших машинах. Крестьянские парни производят и обслуживают сельскохозяйственные машины, которые больше и сложнее, чем то, что видела когда—либо Америка. Россия начинает «мыслить машинами». Россия быстро переходит от века дерева к веку железа, стали, бетона и моторов».
Гиббсон Джарви, председатель банка «Юнайтед доминион» (Англия), в том же 1932—м писал: «Пятилетку высмеивали и предсказывали её провал… Но вы можете считать несомненным, что в условиях пятилетнего плана сделано больше, чем намечалось… Сегодняшняя Россия — страна с душой и идеалами. Россия — страна изумительной активности. Я верю, что стремления России являются здоровыми… Быть может, самое важное в том, что молодёжь и рабочие в России имеют одну вещь, которой, к сожалению, недостаёт сегодня в капиталистических странах, а именно — надежду». Валериан Куйбышев внёс большой вклад в то, чтобы намеченное стало явью, чтобы две пятилетки изменили страну. Он по праву считается одним из отцов советской индустриализации.

■ Артёмовская ТЭЦ. 1937 г.

Однако ставка на «штурмовщину» и выжимание последних соков из русской деревни не могли превращаться в долговременную политику. Согласно многим источникам, в конце апреля 1934—го на расширенном заседании политбюро ЦК Куйбышева в присутствии отмолчавшихся Сталина, Молотова, Кирова и Орджоникидзе обвинили в приверженности «левачеству» в сфере планирования, в «троцкистском пренебрежении» к социально—экономическим реалиям. Предложили оставить должность главы Госплана СССР и сосредоточиться на работе руководителя Комитета советского контроля при СНК. Куйбышев согласился безоговорочно, признав свои «левацкие» ошибки, но отклонив обвинения в троцкизме. Во всяком случае, плановые задания второй пятилетки (1933—1937), составлявшиеся с участием Куйбышева, прорабатывались более тщательно, с использованием прогнозов спроса-предложения на товары и услуги.
На XVII съезде ВКП(б) (январь—февраль 1934—го) с докладами о плане второй пятилетки выступили Молотов и Куйбышев. В число задач нового пятилетнего плана партийный форум включил «более быстрый подъём благосостояния рабочих и крестьянских масс и при этом решительное улучшение всего жилищного и коммунального дела в СССР; укрепление экономических и политических позиций пролетарской диктатуры на основе союза рабочего класса с крестьянством...» Среди целевых показателей развития — техническая реконструкция народного хозяйства, программы подготовки кадров и размещения производительных сил (в частности, создание новых опорных баз индустриализации в восточных районах).
Куйбышеву удалось в какой—то мере приблизить сложившуюся государственную систему к текущим и перспективным потребностям экономического развития страны. Ещё в конце 1928—го, используя наработки Дзержинского и Орджоникидзе, он выдвинул предложение о создании межрегиональных производственных комплексов, в которых сырьевую «начинку», перерабатывающие технологии, энергоснабжение и кадровую достаточность обеспечивали бы несколько участников таких объединений. Это, по его мнению, сократило бы сверхдальние перевозки разнообразной продукции, уменьшило нагрузку на ограниченное число крупных предприятий общегосударственного значения, нерациональную передислокацию профессиональных кадров. Данное предложение Куйбышева воплощалось со второй пятилетки (1933—1937) и, пожалуй, главное подтверждение тому — многоотраслевые территориально—производственные комплексы на Украине, Урале, в Средней Азии, Восточной Сибири, созданные с конца 1930—х до середины 1980—х годов. Да и сегодня такой подход актуален, схожие проекты реализуются в Российской Федерации.
Также вплоть до середины 1980—х претворялись идеи Куйбышева о переработке разнообразного местного сырья в регионах—производителях — «пусть не всегда комплексной, а начальной, первичной, неглубокой, но всё равно — переработки, которая устранит для какой—либо территории роль извечного сырьевого придатка и поставщика. Всё это можно и нужно тщательно изучать, планировать в увязке с общесоюзными социально—экономическими планами». Такие подходы Куйбышева отразились в его докладе о плане второй пятилетки на XVII съезде партии: «В промышленности будет строиться и реконструироваться более 175 машиностроительных заводов, 248 каменноугольных шахт, 79 районных электрических станций, 46 трубчаток и 96 крекингов, 18 крупнейших заводов чёрной металлургии, 25 заводов цветной металлургии, 313 наиболее крупных предприятий лёгкой промышленности и около 350 наиболее крупных предприятий пищевой промышленности». Отметим, что около трети этих предприятий были построены позже — к 1940—1941 годам. Но в результате выполнения второго пятилетнего плана введено в действие 4500 крупных производств.
Куйбышев не успел по достоинству оценить усилия своих соратников и учеников — он скоропостижно скончался в январе 1935—го. Но проекты по развитию переработки разнообразного местного сырья, которые им предлагались, разрабатываются или реализуются по сей день.
Куйбышев выступал за планомерное освоение земель, которое будет учитывать как традиции их использования в сельскохозяйственных целях, так и экологические факторы, — в отличие, к примеру, от хрущёвских «кукурузовозделывания», уничтожения травопольных севооборотов и чистых паров, шапкозакидательских методов освоения целинно—залежных земель…
Отметим в этой связи инициативу 1934 года по комплексному сельхозосвоению Заволжья — восточных районов Самарской, Ульяновской, Саратовской, Сталинградской и Астраханской областей, реализованную в 1940—х — начале 1950—х. Куйбышев предсказывал, что «развёртывание ирригационных работ в Заволжье обеспечит уже в 1937 г. посев на 130 тыс га зерновых на орошаемых землях в этих районах, что явится отправным пунктом великих работ по созданию свободной от случайностей погоды, серьёзной и совершенно стабильной базы хлебного производства на Волге». Такая база, в том числе с помощью межрегиональных полезащитных лесных полос, была создана к середине 1950—х: до 20% товарного урожая пшеницы в СССР и до 25% его в РСФСР обеспечивало к этому времени именно Заволжье. (По мнению некоторых авторов, отсутствие лесозащитных полос и прудов в колхозах и совхозах, которые хоть как—то защищали бы посевы от жары, усугубило положение в южных районах страны в голодные 1932—1933 годы). Но затем, в угоду целинным и прочим «новациям», это регион стал опять превращаться в полупустынный, солончаковый, а в целом — запущенный. Упомянутые же лесополосы в 1960—х — 1990—х частично иссохли, частично были вырублены. Автор этих строк, побывавший в ряде районов Астраханского, Саратовского и Волгоградского Заволжья в 2001 и 2011 годах, свидетельствует: теперь это в большинстве своём снова неиспользуемые в сельском хозяйстве земли, исключая, разве что, редкие участки для выпасов скота…
Куйбышев был одним из инициаторов поэтапного развития в нашей стране алюминиевой промышленности на основе месторождений бокситов (Ленинградская, Свердловская области, Красноярский край, Таджикистан, Армения, Северный Казахстан, Южная Украина), а также азотно—тукового производства (в Поволжье, Волго—Вятском регионе и Приуралье). Сегодня эти отрасли, получившие развитие с середины 1930—х, — в числе экспортных «визитных карточек» упомянутых регионов.
Примечательно и то, что Валериан Куйбышев чуть ли не ежемесячно призывал свести к минимуму импорт кондитерских изделий, особенно дорогостоящего шоколада. Опять—таки — в связи с широкими ресурсными, кадровыми и технологическими возможностями нашей страны, а также — с производственными традициями отрасли. Куйбышев добился крупных государственных дотаций на реконструкцию в первой половине 1930—х одной из крупнейших в Российской империи и СССР Самарской кондитерской фабрики, основанной купцом Савиновым. Причём призывал изучать и развивать традиции «кондитерского, равно как и целого ряда других производств, основанных до Октябрьской революции». И в частности — «поставить бы дело так, как было оно, для примера, поставлено у Савинова». Куйбышев способствовал созданию «Ударницы» — одного из крупнейших предприятий отрасли, кондитерских фабрик в Воронеже и Ростовской области. Их продукция и сегодня пользуется спросом в России и за её пределами.
Как видим, у многих куйбышевских проектов нет срока давности…

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1677
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 03.02.14 20:15. Заголовок: Файл—РФ — Я. Бутаков. Правая история. Самодержец со связанными руками


История | 21 августа 2013 г.

Правая история.

Самодержец со связанными руками

Ярослав Бутаков, кандидат исторических наук

Измена элиты привела к поражению России в Первой мировой войне и последующей катастрофе.



После революции 1917 года оказавшиеся в эмиграции деятели «старого мира» — от монархистов до эсеров и меньшевиков — дружно взвалили большую долю ответственности за случившееся на Николая II, который, по их мнению, был негодным государственным вождём. Эта историографическая легенда в ходу по сей день. Но не имеем ли мы здесь дело с обычным для неудачников стремлением найти виноватого и снять с себя вину?
Возьмём для примера хотя бы легенду о таком якобы роковом шаге последнего императора, как вступление в Верховное командование в августе 1915 года. Её сторонники до сих пор не смогли указать ни одного вредного последствия этого шага. Между тем, очевидны его положительные результаты, а также и рациональные мотивы, которыми руководствовался царь, принимая это решение.
Как известно, под верховным водительством Николая II русская армия не познала поражений. Может быть, это и простое совпадение, что со вступлением государя в Верховное командование прекратилось отступление русских войск, но факт, как говорится, налицо. В 1916 году — блистательный Брусиловский прорыв. Неудачи возобновились только при Временном правительстве.
Часто можно встретить утверждения, что последний царь «в военном деле решительно ничего не понимал»[1]. Факты свидетельствуют об обратном. Как стало ясно уже после войны, стратегические решения, предлагавшиеся Николаем II, были способны решительно переломить её ход в пользу России. И тогда успех революции был бы крайне затруднён.
Ещё в апреле 1915 государь повелел готовить десантную операцию на Босфоре. Состояние русских армии и флота позволяло рассчитывать на успех операции. Однако в это время случился Горлицкий прорыв австро—германских войск, и Верховный главнокомандующий Великий князь Николай Николаевич совершил преступное стратегическое расточительство, расформировав десантную экспедиционную армию и бросив её по кускам затыкать бреши во фронте, между тем как выгода от взятия Константинополя явно перевесила бы потерю Галиции, Польши и ряда западных губерний.

■ Император благословляет солдат и офицеров Русской армии

Когда кончилось отступление, Николай II снова приказал готовить десантную армию — на этот раз для удара по Болгарии, только что объявившей войну Сербии. Но командующий этой армией генерал Д.Г. Щербачёв, найдя полную поддержку у начальника царского штаба генерала М.В. Алексеева, саботировал этот приказ, всякий раз ссылаясь на неготовность. Сербия была разгромлена.
Николай II, вопреки своим генералам, упорно славшим русские войска в бессмысленную мясорубку под немецкие пулемёты у Нарочи и на Стоходе, был убеждён, что победу в войне нужно искать там, где позиции врага слабее всего. Это же ключевое правило военного искусства!
Конец войны подтвердил стратегическую правоту последнего Государя. Прорывы, произведённые в 1918 году союзниками на Балканском и Палестинском фронтах, привели к тому, что в считанные недели стратегическая оборона всего Четверного союза рухнула, как карточный домик. Только… России уже не было к этому времени среди победителей.
«Русский Царь уже не был хозяином в своей стране — не был хозяином своей вооружённой силы. Дважды он повелевал овладеть Константинополем — и дважды это повеление не было исполнено Его военачальниками (Великим князем в мае и ген. Щербачёвым в ноябре 1915 года). А когда Государь назначил в третий раз овладеть Царьградом в апреле 1917 года — все сроки оказались безвозвратно пропущенными. Вот основной стержень русской драмы в Мировую войну»[2], — сокрушался военный историк русского зарубежья.
Чем же объяснялся саботаж генералов? Только ли их стратегическим недомыслием? Или же, напротив, они видели, что царский план способен привести Россию к победе и… не хотели, чтобы слава этой победы досталась монарху? Учитывая, что отречение Николая II произошло под дулами генерал—адъютантских револьверов[3], вопрос отнюдь не праздный.
Решение царя лично занять пост Верховного главнокомандующего имело и внутриполитическое обоснование.
Задним числом была придумана легенда о том, что в ставке в Могилёве Николай II оказался оторванным от событий в столице, а правительство между тем окончательно подпало под влияние «распутинской клики». И революция—де застала монархию врасплох.
Миф о всесильном Распутине давно разоблачён серьёзными историками и реанимируется лишь на бульварном уровне. Что же касается потери царём рычагов управления, то, напротив, его удаление из столицы как раз и было продиктовано стратегией борьбы с революцией. В случае внезапного захвата революционерами Петрограда государь оказывался вне удара. В его распоряжении оставалась вооружённая сила, с помощью которой можно было подавить восстание. И этот план Николай II начал осуществлять в февральские дни. План рухнул из—за того, что те, на чью лояльность царь рассчитывал — высшие военачальники — в решающий момент предали его.
Вряд ли государь переоценивал верность к себе своих генералов. Он наверняка знал, что в их среде существует сильная оппозиция. Но он считал их людьми здравого рассудка, а потому полагал, что в схватке с революцией, как и в 1905 году, они окажутся на его стороне. Он отчётливо видел, чем грозит элитным классам России свержение освящённой веками монархии, да ещё в период мировой войны. Ведь самым своим существованием они были обязаны самодержавному строю, который взращивал и пестовал их. Можно сказать, что ошибка Николая II заключалась в переоценке умственных способностей своих оппонентов: он ожидал, что они поступят рационально, в соответствии с их реальными интересами.

■ Император Николай II обходит строй солдат лейб—гвардии Измайловского полка

Именно дальновидностью, а не мнимой политической близорукостью последнего императора была продиктована его неуступчивость элитарной оппозиции в вопросе о власти. Революция 1917 года явилась побочным следствием ускоренной капиталистической модернизации России и в этом смысле стала историческим банкротством российских элит. Последний царь как раз делал всё, что было в его силах, чтобы предотвратить крушение «старого мира» или хотя бы отсрочить его.
Бросая взгляд на регулярность острых политических кризисов в последние годы Российской империи — январь 1905, октябрь 1905, декабрь 1905, июль 1906, июль 1914, август 1915, февраль 1917 гг. — следует удивляться не тому, что самодержавный строй в итоге пал, а тому, что при широко разлитом в обществе враждебном отношении к нему он сумел продержаться так долго. В этом — несомненная заслуга Николая II. Своей политикой он давал элитам время одуматься и прекратить азартную рискованную игру в революцию.
Но социальная психология оппозиционных групп российских элит не позволяла этого сделать. Они боролись не против Николая II, а против самодержавного строя вообще, как бы они ни старались прикрыть своё намерение нападками лично на государя. Это стремление многое объясняет в истории последних лет русской монархии и особенно в ходе Первой мировой войны, что давно подмечено: «Недостаток и перебои в боевом снабжении… явились следствием нараставшего хаоса, создаваемого в определённой степени умышленно соперниками царизма в правящих кругах»[4].
Им представлялось, что без царя они смогут лучше управлять народными массами, используя социальную демагогию. Стихия безответственной парламентской борьбы привлекала их сильнее, чем проза служения царю и Отечеству. На такой позиции стояли и многие представители высшей бюрократии, связанной тысячами деловых и личных связей с либеральной оппозицией, что показала «забастовка» Совета министров в августе—сентябре 1915 года. Многие монархисты (по названию) перенимали методы врагов режима, переходя в «оппозицию справа» царской воле, как показало ещё голосование правых в марте 1911 года в Государственном Совете против поддержанного царём законопроекта Столыпина о земстве в Западном крае. В этих условиях не имело значения, кто конкретно находится на троне — борьба в верхах велась против самого принципа самодержавия.
Николай II не создавал российских элит — он унаследовал их в готовом виде от всей предшествующей истории русской монархии. Точно так же и промышленная отсталость России досталась ему как тяжёлое наследство. Но кто с чистой совестью рискнёт утверждать, что последний император не прилагал огромных усилий к тому, чтобы ликвидировать эту отсталость и обеспечить России ускоренное экономическое развитие? Причём его усилия не остались втуне — общеизвестно, что в начале ХХ века рост ВВП в России происходил быстрее, чем в любой другой стране мира.



■ Император Николай II обсуждает план боевых действий с генералами Алексеевым (справа) и Пустовойтенко (слева). Первая мировая война © РИА «Новости»

Оппозиция постоянно обвиняла царя в «реакционности». Между тем, в стремлении снизить социальную напряжённость и предотвратить революцию самодержавие оказывалось зачастую адекватнее либеральной буржуазии. Но легальные профсоюзы, вводимые С.В. Зубатовым, встретили активное противодействие предпринимательских кругов. В январе 1905 по велению царя министр финансов В.Н. Коковцов созвал совещание промышленников и предложил им одобрить законодательное ограничение рабочего дня, введение обязательного социального страхования рабочих, а также отмену наказаний за стачки с чисто экономическими требованиями[5]. Предприниматели единодушно отвергли эти инициативы. Быть может, в основе этой эгоистической политики капиталистов лежал и тонкий политический расчёт: обострить социальное недовольство в стране, чтобы на его волне придти к власти? Вряд ли лишь капризом толстосумов — таких, как Савва Морозов, — можно объяснить и субсидирование ими революционных партий.
В деятельности Николая II, как и любого человека, наверняка можно найти какие—то ошибки. Но совершенно неплодотворное занятие — пытаться объяснить ими гибель Российской империи. Во всех государствах, где существует известное единство элит, последние стараются сгладить ошибки своего государственного вождя. В России начала ХХ века эти ошибки усиленно отыскивались (даже там, где их не было) и выставлялись напоказ именно представителями элит. Они, напуганные социальными движениями низов общества, заранее «сдавали» царя надвигающейся революции, дистанцировались от режима, который хотели считать обречённым (падающего толкни!), надеясь тем самым спасти свои привилегии, но этим лишь углубляли революционный кризис. Любые удачные или неудачные решения и действия Николая II имели ничтожное значение на фоне более важного факта эпохи — усиливающегося расхождения между самодержавием и большинством российских элит по вопросу о коренных основах политического строя.
Поведение элитных классов российского общества в начале ХХ века можно сравнить с поведением взбесившихся пассажиров корабля, попавшего в бурю (аналог революционной ситуации). Буря — стихийное явление, которого невозможно избежать. Но им кажется, будто капитан (в данном случае Николай II) по неумению завёл их в самое сердце бури. Они насильно сводят капитана с мостика, запирают в трюм и пробуют рулить сами и отдавать команды матросам. Обречённый корабль тонет вместе с капитаном, экипажем и всеми пассажирами… Тогда как, если у них и был шанс спастись — то лишь продолжая во всём слушаться своего самодержавного капитана.

[1] — А.А. Брусилов. Мои воспоминания. Минск, 2003. С.185.
[2] — А.А. Керсновский. Мировая война. (Белград, 1939). «Москва». 1998, № 10. С.198.
[3] — Это образное и совершенно точное, если не по конкретному воплощению, то по сути, определение, как ни странно, принадлежит Л.Д. Троцкому: «Генералы почтительно приставили семь револьверных дул к вискам обожаемого монарха». См.: Л.Д. Троцкий. История русской революции. М., 1997. Т.1. С.109.
[4] — Н.Н. Яковлев. 1 августа 1914. М., 1993. С.150.
[5] — А.Я. Аврех. П.А. Столыпин и судьбы реформ в России. М., 1991. С.155.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1741
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.02.14 18:09. Заголовок: Файл—РФ — Я. Бутаков. Правая история. Проиграла ли Россия Первую мировую войну? Часть I


История | 13 августа 2013 г.

Ярослав Бутаков, кандидат исторических наук

Правая история

Проиграла ли Россия Первую мировую войну? Часть I

28 июля 1914 года началась Первая мировая война, столетие которой мы будем отмечать в следующем году. Если бы исход этой войны решался только на полях сражений, Россию бы ждала победа.

■ Русская пехота готовится к атаке. Осень 1914 г.

Сегодня мы предлагаем анализ событий того времени, который заставляет по—новому взглянуть на участие России в «империалистической», как долго принято было её у нас называть, войне.

Давно стало расхожим штампом утверждение о том, что царская Россия неудачно вела Первую мировую войну. Со школьной скамьи мы знаем о «неготовности России к большой современной войне», о «бездарности царских генералов» и т.п. Потому, дескать, в России и разразилась революция. Но так ли всё просто?
Мы знаем войну, которая для нашей страны складывалась гораздо тяжелее Первой мировой и обернулась для неё значительно более высокими потерями. Это Великая Отечественная война 1941—1945 гг. Вооружённые силы СССР потеряли в ней убитыми и пленными 11,4 млн человек [01], тогда как наши противники (включая сателлитов гитлеровской Германии) — 8,6 млн. [02]. Соотношение безвозвратных боевых потерь армий сторон, таким образом, составило 1,3:1 не в нашу пользу. Однако, как видим, при таком неблагоприятном соотношении потерь война, тем не менее, была выиграна нашей страной.

■ Карикатура времён Первой мировой войны

Если сравнить только по числу убитых в бою (и умерших от ран в госпиталях), вычтя количество пленных, то в 1941—1945 гг. погибло 7 млн бойцов Красной Армии [03], тогда как наших противников — только 4,8 млн [04]. Следовательно, непосредственно на поле брани наших солдат гибло в среднем в полтора раза больше, чем врагов — соотношение ещё менее благоприятное. Но практика показала, что и при таком соотношении потерь Россия может одержать победу в войне.
Какие же цифры на этот счёт мы имеем по Первой мировой войне? Здесь у исследователей есть расхождения, но возьмём наиболее известные и авторитетные подсчёты.
Число погибших в Русской армии за 1914—1917 гг. составляет 2,1 млн [05], число попавших в плен за эти годы — 2,4 млн [06]. Войска Германии, Австро—Венгрии, Турции и Болгарии в боевых действиях против России потеряли убитыми 1,4 млн [07], пленными — минимум 2,2 млн [08]. Удельный вес этих потерь по странам, воевавшим с Россией, был неодинаков. Наибольшие потери несла Австро—Венгрия. В боях против Русской армии погибло не менее 800 тысяч и в русский плен попало 1,85 млн военнослужащих двуединой монархии Габсбургов. Аналогичные потери Германии составили, соответственно, 400 тысяч и 250 тысяч [09].
Итак, общее соотношение потерь сторон на Восточном фронте Первой мировой войны — 1,25:1 (больше у нас). Как видим, эта пропорция почти равна той, что имела место в Великую Отечественную войну (небольшое отличие отнесём на счёт статистической погрешности), закончившуюся нашей победой. Ровно таким же, как в 1941—1945 гг., было и соотношение убитых — 1,5:1 (не в нашу пользу). Простое сопоставление показывает: при наличии такого же морально-политического единства в тылу, какое было у нас в 1941—1945 гг., Первая мировая война должна была завершиться победой России.
Конечно, было бы преувеличением считать, что в 1914—1917 гг. Россия нанесла поражение Германии, от которого та потом не смогла оправиться. Львиную долю своих потерь кайзеровская армия несла на Западном фронте (ещё 1,6 млн убитых, в том числе 1,1 млн до конца 1917 г., и 750 тысяч пленных) [10]. В то же время Австро—Венгрия понесла больше 60% потерь убитыми и почти 75% всех своих потерь именно в боевых действиях против России [11]. Было бы правильно сказать, что сила Австро—Венгрии была сокрушена главным образом Россией.
В коалиционной войне, какой была Первая мировая, Россия справлялась с противником, доставшимся ей на долю. Это особенно заметно становится при сравнении потерь сторон на Востоке и на Западе Европы.
Армии Франции, стран Британской империи, Бельгии и США в 1914—1918 гг. потеряли на Западноевропейском фронте 2,3 млн человек погибшими, а вместе с пленными — 2,9 млн [12]. Таким образом, союзники понесли общих потерь в 1,25 раза, а потерь только убитыми — в 1,4 раза больше, чем немцы. Как видим, соотношение потерь примерно такое же, как на Восточном фронте, и опять—таки меньше у немцев.
Выходит, что противники Антанты (Германия на Западе, Австро—Венгрия, Германия и Турция на Востоке) теряли живой силы меньше, причём в одинаковых пропорциях на обоих главных театрах военных действий. Это означает, прежде всего, что Русская армия воевала против своих врагов не менее успешно, чем армии её западных союзников — против своих врагов. Между тем, западные державы довели войну до победы, тогда как Россия — увы, нет.
Отметим, что кайзеровская армия ни разу не была разгромлена на Западном фронте в ходе стратегической наступательной операции армий Антанты. Компьенское перемирие было подписано германским командованием тогда, когда немецкие войска повсеместно находились ещё на чужой территории. И вообще, единственный эпизод в ходе войны, когда солдат противника вступил на германскую землю, имел место в 1914 году в Восточной Пруссии — и это был именно русский солдат!

■ Листовка, посвящённая подвигу донского казака Козьмы Крючкова

Вот один из образцов полководчества союзников в 1915 г.: «У Нев—Шапель командующий английской 1—й армией ген. Хейг двинул 48 батальонов Индийского корпуса для прорыва расположения 3 германских батальонов. Пропорция обеих сторон определялась как 16:1; подготовка атаки англичанами была солидная: действовало 343 орудия, сзади была сосредоточена масса английской конницы для использования прорыва. Однако прорыв ограничился лишь овладением англичанами деревни Нев—Шапель с потерей 12 тыс. человек» [13]. 12 тысяч — это значит, полегла почти целая дивизия. В бою всего против трёх батальонов, то есть одного полка немцев! Так воевали (не всегда, конечно) британцы.
Перед началом успешного для нас Брусиловского прорыва летом 1916 г. соотношение живой силы в полосе Юго—Западного фронта было всего в 1,3 раза больше у русских войск, чем у противника, а по количеству артиллерии стороны были равны (при этом австрийцы и немцы имели трёхкратный перевес в тяжёлой артиллерии). Соотношение различалось в полосах разных армий. Так, в полосе 11—й армии противник имел в 1,4 раза больше бойцов и в 1,2 раза больше артиллерии, чем русские войска [14]. Брусиловский прорыв, как известно, стал самым крупным успехом Антанты за период 1915—1917 гг. на всех фронтах. Правда, именно 11—я русская армия наступала тяжелее всего, но всё же и она продвинулась на своём фронте.
О чём всё это говорит? О том, что Русская армия в Первой мировой войне сражалась (имея в виду как мастерство и героизм солдат и офицеров на поле боя, так и полководческое искусство высшего командования) явно ничуть не хуже своих союзников по Антанте и будущей Красной Армии в Великую Отечественную войну. Только, в отличие от них, не завершила войну своей победой.
Не видно оснований ставить русский командующий состав ниже его противника — кайзеровского генералитета. В действиях последнего имели место и несогласованность, и грубые ошибки. Победа под Танненбергом явилась следствием в первую очередь просчётов русского командования, а не выполнения немцами чёткого плана. «Сами по себе «Канны» явились последним, случайным и при этом не главным этапом армейской операции 8—й германской армии» [15].

■ Карикатура времён Первой мировой войны

Следствием недооценки сил русских явилось наступление немецких войск на Варшаву осенью 1914 года, закончившееся разгромом 9—й армии хвалёного Гинденбурга и её бегством к границе. Авантюрой была и Лодзинская операция немцев под командованием не менее прославленного Макензена, не превратившаяся в катастрофу по образцу «Канн» для немцев только благодаря случаю. Что касается стратегического руководства кайзеровской армией в Первой мировой войне в целом, то битва с французами на Марне в 1914 году даёт яркий пример его рассогласованности, явившейся главной причиной проигрыша этого сражения немцами. «Германское командование оказалось в состоянии паралича» [16].
Всё познаётся в сравнении. Боевая эффективность русских войск по сравнению с войсками противника была не ниже, чем у английских и французских войск в ту же войну, и не ниже, чем у советских войск в Великую Отечественную. Этот доказанный цифрами факт заставляет отбросить как несостоятельное утверждение о неготовности Русской императорской армии к Первой мировой войне по части военного профессионализма.
Почему же ход Первой мировой войны воспринимался в российском обществе как неудачный, а о царских генералах сложился негативный миф как о военных бездарностях — об этом в следующей части.
Окончание следует.

[01] — Всероссийская Книга Памяти, 1941—1945. Обзорный том. М., 1995. С. 411
[02] — Великая Отечественная война 1941—1945. Кн.4. Народ и война. М., 1999. С. 292
[03] — Там же. С. 286; Гриф секретности снят! Потери Вооружённых сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: Стат. исследование. М., 1993. С. 338
[04] — Гриф секретности снят! С. 391
[05] — Россия и СССР в войнах ХХ века. Потери вооружённых сил. Статистическое исследование. М., 2001. С. 100
[06] — Н.Н. Головин. Военные усилия России в Мировую войну. М., 2001. С. 137
[07] — Б.Ц. Урланис. Войны и народонаселение Европы. М., 1960. Ч. III. Гл. 2
[08] — А.А. Керсновский. История Русской армии. М., 1998. С. 666
[09] — Я.А. Бутаков. Загадка Брестского мира. М.: «Алгоритм», 2011. С. 521—525
[10] — Там же.
[11] — Там же.
[12] — Там же. С. 382—383; Б.Ц. Урланис. Указ. соч. Ч. III. Гл. 2
[13] — А.М. Зайончковский. Первая мировая война. СПб., 2000. С. 367
[14] — Там же. С. 542—544; Н.Н. Яковлев. 1 августа 1914. М., 1993. С. 196
[15] — А.М. Зайончковский. Указ. соч. С. 186
[16] — Там же. С. 233

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1757
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.02.14 19:49. Заголовок: Файл—РФ — Я. Бутаков. Правая история. Проиграла ли Россия Первую мировую войну? Часть II


История | 14 августа 2013 г.

Ярослав Бутаков, кандидат исторических наук

Правая история.

Проиграла ли Россия Первую мировую войну? Часть II

Российские элиты начала ХХ века были неадекватны реалиям тотальной войны. Они заранее сочли мировую войну проигранной ненавидимым ими «царским режимом»

■ Плакат времён Первой мировой войны. «Казак и немцы»

Широкое распространение в российском обществе в 1915—1917 гг. пораженческих настроений нередко принято связывать только с пропагандой врага и тесно связанной с ним части революционного движения. Такое представление искажает реальную картину дел. Оно было создано в эмиграции представителями дореволюционных элит для того, чтобы снять с себя ответственность за случившееся с Россией.
Давно уже доказано: когда либеральная оппозиция устраивала «патриотическую тревогу» по поводу недостаточного снабжения армии, она сознательно раздувала просчёты правительства, чтобы создать в обществе представление, что с «этим режимом» Россия не сможет выиграть войну. Но на то она, впрочем, и оппозиция. Значительно труднее понять, как и почему рассадниками паники становились высшие правительственные сферы.
Летом 1915 года военные действия шли ещё в Польше, а министры российского правительства уже всерьёз гадали, куда немцы направят главный удар: на Петроград или на Москву? При этом главнокомандующий Северо—Западным фронтом генерал Н.В. Рузский (одно из главных действующих лиц будущего Февральского переворота), прекрасно знавший обстановку на фронте, нисколько не пытался успокоить министров; наоборот, подливал масла в огонь, говоря, что немцы пойдут на Бологое и «тогда столица сама падёт» [01]. А военный министр А.А. Поливанов, который по должности обязан был быть примером стойкости и оптимизма, безнадёжно говорил коллегам в те дни: «Уповаю на пространства непроходимые, на грязь невылазную и на милость угодника Николая Мирликийского» [02].

■ Карта боевых действий Первой мировой войны

Яркой иллюстрацией фатального пессимизма, охватившего в то время различные круги российского общества, могут служить недавно опубликованные дневники военных лет известного публициста Л.А. Тихомирова [03]. Как показывают, например, его записи о секретных переговорах России с союзниками по вопросу Дарданелл, он в ряде случаев владел довольно эксклюзивной информацией из первых рук. Тем удивительнее, что на протяжении 1915—1916 гг. он неизменно демонстрирует убеждённость в том, что война Россией уже безнадёжно проиграна. Его сообщения строятся на гиперболизируемых слухах, циркулирующих в обществе, и, несомненно, отражают общее состояние умов того времени.
Во время отступления Русской армии летом 1915 г. Тихомиров нередко, без всякой связи с оперативной обстановкой, задаётся вопросом, дойдут ли немцы до Москвы? И обычно отвечает на него утвердительно. Вот его типичные оценки: «У нас нет плана, нет умения исполнять планы, и мы ведём войну по указке неприятеля», «Похоже, что наши армии имеют в виду отступать до Москвы, а может, и дальше», «Правду сказать, я теперь уже не имею никакого сомнения в победе Германии. Вопросы могут быть лишь частные: возьмут ли немцы Москву? Возьмут ли они Петербург? Но они, конечно, победят… У нас — всё скверно, и подданные, и правительство, нет ни ума, ни знаний, ни порядка, ни даже совести. Из всех же наших зол — самое ужасное — это власть, которая, вероятно, погубила бы нас даже и в том случае, если бы мы были порядочным народом». И это писал монархист!
Тихомиров огульно отметает свидетельства близко стоящих к делу людей о том, что «теперь произведено снарядов огромно — на заводах, организованных правительством» и что «о настроении войска тоже пишут, что оно бодрое и у всех есть уверенность в победе». Как мы теперь знаем, именно эти свидетельства были ближе всего к истине. Брусиловский прорыв 1916 г. не прибавил ему и окружавшим его общественным слоям оптимизма: «Разве есть сомнение, что это малейшее и эфемерное движение, которое тотчас сменится полным бездействием… если только не чем—нибудь хуже?» Приводя заявление Брусилова корреспонденту одной из газет в начале 1917 г. о том, что «в 1917 г. мы победим немцев», Тихомиров задаёт вопрос: «Откуда такая зряшная болтовня у генерала, без сомнения, умного?.. Ведь всё равно никто не верит, да и как можно верить, когда доказано фактами, что наша армия неспособна побеждать немцев». Опять же, как теперь известно, у Брусилова с чисто военной точки зрения были все основания для такого утверждения.
Тихомиров, как мы отметили, был не одинок в своём пассивном пораженчестве, ибо свои оценки он черпал из настроений и мнений окружающего общества. Таким образом, прежде поражения на поле боя российские элиты уже проиграли врагу в психологическом противостоянии.
Тяготы войны для России бессознательно преувеличивались молвой. Об этом мы теперь можем судить по цифрам и фактам. Общеизвестно, что рост цен, дефицит продуктов первой необходимости и падение жизненного уровня населения в России к началу 1917 года были значительно меньше, чем в Германии или Франции. Первая мировая война значительно слабее ударила по народному хозяйству России, чем других воевавших европейских стран. Хотя в России было мобилизовано в армию 15,4 млн человек, но в процентном отношении к общей численности населения (165,7 млн к 1914 г. [04] без Финляндии, но с Польшей, где также проводилась мобилизация) это было всего лишь 9,3%. Тогда как в Великобритании — 10,7%, в Италии — 15%, в Австро—Венгрии и Франции — по 17%, а в Германии — 20% всего населения [05]!

■ Плакат времён Первой мировой войны «Подвиг и гибель летчика Нестерова», 1915 г.

Безвозвратные людские потери России в абсолютных цифрах (считая умерших в плену) оказались выше, чем в любой другой стране, участвовавшей в Первой мировой войне — 2,25 млн. Однако в относительных величинах это означало, что погиб один человек на каждые 73 человека населения, тогда как в Англии (700 тысяч погибших) — 1 на 69, в Италии (600 тысяч) — 1 на 62, в Австро—Венгрии (1,4 млн) — 1 на 38, в Германии (2 млн) — 1 на 35, а во Франции (1,3 млн погибших) — 1 на 30 человек населения [06]!
В ходе войны Россия потеряла территории ряда западных губерний, где до войны проживало, по приблизительным прикидкам, примерно 11—12 млн человек [07]. Эта потеря не идёт ни в какое сравнение с колоссальными потерями СССР в 1941—1942 гг., несмотря на которые наша страна оказалась способна выиграть войну. Относительно всей страны эта потеря вполне сопоставима с потерей Францией в самом начале войны в 1914 г. ряда промышленно развитых и густонаселённых северо—восточных департаментов.
Итак, никаких реальных оснований для безнадёжного пессимизма по поводу хода и исхода войны у российских элит в 1915—1916 гг. не было. Субъективное восприятие радикально искажало подлинную картину дел. Но справедливости ради необходимо отметить, что у российского общества имелись объективные предпосылки для такого неадекватного восприятия действительности. Испытания, переживавшиеся Россией с 1914 года, не были непереносимыми, но они были беспрецедентными для страны.
Как это ни парадоксально, но великая Российская держава оказалась избалована веками своего могущества. Впрочем, любой парадокс в истории только кажущийся, на самом же деле это просто ещё недостаточно раскрытая нами закономерность.
Когда в августе 1914 г. в Восточной Пруссии немцы окружили и пленили два русских корпуса, страна пережила настоящий шок: ведь ничего подобного она не испытывала со времён Нарвской «конфузии» 1700 года! Отступление 1915 года, ограничивавшееся пределами нескольких западных губерний (даже не великорусских), было названо «великим». Хотя в 1812 году неприятель даже взял Москву, но в те далёкие времена отступление происходило в узкой полосе, а теперь существовал сплошной фронт.
Но всё это было сущей мелочью по сравнению с тем, что неоднократно испытывали в течение XIX столетия другие великие европейские державы. Им не раз пришлось пережить моменты полного военного поражения, капитуляции, вражеской оккупации значительной части территории. Франция была полностью оккупирована врагами с 1814 по 1818 год, а в 1870—1871 гг. она ещё раз была очень близка к этому. Пруссия была в 1806 году разгромлена и целиком оккупирована врагом. Австро—Венгрия терпела сокрушительные поражения в войнах 1796—1797, 1800—1801, 1805, 1809, 1859—1860, 1866 гг., выиграв за всё это время лишь войну 1813—1814 гг., и то лишь в коалиции с другими державами.
Для России же со времён Петра Великого поражение в войне воспринималось как нечто исключительное. Тем более что почти все войны велись на чужой территории (исключение — война 1812 г., но неприятель был изгнан из России менее чем за полгода) и в буквальном смысле «малой кровью», то есть не числом, а умением. Сдача Севастополя (ставшего русским лишь за 60 лет до этого) в Крымскую войну приравнивалась к национальному позору, равно как и сдача Порт—Артура в 1904 г.
Поэтому у многих просто не укладывалось в голове, что могущество России может натолкнуться на неодолимую внешнюю силу. Постулат о «непобедимости России» настолько въелся в сознание людей, что они были не в состоянии объяснить, почему Россия до сих пор не разгромила врага, простой причиной: Россия не так сильна, как привыкли думать. Верноподданническое сознание охотнее склонялось к другому объяснению: тайные враги, некие «тёмные силы», окопавшиеся у власти, препятствуют победе России.

■ Брусиловский прорыв

Миф о тайных «немецких агентах», вездесущих и всесильных, определял сознание широких слоёв населения России в ту войну. К слову, здесь Россия не представляла собой чего—то уникального среди воевавших стран: там тоже всюду искали и находили «вражеских шпионов» (знаменитая Мата Хари, как теперь выясняется, вряд ли сознательно работала на германскую разведку). Но, пожалуй, только в России «охота на ведьм» сыграла такую большую и зловещую политическую роль.
Показательным здесь служит дело военного министра В.А. Сухомлинова, обвинённого в государственной измене. Дело Сухомлинова сыграло существенную роль в дискредитации власти накануне революции. Это было ясно уже современникам. Британский министр иностранных дел Э. Грей в беседе с председателем российской парламентской делегации А.Д. Протопоповым иронично сказал: «Ну и храброе же у вас правительство, раз оно решается во время войны судить за измену военного министра!» [08] Обвинение в измене так и не было доказано даже пристрастным судом Временного правительства, который приговорил Сухомлинова к пожизненному заключению «за халатность», чем «либеральный» февральский режим показал свой правовой нигилизм: ведь ни один закон не предусматривал столь сурового наказания за такое преступление!
Психологическая стойкость российских элит оказалась ниже, а их связь с собственным народом — слабее, чем у элит других европейских держав — участниц Первой мировой войны. Этот тяжёлый исторический урок, последствия которого Россия не изжила по сей день, должен служить назиданием любым нынешним и будущим властям России.

[01] — А.Н. Яхонтов. Тяжёлые дни. Секретные журналы заседаний Совета Министров, 16 июля — 2 сентября 1915 г. В кн: Архив русской революции. Под ред. Г.В. Гессена. Берлин, 1926. Т. 18. С. 65.
[02] — Там же. С. 37.
[03] — Л.А. Тихомиров. Дневник. 1915—1917. / Сост. и комм. А.В. Репников. М.: РОССПЭН, 2008.
[04] — http://www.demoscope.ru/weekly/knigi/polka/gold_fund05.html
[05] — А.М Зайончковский. Первая мировая война. СПб., 2000. С. 836.
[06] — Б.Ц. Урланис. Войны и народонаселение Европы. М., 1960. Ч. III. Гл. 2; Я. А. Бутаков. Загадка Брестского мира. М.: «Алгоритм», 2011. С. 521—526.
[07] — Подсчитано по: А.Г. Рашин. Население России за 100 лет (1813—1913). М., 1956.
[08] — П.Г. Курлов. Гибель императорской России. М., 1992. С. 200.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1781
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.02.14 19:55. Заголовок: Файл—РФ — В. Шамбаров. Неизвестное цареубийство


История | 28 июня 2013 г.

Опасная история

Неизвестное цареубийство

Валерий Шамбаров

С тех пор, как произошла бессудная расправа с Николаем II и его семьёй, минуло без малого 95 лет. Годовщина трагедии — день общероссийского поминовения царственных мучеников. Предваряя трагическую дату, предлагаем взгляд нашего постоянного автора на редко упоминаемые, а вместе с тем весьма важные обстоятельства преступления, не имеющего срока давности.

■ Семья Николая II

Измена и обман: Тобольск вместо Крыма

Екатеринбургской расправе предшествовали события, о которых чаще всего предпочитали не вспоминать ни на Западе, ни в либеральных эмигрантских кругах.
Как известно, Николай II до конца сохранял рыцарскую верность союзникам по Антанте, спасал их от разгрома в 1914, 1915, 1916 годах. Расплатились с ним за это «сполна». Сейчас уже широко известны факты, свидетельствующие о том, что к российской революции приложили руку правящие круги западных держав.
В правительстве Англии, по донесениям дипломатов, радость по поводу революции «была даже неприличной». Ллойд Джордж, узнав об отречении царя, воскликнул: «Одна из целей войны теперь достигнута!»
Британский посол в Петрограде Бьюкенен поздравил «русский народ» с революцией. Указал, что главное достижение России — это то, что «она отделалась от врага». Под «врагом» понимался Николай II. Для этого были пущены в ход клеветнические сплетни о связях государя и его супруги с Германией — хотя всего месяц назад Англия наградила Николая II орденом Бани I степени и произвела в британские фельдмаршалы «в знак искренней дружбы и любви».
Искажались и сами события. Ведь царя в общепринятом смысле не «свергали». 02 (15) марта его вынудили отречься в пользу брата Михаила и утвердить список правительства, буквально подсунутый ему заговорщиками.
Но впоследствии обманули и Михаила. Запутали в переговорах и убедили отказаться от власти до решения Учредительного собрания. На первый взгляд это выглядело достойно и солидно — так же, как в 1613 году. Тогда Земский собор призвал на царство Михаила Фёдоровича. А пока, до Учредительного собрания, правительство приняло название Временного и всю полноту власти — что и требовалось заговорщикам.
Николай II всего лишь неделю после отречения оставался на свободе. Съездил в Ставку, попрощался с офицерами. Арестовали его подло, исподтишка, 21 марта, когда возвращался из Ставки домой.
22 марта новую российскую власть признали США, и президент Вильсон гневно осудил «автократию, которая венчала вершину русской политической структуры столь долго». Через день последовало признание со стороны Англии, Франции и Италии.
Перед Временным правительством встал вопрос о будущей судьбе Николая II. Оно сочло пристойным выходом из положения выезд государя в Англию и обратилось к Великобритании с соответствующей просьбой. 23 марта Бьюкенен сообщил о положительном решении…
Однако обстановка «вдруг» стала резко ухудшаться. Председатель Петросовета Чхеидзе направил отряд Мстиславского (Масловского), чтобы устроить покушение на государя. Тогда планы были сорваны, так как царскую семью охранял батальон георгиевских кавалеров, не пропустивший головорезов.
Ответом на «неожиданно» возникшую во Временном правительстве идею судить царя и создание особой следственной комиссии стала подготовка офицерами-монархистами побега августейшей семьи через финскую границу в Швецию.
Но Николай отказался. Он знал о своей невиновности и не пожелал превращаться в беглеца.
Меж тем решение о легальном выезде «зависло». Временное правительство указывало, что Николай Александрович нужен для показаний следственной комиссии. Англичане поднимали мелочные вопросы об оплате проживания.
У царя же денег не было. Все личные средства, около 200 млн руб., он в годы войны пожертвовал на нужды раненых и семей погибших.
Кроме того, британцы не желали рисковать кораблём. Через датчан Временное правительство запросило немцев. Германское командование в данном случае повело себя благородно, заверило: «Ни одна боевая единица германского флота не нападёт на судно, перевозящее государя и его семью».
Но… когда и этот вопрос утрясли, из Лондона вдруг пришёл странный ответ: «Правительство Его Величества больше не настаивает на переезде царя в Англию». (Как будто оно прежде «настаивало»!)
А вскоре последовала официальная нота — до окончания войны Романовых принимать отказались. «Британское правительство не может посоветовать Его Величеству (т.е. своему королю Георгу V) оказать гостеприимство людям, чьи симпатии к Германии более чем хорошо известны».
Вот так. Николая Александровича, столько сделавшего для союзников, голословно и огульно обвинили в прогерманских симпатиях!
Между тем, особая следственная комиссия, несмотря на откровенную пристрастность, на попытки подтасовок, перелопатив горы документов и допросив сотни свидетелей, ни единой зацепки для доказательства «измены» Николая II и царицы не нашла. Развела руками — никаких оснований для суда нет. Романовы обратились с предложением отправить их в Крым, в Ливадию. Цесаревич Алексей и его сёстры недавно перенесли корь в тяжёлой форме, им не мешало подлечиться.
Керенский обещал исполнить просьбу. Но на совещании четверых министров — Львова, Терещенко, Некрасова и Керенского, без привлечения других членов кабинета, всех членов царской семьи почему—то было решено выслать в Тобольск. Настроенных на отъезд в Крым, их поставили перед фактом — впереди Сибирь.
Отправили тайно, в ночь на 01 августа. Вскоре правительству Керенского стало не до царственных узников, а потом власть и вовсе сменилась.

Территория Свердлова

Большевики также вынашивали идею устроить над царём публичное судилище. Троцкий вызывался быть обвинителем. Но, изучив материалы следственной комиссии Временного правительства, поняли: красивого процесса не получится, только осрамишься. Вопрос отложили на потом.

■ Яков Свердлов

Тобольск же попал в ведение Западносибирского областного совета рабочих и крестьянских депутатов, который относился к царю достаточно сносно. Приказали содержать — ну и содержали. Однако повышенный интерес к Николаю II неожиданно начал проявлять соседний Уральский совет. Это была персональная «епархия» Якова Свердлова.
Яков Свердлов был совсем не простой фигурой. В 1905—1906 годах выступал могущественным вожаком боевиков, сформировал на Урале натуральную мафию. Через брата, нью—йоркского банкира Вениамина Свердлова, был связан и с крупными американскими финансистами, выступал одним из их эмиссаров в большевистском руководстве.
На Урале верховодили его ставленники Белобородов, Голощекин, Войков, Сафаров, Дидковский, Вайнер, Юровский и др. Они вдруг принялись беспокоиться о возможном побеге царской семьи. Высылали к Тобольску вооружённые заставы — в случае чего перехватить, а пользуясь случаем, и совершить покушение на жизнь царских особ «при попытке к бегству».
В действительности для Николая вместе со всей семьёй бежать было проблематично. Монархисты образца 1918 года проявили полную беспомощность. Им не хватало денег, людей, а главное — решимости и организованности. Дело ограничивалось робкими поездками в Тобольск «на разведку».
Свердлов же и его подручные в любом случае не намеревались выпускать Николая II живым. Убийство привлекало радикальных революционеров, и было им необходимо, чтобы отрезать пути назад, «сжечь мосты».
Для Свердлова и деятелей его круга цареубийство имело, помимо прочего, идеологическое значение. Ведь царь символизировал собой великое православное государство, которое предстояло разрушить «до основания».
Ну а с «прагматической» точки зрения его смерть больше всего устраивала западные державы. Все соглашения о послевоенных переделах мира и уступках для России заключались с Николаем II. Не станет его — не станет обязательств.
Первые потуги Уральского совета убить или захватить царя кончились плачевно. Западносибирскому совету не понравились чужие заставы в их владениях. Некоторых уральцев арестовали, других убили в перестрелках.
Тогда «свердловцы» пошли другим путём. К государю и его семье было приставлено 330 солдат охраны. О них все забыли, они не получали жалованья, обносились.
Сам Свердлов обласкал председателя коммунистической ячейки отряда Лупина, когда тот приехал в столицу. 01 апреля 1918 года было принято постановление президиума ВЦИК (Всероссийского центрального исполнительного комитета советов депутатов): выделить деньги, сменить караул и «перевести всех арестованных в Москву».

■ Расстрел царской семьи

Правда, когда Лупин уехал, 6 апреля президиум ВЦИК принял другое постановление — о переводе не в Москву, а на Урал.
Заметим, президиум ВЦИК не собирался почти никогда. Решения принимал единолично Свердлов.
На основе подобных постановлений была организована операция по вывозу царской семьи из Тобольска. Свердлов поручил её своему бывшему боевику К.А. Яковлеву (Мячину). Выдал ему мандат за подписью Ленина с полномочиями вплоть до расстрела за неисполнение его распоряжений.
Яковлев получил 5 млн руб. «николаевскими», поезд, отборный отряд. Вспоминал: «Я переспросил: «груз» должен быть доставлен живым? Тов. Свердлов взял мою руку, крепко пожал её и резко отчеканил: «Живым».
В Тобольске Яковлев выплатил солдатам долги по жалованью, чем сразу расположил их к себе. Предъявил мандат, сообщив, что прибыл увезти царскую семью. Но пункт назначения скрыл. Царственная семья и охрана пребывали в уверенности, что их доставят в Москву.
Свердлов не зря выбрал Яковлева, исполнителя крайне дисциплинированного. Приказ был — живым, значит — живым. Он пугал противящихся грозным мандатом, прорывался через заслоны, ощетинившись пулемётами, поворачивал поезд то в одну, то в другую сторону. Свердлов телеграммами пытался образумить своих уральских подручных, торопившихся совершить злодеяние: «Всё, что делается Яковлевым, является прямым выполнением данного мной приказа. Сообщу подробности специальным курьером… Яковлеву полное доверие. Ещё раз: никакого вмешательства».
Наконец, 30 апреля Николая и его близких высадили на станции «Екатеринбург—2».

Тайны замысла

Сюда же, на территорию Уральского совета, свозили и других представителей дома Романовых. Брата государя Михаила Александровича прислали в Пермь. В Алапаевске разместили великую княгиню Елизавету Фёдоровну, великого князя Сергея Михайловича, князей Иоанна, Константина и Игоря Константиновичей.
Может возникнуть вопрос, зачем понадобились такие сложности? Получи Яковлев иной приказ, он легко «ликвидировал» бы государя по дороге. Но надо учитывать — далеко не все в советском руководстве были сторонниками подобных действий.
Многие отмечают «мистическое совпадение»: династия Романовых началась в Ипатьевском монастыре и закончилась в доме Ипатьева… Но на самом—то деле совпадения не было! Его создали искусственно.
«Дом Ипатьева» принадлежал купцу Г.И. Шаравьеву. А в январе 1918 года его купил инженер Ипатьев. Что выглядит очень странно. В январе 1918 года недвижимость в России не покупал никто. Уже были национализированы банки, счета, а домовладельцев приравняли к буржуям. Те, кто сохранил деньги, обращали их в золото и валюту.
Но Э. Радзинский сообщает, что Ипатьев был хорошим знакомым Войкова. Очевидно, он и помог со сделкой. А в апреле тот же Войков потребовал от Ипатьева выехать. В общем, нашли человека с подходящей фамилией, чтобы дом стал «домом Ипатьева». Обеспечили «роковое совпадение». К приезду царя здание превратили в тюрьму, обнесли двойным забором.
Первая расправа грянула 12 июня в Перми. Великого князя Михаила Александровича и его секретаря Джонсона тайно расстреляли и объявили, будто они сбежали. Почему начали с Михаила Александровича? Напомним, что он отрёкся от власти с оговоркой — если его не призовёт на престол Учредительное собрание. С юридической точки зрения он всё ещё оставался кандидатом на трон.

■ Комната в подвальном этаже дома Ипатьева, где были убиты члены царской семьи и их приближённые

Расправа над Михаилом Александровичем могла быть «пробным шаром» — посмотреть, как отреагируют иностранцы, «общественное мнение». Кроме того, создавалась легенда о некой подпольной организации, которая смогла похитить Михаила Александровича, а значит, могла организовать побег и для Николая II.
В рамках этой провокации в дом Ипатьева начали передавать записки за подписью «Офицер» — дескать, держитесь, освобождение близко! Фабриковал их Войков. Потом их добавили к доказательствам, что цареубийство было необходимо.
Что же касается зарубежья, то до царской семьи никому дела не было. Воспитателю наследника Алексея Жильяру удалось вырваться на свободу. Незадолго до цареубийства он обратился к британскому консулу. Описал ему ситуацию и молил предпринять шаги для спасения Николая II, его жены и детей.
Могло ли подействовать твёрдое дипломатическое вмешательство? В той тяжёлой обстановке, в которой очутились большевики летом 1918—го, могло. По крайней мере, оно могло заставить их осторожничать, отложить расправу. Но Жильяру ответили, что, по мнению англичан, положение царя «не является угрожающим»!
В начале июля Голощёкин отправился из Екатеринбурга в Москву на съезд Советов. Он жил у своего друга и покровителя Свердлова, где и получил окончательные инструкции.
В это же время, 04 июля, была заменена внутренняя охрана дома Ипатьева. Вместо красногвардейцев Злоказовской фабрики поставили латышей из спецотряда Свикке. А вместо коменданта Авдеева назначили Юровского — он был доверенным лицом Свердлова по самым грязным делам.
В 1990 году на аукционе «Сотби» было выставлено донесение Белобородова в Москву о цареубийстве: «Ввиду приближения контрреволюционных банд к красной столице Урала Екатеринбургу и ввиду того, что коронованному палачу удастся избежать народного суда (раскрыт заговор белогвардейцев с целью похищения бывшего царя и его семьи) президиум Ур. Обл. Сов. Раб., Кр. и Кр. Арм. Депутатов Урала, исполняя волю революции, постановил расстрелять бывшего царя Николая Романова, виновного в бесчисленных кровавых насилиях над русским народом. В ночь с 16 на 17 июля приговор этот приведён в исполнение. Семья Романовых, содержавшаяся вместе с ним под стражей, эвакуирована из города Екатеринбурга в интересах общественного спокойствия».
Исследователи обратили внимание — в датах 16 и 17 были проставлены только единицы, а цифры 6 и 7 вписаны позже, другими чернилами.
Текст согласовывался заранее, во время пребывания Голощёкина в Москве. Намечалась вторая декада июля. А конкретный день уточнили позже, вписав цифры в готовое донесение.

Палачи

По возвращении Голощёкина закипела подготовка к экзекуции. Юровский копался в глухом углу у Ганиной Ямы, выбирал место для сокрытия трупов. Заготавливались керосин и серная кислота для уничтожения тел. И спирт — поить участников.
Белогвардейское следствие потом установило: за день до убийства в Екатеринбург прибыл специальный поезд из паровоза и одного вагона. Привёз человека в чёрной одежде с «чёрной, как смоль, бородой». Кто это был, до сих пор неизвестно, но при нём была персональная охрана из 6 солдат. Очевидно, кто—то из столичных начальников прибыл проконтролировать акцию.

■ Ипатьевский дом

Юровский в эти дни обменивался шифровками со Свердловым. Отступая из Екатеринбурга, большевики забыли телеграфные ленты. Они попали к следователю Н.А. Соколову. Расшифровали их только в 1922 году. При этом открылось, что в преступлении были замешаны не только большевики. Есть данные, что Свердлов получал какие—то указания из—за океана, через американскую миссию, находившуюся в Вологде. Юровский при переговорах предлагал убить «главу семьи», а жену и детей эвакуировать. Но Свердлов дважды подтвердил — надо ликвидировать «всю семью», это приказ «свыше».
Подобрали бригаду из 12 человек. Двое латышей отказались стрелять в девушек, их расстреляли самих, заменили другими исполнителями.
Собрались в доме Ипатьева вечером 16 июля. Ермаков опоздал, он готовил и поил команду для сокрытия трупов. Прибыли и Голощёкин, Белобородов. Около двух часов ночи узников разбудили, потребовали сойти в подвал — мол, в городе неспокойно.
11 человек умылись, оделись, спустились вниз. Николай Александрович, Александра Фёдоровна, Алексей (отец нёс его на руках), царевны Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия, врач Боткин, повар Харитонов, лакей Трупп и комнатная девушка царицы Демидова.
Александра Фёдоровна попросила принести стулья — принесли лишь два, для неё и царевича.
Юровский попросил всех пройти к восточной стене. Вежливо и деловито расставил — по профессии он был фотографом. Потом вошли убийцы. Юровский зачитал приговор. Царь попытался переспросить: «Как, я не понял?» Но Юровский выстрелил в него. Началась бешеная пальба. Комнату заволокло дымом, летела крошка известки, пули рикошетили, грозя задеть «своих».
Юровский дал команду прекратить огонь.
Охранник Стрекотин вспоминал (орфография сохранена подлинная): «…Наследник всё ещё сидел на стуле. Он почему—то долго не упадал со стула и оставался ещё живым. Впритруть начали стрелять ему в голову и в грудь, наконец и он свалился со стула… Второй на носилки стали ложить одну из дочерей царя, но она оказалась живой, закричала и закрыла лицо рукой. Кроме того, живыми оказались ещё одна из дочерей и та особа, дама, которая находилась при царской семье… тогда тов. Ермаков, видя, что я держу в руках винтовку со штыком, предложил мне докончить оставшихся в живых. Я отказался, тогда он взял винтовку и начал их доканчивать. Это был самый ужасный момент их смерти. Они долго не умирали, кричали, стонали, передёргивались. В особенности тяжело умирала та особа, дама. Ермаков ей всю грудь исколол…»
Охранник Нетребин писал: «Младшая дочь б. царя упала на спину и притаилась убитой. Замеченная тов. Ермаковым, она была убита выстрелом в грудь. Он встал на обе руки и выстрелил ей в грудь». По воспоминаниям М.А. Медведева, Демидова, закрывшаяся при расстреле подушкой, закричала: «Слава Богу! Меня Бог спас!» Подошли, ударили штыками. А охранник Кабанов свидетельствовал: «Один из товарищей в грудь фрельны стал вонзать штык американской винтовки «Винчестер». Штык вроде кинжала, но тупой, и грудь не пронзал, а фрельна ухватилась обеими руками за штык и стала кричать. Её добили прикладами ружей».
Трупы вывезли к Ганиной Яме. Стали раздевать и нашли бриллианты, зашитые в лифы царевен. Начался ажиотаж, поиски драгоценностей. Все участники были вдребезги пьяны. Долго не могли найти место, намеченное для захоронения. Сжигать поленились. Побросали тела в старую шахту и забросали гранатами.
За халтуру последовал разнос от начальства. На следующий день заставили переделывать под контролем Голощёкина, Белобородова и чернобородого посланца из Москвы. Тела извлекали из шахты, расчленяли, жгли на костре и серной кислотой (было израсходовано не менее 30 вёдер керосина и 11 пудов кислоты). То, что осталось, попрятали по болотам и старым штольням.
На день позже царской семьи, вечером 17 июля, произошла расправа в Алапаевске. За город вывезли великую княгиню Елизавету Фёдоровну (после смерти мужа от руки террориста она приняла постриг, была настоятельницей Марфо—Мариинской обители). С ней казнили келейницу монахиню Варвару, великого князя Сергея Михайловича, князей Иоанна, Константина, Игоря Константиновичей, Владимира Палея и Ф. Ремеза.
С побоями и издевательствами их привели к старой шахте. Завязывали глаза и заставляли идти по доске, чтобы падали вниз. Сергей Михайлович попытался ухватить с собой одного из палачей, и его застрелили. Остальные падали с высоты 20 метров. Из шахты ещё долго неслись стоны, крики, молитвенные песнопения Елизаветы Фёдоровны. Это привлекало крестьян.
Убийцы несколько раз возвращались. Бросали в шахту бомбы, потом кинули горящую серу, чтобы удушить.
Кто из советского руководства, кроме Свердлова, санкционировал эти злодеяния, точных сведений нет до сих пор. Известно, что к цареубийству были причастны Зиновьев и Урицкий. Имеются основания полагать, что всё происходило с ведома Троцкого и самого Ленина, однако однозначных свидетельств пока недостаточно.
Даже на заседании правительства большевиков была оглашена искажённая информация — будто убили только царя, а всю его семью эвакуировали. Осмысленное совместное лицемерие или ложь одной из группировок большевистской верхушки? Это ещё предстоит установить.
Однако уже теперь можно со всей ответственностью утверждать: убийство царя Николая, как и всех царственных мучеников, было преступлением тщательно подготовленным, продуманным, управлявшимся из большевистского правительства и имевшим покровительство за рубежом.

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1849
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.03.14 16:24. Заголовок: Красная звезда — Россия и Крым


11—03—2014

Россия и Крым

Происходящие на Украине события, решение Верховного совета Автономной Республики Крым о вхождении этого полуострова в состав Российской Федерации в качестве её субъекта обусловливают, естественно, повышенное внимание общественности к историческому аспекту вопроса. По просьбе читателей рассказать об истории Крыма и города Севастополя, об эволюции их правового статуса в XVIII—XX столетиях мы публикуем справку, подготовленную на основе материалов книги Андрея Владимировича Фёдорова «Правовой статус Крыма. Правовой статус Севастополя», вышедшей в издательстве МГУ им. М.В. Ломоносова в 1999 году.

Таврическая губерния

■ Вхождению Крыма в состав Российской империи предшествовало заключение Кючук-Кайнарджийского мирного договора 1774 года, который завершил русско—турецкую войну 1768—1774 годов и заложил основу последующего вхождения Крыма в состав России. В соответствии с этим договором Крымское ханство приобрело независимость от Турции.



■ 08 апреля 1783 года был издан манифест о присоединении Крыма, Тамани и Кубани к России, а уже в июне 1783 года основан город Севастополь. Менее чем через год после издания манифеста императорским указом от 02 февраля 1784 года была учреждена Таврическая область, впоследствии, в 1802 году, преобразованная в губернию.
■ Было образовано семь уездов, из которых пять (Симферопольский, Левкопольский и созданные несколько позже, в 1787 году, Феодосийский, Евпаторийский и Перекопский) располагались в пределах Крымского полуострова, а три — на материке. В 1837 году из состава Симферопольского выделили восьмой, Ялтинский уезд, после чего административно—территориальное деление почти не изменялось вплоть до 1920—х годов.
■ Основная соперница России на Чёрном море, Турция, признала принадлежность Крыма России лишь в результате заключения в 1791 году Ясского мира, завершившего русско—турецкую войну 1787—1791 годов.
■ Присоединение Крыма к России способствовало позитивным сдвигам в различных сферах жизни края. Население полуострова стало быстро увеличиваться за счёт переселенцев, в основном русских и украинцев, а также за счёт части татар и ногайцев, возвращавшихся из Турции по мере того, как обстановка в Крыму стабилизировалась.
■ После вхождения Крыма в состав России всем жителям полуострова были предоставлены определённые свободы, в частности свобода вероисповедания, свобода передвижения, они были освобождены от воинской повинности. А в начале XIX века было создано четыре татарских полка добровольцев, которые осуществляли охрану порядка.
■ Императорским указом в феврале 1784 года татарской феодальной знати предоставили права российского дворянства. Большинство её представителей получило земли. Представители мусульманского духовенства были освобождены от уплаты налогов. Серией законодательных актов татарские и ногайские поселяне были приравнены к различным категориям крестьян Российской империи.
■ В 1827 году татарское население получило право иметь в собственности недвижимое имущество. Местные земледельцы могли свободно продавать и закладывать свои земли, а обрабатывавшие помещичьи наделы осуществляли эту деятельность по найму и имели право переходить к другим помещикам или на казённые земли.
■ «Казённым поселянам», наделявшимся государственной землёй, разрешалось также заниматься виноделием, добычей соли, ловлей рыбы, ремёслами и торговлей. В первой половине XIX века крепостных крестьян в Крыму было всего около 5 тысяч человек, то есть 4 процента сельского населения. Как видим, с момента присоединения Крыма к России положение населения полуострова было значительно лучше положения жителей других губерний империи.
■ Характер национальной и экономической политики, проводимой царским правительством в Крыму, был обусловлен исключительным экономическим и военным значением этого региона для России, необходимостью ослабления турецкого влияния на полуострове, превращения Крыма в развитой в экономическом отношении регион.
■ Такая политика принесла определённые результаты. Население Крыма увеличилось в несколько раз, по естественному приросту населения Таврическая губерния занимала в 1850—1890—е годы третье место в России. В 1897 году доля русского населения полуострова составляла 33,1 процента и была почти равной общему количеству татар, украинцев же насчитывалось 11,8 процента.

Образование Крымской АССР

■ Образованию Крымской АССР предшествовало возникновение Таврической Республики. К январю 1918 года большевикам удалось взять власть в Крыму в свои руки, а уже в феврале собрался чрезвычайный съезд Советов Таврической губернии. Съезд сформировал постоянные органы губернской власти и управления, прежде всего ЦИК Тавриды, который и провозгласил создание Советской Республики Тавриды 21 марта 1918 года.
■ Таврическая Республика просуществовала недолго: 30 апреля 1918 года в Крым вторглись германские войска. Было создано марионеточное Крымское краевое правительство. Правительство РСФСР ответило нотой, в основу которой лёг протест против оккупации Крыма.
■ В свете современного правового положения Крыма представляет интерес позиция по вопросу о принадлежности Крыма петлюровской Центральной рады, провозгласившей вскоре после Октябрьской революции Украинскую Народную Республику, просуществовавшую до февраля 1918 года. В документе, озаглавленном «Универсал Центральной рады», подписанном Симоном Петлюрой 08 ноября 1917 года, содержатся следующие строки: «…На родной земле мы станем на страже права и революции не только у себя, но во всей России и потому объявляем территории: Украинской Народной Республике принадлежат земли, заселённые в большинстве украинцами: Киевщина, Подолия, Волынь, Черниговщина, Харьковщина, Полтавщина, Екатеринославщина, Херсонщина, Таврия без Крыма».
■ Особенностью образовавшихся в первой половине 1918 года автономных республик явилось то, что они возникли в рамках прежних административно—территориальных единиц. Не являлась исключением и Таврическая Республика, в которую вошли все уезды Таврической губернии, располагавшиеся как на полуострове, так и на материке.
■ После освобождения Крыма от германских войск в мае 1919 года была образована Крымская Республика, но вскоре полуостров заняли белогвардейцы.
■ После их разгрома в 1921 году Крымская Республика не была восстановлена. Этот факт объясняется тем, что Советское правительство проводило политику создания национальных, а не территориальных автономий. Поэтому в ноябре 1921 года в соответствии с Декретом «Об образовании Автономной Крымской Советской Социалистической Республики как части РСФСР в границах Крымского полуострова» была образована Крымская АССР в составе РСФСР.
■ В отличие от большинства автономий, где имело место преобладание коренного населения, Крымская Автономная Республика не являлась татарской. Более того, 65 процентов населения Крыма, то есть две трети, было русскими. Специфика состава населения Крыма, его национальное многообразие и тесные хозяйственные связи различных национальных групп с однородными хозяйственными функциями — всё это придавало Крыму особый характер, требовало проведения крайне дифференцированной национальной политики в этом районе.
■ Являются совершенно неверными заявления, что это была якобы татарская автономия. На территории Крыма проживало 14 процентов крымских татар, 9 — греков, 7 — караимов (вместе с евреями) и 3 процента потомков древних готов (вместе с немцами). По замыслу советского руководства Крым должен был стать и стал уже к концу 1920—х годов образцом решения национального вопроса в Советской России и СССР.
■ Органы власти автономных республик в первые послереволюционные годы решали весьма широкий круг вопросов, порой выходя за рамки, предусмотренные самой идеей автономии, руководили хозяйством, финансами, вооружёнными силами. Крымская Республика до начала 1920—х годов даже осуществляла внешние сношения по дипломатической и торговой линиям.
■ По Конституции СССР 1936 года Крымская АССР вошла в состав РСФСР (статья 22). Конституция СССР 1936 года и Конституция РСФСР 1937 года регламентировали систему органов государственной власти и органов государственного управления автономной республики. Высшим органом государственной власти АССР и единственным законодательным органом являлся Верховный совет АССР (статьи 89, 91 Конституции СССР). Каждая автономная республика имела свою Конституцию, построенную в полном соответствии с Конституцией РСФСР, в состав которой она входила, и с учётом местных особенностей.
■ Верховный Совет автономной республики избирал из своего состава президиум, который был подотчётен Верховному совету АССР и полномочия которого определялись Конституцией АССР. Высшим исполнительным и распорядительным органом являлся Совет народных комиссаров АССР, который осуществлял свою деятельность в пределах компетенции АССР и в соответствии с конституциями РСФСР и АССР.
■ Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 30 июня 1945 года Крымская АССР была преобразована в Крымскую область.
■ (Продолжение следует).

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1850
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.03.14 16:43. Заголовок: Красная звезда — Россия и Крым


12—03—2014

Россия и Крым

■ (Продолжение. Начало в № 42).

Происходящие на Украине события, решение Верховного совета Автономной Республики Крым о вхождении этого полуострова в состав Российской Федерации в качестве её субъекта обусловливают, естественно, повышенное внимание общественности к историческому аспекту вопроса. По просьбе читателей рассказать об истории Крыма и города Севастополя, об эволюции их правового статуса в XVIII—XX столетиях мы публикуем справку, подготовленную на основе материалов книги Андрея Владимировича Фёдорова «Правовой статус Крыма. Правовой статус Севастополя», вышедшей в издательстве МГУ им. М.В. Ломоносова в 1999 году.

В составе Украинской ССР

■ Передача Крымской области в состав Украинской ССР стало беспрецедентным актом. По мнению многих историков, подобное было немыслимо до 1953 года. Исключительно важный в военном отношении регион, морской форпост СССР, руководство которым фактически осуществлялось напрямую из Москвы, был неожиданно для руководства и населения области передан Украине. Эта передача стала возможной вследствие инициативы первого секретаря ЦК КПСС Н.С. Хрущёва, склонного к поспешным и необдуманным решениям.



■ В соответствии с политической практикой того времени важнейшие государственные проблемы рассматривались сначала на заседаниях Политбюро (Президиума) ЦК КПСС и только затем в высших органах государственной власти. Первоначально в соответствии с решениями партийных органов предполагалось утвердить совместное постановление Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР о передаче Крымской области. Однако такие постановления были приняты раздельно.
■ Хронологически события развивались так. 25 января 1954 года на заседании Президиума ЦК КПСС был утверждён проект Указа Президиума Верховного Совета СССР о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР. Было признано целесообразным проведение специального заседания Президиума Верховного Совета СССР для рассмотрения совместного представления Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР о передаче Крымской области.
■ 05 февраля 1954 года Президиум Верховного Совета РСФСР принимает постановление «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР» с последующим внесением его на утверждение Президиума Верховного Совета СССР.
■ Не позднее 05 февраля того же года председателю Президиума Верховного Совета СССР К.Е. Ворошилову направляется проект совместного постановления Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР о передаче Крымской области для утверждения постановления Президиумом Верховного Совета СССР. В постановлении указывается, что Президиум Верховного Совета РСФСР считает возможным поддержать ходатайство Президиума Верховного Совета УССР о включении Крымской области в состав Украинской ССР.
■ Тогда же, 05 февраля, Совет Министров РСФСР принимает постановление «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР», в котором такая передача признаётся целесообразной и содержится просьба к Президиуму Верховного Совета РСФСР рассмотреть этот вопрос и войти в Президиум Верховного Совета СССР с соответствующим постановлением.
■ 13 февраля Президиум Верховного Совета УССР принимает постановление «О представлении Президиума Верховного Совета РСФСР по вопросу передачи Крымской области в состав УССР». Президиум постановляет «просить Президиум Верховного Совета Союза ССР передать Крымскую область из состава Российской СФСР в состав Украинской ССР».
■ 19 февраля в соответствии с решением ЦК КПСС собирается Президиум Верховного Совета СССР для рассмотрения вопроса о передаче Крымской области. Был утверждён проект Указа Президиума Верховного Совета СССР «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР», которым в свою очередь утверждено совместное представление Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР.
■ Законом СССР «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР» от 24 апреля 1954 года Указ Президиума Верховного Совета СССР от 19 февраля 1954 года был утверждён. Закон предписывал внести соответствующие изменения в статьи 22 и 23 Конституции СССР. Он был опубликован в центральных газетах 28 апреля 1954 года.
■ 02 июня 1954 года был принят Закон РСФСР «О внесении изменений и дополнений в статью 14 Конституции (Основного закона) РСФСР», которым Крымская область исключалась из состава РСФСР.
■ Нельзя не отметить, что закон несёт следы спешки и правовой небрежности. В нём, как и в Указе от 19 февраля 1954 года, нет чёткой формулировки: «Передать Крымскую область и утвердить изменение границ между РСФСР и УССР». Приведённые в документах основания для передачи Крымской области выглядят весьма расплывчатыми.
■ В перечисленных актах необходимость передачи Крыма объясняется практически одними и теми же обстоятельствами: территориальной близостью, общностью экономики, хозяйственной целесообразностью, наличием исторически сложившихся культурных связей между населением Крымской области и Украинской ССР. Председатель Президиума Верховного Совета УССР Д. Коротченко определил вхождение Крыма в состав Украины как «исключительно замечательный акт братской помощи».
■ При принятии решения о передаче Крыма не был принят во внимание, в частности, национальный фактор. С конца XIX века численность русского населения в Крыму продолжала непрестанно увеличиваться. По данным переписи населения 1979 года, русских в Крыму было почти в 2,5 раза больше, нежели украинцев, а численность татарского населения составляла примерно 13 тыс. человек. По итогам переписи населения 1989 года в Крыму проживало русских — 67 процентов, украинцев — 25,7, татар — 2 процента.
■ В этих условиях передача Крыма Украине — элемент той национальной политики, которая и привела во многом к разрушению СССР. Очевидно, что вопрос о передаче Крымской области решался наспех, в очень короткие сроки и под нажимом «сверху». Советское руководство, не проведя всестороннего анализа долгосрочных последствий принимаемого решения, во что бы то ни стало стремилось приурочить акт передачи к трехсотлетию Переяславской Рады (08 января 1654 г.), на которой было принято решение о воссоединении Левобережной Украины с Россией.
■ Было ли решение о передаче Крыма правомерным? Можно констатировать, что при рассмотрении актов о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР встаёт вопрос о соответствии постановления Президиума Верховного Совета РСФСР от 05 февраля 1954 года и Указа Президиума Верховного Совета СССР от 19 февраля 1954 года «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР» действовавшей тогда Конституции СССР 1936 года, Конституциям РСФСР и УССР.
■ Передача Крымской области была совершена по совместному представлению Президиума Верховного Совета РСФСР и Президиума Верховного Совета УССР, утверждённому, как уже упоминалось, Президиумом Верховного Совета СССР 19 февраля 1954 года. Его утверждению предшествовали постановления Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР, касающиеся передачи Крыма в состав УССР.
■ Но были ли наделены Президиумы Верховных Советов союзных республик такими полномочиями?
■ Конституция РСФСР 1937 года не называет в числе полномочий Президиума Верховного Совета РСФСР право решать вопросы территориальной целостности РСФСР. Более того, статья 16 Конституции РСФСР содержит положение о том, что территория РСФСР не может быть изменена без согласия РСФСР.
■ В связи с вышеизложенным встаёт вопрос: можно ли признать правомерным утверждение Указа от 19 февраля 1954 года Законом СССР? Следует обратиться к конкретным правовым актам, оформившим изменение статуса Крыма. Таких актов пять.
■ Исходный из них — Постановление Президиума Верховного Совета РСФСР от 05 февраля 1954 года. В тот же день, 05 февраля 1954 года, было издано аналогичное Постановление Совета Министров РСФСР.
■ И лишь 02 июня 1954 года вопрос о Крыме рассматривался на сессии Верховного Совета Российской Федерации. Но речь шла не о согласии или несогласии РСФСР на изменение статуса Крыма, а о приведении Конституции РСФСР в соответствие с Конституцией Союза ССР, по которой Крым стал частью Украины уже в апреле 1954 года.
■ Суть проблемы сводится к ответу на вопрос: кто имел право давать согласие от имени Российской Федерации на изменение её территории? О необходимости такого обязательного согласия говорили в то время статья 16 Конституции РСФСР и статья 18 Конституции СССР.
■ Статья 33 Конституции РСФСР содержала исчерпывающий перечень полномочий Президиума Верховного Совета РСФСР — 11 пунктов: от права созывать сессии Верховного Совета, давать толкование законов РСФСР и до назначения и отзыва дипломатических представителей РСФСР, принятия верительных или отзывных грамот аккредитованных при нём дипломатических представителей иностранных государств. Исчерпывающий перечень полномочий Президиума не включал в себя права решать вопрос о территориальной целостности и изменении границ РСФСР.
■ В соответствии со статьёй 22 Конституции Республики Верховный Совет РСФСР являлся высшим органом государственной власти РСФСР. Согласно статьи 23 Конституции он осуществлял все права, присвоенные РСФСР согласно статей 13 и 19 Конституции РСФСР, за исключением тех, которые входили (в силу Конституции) в компетенцию подотчётных Верховному Совету РСФСР органов РСФСР: Президиума Верховного Совета, Совета Министров и министерств РСФСР.
■ Итак, высший орган государственной власти РСФСР мог осуществлять лишь права, предусмотренные статьями 13 и 19 Конституции, да и то не в полном объёме. Между тем правовая норма о том, что территория РСФСР не может быть изменяема без согласия РСФСР, содержалась в статье 16 Конституции, а значит находилась вне сферы прав не только Президиума, но и самого Верховного Совета РСФСР. Отсюда следует, что никакие органы государственной власти РСФСР не наделялись правом изменять территорию РСФСР или давать согласие на её изменение.
■ Поскольку пункт «д» статьи 14 Конституции Союза ССР относил к ведению СССР в лице его высших органов государственной власти и органов государственного управления утверждение изменений границ между союзными республиками, а Конституция РСФСР не наделяла никакие органы государства правом решать этот вопрос, то, по всей видимости, существовал некий конституционный пробел.
■ Единственным способом получения согласия РСФСР на изменение её территории был референдум. И пункт «г» статьи 33 Конституции Республики наделял Президиум её Верховного Совета правом производить всенародный опрос (референдум). В 1954 году этого сделано не было.
■ Таким образом, можно говорить о том, что акты 1954 года о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР были приняты органами государственной власти РСФСР, не правомочными решать такого рода вопросы, то есть с нарушением действовавшего законодательства. А значит, данные акты не имеют юридической силы с момента их принятия.

Спасибо: 2 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1853
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 15.03.14 13:24. Заголовок: Школа Жизни — А. Смирнов. «Всей России притеснитель...» Каким вошел в историю А.А. Аракчеев?


Культура, искусство, историяОпубликовано 14—03—2014

Александр Смирнов

«Всей России притеснитель...» Каким вошел в историю А.А. Аракчеев?

Надеюсь, эта статья будет первой из посвященных несправедливо оболганным фигурам истории. Единым в одном: они создавали массу неудобств современникам. Мы же часто вынуждены судить и о них самих, и об их деятельности по воспоминаниям тех самых современников! По общественному мнению, часто несправедливому.

■ А.А. Аракчеев. Фрагмент портрета Джорджа Доу

■ Понимать логику поступков исторических личностей нужно в контексте того времени. Судить же о результатах их поступков иногда можно лишь много позже. К тому же контекст ситуации — это и отношение современников. Не обязательно объективное… а скорее, никогда не объективное.
■ Предыдущую статью я посвятил Л.П. Берии. А теперь — о не менее крупном государственнике, жившем за столетие до того. Чьи дела вызывали самые негативные отзывы современников. Увы! Немногие способные оценить те же дела иначе, мемуаров не оставили. Слишком были заняты укреплением государства. Неоднозначно оценивали и самих этих «немногих»: Павла I, Александра I, Николая I…
■ О нашем же герое отзывались однозначно:
Губернаторов мучитель
И Совета он учитель,
А царю он — друг и брат.
Полон злобы, полон мести,
Без ума, без чувств, без чести,
Кто ж он? Преданный без лести,
<Бляди> грошевой солдат.
■ Вторили и поэты иного времени:
Минует век. И мрачная фигура
Встает над Русью: форменный мундир,
Бескровные щетинистые губы,
Мясистый нос, солдатский узкий лоб,
И взгляд неизреченного бесстыдства
Пустых очей из—под припухших век.
У ног ее до самых бурых далей
Нагих равнин — казарменный фасад…
■ Чем же этот человек заслужил такое о себе мнение? Наводил порядок среди наводнившей страну в конце 18 в. вольницы власть имущих. Наверное, ему повезло: врожденные черты характера соответствовали требованиям наступившей эпохи, сделав его ближайшим сподвижником двух императоров. Порядок наводился жестко до жестокости, могли ли подчиненные быть иного мнения о начальнике?
■ Равных отвращали нелюдимость и суровость. И мрачность. Хотя она—то была скорее внешней, Аракчеев мало перед кем раскрывался. И никогда не напоказ. Примеры известны. Раз, несправедливо отчитав офицера, на следующий день Аракчеев наедине просил у него прощения. Объяснив, что не мог при окружающих спустить нарушения дисциплины даже по уважительной причине.
■ Был он способен на личную преданность… Многие уверены: Павел не погиб бы, будь рядом Аракчеев. И хотя Аракчеев был в опале, Павел вызвал именно его. Алексей Андреевич не успел…
■ Был он предан и Александру, хотя не мог не знать о причастности того к заговору. Аракчеев и Александр были дружны и при жизни Павла. Хотя есть мнение современника, что на деле он Александра ненавидел. Но предан был. Скорее всего, просто не умел иначе.
■ Был способен на любовь. Гибель жены, к которой Аракчеев был страстно привязан, едва не свела в могилу его самого.
■ Да и друзей у Алексея Андреевича было, может, и немного (а бывает ли друзей вообще много?), но и не так мало.
■ Окружающие же считали его властолюбцем и карьеристом. Наверное, так и было, только на что граф употреблял немалые возможности? Аракчеев был патологически честен. По одной из версий, причиной его развода стала взятка, полученная за что—то его женой. Всего лишь версия… А отказ Аракчеева от многих наград и поощрений — факт. Например, будучи (еще в бытность Павла наследником) комендантом Гатчины, Аракчеев имел единственные мундир и панталоны. Вряд ли Павел отказал бы любимцу в помощи, но тот ни разу за ней не обратился, подрабатывая преподаванием. На занятия он ездил в столицу ночами, тратя на дорогу большую часть дополнительного заработка. Отказывался и от орденов. От званий не отказывался, но они означали большие возможности. А служба была для него всем.
■ Занятно, что его называли безграмотным и плохо образованным. Это выпускника Шляхетского Артиллерийского и Инженерного корпуса, готовившего военных инженеров и артиллеристов, серьезных технарей! Кстати, там же обучался Кутузов… Так и Пушкина, закончившего «всего лишь» лицей, можно записать в необразованные! «Плохо образованный» граф был инспектором артиллерии, писал пособия по артиллерийскому делу. Реформировал и, по сути, создал к войне 1812 г. новую русскую артиллерию. Признаваемую лучшей в войне!
■ «Плохо образованному» кадету Аракчееву поручали… вести занятия с отстающими. В конце обучения он получил персональное разрешение не посещать уроки, занимаясь самостоятельно. А после был оставлен преподавать математику и артиллерию, а также (ничего, по «воспоминаниям», не читавший!) заведовать библиотекой. Позже собрав собственную библиотеку из более чем 11 тысяч томов.
■ С началом русско—шведской войны Аракчееву поручили подготовку артиллерийской команды. Он написал пособие (уровень которого признавали высоким) для ускоренной подготовки артиллеристов. Был рекомендован в учителя к сыну президента Военной коллегии. Затем — в Гатчину, для обучения артиллеристов. И до того Аракчеев рос по службе, при Павле же состоялась его подлинная карьера:
Инспектор гатчинской артиллерии и пехоты.
Комендант Гатчины.
Комендант Петербурга.
Командир лейб-гвардии Преображенского полка.
Генерал—квартирмейстер русской армии.
Начальник Главного штаба. Инспектор русской артиллерии.
В 1799 отставлен, при Александре I снова инспектор артиллерии.
Генерал от артиллерии.
Министр военно-сухопутных сил.
Сенатор.
Председатель Военного департамента Государственного совета.
Инициатор преобразований в армии.
■ В Отечественную войну руководил формированием ополчения и артиллерийских полков. Отказался от звания генерал—фельдмаршала.
■ Считается, что фактически стал вторым лицом в государстве.
■ Организатор военных поселений.
■ Участник работы над секретным проектом освобождения крестьян.
■ Одним из первых привел подчиненных к присяге Константину, затем Николаю.
■ Будучи любимцем двух императоров, ни одной парадной должности граф не имел. Все требовали реальных дел! Даже будучи не согласен с мнением императора, граф весь вкладывался в дело!
■ А жесткость… выходила ли она за обычные рамки того времени? Да и здесь есть нюансы. Он был куда требовательней к офицерам, чем к солдатам. То есть требовал много с каждого, но с офицеров — еще больше. Лично мое впечатление: он просто поступал в каждой ситуации как должно и сверх того. Более чем ревностный служака, дома граф оказывался по отношению к тем же подчиненным гостеприимным хозяином.
■ Порядок в имении Аракчеева был идеальным. Косвенно свидетельствует об этом непрерывный рост доходов. За счет дисциплины. Но и улучшения быта… Точно так же он наводил порядок в столице, будучи петербургским комендантом. Город был вычищен дочиста… и первыми чистоту оценили в больницах.
■ При жесткой дисциплине в военных поселениях там были школы, больницы и приюты для ветеранов. В его имениях был банк, дававший крестьянам беспроцентные ссуды!
■ В личных письмах и воспоминаниях друзей Алексей Андреевич предстает совсем иным человеком. Живым, далеко не лишенным иронии!
■ Аракчеев не был полководцем, но его заслуги как администратора в реформировании армии накануне войны с Наполеоном неоценимы.
■ В конце жизни он внес в банк крупную сумму, проценты с которой шли на обучение бедных дворян в одном из кадетских корпусов. Свое имение завещал казне. А не любивший его Николай I отдал имение тому самому корпусу… заодно присвоив ему имя Аракчеева.
■ Кстати, в название статьи вынесены строки из того самого стихотворения М. Волошина, которым статья начинается. И еще… Пушкин, в молодости автор злобных эпиграмм на Аракчеева, в 1834 г. писал: «Сегодня умер граф Аракчеев. Об этом во всей России жалею я один – не удалось мне с ним свидеться и наговориться».
■ Что, как ни это признание давно повзрослевшего поэта, лучше всего характеризует великого труженика — Алексея Андреевича Аракчеева?

© Shkolazhizni.ru

Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1917
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.03.14 20:14. Заголовок: Красная звезда — С. Порохов. Преступление без наказания


16—01—2014

Преступления без наказания

Вторая мировая война отличалась повсеместным несоблюдением принятых в Гааге в 1899 и 1907 годах международных конвенций о законах и обычаях войны со стороны вермахта и особенно войск СС нацистской Германии. Уверенность в безнаказанности в случае удачи блицкрига — ведь победителей не судят — стала благодатной почвой для грубого попрания норм международного гуманитарного права. Пренебрежение к нему возникло в годы Первой мировой войны, по завершении которой военные преступники не получили возмездия.

■ Австрийцы расстреливают пленных сербов. 1917 г.

Историкам известно немало примеров военных преступлений, совершённых 1914—1918 годах. Так, одним из первых дел, взятых в производство, стало расследование обстоятельств захвата и разгрома польского города Калиша германскими войсками.
■ Летом 1914—го из—за объявления мобилизации и под влиянием слухов о возможном начале войны между Германией и Россией у жителей Калиша, расположенного в 3—4 верстах от германской границы, появилась тревога. Однако большинство коренного населения не боялось наступления германских войск, так как все считали Германию культурной страной. Считалось, что мирные жители не пострадают и враждебные действия будут происходить лишь между сражающимися армиями и вне города, из которого в течение 18 и 19 июля (даты даны по старому стилю. — С.П.) выехали почти все должностные лица Российской империи, увезя казённое имущество. Последними ушли русские войска и пограничная стража.
■ На рассвете 20 июля (2 августа) отходившие русские военнослужащие подожгли железнодорожные сооружения, таможенные и военно—продовольственные склады и взорвали мосты через реку Просну. Город был предоставлен сам себе, и в нём не осталось ни одного русского солдата.
■ Около 2 часов в тот день в город вступил небольшой германский разведотряд велосипедистов и улан полка имени Александра III, а затем постепенно стали прибывать другие воинские части. Появление германских войск, по наблюдениям очевидцев, встречено было большею частью польского населения сдержанно, а другой частью, особенно местными немцами, восторженно — криками «Ура», немецким «Носн» и подбрасыванием шапок вверх.
■ Около полуночи в город вступил батальон 155—го пехотного Прусского полка под командой майора Прейскера, объявившего себя комендантом города. Он приказал бургомистру города Буковскому заготовить к 7 часам утра продовольствия для тысячи человек и фуража на 150 лошадей, угрожая при этом расстрелять каждого десятого человека (это в городе с населением в несколько десятков тысяч!).

■ Н.П. Карабчевский

■ Весь день 21 июля прошёл спокойно. Но около 11 часов вечера началась стрельба, продолжавшаяся до часу ночи.
■ Утром 22 июля в Калише можно было увидеть ужасную картину: на домах виднелись следы от выстрелов, на панелях — кровь; стёкла в окнах были разбиты; на улицах валялись раненые и убитые мирные жители, к которым даже приближаться не позволяли германские солдаты, бродившие по улицам с револьверами и винтовками в руках. Запрещено было не только принимать раненых в больницы, но даже оказывать им медицинскую помощь. Запрещено было несколько дней забирать трупы убитых жителей и хоронить их.

Свидетели, опрошенные впоследствии созданной Россией следственной комиссией, видели не только одиночные трупы, но и по 15, 20 и более расстрелянных. Бесчинства, насилие, разграбление города, поджоги домов продолжались ещё несколько дней.
■ Василий Петрович фон Эгерт, один из активных инициаторов расследования преступлений неприятеля, писал:
«Суд вынесет история. Она скажет: война была начата не русскими, а немцами, и начата ими так, что от образа их действия становятся дыбом волосы ещё при чтении об этом через много лет. Заняли открытый русский пограничный город и, не видя ещё ни одного русского солдата, имея перед собой только мирное население, сразу приступили к кровопролитию, притом без чего бы то ни было враждебного, совершённого перед тем с русской стороны по отношению к их стране или к их соотечественникам.
Расстреляли чиновника за то, что он ещё до вступления в город немцев сжёг по приказанию своего начальства состоявшие у него на хранении как у казначея русские бумажные деньги и, значит, исполнил свой законный служебный долг.
Не получив тут денег, били и пытали затем в продолжение восьми часов бургомистра города, вымогая деньги также у него. Оставили его лежать едва живым на улице, а когда подошёл служитель магистрата и из жалости подложил под несчастного подушку, то расстреляли и этого человека.
Затем принялись за женщин и насиловали их, причём в двух случаях расстреляли отцов, которые вступились за своих дочерей. Вечером перепились, причём некоторые из озорства выпалили в воздух, на что другие прибежали с противоположного конца города, в темноте стали стрелять в своих же, вообразив, что подошли казаки, и несколько немецких солдат было убито.
Решили прикрыть скандал и воспользоваться случившимся для учинения кровавой бани между жителями. Под предлогом, что выстрелы будто бы были сделаны из их среды, схватили многих и расстреляли, в том числе девять женщин и несколько детей. Затем вдобавок вышли на недалёкое расстояние из города и подвергли последний бомбардировке, от чего тоже были убиты люди и разрушено много зданий.
За голову же врача, который осмотром убитых немецких солдат и извлечением пуль из их трупов удостоверил, что они пали от немецких же ружейных выстрелов, назначили премию, когда он бежал в предвидении расстрела как нежеланный свидетель.
Таково было начало войны, которому в то же время сопутствовали самые дикие насилия над русскими, застигнутыми войною в Германии. И после пошёл длинный и беспрерывный ряд зверств всюду, куда только заходили германцы, а также австрийцы».

Так начинала «цивилизованная» Германия войну с Россией. Уже в 1914 году правительству России, Госсовету, Госдуме, высшему командному составу армии, в органы юстиции был представлен доклад о необходимости создания Чрезвычайной следственной комиссии о расследовании преступной деятельности неприятеля в текущей войне. В докладе подчёркивалось, что «германцами и австрийцами совершаются в ужасающих видах и размерах насилия, несовместимые с элементарными понятиями о войне между культурными народами».
■ Между тем стало известно, что в Германии, Австро—Венгрии во всю говорили о варварстве и дикости русских войск. Более того, под наблюдением особых высших комиссий там было организовано следствие по фактам, якобы подтверждающим эти слухи. Этим обосновывалась необходимость и России проводить расследование преступных действий немцев и их союзников. Предлагалось создать для этого специальные следственные органы, предметом разбирательств которых должны были стать прежде всего военные преступления, совершаемые государственными органами, войсками и отдельными гражданами.
■ Правоотношения между воюющими сторонами в годы Первой мировой войны должны были опираться на Женевскую конвенцию 1864 года, Санкт—Петербургскую декларацию 1868 года, Гаагскую конвенцию 1907 года и Лондонскую декларацию 1909 года.
■ Преступными считались, во—первых, следующие действия, направленные непосредственно против укреплений противника и его войск:
несоблюдение требования при осаде и бомбардировке защищённых населённых пунктов щадить, насколько это возможно, храмы, здания, служащие целям науки, искусств и благотворительности, исторические памятники, госпитали и места, где собраны больные и раненые;
обманное пользование парламентским флагом или флагом, знаками и форменной одеждой войск противника, а также знаками Красного Креста;
употребление разрывных пуль;
предательское убийство, как, например, поднятие флага о сдаче и затем стрельба в офицеров или солдат противника при их приближении без боя;
употребление ядов.
■ Во—вторых, нарушение со стороны неприятеля правил Женевской конвенции о раненых и больных:
стрельба в походные лазареты и повозки Красного Креста;
добивание после сражения раненых противника, истязание их, ограбление, а также оставление без помощи;
лишение подобранных раненых должного ухода.
■ В—третьих, нарушение правил о военнопленных:
направление военнопленных на работы, относящиеся к военным действиям, неоплата их работы или оплата по расчёту ниже местных цен, принуждение офицеров к работам;
дурное содержание военнопленных, не соответствующее тому довольствию пищей, помещением, одеждой и офицерским окладом, какое полагается в соответствующих собственных воинских частях;
за исключением необходимых мер по ограничению свободы военнопленных, всякое против них насилие и действие общеуголовного характера — убийство, истязание, лишение имущества (кроме оружия, лошадей и военных бумаг), оскорбление и т.д.
■ В—четвёртых, всякие посягательства на жизнь, здоровье, честь и имущество невоюющего населения (кроме случаев лишения его гарантий неприкосновенности вооружённым нападением на войска или отдельных лиц):
атака или бомбардировка незащищённых городов, селений, жилищ и строений;
реквизиция от населения продуктов и вещей в размерах, превышающих средства данной местности, обращение забранных предметов не на нужды армии, а отсылка или увоз домой. Реквизиции без оплаты наличными деньгами или расписками. Наложение на население повинностей без оплаты или повинностей, обязывающих население принимать участие в военных действиях против своего отечества;
деяния против невоюющих лиц, которые являются преступлениями по общим уголовным законам.
■ Ни одно из этих положений не оказалось не нарушенным со стороны немецких войск.

■ Пытка русского военнопленного в австрийском лагере

■ Следствию предлагалось устанавливать как сами совершённые факты, так и виновных лиц. Причём делаться это должно было с допросом свидетелей и потерпевших, обязательно под присягой, с осмотром места преступления, осмотром и выемкой вещественных и письменных доказательств, врачебными или техническими экспертизами, допросом обвиняемых, где это возможно. Чтобы составляемые протоколы по юридической силе приравнивались к доказательным актам, чтобы впоследствии по ним без нового следствия можно было предъявлять обвинения преступникам после окончания — подразумевалось победного — войны.
■ Работу предполагалось возложить как на действующих судебных следователей, военных и гражданских, так и поручить её специально назначенным для расследования воинских преступлений. Предлагалось также создать Чрезвычайную следственную комиссию как высший орган, осуществляющий общее руководство следствием и обобщением установленных данных о преступлениях противника.

Требования расследовать военные преступления неприятеля возымели действия. 09 апреля 1915 года высочайше утверждённая Чрезвычайная следственная комиссия для расследования нарушений законов и обычаев войны австро—венгерскими и германскими войсками начала своё действие. Она должна была работать под председательством одного из сенаторов уголовного кассационного департамента Правительствующего сената в составе семи членов, в том числе одного члена Государственного совета по выборам и одного члена Государственной Думы.
■ В декабре 1915 года комиссия расширила пределы своего расследования включением в него случаев нарушения турецкими и болгарскими войсками законов и обычаев войны в отношении русской армии и русских подданных.
■ Председателем Чрезвычайной следственной комиссии стал присяжный поверенный Николай Платонович Карабчевский. Делопроизводство комиссии было открыто в здании Правительствующего сената (вход с Английской набережной). Приём посетителей происходил ежедневно. Информацию журналисты получали в будни. При комиссии был открыт музей. Информация о деятельности ЧСК периодически появлялась в печати. Газеты же извещали о том, куда необходимо обращаться в случае необходимости и куда предоставить сведения о бесчинствах противника.
■ Наконец, в 1916 году вышел «Обзор действий Чрезвычайной следственной комиссии с 29 апреля 1915 г. по 1 января 1915 г.». Свидетельствами использования запрещённых к применению разрывных пуль и обстоятельств, способствующих совершению этих преступлений, открывался первый том. Указывалось, что ещё в 1868 году в Петербурге представителями многих держав, в том числе Германии и Австро—Венгрии, была подписана декларация, согласно которой «договаривающиеся стороны... обязуются в случае войны между собою отказаться взаимно от употребления как сухопутными, так и морскими войсками, снарядов, которые при весе в 400 гр. имеют свойство взрывчатости или снаряжены ударным или горючим составом».
■ На совещании в Гааге в 1899 году это положение было дополнено обязательством «не употреблять пуль, легко разворачивающихся или сплющивающихся в человеческом теле, к каковым относятся оболочечные пули, коих твёрдая оболочка не покрывает всего сердечника или имеет надрезы».
■ Наконец, Женевская конвенция 1907 года запретила употребление всякого оружия, снарядов или других материалов, способных причинять излишние страдания.
■ В «Обзоре» подчёркивалось: во многих сообщениях с театра войны сообщалось, что германские и австрийские войска с самого начала военных действий стали употреблять разрывные пули для стрельбы по русским войскам. Первый случай их применения немцами был зафиксирован 07 августа, а австрийцами —12 августа 1914 года.
■ (Окончание следует)

Автор — Сергей Порохов

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1919
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 02.04.14 22:15. Заголовок: Красная звезда — Крымское ханство и Россия


20—03—2014

Крымское ханство и Россия

Постоянные набеги крымских татар на литовско—польские и украинско—русские земли начались с 1507 года — после смерти московского великого князя Ивана III Васильевича. Они грабили, собирали дань и захватывали пленников для продажи и получения выкупа.

■ Украина и Крым в начале ХVIII века

Польша и Литва подписывали с Крымским ханством договоры, направленные против Великого княжества Московского, в 1507, 1513, 1516 и 1520 годах. Самые опасные и страшные набеги из Крыма на московские земли происходили в 1516, 1537, 1555, 1570, 1572, 1589, 1593 годах. Они имели место даже в XVII веке (в 1640, 1666, 1667, 1671 и 1688 годах). За один набег крымчаки уводили в полон от пяти до пятидесяти тысяч человек. Пленные продавались в Кафе (Феодосия), Карасубазаре (Белогорск), Бахчисарае и Гёзлёве.
Крымское ханство как вассал Порты обязано было проводить внешнюю политику, враждебную Московскому государству, однако крымские ханы часто выступали на русской стороне во время войн Москвы с Литвой и Польшей, не желая чрезмерного усиления ни одной, ни другой стороны. К тому же у Крыма и Московского княжества был общий противник — Большая Орда.
Но с уходом её в небытие крымчаки становились всё враждебнее к Московии. Со смертью хана Менгли I Герая речи о дружбе с Москвой не было. Его сын, Мехмед I, совершил в 1521 году набег на Московию. Затем он вернулся в Крым, где в 1523 году в междоусобной войне был убит князьями Ногайской орды.

Из манифеста Екатерины II от 08 апреля 1783 года «О принятии полуострова Крымского, острова Тамана и всей Кубанской стороны под Российскую державу»:
«В прошедшую с Портой Оттоманскую войну, когда силы и победы оружия Нашего давали нам полное право оставить в пользу Нашу Крым, в руках наших бывший, Мы сим и другими пространными завоеваниями жертвовали тогда возобновлению доброго согласия и дружбы с Портою Оттоманскую, преобразив на тот конец народы татарские в область вольную и независимую, чтобы удалить навсегда случаи и способы к распрям и остуде, происходившим часто между Россиею и Портою в прежнем татар состоянии... Но ныне... по долгу предлежащего нам попечения о благе и величии Отечества, стараясь пользу и безопасность его утвердить, как равно полагая средством, навсегда отдаляющим неприятные причины, возмущающие вечный мир между империями Российскою и Оттоманскою заключённый, который мы навсегда сохранить искренне желаем, не меньше же и в замену и удовлетворение убытков Наших, решилися Мы взять под державу Нашу полуостров Крымский, остров Таман и всю Кубанскую сторону».


В боевых действиях вместе с ногайцами участвовали украинские казаки со своим военным вождём Евстафием Дашкевичем. Бывший литовский воевода стал черкасско—каневским старостой и превратил Черкассы и Канев в центры украинского казачества. Численность казаков уже через сто лет (в начале XVII века) составляла более ста тысяч воинов.
После набега большой татарской орды на Черкассы в 1531 году казаки предложили польскому правительству организовать регулярную охрану государственных границ в устье Днепра. Эти предложения были даже одобрены на сейме в Пиотрокове, но оставлены без исполнения. Зато казакам был подарен укреплённый городок Чигирин.

В середине XVI века Московия с переменным успехом отбивалась от крымских набегов. Формально Крымское ханство было союзником Польско-Литовского государства против Москвы, что, впрочем, не мешало крымчакам в 1489, 1494, 1499, 1500, 1502, 1508, 1509, 1524 годах совершать опустошительные набеги и на земли Подольского, Галицкого, Волынского, Киевского воеводств, принадлежавших тогда Литве.
Усилиями шляхтича Дмитрия Вишневецкого, позже ставшего запорожским кошевым атаманом, южная граница Польши охранялась крепостями на Днепре. Позже Вишневецкий перешёл на русскую службу.
Московский царь Иван IV в конце 1550—х годов прикладывал серьёзные дипломатические усилия по созданию совместно с поляками антикрымской коалиции, но они не увенчались успехом. В 1559 году поход Адашева в Крым заставил хана Девлета I искать диалог с Москвой. В 1564 году состоялся обмен грамотами.
В 1569 году объединённое турецко—татарское войско потерпело неудачу в походе против захваченного Москвой астраханского ханства, а повторная попытка вернуть Астрахань и Казань закончилась в 1572 году разгромом крымского войска при Молодях воеводой Воротынским.
К концу XVI века Крымское ханство достигло предела своего могущества. Крымскому ханству платили дань племена адыгов, Молдавия, Польша и до 1685 года Россия. За вторую половину XVI века на Московское государство было совершено сорок восемь набегов крымских татар! Набеги совершались не только ханом, но и крымскими беками и мурзами по собственной инициативе. Московское государство защищалось от крымско—татарских и ногайских набегов укреплёнными линиями, образованными цепочками больших и малых городов—крепостей, — «засечными чертами».
С 1632 года крымчаки стали вновь регулярно нападать на Московское царство, доходя до Тулы, Каширы, Серпухова. За первую половину XVII века из русских земель ими было угнано более 200 тысяч человек, то есть около четырёх процентов населения.

Во второй половине XVII века разгорается конфликт между польским правительством и украинскими казаками, к тому времени представлявшими серьёзную военную силу. Гетман Хмельницкий пытался заручиться поддержкой Крыма в борьбе против поляков, но татары показали себя весьма ненадёжными союзниками, лавируя между противоборствующими сторонами.
В конце концов 08 января 1654 года в Переяславле был создан военный союз Украины и Московского государства, гарантированный протекцией московского царя над Украиной. Восточные земли Украины юридически освободились от власти Польши и стали независимым государством.
В 1660 году, после поражения под Чудновом на Волыни объединённого русско—украинского войска от поляков, Украина была поделена на две части — левобережная часть осталась в составе Московского государства, а правобережная часть опять вошла в Польское государство. Это было юридически узаконено договором, подписанным Польшей и Москвой в 1667 году в Андрусове.
27 апреля 1670 года между Московским царством и Крымским ханством был подписан мирный договор, в котором хан с оговорками признал включение Левобережной Украины в состав России. В Крыму тогда правил Адиль Герай — единственный из ханов Крыма, принадлежавший к Чобан—Гераям — побочной ветви рода Гераев (династии ханов, правившей Крымским государством с начала XV века до присоединения его к Российской империи в 1783 году).
Адиль даже вёл переговоры с запорожским гетманом Петром Суховием о возможности союза против Османской империи и Речи Посполитой. Крым должен был помочь казакам в войне с Польшей, а запорожцы в свою очередь — оказать помощь хану в освобождении от зависимости от Турции. Однако до союза дело не дошло. проект так и остался неосуществлённым. В 1671 году османский султан убрал Адиля с трона и отправил жить в Болгарию, где он вскоре умер.
В конце 1679 года к хану Мураду в Крым для определения границ между двумя государствами отправились московские послы Сухотин и Михайлов, но договориться с ханом не смогли. В августе 1680 года для окончания переговоров в Крым прибыли стольник Василий Тяпкин и дьяк Никита Зотов, сумевшие всё же достичь договорённости с крымским правителем о перемирии на двадцать лет с 13 января 1681 года.
В начале 1680—х годов Австрия, Венеция, Польша, Ватикан и Московское царство составили антитурецкую и антикрымскую «Священную лигу». 21 апреля 1686 года между Россией и Польшей был заключён «вечный мир», стороны договорились о совместной защите своих государств от крымских татар и Турции.
Это привело к разрыву мирных отношений Москвы с Турцией и Крымским ханством. Осенью 1686 года стотысячное русское войско во главе с князем Василием Васильевичем Голицыным начало первый поход в Крым «для избавления Русской земли от нестерпимых обид и унижений от татар». Но ни этот, ни последовавший зимой 1689 года поход успехами не увенчались.

Очередную попытку выйти к берегам Чёрного моря, которое было необходимо для развития России, но контролировалось Турцией и Крымским ханством, совершил Пётр I. Весной 1695 года русские полки под командованием Бориса Шереметева по Днепру пошли к Крыму, а тридцатитысячное войско с Петром I реками спустилось до Царицына, прошло к Дону и в июне было под Азовом. Но русские не смогли блокировать крепость из-за отсутствия боеспособного флота. Трёхмесячная осада Азова оказалась неудачной.
К апрелю 1696 года на новых верфях на реке Воронеж были построены 2 корабля, 4 брандера, 23 галеры и 1.300 стругов для перевозки войск. Петр I с сорокатысячной армией уничтожил турецкие корабли, прикрывавшие Азов, вывел русские суда в море и полностью окружил Азов. 19 июня 1696 года турецкий гарнизон в Азове капитулировал.
Через три года был заключён мир, закрепивший город и прилегающие к нему территории за Россией. Однако его пришлось возвратить после окончившегося катастрофой Прутского похода (1711 г.).

В 1735 году Российская империя воспользовалась внутриполитическим конфликтом в Стамбуле и объявила войну Турции и Крыму, ослабленным войной с Персией. Военные действия начались в Крыму, а затем переместились на границы Бессарабии и Подолии.
В августе 1735 года генерал-фельдмаршал Бурхард Миних с войсками переправился через Дон. Генерал—лейтенант Леонтьев с сорокатысячным корпусом, рассеяв небольшие ногайские отряды, остановился в десяти днях пути от Перекопа, но дальше не пошёл и повернул назад. В марте 1736 года русские войска начали осаду Азова.
20 апреля 1736 года пятидесятитысячное русское войско во главе с Минихом выступило из местечка Царицынки, бывшего местом сбора, и 20 мая через Перекоп вошло в Крым. В результате кампании были взяты Гёзлёв, Бахчисарай, Ак—мечеть (нынешний Симферополь). Пробыв в Крыму месяц, русские войска отошли к Перекопу и в конце осени вернулись на Украину. Непосредственно от боевых действий были потеряны две тысячи человек, а от болезней — до половины армии.
В апреле 1737 года начался второй поход русских войск на турецко—крымские владения. В середине июля Миних с семидесятитысячным войском осадил и штурмом взял Очаков. Второй русский отряд (25 тыс. человек) под командованием генерал—фельдмаршала Петра Ласси в начале июля 1737 года перешёл Сиваш вброд, разбил и рассеял ханское войско и взял Карасубазар. В результате недовольный поражениями турецкий султан сместил с престола вначале крымского хана Каплана I, а затем Фетиха II.

Русские походы на Крымский полуостров прекратили на время крупные набеги татар на украинские и российские земли. Однако мирные переговоры, проведённые по инициативе турок в Немирове в 1737 году, не дали ожидаемого Санкт—Петербургом результата.
В 1738 году Миних с войсками переправился через Днепр, дошёл до Днестра, но из—за начавшегося морового поветрия (холеры) возвратился на Украину. Ласси тогда смог дойти только до Перекопа, разорил его и вернулся к Днепру. Тогда же из—за мора русские оставили Очаков и Кинбурн.
Крымские татары зимой попытались прорваться в Придонецкий край, но были отбиты. 16 августа 1739 года в сражении при Ставучанах Миних нанёс поражение превосходящим силам турок и крымчаков, взял Хотин и Яссы, но под давлением военно—политических обстоятельств (сепаратный мир союзной Австрии с Турцией и ухудшение отношений со Швецией) в Санкт—Петербурге решили прекратить боевые действия. По условиям Белградского мира был возвращён Азов, потерянный в 1711 году.
Война 1736—1738 годов обернулась для Крымского ханства государственной катастрофой. Основные города лежали в руинах, экономике был нанесён огромный ущерб, в стране свирепствовала эпидемия холеры, жители голодали. Погибла значительная часть населения.
При Кырыме (1758—1764, 1768—1769 гг.), интересовавшемся европейской культурой, была предпринята попытка возрождения былой мощи ханства. Поощрялось развитие сельского хозяйства и архитектуры, значительно выросло производство зерна. Возникла даже идея постройки специального порта на Днепре для экспорта зерна. Затевалась и геологическая разведка в Крымских горах с целью поиска полезных ископаемых и драгоценных металлов.

Но своей недальновидной антирусской политикой (поддержка противников возведения на польский престол Понятовского) Кырым Герай втянул Османскую империю в новую войну с Россией.
Дело в том, что в сентябре 1764 года польский сейм выбрал королём российского кандидата Станислава Понятовского. В марте 1765 года между Россией и Польшей был заключён военный союз. В начале 1768 года по инициативе Понятовского, поддержанного сеймом, православные и католики в польском королевстве были уравнены во всех правах. Но противники этого решения, инспирируемые Ватиканом, создали в Подолии так называемую Барскую конфедерацию и подняли восстание. Разбитые в самой Польше отряды барских конфедератов отступили на юг - к турецким владениям и попросили помощи у Турции.
25 сентября 1768 года великий визирь потребовал от русского посла отмены постановлений польского сейма о равноправии православных и католиков (противоестественная на первый взгляд забота мусульманина о католиках, хотя история знает ещё более странные союзы) и вывода русских войск из Польши. В итоге Турция объявила войну Российской империи.
27 января 1769 года семидесятитысячное войско Крымского ханства по указанию османского султана перешло русскую границу. Крымские татары сумели дойти только до Бахмута, где были остановлены и отброшены полками Петра Румянцева. 07 июля 1770 года генерал—аншеф Пётр Румянцев с двадцатитысячным войском разбил восьмидесятитысячную турецко—крымкую армию при реке Ларге.
16 октября 1769 года Екатерина II направила командующему 2—й русской армией генерал—аншефу Петру Панину указ: «Мы заблагорассудили, не можно ли будет при настоящих войны обстоятельствах Крым и все татарские народы поколебать в верности Порте Оттоманской внушением им мысли к составлению у себя независимости ни от какого правительства и обещанием им в том с нашей стороны действительного вспоможения».
Екатерина II поручила канцлеру графу Никите Панину провести с крымским ханом Селимом III, сменившим отравленного Кырыма Герая, переговоры по отделению Крымского ханства от Османской империи. Но хан высокомерно ответил Санкт—Петербургу отказом.

В конце 1770 года 2—я русская армия во главе с новым командующим генерал—аншефом Василием Долгоруковым начала покорение Крыма. Первое сражение произошло у Перекопской крепости 14 июня 1771 года. Сорокатысячная российская армия завладела перешейком, рассеяв семидесятитысячную армию хана и семитысячный турецкий гарнизон крепости. Крымчаки отступили в глубь полуострова и остановились в селении Тузла.
17 июня Долгоруков начал наступление на Бахчисарай, отряд генерал—майора Брауна двинулся на Гёзлёв, а отряд генерала Щербатова пошёл к Кафе (Феодосии). Разбив 29 июня армию крымских татар (хан собрал все оставшиеся силы — всего 95 тысяч воинов) в сражении при Кафе, русские войска заняли Арабат, Керчь, Еникале, Балаклаву и Таманский полуостров.



Среди крымских беев в силу сложившихся обстоятельств укрепилась пророссийская партия. Хан был вынужден прислать князю Долгорукову письмо, предлагая переговоры и дружбу с Россией. Военачальник Российской империи получил письмо и от беков и духовенства Крыма с предложением союза и дружбы.
Селим III надеялся выиграть время, но вскоре, осознав своё бессилие, отрёкся от престола и бежал в Стамбул. Собрание беев постановило пойти на союз с Россией и избирать хана самостоятельно, что означало выход полуострова из—под османского владычества.
27 июня 1771 года к князю Долгорукову из Карасубазара приехал мурза Измаил (из рода Ширин) с подписанным ста десятью знатными татарами листом об утверждении вечной дружбы и неразрывного союза с Россией. Новым крымским ханом стал сторонник сближения с Россией Сахиб II.
01 ноября 1772 года в Карасубазаре крымский хан подписал с князем Долгоруковым договор, по которому Крым объявлялся независимым ханством под покровительством Российской империи. К ней переходила Керчь. Оставив гарнизоны в крымских городах и освободив более десяти тысяч русских пленников, армия Долгорукова ушла с полуострова к Днепру. Хану была обещана военная и финансовая помощь России.
15 июля 1774 года в болгарском селении Кючук—Кайнарджи Россия и Турция подписали мирный договор, по которому к России отходили земли от Буга и крепости Кинбурн при устье Днепра до Азова с Прикубаньем и Приазовьем, крепости Керчь и Еникале, запиравшие выход из Азовского в Чёрное море.
Османская империя признала независимость Крыма, выступив наравне с Россией гарантом независимости ханства. К Крымскому ханству перешли бывшие османские владения на полуострове (земли южного и юго—восточного Крыма).
В 1775 году Сахиб II был вынужден оставить трон из—за появления на полуострове войск во главе с бывшим ханом Девлетом IV (проник в Крым через Керчь). Но правление турецкого ставленника было недолгим. Султан не был расположен к новому конфликту с Россией, поэтому отверг предложение хана расторгнуть договор о независимости Крыма и вернуть полуостров под своё верховенство.

В 1777 году при содействии русской армии Крым занял внук хана Девлета II Шахин, прибывший во главе отрядов кубанских ногайцев. Его поддержали местные беи, среди которых Девлет IV был непопулярен из—за своего намерения наказать их за поддержку пророссийского Сахиба II.
В июле 1778 года в Феодосийской бухте с намерением высадить десант появился турецкий флот — 170 вымпелов. Однако твёрдая позиция генерала Александра Суворова, предупредившего, что он будет обеспечивать безопасность Крыма всеми доступными ему способами, предотвратила десантирование турок.
10 марта 1779 года Россия и Турция подписали Анайлы—Кавакскую конвенцию. Россия обязалась вывести свои войска из Крымского полуострова и, как и Турция, не вмешиваться во внутренние дела ханства, а Турция признала Шахина крымским ханом.
Шахин был довольно яркой личностью. Он родился в 1745 году на европейских землях Турции в Эдирне (Адрианополе). В юном возрасте побывал в европейских странах, изучил итальянский и греческий языки, в 1774—1776 годах командовал войском Кубанской орды. После объявления независимости Крыма в 1774 году поддерживал Сахиба II, посетил Санкт—Петербург. Когда Сахиба II свергли, в Санкт—Петербурге поддержали Шахина, доверив руководить кубанскими ногайцами.
Став ханом, Шахин попытался провести в государстве реформы и реорганизовать управление по российскому образцу. Это вызвало недовольство местной знати и мусульманского духовенства. Против политики хана выступили даже его родные братья. В 1782 году начались волнения, поддержанные закулисно турками. Шахин был вынужден бежать в Керчь под защиту русского гарнизона. Новым ханом был провозглашён его брат Бахадыр.
Российская императрица Екатерина II поручила Григорию Потёмкину подавить восстание в Крымском ханстве. В сентябре 1782 года Потёмкин, встретившиcь с изгнанным ханом Шахином, отправил войска для подавления мятежа. Генерал—поручик Антон де Бальмен во главе корпуса вступил в Крым, а на Кубань против восставших ногайцев был отправлен генерал-поручик Александр Суворов со вторым корпусом.
Русские войска под командованием генерал—майора Александра Самойлова взяли Перекоп и Карасубазар, разгромили в сражении под Чонгаром войско крымского хана Бахадыра II.
Восстановленный на ханском престоле Шахин стал жестоко мстить своим противникам. Начались казни, вызывая недовольство местной знати. Только благодаря вмешательству России были спасены от смерти родные братья хана Бахадыр и Арслан, которых отправили в заключение в Херсон. По указанию раздосадованной Екатерины II мстительному хану посоветовали добровольно отказаться от ханства и передать Крым России, на что ему пришлось согласиться.
В феврале 1783 года хан Шахин отрёкся от престола. Манифест Екатерины II от 08 (19) апреля 1783 года включил Крым в состав Российской империи.
По распоряжению императрицы сразу же после присоединения Крыма к полуострову был направлен фрегат «Осторожный» под командованием капитана II ранга Ивана Берсенева для выбора гавани у юго—западного побережья. Осмотрев в апреле 1783 года бухту у посёлка Ахтиар, расположенного недалеко от развалин Херсонеса Таврического, Берсенев рекомендовал её в качестве базы для кораблей будущего Черноморского флота.
Екатерина II своим указом от 10 февраля 1784 года повелела основать здесь «военный порт с адмиралтейством, верфью, крепостью и сделать его военным городом». В начале 1784 года был заложен порт—крепость, названный Екатериной II Севастополем.
В июне 1783 года в Карасубазаре, на вершине горы Ак—Кая (Белая скала), князь Потёмкин принял присягу на верность России крымской знати и представителей всех слоёв крымского населения. Крымское ханство перестало существовать. Было организовано «земское правительство» Крыма во главе с представителем местной знати ширинским беем Мехметшой, получившим звание наместника. Местом пребывания региональной администрации был определён город Карасубазар.
Следить же за выполнением данных в манифесте обещаний в том же 1783 году поручили генералу Осипу Игельстрому. Он определил свои обязанности так: 1) защищать от любых посягательств татарскую религию и национальную культуру; 2) следить за тем, чтобы татары не призывались в российскую армию без их на то воли; 3) запрещать российским офицерам входить в татарские гаремы.
22 февраля 1784 года указом Екатерины II знати Крыма были предоставлены все права и льготы российского дворянства. По решению Григория Потёмкина были составлены списки 334 новых дворян Российской империи из числа крымских татар. Все они сохранили за собой земельную собственность.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1924
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.04.14 11:51. Заголовок: Красная звезда — С. Порохов. Преступление без наказания


23—01—2014

Преступления без наказания

Уже с августа 1914 года применение разрывных пуль против русских войск приобрело систематический характер. К 01 января 1916 года Чрезвычайная следственная комиссия (ЧСК) установила 5.178 случаев ранения разрывными пулями. При этом нужно учесть, что попадание ими в голову, грудь или живот почти всегда приводили к смертному исходу. Да и не все из числа раненных ими солдат были допрошены и подвергнуты медицинскому освидетельствованию.

■ Казаков, попавших в плен, немцы нередко расстреливали

■ Показания пленных австрийских солдат и офицеров, собранные ЧСК, говорят, что с начала войны патроны с разрывными пулями были розданы всем без исключения солдатам. Стрельба ими по русским войскам не только не запрещалась военным командованием, но и всемерно поощрялась. Пленный офицер засвидетельствовал, что некоторые офицеры австрийского стрелкового полка стреляли разрывными пулями в русских солдат от скуки и на пари. Ряд пленных нижних чинов удостоверили, что патроны с разрывными пулями раздавались им исключительно для стрельбы по русским офицерам и вообще по начальствующим лицам.
■ Пленным австрийским офицерам показали раненных разрывными пулями солдат. В результате ими в военное министерство в Вену были отправлены протесты: «...Причинённые этими пулями ранения ужасны. Во имя человеколюбия, мы протестуем против дальнейшего применения их и просим прекратить употребление этих прицельных (так они официально именовались в австрийской армии — С.П.) патронов. Нам объяснили, что пользование прицельными патронами — нарушение Женевской конвенции, и что впоследствии в случае повторения пленных офицеров будут расстреливать такими же патронами».
■ 18 февраля 1915 года командовавшим австрийской 3—й армией генералом Светозаром Бороевичем фон Бойна в одну из русских армий через парламентёра было передано «объявление». Оно было вызвано опасением репрессий по отношению к австрийским военнослужащим, изобличённым в использовании разрывных пуль и гласило: «В случае наказания смертью австро—венгерских солдат, при которых находятся официально в армии введённые и лишь только для определения дистанций употребляемые «У»—патроны, будут немедленно расстреляны 2 русских солдата из находящихся в плену».
■ Признание официального лица, принадлежащего к высшему командному составу армии Австро-Венгрии, о наличии в войсках запрещённых патронов, свидетельствует о том, что задолго до военного столкновения с Россией неприятель проникся решимостью использовать запрещённые международным правом средства ведения войны. Маркировка патронов показывала, что они производились на австрийском казённом заводе с 1912 года, а также на заводах в Карлсруэ и Будапеште.
■ Поскольку факт нахождения патронов с подобными пулями опровергнуть было невозможно, австрийцами была выдвинута версия о том, будто патроны эти были розданы войсковым частям исключительно с целью пристрелки — «для определения дистанции».
■ Но в России была проведена экспертиза, которая показала: взрываясь, эти пули дают незначительный дымок и слабое пламя, а потому крайне сомнительно, что они могут служить для пристрелки в боевой обстановке. К тому же применялись они и в тумане, и на близком расстоянии, на дальностях прямого выстрела, в том числе пулемётами.

Тщательным образом в России исследовались и иные военные преступления армий германского блока. Особое возмущение вызвало применение немцами удушливых газов. Дело в том, что применение всякого рода дымов и газов, наблюдавшееся в древние и средние века, к началу Первой мировой войны было практически прекращено. Способствовала этому и Гаагская декларация 1899 года, запрещающая употребление снарядов, имеющих назначение распространять удушающие или вредоносные газы.
■ Появляющиеся время от времени перед войной многочисленные сообщения о том, что в Германии учёные работают в лабораториях над исследованиями природы удушливых газов и поиском мер по борьбе с ними, не вызывали тревоги ни в общественных кругах, ни в военных сферах европейских держав. Подобные исследования объяснялись немцами поиском путей облегчения дыхания при водолазных, шахтных и кессонных работах.
■ Но уже весной 1915 года выяснилось, что работа германских учёных послужила созданию запрещённого к применению оружия. 08 мая 1915 года при речках Писсе и Скроде против 3—го и 4—го батальонов 38—го Тобольского пехотного полка был выпущен удушливый газ, от действия которого пострадало 3 офицера и 4 нижних чина, телеграфиста.
■ Впервые в широком размере оно было применено против русских войск 18 мая. На протяжении 30 вёрст против частей Северо—Западного фронта были выпущены удушливые газы. В материалах ЧСК воссоздана, со слов очевидцев и потерпевших, картина этого боя у реки Бзура. Комиссией было истребовано из лазаретов заключения врачей, выписки из истории болезней и копии скорбных листов на отравленных газом в количестве 951 экземпляра. А всего было опрошено 747 нижних чинов, удостоверивших применение противником удушливых газов.

■ На фронтах Первой мировой войны с весны 1915 г. использовались удушливые газы

■ Засвидетельствовано было воздействие хлора не только на солдат, но и на всё живое, что попадало в круг действия газа. Найдены были и трупы германских солдат, шедших в атаку вслед за облаком газа и неосторожно ложившихся на землю для укрытия от ружейного огня.
■ Петроградское телеграфное агентство распространило в те дни следующее сообщение из Варшавы: «Приехавшие с позиций передают о любопытном приказе, отданном германским штабом по войскам на Бзуре. В приказе говорится, между прочим: «Сам Бог с нами и за нас. Борясь с целым миром, волею Его получили в руки новое могучее оружие — газы, которыми мы победим врагов. Могущество и господство великой Германии над Европой является единственною целью нашей германской борьбы, а потому мы ни перед чем не должны останавливаться и должны бороться до окончательной, уже обеспеченной победы. Не пройдёт и двух месяцев, как враги наши будут разбиты».
■ Знакомые мотивы? Не на этих ли приказах воспитывались будущие нацистские «герои» Второй мировой войны?

Свидетельства преступлений против русских войск стали всё чаще появляться в специально изданных брошюрах, на страницах газет. Так, «Русский инвалид» 28 мая 1915 года сообщал: «Среди доставленных с Галицийского фронта раненых воинов есть пострадавшие от ядовитых газов».
■ 04 июня эта же газета писала: «Государь император Высочайше повелеть соизволил пожаловать, в изъятие из закона, младшему унтер—офицеру Алексею Макухе и унтер—офицеру Парасюку, по увольнению их из военной службы, усиленных пенсий по 518 рублей 40 копеек в год каждому в воздаяние их геройской доблести и верности воинской присяге. Означенные нижние чины удостоились такой царской милости за то, что, несмотря на учинённые над ними австрийцами и германцами пытки, выразившиеся в вырезании языка Макухе и изуродовании ушей и носа у Панасюка, отказались сообщить неприятелю сведения о численности и расположении русских войск».
■ 07 июня в ней сообщалось о прибытии в Петроград бежавших из плена. Они, «будучи допрошены чинами жандармского дозора, показали, что жили они в плену в крайне скверных условиях, в скотском сарае, а некоторые из них пробыли 20 суток под открытым небом, обращение с ними немцев было очень плохое, пищу давали им недоброкачественную и в весьма ограниченном количестве, почему среди пленных русских развились эпидемические болезни, зачастую со смертным исходом...».
■ В августе 1915 года вышла из печати одобренная Штабом Верховного Главнокомандующего иллюстрированная брошюра «Как живётся нашим пленным в Германии и Австро—Венгрии». В ней говорилось, что в избиении наших раненых и пленных участвуют не отдельные лица, а целые подразделения во главе со своими командирами.
■ Принц Рупрехт Баварский и генерал Стенгер (командир 58—й бригады 14—го баварского корпуса), другие германские офицеры отдавали приказы о расстреле пленных. Был приведён приказ генерала Стенгера: «С сегодняшнего дня пленных больше не брать. Всех пленных, даже в значительном количестве, немедленно расстреливать. Так же поступать с ранеными, всё равно, имеют ли они при себе оружие или нет».
■ Вскоре нашлись свидетельства выполнения этих преступных приказов. Главное управление Генерального штаба сообщало через печать, что «пленные шестого австрийского корпуса, взятые в первых числах июля на Холмском направлении, со слов прибывшего пополнения, настойчиво утверждают, что в Раве Русской германцы расстреляли 5.000 русских пленных, что прибывшие на пополнение нижние чины видели большое кладбище, где похоронены эти расстрелянные».
■ Свидетели были и из числа бежавших из плена. Вот рассказ одного из них — рядового Сибирского полка Игнатия Калинина:
«В тот день, как нас взяли в плен, многие из нас были свидетелями гнусного зверства немцев. Я вместе с другими нижними чинами сидел за горкой около немецкого резерва. Видим, как из лесу, который был совсем рядом с немцами, выехали 8 наших оренбургских казаков и наехали сразу вплотную на немцев. Старший из них схватился за шашку, но тут раздался выстрел, он упал. Подбежали немцы, окружили казаков и спешили остальных. Их выстроили в ряд около канавы. Подошёл к ним унтер—офицер, затем офицер. Он что—то приказал. Вышло несколько человек немцев, построились против казаков, взяли ружья на изготовку. Прицелились в казаков. Старший махнул платком, раздался залп; казаки упали; их стали зверски бить прикладами, докалывать штыками.
■ С нами был один казак, он заплакал и говорил: «Смотрите, братцы, вас хоть в плен берут, а нас зверски убивают».
■ На пути к границам Германии и в лагерях военнопленных мы завидовали судьбе казаков, которых убили немцы, так как жизнь в плену была полна мучений. Непосильная, тяжёлая работа, голод и разные болезни ежедневно уносили много жертв. Все мы умирали медленной голодной смертью. Некоторые не выносили этих мук, кричали: «Застрелите, убейте нас или дайте есть!».
■ Один из пленных австрийских офицеров, лейтенант пехотного полка, на опросе 06 июня 1915 года поведал следующее:
«Германские офицеры постоянно приучают своих и наших австрийских солдат к жестокости на русских пленных, раненых и трупах убитых. Я сам своими глазами видел, как германцы заставили наших улан упражняться в рубке раненых и убитых русских солдат, застрявших в болоте. Я с ужасом смотрел, как уланы, осторожно подползая по болоту, рубили головы русским, из которых, наверное, многие были ещё живы, так как бой на этом месте закончился только два дня назад».

Работа Чрезвычайной следственной комиссии сводилась не только к констатации фактов нарушения законов и обычаев войны. В конечном итоге обилие материала заставляло задуматься над тем, кто же являлся организатором преступной военной деятельности. Ответ напрашивался сам собой. К примеру, профессор Н. Лазаревский в брошюре «Причины и задача войны (1914—1915 гг.)» отмечал: «Германия провозглашает, что все даваемые ею обещания для неё не обязательны, если только того требуют её военные интересы. И установленные правила войны нарушаются не только солдатами и офицерами, но и правительством: оно решает напасть на Бельгию и Люксембург немедленно после обещания не нападать на них; оно снабжает свою армию разрывными пулями; оно приказывает разрушать церкви; бомбардирует Реймсский собор в течение вот уже более четырёх месяцев под тем ложным оправданием, будто там французами одно время был устроен наблюдательный пункт; оно приказывает бросать бомбы на Собор Парижской Богоматери уже вовсе без всякого оправдания; оно приказывает уничтожить Лувенский университет и его библиотеку; оно, не смея напасть на английский флот, посылает германский флот бомбардировать незащищённые города (Либаву, Скарборо), чего Германия обязалась не делать.
■ Дело не только в том, что германцы считают, что по нужде им всё позволено; они смакуют свою жестокость, любуются ею, они горды, когда их называют варварами, гуннами; Вильгельм сам называет себя бичём Божьим, Аттилою».
■ В предисловии к переведённой с немецкого книги «Обычаи сухопутной войны» (официальное издание германского генерального штаба) указывалось: «Так как творческой мыслью последнего столетия завладели всецело гуманитарные соображения, зачастую вырождавшиеся в попытки повести развитие военных обычаев таким путём, который совершенно расходился с природой войны и её целью. Попытки такого рода совсем нежелательны, а в будущем, тем более...
■ Изучая военную историю, офицер будет в состоянии оградить себя от слишком сильных гуманитарных представлений, это изучение покажет ему, что некоторые строгости неизбежны на войне, тем более, что истинная гуманность заключается в безжалостном их применении».

Общественное мнение России указывало на главных военных преступников: на германский и австро—венгерский генеральные штабы, на высший командный состав армий и на верховное руководство стран противника. Над ними в первую очередь и должен был бы состояться суд.
■ А для этого требовалось победить. Неотвратимость суда в случае поражения осознавали и в германском генеральном штабе.
■ …После октября 1917 года в Петрограде странным образом «забыли» о жертвах преступной деятельности Германии и её союзников. Материалы Чрезвычайной следственной комиссии исчезли, экспозиция музея была уничтожена.
■ В результате в послереволюционных работах по истории Первой мировой войны нет никаких следов её деятельности. Нет указаний на её документы ни в военных энциклопедиях, ни в специальных изданиях. Даже специалисты по этой войне не знают о том, как шла подготовка к суду над германскими и австро—венгерскими военными преступниками.
■ Санкт—Петербург.

Автор — Сергей Порохов

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1937
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.04.14 21:42. Заголовок: Diletant — М. Диунов. Как Крым стал русским


■ Статья из электронной версии журнала «Diletant» — сайта «Дилетант.ру» — познавательного проекта, всецело посвященного истории. Сайт создан для тех, кто любит историю и хочет знать о ней как можно больше — мир истории от древних, не знавших письменности племен, до XXI века.

08 апреля 2014 г.

Как Крым стал русским



08 апреля 1783 года был издан манифест императрицы Екатерины II о присоединении Крыма к России.
■ В этом документе констатировался тот факт, что, несмотря на законность получения Крыма в качестве военной добычи, Россия поначалу дала Крымскому ханству независимость, которой крымские татары не смогли разумно воспользоваться. Таким образом, на южных границах нашей страны настал мир, а сами они обрели геополитическую завершенность.
■ В Крыму постоянно возникали мятежи, создавая беспокойство на южных границах Российской империи. Так продолжалось с 1774 по 1783 г. Десять лет крымские татары проводили эксперимент по существованию своего ханства в качестве независимого государства. Эксперимент провалился, показав полную несостоятельность и правящей в Крыму династии, и крымско—татарской элиты, которая была занята исключительно междоусобной борьбой и антирусскими интригами. Результатом этого стала ликвидация несостоятельного государства и присоединение его территории к России.
■ Рассмотрим этот процесс и все, что ему предшествовало. В 1441 году первый хан Крыма — Хаджи Гирей — отделил свои владения от Золотой Орды и провозгласил себя независимым правителем. Династия Гиреев происходила от Чингисхана и очень высоко ценила свою знатность и независимость. Однако подъем военной и политической мощи Османской империи привел к тому, что следующий хан Менгли Гирей признал верховную власть турецкого султана и с этого времени Крымское ханство стало союзником и вассалом Османской империи.
■ Начиная с XV века набеги крымцев стали настоящим проклятьем для русского государства.
■ Экономика Крыма была в значительной мере построена на доходах, получаемых с набегов на север, на территории, заселенные русскими, которые на протяжении трех веков подвергались разграблению и угону в рабство. Долгое время Россия мало что могла противопоставить крымским набегам. Оборонительные полосы на юге — «засечная черта» — созданные в середине XV века и подновляемые на протяжении XVI века служили лишь частичной защитой от набегов, тем более, что в ходе Смутного времени засечная черта пришла в упадок и была восстановлена лишь в конце 30—х годов XVI века.
■ Английский посланник Д. Флетчер сообщает, что способ татар вести войну заключался в том, что они разделялись на несколько отрядов и, стараясь привлечь русских к одному или двум местам на границе, сами нападали на какое-либо другое место, оставленное без защиты. Нападая небольшими подразделениями, татары сажали на лошадей чучела в виде людей, чтобы их казалось больше. По сообщению Ж. Маржерета, пока 20—30 тысяч татарских всадников отвлекали на себя внимание основных сил русских, другие отряды опустошали русские пределы и возвращались назад без большого урона. Через подосланных языков ханы пытались сообщить в Москву ложные сведения о своих намерениях и силах.
■ Фактически в Крымском ханстве утвердился особый тип экономики, который получил название «набеговое хозяйство».
■ Кочевой образ жизни большей части населения Крыма позволял быстро мобилизовать очень значительные силы, выставляя более 100 тысяч воинов. В набегах участвовало практически все взрослое мужское население Крыма. Однако лишь меньшая часть из него участвовало в непосредственных боевых действиях. Большинство участников набега занимались грабежом и захватом пленников, преимущественно детей. В течение только первой половины XVI века произошло около 40 нападений крымских татар на территорию русского государства. Набеги приходились в основном на время, когда русские крестьяне участвовали в полевых работах и не могли быстро укрыться в крепостях: во время посевной или сбора урожая. Захваченные русские люди продавались на крымских невольничьих рынках. Крым в XV—XVI веках был крупнейшим центром работорговли, а русское государство вынуждено было выделять значительные средства на выкуп православных, захваченных татарами. Но все равно большая часть пленников оказывалась в Турции, странах Ближнего Востока, где они на всю жизнь оставались рабами.
■ Если мы посмотрим хронику крымских походов на Русь, то увидим, с каким постоянством были разоряемы южные земли русского государства, украинские и белорусские земли Литвы и Польши. В 1482 г. татары захватили и сожгли Киев, в 1517 г. татарское войско доходит до Тулы, 1521 г. — осада Москвы, 1527 г. -разорение московских земель, 1552 г. — крымцы снова дошли до Тулы, 1569 г. поход на Астрахань, 1571 г. — взята и сожжена Москва, 1591 г. — новый поход на Москву, 1622 г. — разорены тульские земли, 1633 г. — разорены Рязань, Тула, Коломна, Калуга, 1659 г. — поход до Курска и Воронежа, 1717 г. — татарские войска доходят до Тамбова. И это лишь самые ужасные страницы крымских набегов.
■ Войска ханства совершали военные походы на русские земли раз в 2—3 года, как только заканчивалась добыча, полученная в прошлом набеге.
■ В 1768 г. после того, как Турция объявила войну России, ее сразу же поддержал и Крым. 27 января 1769 года семидесятитысячное татарское войско Крым Гирея перешло русскую границу. Крымские татары сумели дойти только до Елисаветграда (Кировоград) и Бахмута, где были остановлены и отброшены войсками генерал—губернатора Малороссии П.А. Румянцева. Захватив две тысячи пленных, татары ушли за Днестр. Этот набег оказался последним в русской истории. 05 февраля 1769 года Румянцев доложил Екатерине II об отражении татарского нападения. В 1770 г. начались переговоры с новым ханом Крыма Селим Гиреем, которому было предложена независимость Крыма по итогам русско—турецкой войны. Так Россия рассчитывала отколоть от Османской империи сильного союзника и обезопасить свои южные границы. Но хан ответил отказом, заявив, что крымцы довольны властью султана и не хотят независимости. Однако донесения русских разведчиков свидетельствовали о том, что татары были недовольны новым ханом. П.А. Румянцев в письме Екатерине II писал: «Человек, принесший письма, сказывает, что новый хан весьма нелюбим мурзами и татарами и почти ни с кем сообщения не имеет, а татары же в великой скудости в пропитании и лошадях находятся... Татарское же общество, хотя под протекцию российскую предаться и желает, однако о том просить не в состоянии по причине, что нынешний хан содержит их в немалой строгости и к пресечению того весьма наблюдает».
■ В 1771—1772 гг. в ходе военных действий на территории Крыма русские войска под командованием князя В.В. Долгорукого разбили ханскую армию, а Селим Гирей бежал в Турцию. Новым крымским ханом стал сторонник дружбы с Россией Сахиб Гирей. В результате 1 ноября 1772 года в Карасубазаре крымский хан подписал с князем Долгоруковым договор, по которому Крым объявлялся независимым ханством под покровительством России. К России переходили морские черноморские порты Керчь, Кинбурн и Еникале. Оставив гарнизоны в крымских городах и освободив более десяти тысяч русских пленников, армия Долгорукова ушла к Днепру. Война с Турцией завершилась подписанием Кучук—Кайнарджийского мира в 1774 г., по которому к России отходили земли от Буга и крепости Кинбурн при устье Днепра до Азова с Прикубаньем и Приазовьем, крепости Керчь и Еникале, запиравшие выход из Азовского в Черное море. Крымское ханство было объявлено независимым от Турции. Русские торговые суда получили право проходить Босфор и Дарданелы наравне с английскими и французскими. Турция выплачивала России контрибуцию в четыре с половиною миллионов рублей. Угроза русским землям с юга была наконец—то устранена. Но не была решена проблема нестабильности в Крыму, где противоречия между несколькими крупнейшими татарскими кланами приводили к постоянным внутренним конфликтам, что не способствовало установлению на полуострове спокойной и мирной жизни.
■ Дружба с Россией постоянно подвергалась угрозам со стороны части протурецки ориентированной элиты.
■ Началась череда переворотов, заговоров и частой смены правителей. Уже в 1774 г. протурецкие мурзы свергли Сахиб Гирея и выбрали ханом Девлет Гирея который летом 1774 г., поддержанный турецкими войсками, вторгся в Крым морским десантом. Вплоть до 1776 г. Девлет Гирей находился в Крыму, но затем был выбит оттуда русским войсками под командованием А.В. Суворова и бежал в Турцию. Ханом стал сторонник России Шагин Гирей. Новый хан начал проводить реформы, направленные на европеизацию и модернизацию Крыма. Но это лишь привело к нарастанию внутреннего конфликта в нестабильном государстве и в 1777 г. начался бунт против Шагин Гирея. Этим немедленно воспользовалась Турция, не оставляющая желания вернуть Крым под свою власть, Шагин Гирей был провозглашен неверным за то, что он «спит на кровати, сидит на стульях и не молится, как подобает мусульманину». В Стамбуле крымским ханом был назначен Селим Гирей, который при поддержке турок высадился на полуострове в конце 1777 г. В Крыму началась гражданская война между сторонникам двух ханов. В Крым вошли русские войска, которые занялись наведением порядка в охваченном хаосом ханстве.
■ Летом 1778 г. турецкий флот в составе более 170 кораблей подошел к Крыму с запретом плавания русским кораблям вдоль крымского побережья, угрожая топить их в случае невыполнения ультиматума. Но твердая позиция А.В. Суворова, подготовившего Крым к обороне, заставила турок увести флот домой. Балансирование на грани новой войны завершилось 10 марта 1779 г. подписанием Анайлы—Кавакской конвенции России и Турции, где обе державы договаривались о выводе войск из Крыма, Турция признавала независимость Крымского ханства и Шагин Гирея как его правителя.
■ Шагин—Гирей, считавший себя, по словам Потемкина, крымским Петром Великим, жестоко расправился со своими врагами, чем создал немалое число недовольных.
■ Попытки Турции отторгнуть Крым не прекращались. В 1781 г. османы инспирировали мятеж брата хана — Батыр Гирея, который был подавлен русской армией. Затем начался новый бунт, провозгласивший ханом Махмут Гирея, но его армия также была разбита. Шагин Гирей снова вернувшись к власти, мстил бывшим противникам, чем спровоцировал новый мятеж. Для русского правительства стало очевидно, что Шагин Гирей неспособен к управлению государством, ему было предложено отречься от престола и передать Крым России, с чем хан, подавленный результатами собственного неудачного правления, согласился.
■ В феврале 1783 г. Шагин Гирей отрекся от престола, и манифестом Екатерины II от 08 апреля 1783 г. Крым вошел в состав Российской империи. В июне 1783 г. в Карасубазаре, на вершине горы Ак—Кая, князь Потемкин принял присягу на верность России крымской знати и представителей всех слоев крымского населения. Крымское ханство перестало существовать. Было организовано земское правительство Крыма, в которое вошли князь Ширинский Мехметша, Гаджи—Кызы—Ага, Кадиаскер Муследин Эфенди. Указом Екатерины II от 02 февраля 1784 г. была учреждена Таврическая область под управлением Г.А. Потемкина, состоящая из Крымского полуострова и Тамани. А 22 февраля 1784 г. указом Екатерины II татарским мурзам было даровано российское дворянство, сохранены земельные владения, но было запрещено владеть русскими крепостными крестьянами. Эта мера сразу же сделала большую часть татарской знать сторонниками России, в то время как недовольные русской властью предпочли эмигрировать в Турцию. Крепостное право в Крыму не вводилось, русские пленники освобождались. В качестве базы русского флота в 1784 г. на побережье Крыма в удобной бухте был основан Севастополь — «величественный город».
■ Началась более чем столетняя эпоха процветания Крыма в составе Российской империи.
■ За это время Крым из бедной земли, чье население жило за счет земледелия и грабежей соседей, превратился в процветающую территорию, курорт, любимый русским императорами, центр земледелия и виноделия, промышленно развитую область, крупнейшую военно-морскую базу русского флота.
■ Неотъемлемая часть России, населенная русскими, казалось, так и останется одной из наиболее благодатных ее земель, но судьба Крыма в очередной раз переменилась и уже в советский период в ходе волюнтаристских реформ Н.С. Хрущева Крым был под сомнительным предлогом подарен Украине. Это и по сей день порождает массу проблем, как во внутренней жизни Украины, так и в ее взаимоотношениях с Россией.

■ Автор — Михаил Диунов

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 1952
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 1
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.04.14 14:13. Заголовок: Новая газета — В. Ширяев. «Вежливые люди» в Крыму: как это было


■ Уверен, что ещё достаточно не скоро Министерство обороны Российской Федерации поделится с общественностью подробностями об операции по обеспечению присоединения Крыма к России. Здесь, как говорится, на безрыбье, любой рак будет считаться рыбой. И в качестве такого «безрыбного рака», как мне кажется, в данный момент вполне сойдёт вот эта, предлагаемая оппозиционной (!) газетой «Новая», статья по теме. Мне было интересно. Потому читайте и вы.

Комментарии / Выпуск № 42 от 18 апреля 2014

«Вежливые люди» в Крыму: как это было

«И тогда приняли решение: отложить оружие и идти врукопашную»

■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая»

То идет, то прекращается передача военной техники, захваченной «вежливыми без опознавательных знаков людьми» в ходе крымской операции, Вооруженным силам Украины. Несколько кораблей ждут своей участи в крымских водах, не в силах дойти своим ходом до Одессы. Пришла пора подвести итоги военной операции, проведенной в Крыму с 26 февраля по 28 марта. Для сбора сведений о том, как это было, «Новая газета» обратилась к ряду источников. В силу специфики службы сотрудники Министерства обороны, военнослужащие частей, участвовавших в операции, мичманы и матросы украинского флота, старшие офицеры пограничной службы Украины, а также один гражданский специалист, обеспечивавший работу наших войск, попросили не называть их имен.
Операция закончилась практически бескровно, как и требовало руководство. Это в военной истории случай нечастый. Да что там, уникальный.


Необходимое пояснение

Во всем мире и во все времена военные годами готовятся к исполнению приказов политиков. И едут безропотно в Корею, Вьетнам, Афганистан, Пенджаб, Чечню. Их не судят за войну, если они не совершают воинских преступлений и понимают, что такое преступный приказ. Судят потом политиков, таково исторически сложившееся «разделение труда». И целью материала является рассказ об операции в Крыму только с военной точки зрения. Мы вообще не затрагиваем политический аспект присоединения Крыма.
Должен пояснить, что все войска России, оказавшиеся там в день, когда Совет Федерации выдал Путину разрешение применить их в военных действиях на территории Украины, я буду называть «группировкой, находящейся в Крыму по соглашению между нашими странами». Вплоть до конца операции Украина этот договор так и не денонсировала. А обладающие самыми современными средствами разведки американцы не зафиксировали превышение предельной численности российских войск (26 000 человек), определяемой договором о военно—морской базе России в Севастополе.
Таково формальное основание, позволяющее Кремлю отвергать термин «оккупационные войска».

С чем и с кем имели дело российские войска?

Армию Украины, целиком вышедшую из Вооруженных сил СССР, российский Генштаб знал как облупленную. Исходили из того, что на 01 января 2014 года общая численность Вооруженных сил страны составляла 182 тыс. военнослужащих. В их распоряжении было:
2311 танков;
3782 боевые бронированные машины (ББМ);
3101 ракетно-артиллерийская система;
507 боевых самолетов;
121 ударный вертолет.
Боеспособна была в лучшем случае половина этой техники.
Численность частей украинской армии, дислоцируемых в Крыму, по самым комплиментарным оценкам, не превышала 30 тыс. человек. По данным и.о. министра обороны Игоря Тенюха, 18 800 военных, из них ВМС — 11 900, Воздушных сил — 2900, остальных воинских частей — 4000.
Украинские ВМС и пограничная береговая охрана Украины не имели серьезного военного потенциала. Некоторые пограничные корабли смогли уйти в Одессу из Балаклавы. А весь остальной корабельный состав ВМСУ был с началом операции практически публично заблокирован в трех бухтах Крыма: Северной и Стрелецкой бухтах Севастополя и на базе озера Донузлав.

■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая»

В реальности большая часть этих кораблей — либо ожидающие списания, устаревшие суда, либо вспомогательные. Какой—то интерес для наших военных при оценке сил представляли лишь несколько малых противолодочных кораблей (называемых в ВМС Украины корветами), пара ракетных катеров и БДК «Константин Ольшанский». Но и те требовали ремонта.

Третья сила

Американские и европейские комментаторы отметили, что накануне появления «вежливых людей» у административных зданий в Симферополе не было замечено активности в эфире. Даже мобильными телефонами пришельцы практически не пользовались. В некоторых статьях высказывалось мнение, что они чуть ли не перешли на связь с помощью вестовых. Так или иначе, операция, начавшаяся 27 февраля, оказалась для разведок разных стран полной неожиданностью.
Согласно положениям Конвенции Монтрё о режиме прохода военных кораблей в Черное море через проливы Дарданеллы и Босфор, нахождение военных кораблей нечерноморских стран в Черном море не может превышать 21 сутки, а общий тоннаж каждого такого корабля — 30 тыс. тонн.
В феврале 2014 года, еще во время Олимпийских игр в Сочи, в Черном море находились сразу два американских корабля — штабной «Маунт Уитни» и фрегат «Тейлор». Первый из них выдержал сроки конвенции Монтрё в 21 сутки, а второй просрочил их под предлогом устранения поломки гребного винта в турецком порту Самсун при выходе из Черного моря. Считается, что именно фрегат «Тейлор» был оборудован необходимыми радарными системами и средствами для ведения разведки. Однако и «Тейлор» ничего подозрительного не обнаружил.

Накануне

Оценивая вероятного противника на полуострове в ходе подготовки и проведения референдума в Крыму, специалисты Минобороны предусматривали и возможное появление полувоенных организаций.
Имелась оперативная информация о размещении в Крыму группы «Правого сектора» и конкретных планах по организации диверсий на объектах Черноморского флота. Ожидались акции, призванные перевести освещение операции в мировых СМИ на более высокий эмоциональный уровень — захват боевыми группами заложников и пленение российских военнослужащих.
Вероятность применения оружия со стороны крымских татар тоже учитывалась при проведении мероприятий.
За счет подключения к диалогу мусульманской общины России в лице председателя ДУМ Татарстана, муфтия Камиля Самигуллина, а также президента Татарстана Рустама Минниханова развивающийся конфликт с крымскими татарами удалось значительно сгладить.
Напряженность в обстановке на полуострове генерировали экстравагантными заявлениями и некоторые российские политики. Например, на фоне заявлений Кадырова, которые трудно трактовать иначе, как готовность к участию в вооруженной борьбе на Украине, Генштаб Вооруженных сил Украины сообщил 05 марта о том, что в Джанкое находится 1—й мотострелковый батальон «Восток» (Чечня). Но в последний момент мудрые люди в Кремле от «помощи» отказались — мол, в чеченцев украинские солдаты стрелять начнут скорее, чем в «русских братьев».

■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая»

Предстоящая задача требовала в первую очередь гарантированной управляемости и выдержки личного состава, а это не самая сильная черта подчиненных президента Чечни. Люди, отвечающие за операцию, это учли.

Какие опасности видели спецслужбы

Операция сопровождалась с обеих сторон информационной войной.
Арсений Яценюк заявил, что Россия перебросила в Крым 6000 военнослужащих. Однако информация о количестве прибывших самолетов (5—7 бортов) приводит к другим выводам. Один Ил—76 вмещает 126 десантников, двухпалубная версия самолета — 225 человек. Также эти самолеты перевозят военную технику.
Таким образом, на Ил—76 (будем считать, что технику и боеприпасы вообще не привезли) могло прибыть не более 1575 человек. 10 вертолетов, отмеченных пограничниками, могли перевезти порядка 200 человек. Итого воздушным транспортом — максимум 1700 человек. Корабли Черноморского флота в условиях полного контроля просто не могли незамеченными перевезти еще 4300 военнослужащих.
Штаб операции учитывал также:
большое количество крымских татар вывезло своих женщин, стариков и детей на территорию Украины, все провожатые — молодые мужчины — вернулись назад;
перед событиями в Киеве агентура в военной среде на Украине фиксировала случаи насилия над женами «силовиков» (пограничники, таможня, военные, МВД), иногда воспринимавшихся как опора режима Януковича, со стороны радикально настроенной части населения — было понятно, что есть горячие головы, готовые зайти очень далеко, если они попадут в Крым;
источники разведки зафиксировали вывоз культурных ценностей на материковую Украину;
были отмечены активные попытки ультраправых создавать собственные группы на востоке Украины «для поддержания правопорядка».
Каждая такая информация в отдельности не стоила большого внимания, но в совокупности картина выходила мрачная. При любом планировании лучше исходить из пессимистического варианта развития событий.

■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая»

Забегая вперед, могу констатировать: несмотря на угрожающие приготовления сторон и высокую военную активность, за время «крымского кризиса» погибли 4 человека. Две первые жертвы — участники пророссийского митинга 26 февраля в Симферополе: пожилой мужчина (от сердечного приступа) и задавленная толпой женщина. Еще две жертвы было зафиксировано 18 марта во время штурма фотограмметрического центра Главного управления оперативного обеспечения Вооруженных сил Украины в Симферополе — украинский военнослужащий, прапорщик по фамилии Какурин и боец местной самообороны 34—летний житель Котельниковского района Волгоградской области России Руслан Казаков, который приехал в Крым в качестве добровольца. Обстоятельства их гибели до сих пор не ясны. Потерь среди личного состава Вооруженных сил РФ официально зафиксировано не было.

Операция

27 февраля в 4 часа 20 минут по местному времени около 120 автоматчиков в полной боевой экипировке, но без знаков различия заняли здания парламента и правительства Крыма. Над зданиями были подняты российские флаги, а у входа появились баррикады. В ночь с 27 на 28 февраля аэропорт Севастополя «Бельбек» заблокировали вооруженные люди. Туда прибыло около полутора десятков военных грузовиков.
Неизвестные люди в военной форме захватили также и аэропорт Симферополя. В обоих аэропортах с ними соседствовали сотрудники МВД Украины, никаких столкновений между ними не происходило и оружие не применялось. В ночь на 01 марта вооруженные люди, по приказу из Киева, попытались захватить здание МВД Республики Крым, однако им помешали «отряды самообороны» при участии российского спецназа. Это была первая и последняя попытка Украины сорвать начавшуюся операцию. В тот же день центр Симферополя взяли под контроль вооруженные люди. На первом заседании кабинета министров Крыма в новом составе премьер Аксенов признал, что важные объекты охраняют совместные патрули с участием российских военных.
02 марта Пограничная служба Украины объявила о том, что зафиксировала пересечение российско—украинской границы десятью вертолетами Ми—8 и Ми—24 Вооруженных сил РФ (по сведениям осведомленного источника, украинская сторона была официально оповещена только о трех вертолетах). В этот же вечер на Украину, по сообщениям все тех же пограничников, прибыли около пяти военно—транспортных самолетов Ил—76. Самолеты сели на аэродроме Гвардейское (13 км севернее Симферополя). По сведениям «Новой газеты», для участия в операции были привлечены силы спецназа и отдельные подразделения ВДВ из Пскова, Тулы, Ульяновска.
«Вежливые люди» в форме без знаков различия блокировали административные здания и объекты инфраструктуры в Симферополе. В число таких объектов помимо здания правительства и Верховного совета Крыма вошли в том числе аэропорты, радиостанция, объекты «Укртелекома» (крупнейший на Украине оператор связи). К вечеру 02 марта бескровно были захвачены штабы Азово—Черноморского регионального управления и Симферопольского пограничного отряда Погранслужбы Украины. Установлен контроль над одним из украинских дивизионов Противовоздушной обороны (ПВО) в районе мыса Фиолент.
03 марта в правительстве Крыма заявили о переходе на сторону региональных властей 204—й истребительной авиабригады ВВС Украины. В большинстве случаев, когда украинские военнослужащие отказывались добровольно сдавать части, прибывшие военные спустя некоторое время разблокировали их.
Все планы исходили из необходимости бескровного захвата.

Достоинство украинских военных

После того как только что назначенный А. Турчиновым главнокомандующий ВМС Украины Денис Березовский призвал подчиненных сложить оружие и перешел под командование премьер—министра Крыма Сергея Аксенова, немалая часть командиров и личного состава частей отказалась ему подчиняться. Инциденты между военными внутри украинских подразделений, связанные с расколом по линии «сдаваться/не сдаваться», произошли в военной части А—0669 в Керчи, Севастопольской бригаде тактической авиации им. Покрышкина, Академии военно—морских сил им. Нахимова, части украинской береговой обороны в Перевальном, военной части 7542 в Севастополе (39—й отряд ВМС Украины), 191—м учебном центре ВМС Украины в Севастополе. Наши собеседники не подтвердили пропагандистскую версию, что отказывались сдаваться в первую очередь призванные с правобережной Украины.
Единственной попыткой начать в Крыму партизанскую войну можно назвать попытку украинских пограничников повредить 16 марта газопровод в районе Стрелкового. Однако достоверность этого факта, известного только в изложении премьера Крыма Аксенова, не установлена. Свидетелей пока не нашлось.
19 марта в Севастополе был взят штурмом штаб ВМС Украины, задержан находившийся там командующий Сергей Гайдук. После вмешательства Сергея Шойгу, обратившегося к руководству Крыма, задержанного отпустили.
В тот же день Министерство обороны Украины наконец—то разрешило украинским военным в Крыму применять оружие.
Это было явно запоздавшее решение: операция заканчивалась, под контролем Киева из обширного поначалу хозяйства оставались считанные объекты, не имеющие между собой никакой связи.
Вероятность применения оружия частями украинских ВС в Крыму, по мнению наших источников, была, однако поведение и тактика российских военных позволили избежать прямых столкновений.
Действия российских военных носили либо внезапный характер — что не давало возможности их украинским коллегам провести ответные действия, либо контроль над объектами устанавливался в ходе переговоров.
Важнейшим фактором этого драматического противостояния было понимание обеими сторонами конфликта, что применение оружия может привести к катастрофическим последствиям. Поэтому главной задачей на первом этапе во всех случаях был захват или надежное блокирование оружейных комнат и складов.

■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая»

Спецназовцам поручили охрану и таких странных для непосвященного объектов, как детские сады. В том числе в Алуште. Это означало, что ждали захвата заложников. Интересная деталь: спецназу на охране детства приказали пристегнуть пустые магазины, чтобы исключить возможность непроизвольного выстрела.

Морпехи против ВДВ

Самым показательным эпизодом в этой бескровной эпопее стали события ночного захвата российскими десантниками базы 1-го Феодосийского батальона морской пехоты ВМС Украины под командой подполковника Дмитрия Делятицкого. Поведение этого офицера, так и не дождавшегося от политического руководства в Киеве ни одного внятного приказа, до последнего призывавшего своих солдат оставаться верными присяге, я считаю образцом. С особым уважением отозвались о нем и наши собеседники в Министерстве обороны России.
Часть Делятицкого стала последней, над которой и после референдума, проведшего черту под украинским прошлым полуострова, продолжал развеваться флаг Украины. Ранее более половины морпехов решили перейти на службу в российскую армию, и под командованием Делятицкого остались самые стойкие. Даже участники штурма по—разному оценивают количество морских пехотинцев, находившихся на базе в ночь на 24 марта, когда российский спецназ, смешавшись с толпой местных жителей, ворвался во двор базы, — от 80 до 120 человек.
Быстро взломав ворота, забросали казарму светошумовыми гранатами. Однако морская пехота не спешила выйти во двор с поднятыми руками. И тогда было принято ситуативное решение: командиры во избежание кровопролития предложили рукопашный бой. Бойцы в помещении сошлись стенка на стенку.
От российского спецназа вышли около 40 человек.
Само название «морская пехота» преимущества не дает, но это была элитная часть. Могу себе представить насмешки: мордобой — это все, что дала хваленая военная реформа? По мне же, высшей похвалы достоин командир, решивший дело таким эпическим манером, как в кулачный бой на Масленицу. Некоторые журналисты сообщали с места, что «русские вертолеты Ми—24 обстреливали казарму морпехов неуправляемыми ракетами». А там даже штык—ножи убрали от греха.
Дмитрия Делятицкого и его заместителя майора Ростислава Ломтева, вставших в рукопашной в первый ряд, с переломанными ребрами отправили на гауптвахту. Через три дня Делятицкий покинул Крым. Другие результаты рукопашной таковы: утром офицеров под честное слово, которое они сдержали, отпустили по домам собирать вещи. Солдаты, решившие продолжать служить Украине, ждали их у казармы.
Каждые трое из четырех их товарищей решили остаться в Крыму, в том числе и стоявший рядом с Делятицким в той стенке надежный Ростислав Ломтев. Был ли возможен такой исход, если бы прогремел хоть один выстрел? Очень советую непреклонным любителям крови ознакомиться с рассказом украинского участника.
Для российских военных важнее был спуск флага над казармой, которого часто добивались просто переговорами, а не показное торжество русского оружия. Особенно это проявилось в истории с украинским флотом.
Но спуск флага — тяжелый символ. Если относиться к нему как положено военному. Он дерется за флаг, когда купец спешит им торговать. Власти в Киеве тянули до последнего, рассчитывая вернуть корабли в политическом торге после кризиса. На мой взгляд, половину флота они могли без ущерба для боеспособности торжественно затопить под государственный гимн Украины — большинство судов и выпускать в море было рискованно. Но мир увидел бы символ новой Украины и начало славной военной традиции.
Шансом не воспользовались. К исходу 20 марта, после того как Владимир Путин подписал указ о признании Россией воинских званий военнослужащих Украины, командиры и начальники 72 воинских частей, учреждений и кораблей Министерства обороны Украины, дислоцированных на Крымском полуострове, приняли решение перейти в Вооруженные силы РФ. После этого штурм авиабазы в Бельбеке 22 марта показывали уже в прямом эфире. «Вежливые люди» превратились в русских военных. Общественность не удивилась…

■ Фото: Евгений Фельдман — «Новая»

28 марта и.о. президента Украины Александр Турчинов подписал указ о выводе украинских частей из Крыма. 4300 из 18 800 украинских военнослужащих выразили желание покинуть Крым и продолжить службу на материковой Украине. А министр обороны Шойгу сообщил, что «организованный вывод подразделений украинской армии, изъявивших желание продолжать службу в Вооруженных силах Украины, завершен».
Стиль управления войсками в значительной степени зависит от личного опыта командиров. Имея за плечами опыт командира полка ВДВ и помня афганское прошлое, Павел Грачев, не понимая, что имеет под рукой совершенно другую армию, намеревался взять Грозный за сутки силами одного полка. Кошмар, к которому привела его самонадеянность, я буду помнить всю жизнь. Операция в Крыму — первое и дай бог последнее боевое применение войск под руководством нового командования. И осторожный стиль операции скорее походил на операцию МЧС, у руля которого Шойгу находился столь долгое время. Политическое значение этой истории каждый волен оценивать в силу убеждений. Но я считаю удачей для всех, что решающие приказы в Крыму отдавали люди, ценящие чужую жизнь не меньше, чем боевую славу.

Автор — Валерий Ширяев, заместитель директора АНО РИД «Новая газета»

Спасибо: 2 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 2088
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 2
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.06.14 21:29. Заголовок: Политическое обозрение — Кто придумал украинцев?


07—01—2014

Спорная история Украины

Кто придумал украинцев?

■ Несмотря на то что данный материал всё таки в большей степени исторический чем политический, выложил я его на Альтернативную политику а не историю. Так как, во—первых, он очень срачеопасный. А во—вторых, именно, он имеет прямое отношение к возможной интеграции Украины и России — к одной из главных тем сайта Альтернативная Политика.
■ Но австрийские поляки не сами изобрели украинство, а всего лишь взяли на вооружение наработки своих российских соплеменников. Честь изобретения украинцев принадлежит польскому писателю Яну Потоцкому, который в своем сочинении «Историко—географические фрагменты о Скифии, Сарматии и славянах», изданном в Париже на французском языке в 1795 г., сформулировал концепцию о том, что украинцы, населявшие малопольскую украйну, являются народом, отдельным от русского и имеющим совершенно самостоятельное происхождение.
■ Частично гипотеза Потоцкого базировалась на популярной в то время в Польше сарматской теории, по которой поляки были прямыми наследниками этого легендарного племени, одним из ответвлений которого автор счел украинцев. Никакой научностью это писание, разумеется, не обладало, а являлось пропагандистским ответом на раздел Польши.
■ Мысль, которую пытался обосновать автор, была довольно прямолинейна: поскольку украинцы не имеют никакого отношения к русским, ни культурно, ни исторически, то никаких исторических прав на земли к западу от Днепра Россия не имеет. Пропаганда эта была, разумеется, рассчитана на западного читателя, имеющего слабые представления о восточноевропейской этнографии.
■ Творчески переосмыслил украинскую концепцию другой польский деятель — публицист, историк, библиофил Тадеуш (Фаддей) Чацкий. В 1801 г. он написал псевдонаучную работу «О названии «Украина» и зарождении казачества», в которой выводил украинцев от выдуманной им орды укров, якобы переселившихся в VII в. из—за Волги. Деятельность этих польских «просветителей» носила вовсе не научный, а хорошо организованный политический характер.
■ Дело в том, что на русском престоле с 1801 г. восседал Александр I, этакий Горбачев XIX в., проводивший раболепную прозападную политику. Хуже всего, что император страдал полонофилией и дошел в ней до такой крайности, что даже назначил министром иностранных дел ярого русофоба Адама Чарторыйского, который в будущем, во время польского восстания 1830—1831 гг., возглавит правительство мятежников.
■ При Александре двор и государственные учреждения были буквально облеплены польской шляхтой, которая вдруг воспылала любовью к своим русским победителям. Но за показным конформизмом скрывалось желание отомстить России при первом же удобном случае. Этот феномен даже получил свое название — валленродизм. В 1828 г. Адам Мицкевич написал свою известнейшую поэму «Конрад Валленрод» с довольно двусмысленным сюжетом. Главный герой произведения литовец Вальтер Альф после того как крестоносцы убили его родителей, попадает в рыцарский замок, где его воспитывают христианином. Но находящийся в плену в замке старый вайделот (литовский народный певец, аналогичный скандинавскому скальду) внушает ему любовь к порабощенной родине и ненависть к крестоносцам.
■ В первом же сражении Альф переходит на сторону литовцев, поселяется у литовского князя Кейстута и женится на его дочери Альдоне. Однако не видя способа отразить натиск врага, он покидает семью и проникает в ряды крестоносцев, где под именем Конрада Валленрода делает стремительную карьеру, став в конце концов гроссмейстером ордена. Далее он, совершив ряд предательств, приводит орден к гибели. Подобная доктрина была воспринята шляхтой как руководство к действию.
■ Ян Чацкий, выполнявший при Чарторыйском дипломатические поручения русского правительства, в 1806 г. избран почетным членом Императорской Академии наук. Его брат, видный масон Северин Чацкий — камергер, член Государственного совета, действительный тайный советник. Первым малороссийским этнографом стал поляк Адам Чарноцкий, в свое время дезертировавший из русской армии и поступивший на службу к Наполеону (участвовал во вторжении в Россию). Вернувшись в 1819 г. в Россию, он, скрываясь под именем Зориана Доленги, снискал расположения императора. Александр I приказал зачислить Чарноцкого в состав Министерства народного просвещения и выдавать ему по 3000 руб. серебром в год на осуществление его «ученых путешествий», причем губернаторам и прочим местным властям приказано было оказывать Чарноцкому всяческое содействие.
■ Большое, почти абсолютное влияние приобрели поляки в системе образования Юго—Западного края. На ниве народного просвещения отметился и протеже Чарторыйского, бывшего попечителем Виленского учебного округа (включал также Киевскую, Волынскую и Подольскую губернии), Фаддей Чацкий — основатель Кременецкого лицея. Как пишет в очерке «Украинское движение» Андрей Стороженко, «в первой четверти XIX века появилась особая «украинская» школа польских ученых и поэтов, давшая чрезвычайно талантливых представителей: К. Свидзинский, С. Гощинекий, М. Гробовский, Э. Гуликовский, Б. Залесский и мн. другие продолжали развивать начала, заложенные гр. Я. Потоцким и Ф. Чацким, и подготовили тот идейный фундамент, на котором создалось здание современного нам украинства. Всеми своими корнями украинская идеология вросла в польскую почву».
■ Кременецкий (позднее Волынский) лицей ставший настоящим рассадником полонофильской интеллигенции, в 1831 г. после разгрома польского восстания был закрыт, в дальнейшем был переведен в Киев и преобразован в университет имени Святого Владимира. Еще одним сильнейшим очагом польского влияния стал Харьковский университет, что совсем не удивительно, если учесть, что его первым попечителем стал Северин Потоцкий, полностью подобравший профессорский состав. Это объясняет то, что маргинальные идеи украинства Потоцкого и Чацкого со временем укоренились в среде южнорусской интеллигенции. Харьковский университет стал настоящей кузницей украинства в России. Из его стен выпорхнули на волю в числе прочих деятелей украинства Петр Гулак—Артемовский, один из родоначальников укро—литературы, историки Дмитрий Богалей и Николай Костомаров.
■ Последний наиболее наглядно представляет собой портрет типичного украинца того времени. Родители Николая Ивановича были русскими, сам он родился русским, однако является украинским писателем и историком. «Украинский язык» он выучил уже в зрелом возрасте и принялся строчить на нем стишки и пьесы, впрочем, весьма посредственные. Учение своих польских предшественников об отдельности украинского народа ярый русофоб Костомаров адаптировал для внутреннего, так сказать, употребления, выдвинув тезис о двух ветвях восточнославянского народа — малороссах и великороссах.
■ Одновременно с Костомаровым действовало целое направление польской общественно—исторической мысли, вообще отрицавшее славянское происхождение русского народа, якобы имеющего финно—тюркское происхождение. Поскольку убедить в этом кого—либо было крайне трудно, возникла еще одна мистическая концепция, постулирующая наличие в славянском мире двух полюсов — носителями метафизического добра были поляки (коллективный Христос), а русские, естественно, объявлялись коллективным воплощением дьявола и носителем всего плохого, вредного и греховного.
■ До Костомарова никому и в голову не приходило делить единый русский народ на отдельные ветви, хотя о диалектических особенностях различных говоров писал еще Ломоносов, выделяя в русском языке три разговорных наречия — северное, московское и малороссийское. При этом Михаил Васильевич подчеркивал, что различия между русскими говорами, несмотря на обширность ареала расселения народа, значительно меньшие, нежели между немецкими диалектами. Но, несмотря на очень большие различия между верхнерейнским и восточно—прусским диалектами, немцы сегодня пользуются единым литературным языком, а единое русское языковое пространство в XX в. было разрублено на три части. До Костомарова понятие великоросс считалось сугубо географическим, обозначая коренного жителя 30 великороссийских губерний.
■ Так вот, сначала стараниями украинствующего историка Костомарова в «научный» обиход была введена искусственная схема разделения народа на некие ветви, а потом словосочетание «малорусская народность» постепенно, но целенаправленно заменялось украинствующей интеллигенцией выражением «украинский народ». Но никакого укоренения в массовом сознании эта концепция не получила, официально распропагандирована она была лишь в советское время.
□□□
■ Официальный язык сегодняшней Украины многие специалисты предлагают называть новоукраинским. Тараса Шевченко на него уже следует переводить, ибо за полтора столетия очень сильно мутировала не только украинская грамматика, но и лексическая основа языка. Нам, русским, трудно осознать столь стремительное видоизменение украинского языка, ведь для нас не только язык Пушкина, но даже речь Ломоносова отнюдь не кажется архаичной, а человек, знакомый с церковно—славянским, без труда читает древние летописи.
■ Первыми же российскими украинизаторами были именно поляки. Александр Каревин в своей замечательной книге «Русь нерусская (как рождалась рщна мова)» так описывает начало украинского движения: «XIX век прошел на Украине под знаком борьбы двух культур — русской и польской. Заветной мечтой польских патриотов было восстановление независимой Речи Посполитой. Новая Польша виделась им не иначе, как «от моря до моря», с включением в ее состав Правобережной (а если удастся — той Левобережной) Украины и Белоруссии. Но сделать это без содействия местного населения было невозможно. И руководители польского движения обратили внимание на малороссов.
■ Поначалу их просто хотели ополячить. Для этого в панских усадьбах стали открываться специальные училища для крепостных, где крестьянских детей воспитывали на польском языке и в польском духе. В польской литературе возникла так называемая «украинская школа», представители которой воспевали Украину, выдавая при этом ее жителей за особую ветвь польской нации. Появился даже специальный термин — «третья уния».
■ По мысли идеологов польского движения, вслед за первой, государственной Люблинской унией 1569 г. (соединившей Польшу и Литву с включением при этом малорусских земель великого княжества Литовского непосредственно в состав Польши) и второй, церковной Брестской унией 1596 г. (оторвавшей часть населения Малороссии и Белоруссии от Православной Церкви и поставившей эту часть под контроль католичества), «третья уния» должна была привязать к Польше (естественно, с одновременным отмежеванием от Великороссии) Украину (Малороссию) в сфере культуры. В соответствующем направлении прилагали усилия и чиновники-поляки (их в то время немало служило на Украине, особенно по ведомству министерства просвещения).
■ Как это ни странно, но такой почти неприкрытой подрывной деятельности власти препятствий не чинили. Что такое «психологическая война», тогда просто не знали. А поскольку открыто к восстанию до поры до времени поляки не призывали; царя вроде бы не ругали, то и опасности в их деятельности никто не усматривал».
■ Но проект «третьей унии» изначально был мертворожденным, поскольку для польских панов их русские холопы были быдлом, и признавать их ровней себе они не собирались. Да и крестьяне иноверных и иноязычных господ считать своими никак не могли. Поэтому в дальнейшем в ход пошла концепция украинства Потоцкого — Чацкого. Польская интеллигенция, занимающая в Юго—Западном крае доминирующее положение, стала пропагандировать идею о том, что украинцы — это народ, порабощенный русскими. Для сопротивления русской колонизации они призывали отказаться от русской культуры и разработать свой собственный литературный язык.
■ Но и в этом деле результаты были малоубедительными. Каревин пишет: «Образованные малороссы всей душой любили народные обычаи, песни, говоры, но при этом, несмотря на усилия украинофилов, оставались русскими. Новыми идеями соблазнились единицы. «У нас в Киеве только теперь не более пяти упрямых хохломанов из природных малороссов, а то (прочие) все поляки, более всех хлопотавшие о распространении малорусских книжонок, — сообщал видный малорусский общественный деятель К. Говорский галицкому ученому и общественному деятелю Я. Головацкому. — Они сами, переодевшись в свитки, шлялись по деревням и раскидывали эти книжонки; верно пронырливый лях почуял в этом деле для себя поживу, когда решился на такие подвиги». То, что потом было названо «украинским национально—освободительным движением», на начальном этапе своего развития состояло преимущественно из поляков (В. Антонович, Т. Рыльский, Б. Познанский, К. Михальчук и др.), поддержанных очень немногими малороссами».
■ Главным теоретиком доктрины украинского национализма тоже стал поляк Францишек Духинский, воспитанный в нужном русле в униатскому училище базилианского ордена в городе Умани Киевской губернии. Учителя (разумеется, поляки) внушили молодому Францишеку, что Россия — за Днепром, а здесь — Украина, населенная особой ветвью польского народа — украинской. Во время Крымской войны он служит на гражданских должностях в английской армии в Турции, все последующие годы жизни, кочуя по Европе, пропагандирует радикальные антирусские доктрины. Исповедуя расовый подход в истории,
■ Духинский категорически отказывает русским (они представители туранцев — неполноценных народов, противостоящих арийским) в праве считаться славянами, утверждая что «москали не являются ни славянами, ни христианами в духе настоящих славян и других индоевропейских христиан. Они остаются кочевниками до сих пор и останутся кочевниками навсегда». Он же, кажется, первым в трехтомнике «Основы истории Польши и других славянских стран и Москвы» (1858—1861 гг.) высказал суждение о том, что имя «Русь» украдено москалями у украинцев, которые единственные имеют право на него. Хотя технических подробностей этого «похищения» он так и не раскрыл, все последующие «свидомые» историки неизменно базируют свои концепции на этом тезисе. Ну да, считать себя арийцами весьма приятно.

Спасибо: 1 
ПрофильЦитата Ответить
администратор




Сообщение: 2091
Настроение: Urbi et orbi. Fiat lux!
Зарегистрирован: 20.01.13
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 2
Фото:
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.06.14 20:21. Заголовок: Политическое обозрение — Кто придумал украинцев?


□□□
■ Известный русский философ и писатель Иван Солоневич так оценивал усилия Муравьева по деполонизации: «Край, — срав